Глава 30

Не хочу оставлять свою малышку. Одно успокаивает: Федька с ней рядом. Но какую хуйню учудит ее бешеная семейка? Даже представить страшно. Такси останавливается рядом с отделением, куда привезли мою дочь.

Прохожу, встречаюсь со своим человеком.

– Что она?

– Требует адвоката, – ржет Пашка, – кричит, твоим именем пытается прикрыться.

– Что там случилось?

– Она обожралась каких-то таблеток, запила алкоголем и понеслась. В этом угаре позвонила своим дружкам, они дом разгромили. Кстати, Глеб…

– Что?

– Глеб? – у регистратуры стоит моя бывшая жена.

– Вот что. Удачи, друг, – Пашка хлопает меня по плечу и ретируется.

Лера подходит ко мне. Одетая с иголочки, волосы идеально уложены. Когда-то я сходил по этой женщине с ума. А сейчас вижу, как она постарела. И этот истерический блеск в глазах. Как блядью была, так и осталась… или нет?

Что-то всё же изменилось.

– Лера? – холодно здороваюсь.

– Что наша дочь делает в тюрьме?! – начинает визжать.

О, как знакомо! Ухмыляюсь. Ведь в моей голове есть крепкая защита. Вспоминаю свою Настеньку. Милого ангела в панамке.

– Ты зачем приехала? – устало спрашиваю.

– За дочерью, конечно! – фыркает. – Я не оставлю её здесь с тобой. Безразличным и глухим к ее душе отцом.

– Ну-ну, – чувствую, что она меня выводит, но я спокоен.

Вот оно!

– Ты точно Лильку заберешь? – спрашиваю.

– Конечно! У меня уже билеты взяты в Милан, – откидывает прядь своих смоляно-черных волос, – вряд ли она захочет видеть тебя после всего, что ты сделал.

– Что сделал? Растил? Обеспечивал, пока ты по хуям прыгала? – уточняю ровно, без агрессии.

– КАК ТЫ СМЕЕШЬ? – Лера подходит ко мне вплотную.

– Я устал, Лер. И меня очень ждёт важный человечек. Давай, я освобожу Лильку, и она просто переедет к тебе.

– Так просто? – выгибает тонкую бровь. – В чем подвох, Громов?

– Ни в чём. Если Лиля с тобой будет более спокойной, то ради бога. У меня не вышло построить с ней отношения. Я больше не буду пытаться. Устал.

Моё спокойствие остужает пыл бывшей жены.

– Звони кому надо. И мы уедем. Но Лиле нужен счет в банке, сам понимаешь.

– Дом продам. За сколько эту погорельщину купят, всё ей на счет брошу. Ты скинь реквизиты моему бухгалтеру.

– Ты изменился, – она осматривает меня, – успокоился?

– Да.

Настя изменила меня. Нежная и невинная девочка.

– Как в личной жизни?

– Всё отлично. У меня есть женщина, которую я до безумия люблю.

– Тогда понятно, – ухмыляется Лера, – я тоже нашла своё счастье. Его зовут Роб, и он итальянец.

– Темперамент тебе под стать, – ухмыляюсь, – представляю ваши ссоры.

– Не стоит, – фыркает, – зато он очень страстный мужчина. А мне не хватало огня в браке. Когда родилась Лиля, всё только усугубилось.

– Я это помню. Как ты прыгала на начальнике охраны…

– Не горжусь этим, – сухо заявляет бывшая, – но это был мой путь к счастью.

Значит, мой лежал через сломанную тачку и безумие дочери.

Делаю нужные звонки, чтобы дочь освободили из СИЗО. Она гордо выплывает, показав напоследок средний палец ребятам из конвоя.

– Привет, пап, – складывает руки на груди, – ну чё?

– Ни чё!. Ты что устроила, блядь? – рычу.

– Глеб, не повышай на неё голос! – влезает бывшая.

Но я смотрю на дочь. Прямо, испепеляя взглядом.

– Зачем Настю усыпила?! Она могла погибнуть там в багажнике! Задохнуться. Головой когда думать начнёшь?!

– Ну круто же придумала! Вы ее с Федором оттрахали? – ухмыляется кровинушка. – А то слишком она невинная. Аж бесит.

– Настя в порядке, – избегаю тему наших отношений, – а тебе повезло, что мать приехала. Я планировал тебя на пятнадцать суток здесь оставить! А потом сослать куда-нибудь в сибирский городок.

– Просто мама меня любит! – выпаливает Лиля. – И всегда любила больше, чем ты!

Хмуро смотрю на неё. Не скажу, что слова дочери меня не задевают. Я полжизни положил, чтобы у неё всё было. А в итоге что? Оказался виноват.

– Поехали. Роберт ждёт нас в отеле. Глеб, удачи тебе! – смягчает атмосферу бывшая.

Дочь фыркает и топает вперед. Лера почему-то останавливается рядом со мной.

– Настя, значит? Влюбился в подружку дочки?

Молчу.

– Я не осуждаю. Ты всегда был любящим и нежным мужчиной. Девочке повезло. И знаешь, Лиля не права. Ты очень-очень много сделал для неё, Глеб.

Не верю своим ушам. Неужели счастливый брак так сильно изменил мою истеричную жену?

– Она одумается. И извинится за все эти слова. Просто Лиле нужно время. И когда это случится, вспомни, что она твоя дочь. Спасибо тебе за всё. Будь счастлив, Глеб.

– И ты…

Они уходят. А я вдруг чувствую небывалый внутренний подъем. Словно высшие силы привели сюда Леру.

И моя дочь успокоится. Возможно, когда-нибудь мы с ней сможем нормально поговорить.

Но теперь я свободен.

Выхожу из отделения. Улыбаюсь. Набираю Федора.

– Да? – отвечает хмуро.

– Ну, всё как-то само распуталось, – весело отвечаю, – как вы там? Как Настя?

– Я разобрался с её семейкой. Не без проблем. Мать отказалась от Настюшки. Довела до истерики. Я отвёз её на квартиру, дал успокоительное. Ты когда будешь?

– Что-то случилось?

– Ритка звонила… вся в слезах, соплях. Говорит, катастрофа какая-то у неё…, но я не могу Настюшку бросить. Не в таком состоянии.

– Я скоро буду.

– И еще кое-что. У меня хорошая новость. Касательно того, что мы обсуждали. Мне детектив позвонил. Его нашли.

– Отлично! – улыбаюсь. – Настеньке пока не говори. Сюрприз будет.