Эпилог

Эпилог

Устало потер глаза и отложил на столик очередную газету. Новости разные, есть радостные, неутешительные и просто забавные. Но, в общем и целом, в империи не все хорошо, чего не могу сказать про себя. В этом мире обжился, дела потихоньку идут, как говорится, в гору. На текущий момент даже вокруг не заметно врагов или конкурентов. Ну, и те и другие появятся, дайте срок, в этом уверен. Наверняка еще не сказали последнее слово немцы из сообщества или рода генерала. Две попытки вернуть амулет они делали. Стоп! Неправильно посчитал. Первый случай произошел в госпитале, там действовал одиночка, наскоком и у него ничего не вышло. Не получилось и у английского помощника посла. Не смогли заполучить амулет подопечные полковника Зарубина. Итого: три попытки, за относительно небольшой срок по местным меркам. Будет ли предпринята четвертая, пятая и так далее? Не исключено, но меня это не пугает. Если же сумею восстановить порванную цепочку, наладить прочную связь между своим даром и амулетом, то он будет полностью принадлежать мне. Тогда смогу создать свой род, в который войдут люди с даром. Разумеется, если того пожелают. А вот господа из Германии останутся ни с чем и им придется искать себе другое сообщество. Кто еще из врагов появится? Различные революционные ячейки, с ними столкнусь, как только заработает моя газета. Им точно не понравится направленность статей и разъяснение чем грозит развал действующей власти. Понятно, что теми, кто мутит воду, управляют какие-то силы, находящиеся в тени. Уверен, они побоятся себя открыто проявить, и борьба предстоит, к сожалению, с последствиями от их деятельности. Про конкурентов и говорить нет нужды, сейчас никому не угрожаю, а как запущу прессу, производство лекарств и медицинского оборудования, то они появятся и начнут действовать. Какими способами? Сперва попытаются договориться, потом выкупить бизнес. Следом попаду под давление, начнутся срывы поставок сырья. В общем, все стандартно.

— Не заскучал? — спросила Вера, входя в купе, предоставленное в наше распоряжение князем Грузинским.

Сутки не прошли, как мы побывали на ужине у господина Зарубина, а уже едем на Кавказ. Петр Александрович, получил от госпожи Холодной согласие на посещение Тифлиса, в том числе она взяла на себя смелость и от моего имени говорить. Впрочем, князь со мной все же побеседовал. Он незваным гостем заявился к господину Зарубину. Чем очень тому помог. Мария Викторовна, как ее Вера не пыталась убедить, так ни в какую не желала портить жизнь такому замечательному господину. С полковником говорила холодно, на его намеки не реагировала либо кривилась. А Петр Александрович, как только вошел, то первым делом подошел именно к ней и заявил:

— Калбатоно, простите меня, что ворвался незваным. Так сложились обстоятельства, — он одну руку прижал к груди, а вторую протянул озадаченной Марии: — Позвольте засвидетельствовать свое почтение.

— Князь, вы ошиблись, — смущенно покачала головой та, — я не хозяйка.

— Мария Викторовна, это обычное недоразумение, — невозмутимо ответил Петр Александрович. — Вы и господин Зарубин уже связаны, это когда двое предназначены друг другу. Формальности к делу не относятся. Поверьте мне.

Честно говоря, мы все от его слов обалдели. Князь же оказался очень убедителен. Уж не знаю, из-за того, что изначально ошибся или действительно что-то знал, но он настаивал на своем. В итоге ему госпожа Светлова поверила, хотя у нее сомнения остались. Рассеет ли их Илья Максимович зависит только от него! Но со мной и Верой она в квартиру не вернулась, осталась погостить и проследить за подготовкой к приему, назначенному на завтрашний день. Должно состояться закрытое мероприятие, связанное с военной авиацией. Господин Зарубин на эту тему неохотно говорил, но вроде бы создается эскадрилья или полк из новейших самолетов, которые должны сыграть важную роль на фронте. Так вот, позавчера Петр Александрович мне рассказал о своих бедах. Он бы привез супругу с сыном в Москву или в Петроград, но побоялся, что они дорогу не перенесут. Как я мог отказать? И, если разобраться, то пару недель госпожа Исаева и господин Сидорчук справятся без меня. Им следует только приглядывать за тем, как оборудуется типография, проводится ремонт и подбирать персонал. Кстати, «Агентство Кадры» откроется на днях. Помещение готово, проводятся дополнительные телефонные линии, подготавливаются анкеты, Вениамин Степанович носится по крупным производствам, предлагая услуги по подбору персонала. Примерно месяц собираемся работать бесплатно, проводя агрессивную рекламную компанию. Надеюсь, что этот прожект себя окупит и вскоре принесет прибыль. Если все сложится удачно, то развернем сеть таких агентств по всей империи. От моего размаха, когда об этом сказал, маклер в ступор впал. Лично ему стакан воды налил, в его ладонь впихнул и заставил выпить.

— Михаил, ну не обижайся, — села ко мне на колени подруга и положила голову на плечо. — Мне тоже наскучили все эти переговоры. Но ты же знаешь господина Жукова, тот желает, чтобы меня подобающе встретили, гонорара не пожалели. Хотя, условия, которые предложил князь выше ожиданий, но Иван Сергеевич сразу же захотел большего.

— Узнаю хватку твоего импресарио, — усмехнулся я, поглаживая подругу по волосам.

— Зато он задействовал свои знакомства, чтобы один поручик в отставке мог приобрести автомобиль, — усмехнулась Вера. — Почему мне не сказал?

— Сразу не до того было, а потом из головы вылетело, — пожал плечами и добавил: — Не такая эта важная вещь, если разобраться. Стоит дорого, но за мобильность и удобства приходится платить. Другой вопрос найдется ли нужный экземпляр с мотором позволяющим выжать больше ста километров в час.

— Такие есть, точно знаю, но они больше спортивные, — нахмурилась Вера.

— А мне нужен еще и комфортный, — хмыкнул я и шепнул на ушко подруге: — Помнишь, когда у нас с тобой Руссо-Балт сломался и сделали на природе остановку.

— Это когда такое было? — нахмурилась девушка, при этом ее глазки сверкнули пониманием.

— Мы же с тобой еще рессоры на прочность проверяли, неужели забыла? — провел ладонью по ее бедру.

— Михаил, я дверь в купе не заперла, — предупредила Вера.

— Разве это проблема? Сейчас исправим, — ответил ей и встал, не отпуская подругу, которая меня ногами обхватила, за плечи держится и чуть назад отклонилась, чтобы в глаза смотреть.

— Все понимаю, молодость, но мне с господином Голицыным необходимо немедля переговорить, — раздался ехидный голос Аристарха Георгиевича.

— Дайте нам минутку, — попросила Вера, спрятав лицо на моей груди.

Щеки актрисы полыхают, аура смущена и при этом ее разбирает смех. Нервы или ситуация позабавила?

— Чего тебя так развеселило? — поинтересовался у подруги, осторожно ссаживая ту на диван.

Мы в купе первого класса путешествуем, но оно не совсем обычное, а сделано на заказ князя. Впрочем, весь вагон ему принадлежит и, насколько понял, он у князя не один. Имеется даже несколько паровозов и грузовых составов, но он их на нужды фронта передал.

— Почему-то представила, как начнем проверять на прочность вагон, а он станет раскачиваться, — шепнула девушка.

— Как же не вовремя пришел господин Ботвинов, — ответил я и прикусил кожу на шее Веры, за что та хлопнула ладошкой меня по спине и пригрозила:

— Серый волк, если оставишь на мне метку, то я тебе хвост оторву!

— Ты о чем это? С ума сошла? Хвост у хищника самое ценное, его гордость, — сказал, а потом буркнул: — Не скучай тут, постараюсь недолго с доктором общаться.

— Буду ждать, — ответила девушка и попросила: — Ты только не забудь, когда вернешься, дверь в купе запереть, а то ходят тут всякие!

Посмеиваясь, оставил подругу и вышел в коридор вагона. Аристарх Георгиевич прохаживается и трет стекла своего пенсне.

— Что случилось? — поинтересовался я.

— Князь получил с нарочным отчет и заключение профессора Берга о состоянии его близких. Михаил Юрьевич, боюсь, мы ничего не в состоянии поделать, — заявил господин Ботвинов.

— И что же выявил профессор?

— В том и дело, что ничего! Анализ крови в норме, диагностика на аллергию ничего не дала, при этом динамика состояния матери и ребенка стремительно ухудшается. Профессор пришел к выводу, подкрепив их случаями из практики, с которыми имел дело, что эта редкое наследственное заболевание. У малышей бывает синдром внезапной смерти, когда они не просыпаются. Никто ничего понять не в силах, из-за чего это произошло. Причину не находят даже после вскрытия! — эмоционально произнес Ботвинов.

— И каким боком это к нашему случаю? — потер я скулу. — Не знаю, что там ваш Берг себе напридумывал, но выводы он не имел права делать исходя из своих допущений, если не нашел причины. Скорее всего, пытался умыть руки и расписался в бессилии. И даже если представить, что он угадал, то почему бы нам не попытаться опровергнуть его доводы? Мы уже в пути, приедем, посмотрим, поговорим, проведем свою диагностику и после этого будет ясность. Сейчас-то какой смысл паниковать?

— Гм, дело в том, что князя это сообщение надломило, — вздохнул Ботвинов. — Слышите шум? — он указал в направлении купе, предназначенное Петру Александровичу. — Крушит все, у него случился выплеск злобы, дар вскипел и вышел из-под контроля. Если его не успокоить, то это приведет к печальным последствиям. Мало того, что князь перегорит, так еще он свой организм истощит настолько, что в Тифлис мы привезем труп! Как думаете, что с нами всеми там сделают?

— Понял, — покивал я и направился к князю.

Звукоизоляция отменная, глухие удары, треск ломающийся мебели едва слышны, как и яростные выкрики Грузинского. Вполне возможно, что он выплеснет свой гнев и успокоится, а Аристарх Георгиевич перестраховывается. Я запустил диагностический поток и почти мгновенно понял, что Петр Александрович не в себе. Эмоции зашкаливают, сила дара полыхает огнем, а выплескивает он ее через удары кулаками.

— Хаос, вот что это такое, — чуть слышно сам себе сказал и постучал в дверь: — Князь, отворяй, морду тебе бить пришел!

Стоящий позади меня господин Ботвинов охнул. Я же усмехнулся, необходимо князя отвлечь и переключить его гнев на что-то другое. Ну, мне ничего другого в голову не пришло, кроме как самому стать этаким козлом отпущения. Нет, не в прямом смысле этого слова, Петр Александрович должен на пару секунд начать трезво мыслить.

— Кто это⁈ Какого дьявола⁈ — раздался рык Грузинского и в дверь купе что-то с грохотом ударило.

— Никак струсил и лицом к лицу встать не желаешь? — продолжил я выводить князя из себя.

Господин Ботвинов явственно усмехнулся и негромко в ладоши хлопнул, после чего сказал:

— Господин Голицын, браво! Вы князя из такого состояние выведите, но что он с вами сделает?

Не стал доктору отвечать, со мной Петру Александровичу не тягаться в честной схватке. А когда он остынет, то извинится, что сорвался. В этот момент дверь купе распахнулась, на пороге взбешенный Грузинский с длинным кинжалом в руке. Глаза у князя налиты кровью, рот перекошен, волосы растрепанные, из ушей чуть ли пар не идет, образно выражаясь. Ни слова ему не говоря, провел джеб в голову, потом удар по корпусу, а следом направил волну воздушного потока, который князя, словно пушинку, внес в его купе. Захожу внутрь, Грузинский уже очухался, текущую кровь из носа слизнул, криво усмехнулся и швырнул в мою сторону комок стужи, по контуру которого мелькают искры. Энергетический удар, комбинированный, противостоять такому очень сложно. Воздухом не отбить, воду использовать нельзя, как и огонь. Остается только изменить направление удара, чтобы шар рванул за новой целью. Водяная стрела у меня вышла изумительная, сам не ожидал, да еще и не представлял, что на такое способен. Похоже, дар в критической ситуации, выложился на сто процентов. В каких-то миллиметрах мое заклинание прошло от несущегося на меня шара, который мгновенно изменил направление и рванул за моим ударом. Толстенная оконная рама вылетела, словно ничего не весила. По ушам ударил стук колес по стыкам рельс, а через секунд десять прогремел сильнейший взрыв. Машинист поезда отреагировал предсказуемо, а может кто-то другой сорвал стоп-кран. Вагон дернулся, раздался противный скрип металла. Удивительно, но на ногах сумел устоять, а вот князь грохнулся на пол. Этим-то я и воспользовался, подошел, заломил ему руку в болевом приеме и произнес:

— Простите, за мою бестактность, но какого хрена творите? С ума сошли? Так бились бы головой о стену!

— Михаил Юрьевич, отпустите, — прохрипел князь, спустя почти минуту. — Это моя горячая кровь вскипела, негодование, обида и злость захлестнула. Не сумел совладать с эмоциями, хотя их контролю еще в детстве научился.

— И дар в этом случае главенствует, — задумчиво произнес я.

— Верно, он возобладает и руководит моими действиями, — ответил князь.

Горячая южная кровь, эмоции и не подконтрольный дар — страшная сила! А еще происходит очень мощное истощение. Сложить дважды два труда не составило. Похоже, проблема с его сыном из-за наследственности. Другой вопрос, почему страдает супруга. Но и тут могу предположить, что она, как мать, связана со своим ребенком. Прав ли или нет — покажет время, но с господином Ботвиновым это необходимо обсудить и придумать, как противодействовать.

— Без обид? — отпуская руку Грузинского из болевого захвата, поинтересовался я.

— Спасибо, — выдохнул тот, вставая и размазывая по лицу кровь. — Не знаю, чем бы моя вспышка гнева закончилась. Поймите правильно, заключение профессора, его сочувствие, выбило из колеи.

— Понимаю, — покивал ему и предложил: — Подумайте над внутренним щитом, чтобы сам дар его ставил, если почувствует критический момент.

— Благодарю за совет, поразмыслю над вашими словами, — ответил князь и вдруг улыбнулся: — Вы отлично деретесь, не ожил прямого удара, а ребра до сих пор болят.

— Ваш энергетический шар меня тоже поразил, — усмехнулся я.

— Судя по силе взрыва, то там вскоре образуется небольшое озеро, — влез в наш разговор господин Ботвинов. — Петр Александрович, позвольте ваши повреждения убрать, а то как-то нехорошо, когда у князя синяки на всеобщем обозрении.

Для меня оказалось удивительным, но Грузинский не мог использовать свой дар для исцеления. Впрочем, Аристарх Георгиевич не раз говорил, да и не только он, что одаренные имеют определенную направленность, а я одно из редких исключений. И как тут поспорить, если и вовсе являюсь выходцем из другого мира! Но об этом знать никому не следует.

— И что за резкая остановка? — спросила Вера, когда я вернулся к ней. — Представляешь, чуть с кровати не свалилась.

— Ерунда, какие-то технические неполадки, — отмахнулся, а сам оцениваю на подруге полупрозрачные кружевной пеньюар. — К чему об этом говорить, у нас есть дело поинтереснее.

Состав вскоре тронулся и начал набирать скорость, мы с Верой растворились друг в друге. Ближе к ночи сходили в вагон-ресторан и поужинали, где нас, точнее, госпожу Холодную, похитил господин Жуков. Он встретил каких-то мануфактурщиков, почитателей актрисы и те предложили какие-то баснословные условия за выступление девушки. Договор почти готов, осталось, чтобы его завизировала актриса, предварительно ознакомившись. Импресарио, что называется, цветет и пахнет, постоянно улыбается и ладони потирает. Похоже, поездка в Тифлис сулит большие прибыли. Мне бы тоже с кем-нибудь попытаться связи наладить. Но пока не вижу смысла вкладываться так далеко от центра империи. А если уж откровенно, то свободными деньгами не располагаю. Да, я встал на ноги и крепко на них стою, однако, это минимальные цели. Еще даже не в строю, в моем понимании. Влиять на развитие империи не получается и, честно говоря, вряд ли этого достигну, если не создам свой род или сообщество одаренных. Кстати, их не так много, особенно с боевым даром. А именно они способны переломить предначертанный ход истории. Судя же по разговорам с господином Зарубиным, то в революционном движении много тех, кого не устраивает монархия. Лозунгам и обещаниям непросто противостоять, особенно когда положение дел в империи идет не очень-то хорошо. Но ведь и власть рубит сук, на котором сидит! Много ошибок, которые делает, но признавать не желает. Спустя рукава смотрит на набирающие обороты бурление и недовольство среди рабочих, крестьян и солдат. А ведь их поддерживают аристократы и пытаются навязывать свои взгляды.

— Как ни крути, а боевая группа необходима, — сделал я себе признание, понимая, что развлечения, просвещение, новшества в медицине и, если получится, промышленности никого от политических замыслов не отвлеку.

И, честно говоря, первые шаги в этом направлении уже сделал. Не просто так начал приближать к себе Сашку-молнию. Принял на работу штабс-капитана и велел тому набрать преданных людей. Конечно, со всеми ими еще предстоит работать, понять их взгляды, дать определенные расклады и посмотреть, кому смогу доверять, а кому нет. Увы, но на сегодня любое мое задание выполнят, как бы не смешно это казалось, всего двое. Один из них господин Сидорчук, а второй его дядька. Но это сейчас, а что случится и останутся ли они со мной, если власть сменится? Сто процентов никто не даст, но думаю, не подведут, как и госпожа Исаева. А вот моя подруга, вполне возможно, только плечиками пожмет и скажет, что богему и артистов политика не интересует. Ей в любом случае будут аплодировать, дарить корзины цветов и украшения.

— Что-то не о том думаю, — криво усмехнулся я. — Связями, потихоньку, обрастаю и это хорошо.

Прикрыл глаза и мысленно стал анализировать, как император в схожей ситуации мог отречься от престола. Да, это произошло в моем мире, но и в этом все идет к тому. Так вот, империя воюет, кризис стремительно развивается. Неужели непонятно, что дальше хаос? Это же всем должно быть очевидно! Так почему высшие деятели и чины свергли, а иначе и не назвать, императора. Что им мешало честно и на совесть трудиться на своих местах под его правлением? Власть и деньги, каждый возжелал большего, только такой у меня ответ. Хотя, нет были и идейные, свято верили, что сумеют повернуть империю к светлому будущему и процветанию. Не учли, что сами же расколют высшее общество, а народ сплотится и обретет лидеров. Но пока манифест об отречении не подписан, то шанс есть. А вот если такое произойдет, то цейтнот у меня будет еще тот. И необходимо к этому подготовиться. Вот только как это сделать? Ничего, прорвусь, повторюсь, на ноги встал, определенные планы есть, а остальное приложится, если руки не опускать.

— Михаил, заскучал? — раздался веселый голос Веры.

— Смотрю ты вся светишься, — улыбнулся подруге, любуясь ей. — Хорошие условия?

— Отличные, даже не ожидала такой щедрости, — покивала та. — Боюсь, придется на пару недель задержаться. Ты же составишь мне компанию?

— Прости, — покачал головой, — в Москве много дел, без моего присутствия они застопорятся. Обратно поеду сразу, как только княжеской семье помогу.

— Ты так уверен, что справишься? — нахмурилась подруга. — Не слишком ли самоуверен?

— Надеюсь, — пожал плечами, а потом добавил: — Вер, в первую очередь необходимо верить в лучшее, но не исключать и плохого исхода. Желательно, заранее готовиться и просчитывать разные варианты. Например, мне бы хотелось видеть, как ты покоряешь Францию.

— Еще чего! — отмахнулась та. — Рассказывала же, что там бывала. Мне в России хорошо, тут все свое. А с чего это ты о таком заговорил? Неужели желаешь от себя отправить подальше? Признавайся, какую-то дамочку присмотрел? Учти, Насте такое не понравится и, вообще, когда меня долго нет рядом, то вы могли бы сойтись!

— Опять двадцать пять, — отмахнулся я. — Госпожа Исаева мне как сестра, говорил не раз.

— Ой, только не заливай, думаешь не знаю, что за ней ухаживать пытался с определенными намерениями? Настя поделилась и, не удивляйся, но почти уверена, она пожалела, что выстояла. Сейчас же у нее гордыня взыграла, но у тебя еще шансы есть.

Сижу, слушаю Верины рассуждения и мысленно посмеиваюсь. Почти уверен, что начни со своей помощницей флиртовать, а та благосклонно отвечать, то госпожа Холодная устроит сцены ревности. И чего она добивается? Есть в ней загадки, которые разгадать не получается. А вообще, душой я в этом мире отогрелся, вжился, черствость прошла и этому рад. Появились близкие дамы и господа, за которых переживаю и, если получится, то их судьбы изменю. Мне чертовски повезло, что кто-то свыше дал этот шанс и я его использую на все сто! А время, в сутках двадцать четыре часа, это не так и мало, если умножить их на дни, на которые, как надеюсь уже на какое-то время отсрочил те печальные события, произошедшие в другой реальности. Так, по капле, по шажочку и буду стараться изменить ход истории. Подготовлю различные варианты и, уверен, своего в итоге добьюсь…