7

Несколько дней до бала бабка вместе с Бахтияром проводила моё обучение.

Между прочим, до чего же он потрясающе танцевал! Подвижность, грация, пластика, кажется, была буквально прошита в его генах – или что там имеется у асуров.

И я просто наслаждалась этим. Очень стараясь, чтобы бабка не заметила. А то ещё притащит кого другого на мои тренировки.

Тело вспоминало танцы и реверансы, мозг быстро адаптировался к незнакомым ранее названиям. А я всё обдумывала.

Всем тут заправляет королева. Похоже, короля прочно и бесповоротно запихнула под каблук. Понимать бы, что принца больше проймёт. Девица, которая падает в обмороки – или наоборот, язва, пытающаяся и его под каблук загнать.

Так и не придя к выводу, я решила сначала понаблюдать за ним во дворце и в кругу семьи.

Таяну Бахтияр привёл ко мне в один из вечеров, и я передала ей платочек с завёрнутыми в него деньгами.

– Ох, госпожа, – расчувствовалась девчонка. – Не нужно, что вы... я же...

– Нужно, – улыбнулась я. – Верность – это то, что я больше всего ценю в людях.

Хм... надеюсь, Миоли тоже.

– Если получится, постараюсь взять тебя на бал, – предупредила.

Глаза девчонки разгорелись. Впрочем, как это устроить, я пока не знала. Чтобы внимания не привлечь.

В день перед балом бабка выпустила меня на улицу. Немного познакомиться с пригородом. Вместе с Миленой – ну и Таяну с собой захватили. У бабки не спрашиваясь.

Бахтияр и несколько охранников тоже присутствовали, шли чуть поодаль, но пристально за всем наблюдали.

Эта прогулка совсем не походила на вылазку с Таяной. Мы прошлись по главным достопримечательностям. Бахтияр умудрялся так сплести разговор, чтобы я понимала, что где находится, но могла не проявлять незнания.

Милена косилась на нас недовольно, однако причин я понять не могла. Таяна же радовалась так искренне, что и я тоже улыбалась.

На этот раз мы не встретили принца, ни в настоящем виде, ни в фальшивом. Асуры тоже на пути не попадались, хотя, признаться, я побаивалась какого-нибудь преследования. Мало ли, по каким причинам они меня присвоили.

Вечером во время ужина бабка благословила нас на бал, завуалированно давая понять, что я готова.

– Бахтияр будет с вами, – напутствовала сьенара.

– А ты? – удивилась я.

– Я уже сколько раз повторила, – сухо поджала она губы, – что все аристократы обращаются друг к другу на «вы», какими бы близкими родственниками они ни были!

– Вас, сьенара, во дворце не будет? – ехидно поинтересовалась я.

– А мне отвели другие покои, – не менее ехидно откликнулась бабка. – Всю молодёжь разместили в одном крыле, а нас, стариков, в другом. Чтобы вы не мешали нашему слабому здоровью. Угадай, чья была идея?

Если моего... тьфу ты, если местного принца – то он вполне даже неплох. И маме способен противостоять, что тоже плюсик в его пользу.

– Но не считайте, что не буду за вами приглядывать!

Прозвучало прямо как угроза. Но я лишь мило улыбнулась. И, решившись, сообщила:

– Я возьму с собой Таяну.

– Помощницу кухарки? – удивилась бабка. Глянула на меня с подозрением: – Уж не носит ли она тебе еду тайком?

Едва удержавшись от взгляда на того, кто все эти дни не давал мне умереть голодной смертью, я отозвалась:

– Мне нужна служанка.

– И Миоли постоянно с ней о чём-то шушукалась, – недовольно протянула бабка. – У тебя есть раб!

– Но он же мужчина, – с недоумением ответила я.

– Он не мужчина, он – раб, – назидательно сообщила бабка.

Судя по закаменевшему лицу, Бахтияр совершенно не разделял такое к себе отношение. Впрочем, Эллен не обратила на него ни малейшего внимания, добавила, пожав плечами:

– Он никогда и ничего не сможет сделать против твоей воли. Даже прикоснуться, если не захочешь.

Гм. А если захочу?

– И если захочешь – тоже! – сурово добавила бабка, то ли вычитав что-то в моём лице, то ли сообразив, что сморозила глупость.

– И всё же иногда нужна именно женская помощь, – вставила Милена, неожиданно поддержав меня.

Бабка подозрительно поводила глазами между нами, и сестра добавила:

– Я тоже хочу взять служанку!

Вздохнув, бабка махнула рукой:

– Берите. Но узнаю, что занимались глупостями – всех высеку!

При этом она так свирепо глянула на Бахтияра, словно собиралась пороть его за пятерых.

Дождавшись, когда Милена помчится к себе готовиться к завтрашнему отъезду, я твёрдо глянула Эллен в глаза:

– Расскажи мне, что происходит на Земле? В моём мире?

– Откуда мне знать, – проворчала Эллен. – Думаешь, я могу заглянуть туда, как в зеркало?

– Мне всё равно, как ты это устроишь, – холодно отозвалась я. – Но пока я тут занимаюсь твоими делами, мне нужно понимать, что там напортачила твоя внучка!

– Наглая, невоспитанная, неотёсанная девица, – проворчала бабка, поднимаясь из-за стола в вечернем парке.

«Уж какую вызвала», – сердито подумала я, но ответить не успела: Эллен махнула рукой:

– Ладно, иди к себе собирайся. Подумаю, что можно сделать.

Собираться мне помогал Бахтияр, отбирая платья и аксессуары к ним на свой вкус. В какой-то момент и я увлеклась: всё-таки у меня в жизни был период, когда я вообще ничего не могла себе позволить. А уж попасть на бал и не мечтала вовсе.

Однако появление бабки затмило все исключительно женские положительные эмоции, которые я начала было испытывать.

В руках она притащила прозрачный шар, отливающий лунным светом. На изящной подставочке, словно бы сплетённой из тончайшего золотого кружева.

Увидев его, Бахтияр бросил пристальный взгляд на хозяйку, словно что-то сообразив.

– Совсем распоясался. Как госпожу встречаешь? – сердито пыхнула бабка.

Раб покорно опустился на колени, склонив голову.

– То-то же, – довольно хмыкнула старуха, вызвав почти нестерпимое желание вмазать ей в ухо. Ну или на худой конец укусить за что-нибудь.

В детдоме я, помню, укусила одну стерву. Потом, правда, меня долго таскали к директрисе и даже психологу показывали, но радость, когда ощутила хоть мимолётную, но силу, вспоминаю до сих пор.

Бабка подала знак Бахтияру, чтобы тот выдвинул столик в центр комнаты. Буравя раба взглядом дождалась, чтобы снова опустился на колени. Только после этого водрузила на столик шар. И проговорила:

– Надолго прорывать границы между мирами не получится, да и опасно. Но возможно, Бахтияру удастся показать нам Миоли хоть на минуточку. Я и сама уже соскучилась по моей девочке, – последние слова прозвучали прямо мягко.

Всё-таки бабка её любила и искренне хотела защитить. По крайней мере, так мне показалось.

Бахтияр на миг напрягся, бабка бросила на него странный взгляд. Не то гневный, не то ожидающий. Я так и не поняла, в чём дело. Зато вспомнились слова Милены ещё в самый первый день, которым я не придала тогда значения. Но как только бабка уйдёт – обязательно расспрошу.

А сейчас подсела ближе, уставившись во все глаза на шар.

Бабка подняла над ним ладони, и мне даже привиделось, что с них сошёл не то свет, не то какая-то другая энергия.

А после поднял ладони Бахтияр. Замер, то ли настраиваясь, то ли выискивая.

И вдруг в шаре показалась моя квартира! Аж слёзы навернулись на глаза, как же я успела соскучиться по своему миру!

Миоли... чёрт, ну это же я, вон та настоящая я, с грудью на размер побольше, чем у этой засушенной таранки! И перепад от талии к бёдрам порезче! Ножки аппетитные из-под шёлкового халатика выглядывают.

Но больше всего меня поразило другое.

Девушка сидела на диване, ненакрашенная и вроде даже немного болезненная. Но боги, что это была за болезненность! Мне никогда так не выглядеть. Или, точнее, так не восприниматься.

Никакого там красного носа или заплывших век – наоборот, очаровательные синячки, придающие лишь томности её зелёным глазам.

Вот это правда дар. Не знаю, как он может быть «кровным», потому что это явно свойство её души!

А вокруг... мама родная, вокруг толпились все мои несостоявшиеся инвесторы и возможные партнёры, чуть ли не наперебой подавая салфеточки и таблеточки!

То есть она правда сказалась больной, и вся эта толпа мужиков завалила ко мне домой? И вероятно, заваливает уже не первый день? Некоторые вон с дипломатами, папочками... боги, что она мне назаключает?!

В пеньюаре, без лифчика, ну бесстыжая! Попустила всю мою деловую этику!

Жаль, совершенно не было слышно, о чём они разговаривают. А через несколько минут исчезла и картинка.

– Убедилась? – хмыкнула довольная бабка. Уж она-то явно не слишком за внучку переживала. С таким даром нигде не пропадёшь.

Забрала шар и поплыла к двери.

Бахтияр ещё какое-то время мрачно взирал на столик, так и не поднимаясь с колен. Вздрогнул, когда я осторожно коснулась его локтя.

– Ты тоже под чарами её дара? – спросила.

– На асуров он не действует, – отозвался раб.

– М-м-м... Милена говорила, Эллен запретила тебе приближаться к Миоли? Почему?