Глава 10

– Как поспала, моя хорошая? – подмигивает мужчина.

– Вы…. Ты сгорел, – лепечу, вспоминая, как фантазировала о его пальцах на моей…

– Крем есть, потом намажу. Или ты хочешь помочь? – улыбается.

– Хочу, – тихо говорю.

Несмотря на внешнюю жесткость и брутальность, Федя кажется мне более открытым и ласковым, чем Глеб. Словно большой, опасный, но нежный кот. Мне бы хотелось приручить его.

Мы спускаемся.

На столе лежат три сочных куска мяса.

– Любишь стейки? Там пирожки можно разогреть, Петровна ахуенно печет. Ты умеешь делать пирожки?

– Да, – улыбаюсь, краснея.

– Испечешь нам что-нибудь? – Федя улыбается, а я таю.

– Конечно, если у вас есть мука и масло, – смеюсь.

– Всё есть, – он кладёт руку мне на плечо, притягивает к себе, целует в макушку, – ты прелесть, малыш.

– Спасибо, – не хочется отстраняться.

Мы идём на берег озера, к мангалу. Глеб вовсю занимается костром.

– Как поспала, Настенька? – хитро прищуривается, а я вспоминаю, какое непотребство творила, пока они не видели.

– Хорошо, спасибо.

– Садись, мы вино купили. Ты пьешь винишко?

– Я… да, – сажусь, беру бокал.

Знаю, что должна быть хорошей. Правильной, как учила мама. Но эта правильность уже стоила мне многого. Эти мужчины – то, что я отчаянно не хочу потерять. Хотя они и не мои, но…

– Ты чего расстроилась? Вино плохое? – спрашивает Глеб, садится рядом со мной.

Федя кладёт стейки на решетку.

– Нет, – залпом выпиваю бокал, вино попадает не в то горло, – ой!

– Тшш, тихо, девочка, – Глеб аккуратно забирает у меня бокал, обновляет вино, – Пино Нуар нужно смаковать. Смотри.

Он делает глоток, затем нагибается ко мне, едва касается губ. Напиток проникает мне в рот вместе со сладостью поцелуя.

– Ах… ммм… – делаю мелкий глоток, – вкусно.

– Чувствуешь? – Глеб нежно обнимает меня. – Этот аромат вишни и ванили?

– Да, – не могу оторвать взгляд от голодных глаз мужчины.

Я чувствую, как снова разгораюсь. От пяток до ушей. Хочу… лишиться невинности с этими мужчинами. Щёки полыхают, губы саднит после поцелуя.

– Сейчас ужин, крошка, – он целует меня в нос, – а потом уже… что захочешь.

От грудного голоса по телу проходит дрожь, а между ножек становится неприлично мокро.

Мужчины включают негромкую музыку. А я пью дорогое бургундское вино и наслаждаюсь. Так не бывает! Я попала в сказку! У меня целых два принца… хотя нет, короля!

Рассматривая тихую гладь озера и гаснущие за кронами деревьев солнечные лучи, я все чётче понимаю, что заслужила это всё. И что не просто так терпела унижения подружек.

Всё ради сегодняшнего дня.

Почему все говорят, что надо довольствоваться малым? Хочу этих мужчин!

– Вот, детка. Приятного аппетита, – Федя ставит передо мной тарелку с сочным куском мяса, накладывает салат, – а то тут дуешь вино без закуси. Ооо…

Он смотрит на меня. Да, я пьяна… и что?!

– Наша Настюшка пьяненькая, – ухмыляется мужчина, – прелесть.

– Поцелуй меня! – командую.

– Как скажешь, детка, – мужчина властно овладевает моими губами, а Глеб неотрывно следит за нами.

Поправляет член в спортивных штанах. Краем глаза вижу, как он топорщится.

– Ммм… куда… – бормочу пьяным голосом, когда мужчина отстраняется.

– Кушай, – Федя целует меня в лоб, садится рядом.

Смотрю на хорошо прожаренный стейк. От него исходит обалденный пряный аромат. Отрезаю кусочек. Кладу в рот и прикрываю глаза от удовольствия. Мясо мягкое, нежное. Разве можно такое сделать на обычном мангале?

Я больше не стесняюсь. Гляжу на бутылку вина.

– Еще хочу, – облизываю губы, нагло гляжу на Федю.

– Разошлась наша русалка, – улыбается Глеб.

– Оно вкусное! – канючу.

– Держи, – Федя обновляет вино.

Смакую вкусный напиток. Затем слезаю со скамеечки. Меня ведет, опираюсь на стол.

– И это лишь полбутылки. Настюш, вернись-ка сюда. Не нужно…

– Нет! – стягиваю майку, открываю мужчинам свою грудь.

Мои соски беспощадно стоят, притягивая голодные хищные взгляды. Бегу на пляж.

– Хочу купаться! – заявляю.

– Настя! – слышу сзади голос Глеба, он быстро догоняет и ловит меня. – Лучше в таком состоянии в воду не лезть!

Разворачиваюсь и прижимаюсь к нему. Чувствую быстрое сердцебиение.

– Хочу! – бормочу.

– Малышка, ну куда ты собралась? Пойдём, посидим у дома. Поболтаем.

Меня ведут на террасу. А я не сопротивляюсь. Ведь готова с этими мужчинами куда угодно. Федя убирает тарелки, тушит мангал. Глеб натягивает на меня майку.

– Ну… – сопротивляюсь, – жааарко!

– Пьянь, – смеется мужчина, – пошли, комары сейчас закусают.

Меня сажают на диванчик, накрывают пледом. Мужчины садятся по обе стороны от меня.

– Значит, пить тебе нельзя, малышка? – спрашивает Федя с диким блеском в глазах.

А я вообще себя не контролирую. Смотрю на него и…

– Я сегодня на вас мастурбировала, – язык заплетается.

Мужчины напрягаются. Вижу, как переглядываются.

– Все думают, что я простушка. Девственница, которую развести как нефиг делать! Но я не вещь! – гордо выдаю.

– Конечно, девочка. Ты не вещь, – мягко успокаивает меня Глеб.

– И… вообще… – забываю, что хотела сказать дальше, – я просто не хочу отдавать невинность кому попало.

– Это правильно, – Федя целует мою ладонь.

– Вам хочу… – бормочу, переводя затуманенный взгляд с одного мужчины на другого, – очень хочу… я… устала был девственницей. Сделайте мне… хорошо…

– Малыш, давай-ка в кроватку, – улыбается Глеб, – а утром поговорим.

– НЕТ! – сбрасываю плед, затем нагло забираюсь к Феде на колени.

Прижимаюсь всем телом. Тыкаюсь носом в шею.

– Стань моим первым… пожалуйста…