Глава 4

* * *

Не сопротивляться? Я что, похож на идиота. Да даже если я притащил сюда саму страшную контрабанду, с меня взятки гладки, так как всё законно. Но тайная полиция не та контора которая ограничится вежливыми расшаркиваниями. Плевать на допросы. Главное это то, что при мне бульдог заряженный шестью «Пробоями», и пара ножей со «Стилетами», а я как бы уже не княжич, и потому иметь при себе такие амулеты не имею права ни при каких раскладах. Одно только их наличие у меня, тянуло на несколько лет каторги. Это при условии, что я ими не воспользуюсь. А так-то, прогуляюсь на виселицу.

Поэтому у меня даже мысли не возникло останавливаться. Вместо этого я рванул по коридору, лавируя между ошарашенными произошедшим вольниками.

— Стоять! — выкрикнул здоровенный детина преградивший выход.

В руках обрез двустволки с взведёнными курками. Вряд ли в зарядах амулеты. Всё же дорогое удовольствие. Поэтому я и не подумал выполнять его приказ. Вместо этого на бегу рванул из кобуры свою хауду. Полицейский выстрелил раньше. Грохнул дуплет. Нормальная практика. Грохнуть, скрутить руки ноги, а потом оживить с помощью «Лекаря».

Однако, я его удивил, ощутив лишь лёгкий двойной толчок пальцами. Мой «Панцирь» играючи сдержал этот натиск. А ведь противник был уверен, что бьёт с изрядным запасом, так, чтобы наверняка. Порох в патронах бурый, а потому стрелка не заволокло белыми клубами дыма, и я, пусть и не отчётливо, но всё же рассмотрел его удивлённое выражение лица.

В ответ грохнул мой выстрел. Убивать полицейского я не собирался, поэтому стреловидная пуля разметав щит, ударила его в бедро. Крик полный боли, и пока я преодолел три метра разделяющие нас, стрелок успел привалиться к стене, по которой и сползал, освобождая мне проход.

Выскочил в тамбур, буквально навалившись на спину какого-то мужика в лётной куртке. Наверное он заходил в здание, когда из-за двери раздались выстрелы, и поспешил ретироваться, а тут я. За малым не пальнул в спину. Не будь в трансе и не контролируй себя со стороны, однозначно на рефлексах пальнул бы в спину. А так только толкнул правой рукой.

Ошибка! На мужике похоже была «Кольчуга», воспринявшая зажатую в руке хауду как холодное оружие. В результате моя рука словно попала в кисель, и вместо того чтобы оттолкнуть вольника, я налетел на него всей массой. А вот на тело никакие амулеты воздействия не имели, и мы дружно полетели кубарем на мостовую.

Я успел сгруппироваться и ушёл в перекат через левое плечо. Мгновение и я уже на колене. Грохнул выстрел. Рядом вжикнула пуля. Ещё один, и лёгкий толчок в грудь. Третий, и опять только ощущение тычка пальцем. Судя по звукам стреляли из карабинов, но за прошедшие пару тройку секунд амулет успел вобрать достаточно Силы от «Зарядника», а потому попадания не причинили мне вреда.

Приметив одного из стрелков, не поднимаясь с колена вскинул хауду. Метров пятьдесят. Будь в стволе обычная пуля, и нечего даже мечтать попасть из этого коротыша. А вот для стреловидной пули ничего невозможного. Выстрел! Стрелок уже перезарядивший оружие, и вновь целившийся в меня, сложился пополам.

Впрочем, я этого уже не видел. Просто был уверен в том, что не промазал, вот и всё. Сам же едва нажав на спусковой крючок, кувыркнулся через левое плечо. Выстрел! Пуля вжикнула где-то высоко над головой. Ещё один! Громкий щелчок по каменной мостовой, и визг бесформенного куска свинца ушедшего в рикошет.

Я вскочил на ноги, и побежал в сторону подстреленного противника, стремясь вырваться из оцепления. Набегу переломил стволы, эжектор выбросил стреляные гильзы, пальцы выхватили из патронташа два патрона, и я отточенным движением вогнал их в патронники.

Пока перезаряжался мечась из стороны в сторону, прозвучало ещё два выстрела. Одна пуля прошла мимо. Вторая беспомощно толкнула в бедро. Едва клацнул блоком стволов, бросился на мостовую кувыркнувшись через левое плечо. И тут же едва ни синхронно раздались два выстрела. И опять вжиканье пули совсем рядом со мной, и толчок в бок. А хорошо стреляют сволочи! Да ещё и резво так!

Вновь встал на колено, и выстрелил в одного из них. Опять кувырок. Растянулся на мостовой, и вытянув руку с хаудой в строну последнего стрелка перекатился влево. И как раз в то место где я только что был, ударила пуля. Я зафиксировался лёжа на животе, и поймав в прицел полицейского выстрелил. Тот закричал, и схватившись за плечо начал оседать.

Всё же хорошо, что тут ещё не практикуют продвинутые тактические приёмы. Стройными рядами конечно не воюют, но и особо укрытиями не заморачиваются, этот к примеру только и того, что встал на колено. С одной стороны, оно вроде как только последняя треть девятнадцатого века, когда всё ещё воевали с гордо поднятой головой. С другой, амулеты являются серьёзным расхолаживающим фактором.

Впрочем, это я тут по привычке занимаюсь различными экзерсисами. Абориген на моём месте, и с моей защитой не катался бы по мостовой, а без затей попёр бы напролом непрошибаемым танком, и уже вырвался бы за линию оцепления.

Что я собственно говоря чертыхнувшись и решил наконец проделать. Только эта гениальная мысль несколько припоздала. Серьёзных стрелков в поле зрения уже не наблюдалось. В спину пару раз выстрелили из револьвера. Но пули прошли настолько далеко, что я на это даже не обратил внимания. А там и скрылся за углом.

— Гаврила, как у тебя? — прижав пальцем за ухом горошину «Разговорника», поинтересовался я.

— Народ малость волнуется из-за стрельбы. Но так-то, пока всё нормально.

— Котлы?

— Давление ещё не набрали, но к твоему прибытию будут под парами.

— Давай за картечницу, и будь готов отбиваться.

— Принял, Лютый, — отозвался сразу возбудившийся борт-мех.

— Настя, — позвал я на бегу.

— Слушаю, — отозвалась девушка, на удивление спокойная и собранная.

— В порт не ходи. Деньги есть?

— Да.

— Выбирайся сама. Ты с нами никак не связана. Поняла?

— Ясно.

Вот и хорошо, что ясно. Сейчас здесь начнётся свистопляска. И в подтверждение моих мыслей от причала где находился наш «Альбатрос» послышался грохот картечницы. Быстро работают, черти! Наверняка группы снабжены «Разговорниками», а связь для координации действий это первое дело.

Из-за штабеля ящиков выбежали сразу двое полицейских с дробовиками наперевес. Эти в обычной форме городских стражей порядка. А может и тайная полиция переоделась, кто же их дьяволов разберёт. Вновь по наитию бросился на мостовую, грохнули выстрелы и надо мной прошуршал рой картечи. Дистанция всего-то семь метров, так что прошлась плотной кучей.

Кувыркнувшись встал на колено и вскинул хауду. Полицейские вновь выстрелили и на этот раз картечь пришлась точно по мне, только я практически ничего не ощутил. Так, словно по голому торсу бросили горох. «Панцирь» отработал на раз.

Передо мной белёсая пелена порохового дыма, но противника вижу отчётливо. Фараоны не стали столбенеть и перезаряжать свои двустволки. Вместо этого они дружно бросились в рукопашную. Правильное решение, что тут ещё сказать-то.

Я нажал на спусковой крючок, и хауда лягнувшись послала пулю в первого противника. Та угодила ему в живот, и полицейский схватившись за рану, тут же запнулся, ноги подогнулись, и он завалился на бок, оглашая округу заунывным страдальческим криком.

Выстрелить во второго я не успевал, поэтому откинулся на спину, кувыркнувшись назад через правое плечо. И вовремя. Набежавший противник как раз со всего маху нанёс удар ногой целя мне в грудь. Однако, лишь вспорол пустоту, едва не упав, и замешкавшись. Этого мне хватило чтобы встать на колено, и выстрелить в него практически в упор.

Был у него «Панцирь» или нет, мне невдомёк. Знаю только, что пуля ударила его в район тазобедренного сустава, тут же опрокинув на мостовую, под оглушительные проклятья, полные боли, злости и бессилия. Плевать! Прилетело ему настолько знатно, что он уже не боец.

Я вскочил на ноги и побежал дальше, в направлении самолёта, откуда продолжал доноситься грохот картечницы. Попутно подумал о том, что на этот раз не зря кувыркался по мостовой. У диспетчерской когда по мне стреляли карабины, это в принципе было лишено смысла, так как им было не пробить мою шкуру. Дробовик же дело такое. На такой дистанции, даже три выстрела снесли бы мой десятикаратный «Панцирь», который попросту не успел бы подзарядиться.

На бегу перезарядился. И вовремя. За очередным штабелем ящиков засели двое солдат с карабинами, ведущие огонь по моему «Альбатросу». Колпак с картечной турелью практически полностью скрыт под взвесью порохового дыма, который не успевает рассеиваться и подниматься вверх. От картечницы то и дело расходятся веера трассеров. На мостовой причала лежат тела, двух чрезмерно ретивых солдат.

Не останавливаясь дважды нажал на спусковой крючок, целя в спины засевших, после чего рванул к аэроплану настолько быстро, насколько только мог. О перезарядке хауды уже даже не задумывался. Наоборот сунул её в кобуру, а из ножен рванул нож.

Мне и нужно-то было пробежать всего-то метров сорок. Но даже на такой короткой дистанции в меня успели попасть дважды. Однако «Панцирь» выдержал это без труда. Только и того, что я отметил попадания. Сразу забегать в салон не стал, вместо этого разом перерезал причальный конец у хвоста. Пробежал вперёд, повторив со вторым. И только после этого вбежал вовнутрь, сразу же переместившись в кабину.

Упал в сиденье пилота, бросил взгляд на приборную панель. Оба котла под парами, в коротких перерывах грохота картечницы слышен заунывный свист предохранительных клапанов. По фанерному фюзеляжу с глухим перестуком прилетело несколько пуль. Я подал ручку акселератора вперёд, машины тяжко вздохнули, пыхнули паром, и винты взбили воздух.

«Альбатрос» начал отходить от причала. Я не стал выводить его на взлётный створ. Уж больно быстро нарастала стрельба. А там и перехватчики могут поднять в небо. И скорее всего поднимут. Встречать же их лучше в воздухе, а не на взлёте. Поэтому я повёл самолёт по свободной полоске воды, между стоящими у причалов, и курсирующими по акватории аэропланами. Было довольно тесно, но я всё же управился. «Альбатрос» пробежался по воде и наконец оторвался от её поверхности.

— Лютый, что это было? — заглянув в кабину, поинтересовался Гаврила.

— Да хрен его знает, — и не подумал я откровенничать с ним.

Вот не стоит ему знать о том, что первопричина не в попытке нас задержать, а в том, что при мне были запрещённые амулеты. Хотя-а-а… Оно ведь непонятно с чем нас должны были прихватить, коль скоро устроили такую серьёзную облаву. Сработали где-то технично, но по большей части топорно. Это да. Ну да, такое время. Местные силовики пока только нарабатывают тактику и приёмы захвата преступников. Так что, глядишь, ещё и не отвертелись бы. А потому, не факт, что по отношении Гаврилы я был не прав.

— Настя, мы улетели, выбирайся сама, — прижав пальцем за ухом горошину «Разговриника», произнёс я.

— Сожалею, но госпожа Настя не может покинуть гостеприимную Нитру. Во избежание ещё больших неприятностей, предлагаю и вам присоединиться к ней, — послышался в голове незнакомый мужской голос…

* * *

Поначалу всё шло более чем удачно. При проверке грузового салона «Альбатроса» Настя сумела подсунуть Гавриле один из «Маяков», справедливо рассудив, что наличие такой находки должно будет подстегнуть осторожность Горина, и заставить его более активно путать след. Второй амулет она разрядила, уменьшив свой потенциал в необходимом объёме, чтобы принять Силу из него.

Жаль конечно, что свою пришлось просто развеять, но она поступает так последние пару недель, так как собирать её попросту некуда. Все имеющиеся у неё камни заполнены под завязку. Ходить же с постоянно наполненным вместилищем не рекомендуется. Постоянное пополнение и расход способствуют развитию способности оперировать Силой, и облегчает работу по совершенствованию конструкта.

Едва она приблизилась к ящикам с грузом, как почувствовала в них присутствие Силы. Судя по всему, амулеты были больше обнаруженных ею «Маяков», и скорее всего это «Облегчители». Если исходить из ограничения по времени доставки, получается, что-то около десяти карат. А реальная масса каждого ящика равняется примерно шестидесяти пудам.

Ни чем иным, как контрабандой их груз быть не мог. Причём какой-то серьёзной, потому что стоимость амулетов выходила изрядной. Каждый тысячи по четыре, а может и побольше. Просто так вкладываться в перевозку никто не будет. Ей же влезать в сомнительные авантюры не улыбалось.

Однако и нормально предупредить Горина относительно своих догадок она не могла, так как должна была скрывать свою одарённость. Вот и пришлось придумывать на ходу какой-то лепет про нехорошие предчувствия, от чего Лютый просто отмахнулся.

Лютый. Хм. Ему это прозвище совершенно не шло. Внешне и вовсе красавец писаный. Ну и порода видна в каждом жесте, движении, манере держаться и взгляде. Ничего такого, чтобы указывало на брутальность. Может прозвище прикипело к нему как раз в пику его облику.

По прибытии в Нитру, она решила держаться подальше от «Альбатроса», пока Фёдор Максимович и Гаврила не разберутся с грузом. Если обойдётся, тогда ладно. А если нагрянут неприятности, то предпочтёт убраться восвояси, не ввязываясь в возможные неприятности. В конце концов, она ещё даже не полноценный член команды, а только на испытательном сроке, так что никаких серьёзных обязательств перед ними у неё нет.

Хотя, конечно по отношении к Гавриле было как-то совестно. Этот здоровяк, его жена и дети ей откровенно нравились. И вообще, то как он её сразу принял, дорогого стоит. Но из-за него она всё же рисковать головой не станет.

Поэтому и отпросилась, прихватив с собой саквояж со своими вещами. На вопрос Гаврилы, сослалась, что сразу из книжной лавки направится в гильдейскую гостиницу. А раз так, то чего тогда ходить дважды.

Однако, пошла она не в книжную лавку, а в ювелирную, дабы сдать там свой топаз, за который рассчитывала выручить порядка трёхсот рублей. Нормальная цена, и вполне приличные деньги, если конечно не шиковать. А она и не собиралась. Этого более чем достаточно, чтобы добраться до Пскова, забрать свои вещи и убраться восвояси.

Она как раз нашла лавку, и успела переступить её порог, когда в голове послышался голос Горина.

— Гаврила, разводи пары.

— Понял, — тут же отозвался тот.

— Настя, вы где? — поинтересовался Горин.

— Слышала. Возвращаюсь на «Альбатроса», — коснувшись пальцем горошины «Разговорника» за ухом, отозвалась она.

В груди тут же поселился холодный ком, а под ложечкой тревожно засосало от предчувствия опасности. Нет, она не обладала даром предвидения. Это вообще было подвластно лишь редким одарённым. Но даже у них тот открывается после серьёзных успехов во владении Силой, и разумеется, при наличии большого объёма вместилища. Просто её обуял страх.

Она невольно прикрыла глаза и задействовала чутьё. По мере наработки практики она сможет делать это походя, затрачивать куда меньше Силы, и ощупывать гораздо больший радиус. Сейчас же, на то, чтобы осмотреться внутренним взором она затратила её не меньше карата. Причём совершенно напрасно, так как даже в радиусе десяти шагов вокруг неё оказалось с десяток человек. Включая лавочника, двух посетителей и прохожих на улице. С другой стороны, их поведение не вызвало у неё никаких подозрений, что несколько успокаивало.

Вопреки своим словам, возвращаться в порт она не собиралась. Вместо этого подошла к лавочнику и улыбнувшись выложила перед ним «Маяк».

— Желаете продать? — догадался ювелир.

— Достался мне по случаю. Мне он без надобности, а вы возможно сумеете переделать его во что-то более полезное.

— То есть, второй половины у вас нет?

— Если бы была, то я пошла бы в амулетную лавку, или оставила бы их себе.

— Резонно, — извлекая ювелирные весы, произнёс лавочник. — Итак, я могу предложить за него триста восемнадцать рублей.

— Устраивает.

На всё про всё у неё ушло совсем немного времени. Она уже вышла на улицу, когда услышала отдалённую перестрелку. Решительно развернулась, и направилась было в противоположную сторону. Но именно в этот момент перед ней остановился чёрный автомобиль, а сзади подскочили два дюжих молодца, подхватившие её под руки, предотвращая малейшую попытку сопротивления.

— Королевская тайная полиция! Именем короля, вы задержаны! — произнёс один из них.

Говорил он достаточно громко, при этом ещё и отвёл в сторону полу сюртука, демонстрируя бляху, скрывавшуюся под ней. Рванувшиеся было на помощь девушке двое молодых господ, тут же отказались от своего намерения.

По груди пробежался неприятный холодок, Настю тут же охватил страх, а в голове взорвался тревожный набат. Её нашли! Она едва удержалась от того, чтобы использовать Силу. Полицейский вовремя назвался, и она сообразила, что это не могут быть её преследователи. Эти постарались бы сразу лишить одарённую сознания, чтобы она не изумила их до смерти.

Вовремя сориентировавшись, девушка решила пока повременить заявлять о своих способностях. Нужно выждать более благоприятный момент. Она конечно владеет Силой. Но не настолько хорошо, чтобы суметь противостоять двум мужчинам. Даже трём, если считать водителя.

Тем временем её затолкали в салон лакомобиля, и по бокам пристроились двое полицейских. Тот, что говорил, снял с её ушка дужку с «Разговорников, и пристроил на себе. Они уже достаточно отдалились от порта, когда он коснулся горошины, и заговорил.

— Сожалею, но госпожа Настя не может покинуть гостеприимную Нитру. Во избежание ещё больших неприятностей, предлагаю и вам присоединиться к ней, произнёс он, как видно обращаясь к Горину или Лужину…