Глава 8

Маленькая моя, глупая девочка… Ты сейчас спишь… Уже неделю без страшных снов, семь ночей тишины и спокойствия, но ты отчего-то так несчастна… Ты все еще веришь в то, что у тебя есть выбор? Все еще думаешь, что рядом с тобой благородный принц, способный сделать тебя счастливой? Мечты — это путь к разочарованию. Я хочу обезопасить твое сердце от потрясений, от горя несбывшихся надежд. Я отучу тебя от этой привычки. Покажу правду — вокруг тебя нет доброты, есть только монстры…

***

— Марика, ты же поможешь мне? Я сама точно не соберусь, — Юлька пристает с самого утра. Ни на секунду не замолкает сегодня, не дает совсем поработать. У нее вечером свидание с пилотом. Долгожданный приезд мужчины и ночь страсти и любви. Я рада за подругу, но дико раздражает, что она никак не дает закончить мне статью. Если я ее сегодня не допишу, шеф меня точно уволит.

— Юль, конечно, помогу. Но если ты не дашь мне поработать, я тебя придушу и пойду сама на свидание с твоим пилотом, — смеюсь, когда, состроив гневную мордашку, Юлька бьет меня скрученным в рулон журналом.

— Эй, полегче! — приподнимаю руки в защитном жесте. — Это, между прочим, юбилейное издание. Не дай бог, Зебров увидит, как ты обращаешься с его детищем, — указываю на ее орудие.

— Марика, ты такой занудой стала! — возмущается подруга, откидывая в сторону журнал. — Поскорей бы твой Соломон объявился, а то совсем уже одичала. На людей бросаешься.

— Не сыпь мне соль на рану, — желание говорить с Юлькой тут же пропадает. Попала ведь в самую точку!

Семь дней, с того вечера Соломон не дает о себе знать. Ни звонка, ни какой-либо весточки. Так, словно и не было его вообще. Порой мне даже начинает казаться, что он и все произошедшее с нами было плодом моего воображения. Но синяки на бедрах от его хватки и запах парфюма мужчины, которым пропитано бальное платье, говорят о том, что он все-таки был… а еще тот разговор с шефом…

— А я тебе сразу говорила, что лучше бы шефа выбрала. Тот поматросил и бросил. А Зебров бы пылинки с тебя сдувал, — ворчит подруга, а я мысленно вздыхаю. Я рассказала Юльке немного о времени, проведенном с Солом. Нет, конечно, я не стала упоминать о двух девицах в его авто и о том, что сразу после секса он наглым образом высадил меня из машины.

— И вообще, до сих пор не могу понять, как Зебров тебя не уволил после всего… бросила его на вечере, укатила с другим мужиком, да еще и работу никак вовремя не доделаешь, — подруга загибает пальцы, подсчитывая мои просчеты. И ведь права во всем.

Я не стала рассказывать Юле о нашем разговоре с Артуром утром следующего дня. Шеф был дико зол, оно и понятно. Я знала, что натворила. Но Соломон так действовал на меня… Рядом с этим мужчиной разум всегда отключается и берут верх инстинкты. Так что, когда Зебров вызвал меня на ковер, я готовилась к тому, что придется попрощаться с любимой работой. Но каково же было мое удивление, когда Артур заявил о новом крупном заказе и приобретении спонсора в лице Соломона Девиера.

Помню, как удивилась звучанию его фамилии. Кто же он по национальности? Говорит на чистом русском, без малейшего акцента. Столь необычное имя придавало ему таинственности и загадочности. Оттого делая его для меня еще более желанным.

Зебров расписывал в красках свою радость, когда губернатор познакомил его с моим любовником. И, судя по рассказу, все эти события произошли после того, как Сол высадил меня у подъезда. Получается, что мужчина сразу вернулся на бал.

И главный вопрос теперь терзал мою душу. Соломон сделал это ради меня. Ведь и на маскарад Зебров был приглашен только с целью привести мою бренную тушку для НЕГО. Но почему же тогда всю неделю Соломон не пишет и не звонит? Пытается таким образом приручить?

От мыслей и непонимания ситуации я все больше заводилась.

— Почему шеф должен был уволить меня? Я же объяснилась с ним, сказала, что у меня сильно разболелась голова, — пожимаю плечами, отворачиваясь к монитору компьютера.

— Марика, ты ужасно врешь, ей-богу, не знаю, как он смог повестись на этот бред, — Юлька так заливисто смеется, что и мне на минуту становится смешно.

Остаток рабочего дня Юля держит себя в руках. В основном сидит, уткнувшись в телефон, что-то печатает, время от времени хихикая. Я же, закончив наконец-то статью, выдыхаю с облегчением.

Вдруг телефон начинает вибрировать.

17:39. Демон: «Ты сегодня слишком молчалива».

Чувствую легкий укол совести. Я и правда сегодня весь день избегаю общения с ним. На это есть причина. Я обижена на него. Как и на Соломона. Не хочу с ним говорить. Еще головная боль с самого утра не дает покоя. И обезболивающие не помогают.

Как только большая стрелка часов касается двенадцати, а маленькая шести, мы срываемся с рабочих мест и несемся к выходу. Юлька торопится, как никогда. Через два часа у нее состоится свидание, а до этого мы должны выбрать ей наряд и сделать макияж. Вот подруга и тащит меня с собой.

Едва успев выйти из здания, наткнулись на шефа, стоящего неподалеку в компании неизвестного мужчины.

— Марика, вы уже уходите? — Артур многозначительно посмотрел на циферблат часов.

— Артур Александрович, я статью доделала, она на вашем столе, — улыбнулась пошире, пытаясь заговорить шефа. Он собирался сегодня устроить вечернее совещание, и мы явно портили план начальника.

Юлька притихла мышкой рядом со мной, а я решила продолжить наступление.

— Просто у нас с Юлей просто очень важное дело. Вы не будете против, если мы сегодня убежим пораньше?

Нахмурившись, Зебров задумался. Ему точно не хотелось отпускать нас, но, с другой стороны, быть шефом-тираном — явно не в его стиле. Сунув руки в карманы брюк, он посмотрел на нас исподлобья, как-то странно ухмыльнувшись.

— Хорошо. Вы в центр?

Дождавшись кивка, продолжает:

— Пойдемте, я отвезу вас. Мне как раз по пути, — и, не дав нам возможности отказаться, шеф, попрощавшись с собеседником, развернулся и направился в сторону парковки. Мы с Юлей многозначительно переглянулись, подумав об одном и том же. Видимо, совещание не так уж сильно ему было нужно.

— Лучше согласиться, он же не отстанет, — пожала я плечами, как бы извиняясь.

— Ты права. Да и, может, быстрей доберемся? Пойдем, — кивнув, Юля потянула меня следом за Артуром.

Устроившись с подругой на заднем сиденье, немного прижухли. Шеф был явно не в настроении. Хотя виду старался не подавать. Обговорив последние рабочие новости и задачи, Зебров напомнил мне о предстоящем интервью с режиссером. Оно должно состояться через два дня. Но я ничуть не переживала. Вопросы были подготовлены, Юлька на подмоге. А вот то, какие взгляды на меня бросал Артур в зеркало заднего вида… заставляло ерзать на сиденье. Не нужны мне были такие намеки… совсем.

Как оказалось, переживала я неспроста. Как только машина припарковалась у обочины, и Юля первой покинула салон, шеф остановил меня, схватив за руку.

— Марика… мы не закончили наш разговор, и тот бал… все получилось слишком спонтанно. Я хотел бы пригласить тебя на ужин завтра…

— Артур Александрович, я очень благодарна вам за все, — не дав договорить, накрыла ладонью его руку. — Вы правда удивительный мужчина. Но давайте оставаться в рамках рабочих отношений, — улыбнулась, взглянув на него с нежностью. Мне не хотелось обижать его, но и расставить все точки над «і» нужно было.

— Хорошо. Я понял тебя, Марика, — кивнул, потупив взгляд. — Но знай одно… Я ведь не отступлю…

Промолчав в ответ, выхожу из машины. Мне не по себе от его признаний и обещаний. Сердце стонет совсем по другому. Тому, которому, похоже, совершенно нет дела до меня.

У Юльки немного забываюсь. Выпив по бокалу вина «для настроения», мы приступаем к подготовке подруги к свиданию. Справившись с макияжем, сделав ей прическу и выбрав платье, расходимся.

Подруга уезжает на такси, оставив мне обещание писать с места событий. А я еду домой. Настроение — хуже среднего. Набираю сообщение Демону, пока таксист везет меня по забитым машинами дорогам.

19:30. «Шеф сказал, что не отступится. Вроде как приятно должно быть, а мне не хочется его внимания».

19:35. Демон: «Упрямый осел. Но я его понимаю. Мы, мужчины, любим отказы. Они для нас — как красная тряпка или зеленый свет. Ты разожгла его интерес, Марика…»

Прошу водителя остановить возле ближайшего к моей квартире супермаркета. Решаю скрасить одинокий вечер бутылкой вина. Пока выбираю алкоголь, думаю над сообщением Демона. «Отказом ты разжигаешь огонь». А нужна ли я Демону? Являюсь ли я для него такой же важной частью жизни, как и он для меня? Сколько раз он отказывал мне? Рассказать о себе побольше… Я не просила его о свидании, но разве не должен этого делать мужчина?

Квартира встречает меня тишиной. Сбросив обувь в коридоре, прохожу в кухню. Откупориваю бутылку и, наполнив бокал вином, делаю глоток. Смакую вкус напитка, перекатывая на языке. Божественно. И градус что надо. Как раз для того, чтобы забыть о своем одиночестве и тоске.

Устроившись в гостиной на диване, переключаю каналы, бесцельно блуждая по эфиру. В груди все сжимает, скручивает в спираль от неясной тревоги. Не могу дать себе отчет, почему я чувствую это… словно близится огромная потеря. И долбаное зеркало на моей стене сейчас раздражает как никогда.

Юлька присылает фото, они вместе с пилотом. Счастливые, улыбаются, обнимаясь. Я рада за подругу, но меня так бесит то, что мной пренебрегают мужчины, интересные мне. Соломон… и даже Демон. Сколько мы с ним общаемся? И ни разу он не проявил ко мне интереса в этом плане. Откровенные разговоры — да, психологическая помощь — всегда. Но как же насчет интереса ко мне как к женщине? Неужели я настолько безнадежная?

Поддавшись порыву, набираю сообщение.

«Почему мы никак не увидимся? Ты урод? Или у тебя жена? Мне до чертиков надоели эти игры в переписку!»

Отправляю, устало прикрывая глаза. Не знаю, правильно ли я сделала. Но сейчас я чувствую, что должна выпустить свой гнев, иначе взорвусь.

20:19. Демон: «Ой, какие мы злые. Кто обидел мою девочку?»

20:20. «Или во мне что-то не так? Скажи!»

20:21. Демон: «А, я понял все… Соломон. Он исчез, а ты теперь психуешь и срываешься. Может, и хорошо, что пропал?»

20:22. «Не уходи от разговора. Ты и я. Встреча будет, или отваливай!»

Понимаю, что грубо, но я не в силах остановить бушующее пламя. Столько обиды во мне — целый океан, который так и норовит выплеснуться наружу. Мне бесконечно плохо… и головные боли набирают оборот, выматывая пульсацией… Будто внутри меня паразит, и он высасывает из моей груди всю радость. Я истощена и бесконечно несчастна. И знаю, если усну в столь разбитом состоянии — ночь кошмаров мне обеспечена. Они вернутся, поднимут голову после недели молчания. Страшные сны и демоны. Удушающая паника и парализующий ужас.

Устало укладываюсь на подушку, прикрываю глаза, прижимая к груди телефон. В носу аромат Соломона. Нотки востока дурманят, будто наркотик. Вспоминаю то, как чувствовались на мне его прикосновения, и мурашки бегут по телу.

Вдруг слышу, как вибрирует телефон. Снимаю блокировку с экрана, читаю сообщение с замершим от волнения сердцем.

20:45. Демон: «Через час в «Нью-Йорке». И надень что-нибудь посексуальнее. Не то решу, что для Артура на тот бал ты собиралась с большим желанием».

Улыбка кривит мои губы, а сердце начинает биться, как сумасшедшее. Рывком поднимаюсь с кровати, снова и снова перечитывая сообщение.

Второе приходит вдогонку.

20:46. Демон: «И хочу, чтобы от тебя пахло моими любимыми «Salvatore Ferragamo Amo Ferragamo».

Черт. Дрожь пробегает по коже. Когда понимаю, КАК он настроен. И готова ли я к встрече в таком формате? К близости. Точно, нет. В голове ведь один Соломон. Ну, вот сама его склонила к этому, а теперь пытаюсь придумать оправдания. Ладно. Ужин в ресторане ни к чему не обязывает. Черт, я ведь его даже не видела…