Глава 37.

Вопрос ректора застает меня врасплох. Слишком уж он какой-то подозрительный.

И что мне ему ответить? Травница, конечно, сказала, что у растения нет никаких ценных свойств для применения в зельях. Но ведь Ри не просто так добавила его в свой рецепт. Вероятно, его могут применять для других целей, каких-нибудь вредоносных, опасных…

Ой, да так можно вечно гадать. Может, он просто так решил ко мне привязаться. Была ни была!

─ Я просто изучаю растения, ─ непринужденно отвечаю дракону, подцепив толстый корень пальцем, и с силой тяну его на себя, но безрезультатно.

А в следующий миг невыносимый писк бьет по перепонкам, заставляя меня бросить зажать ладонями уши и сощуриться.

За секунду дракон оказывается рядом, хватает арборию и вырывает из земли корень длиной в несколько метров, и звук тут же исчезает.

─ Прежде чем переходить к такому изучению, ─ недовольно отзывается дракон, потряхивая корень в руках, ─ стоило хотя бы почитать матчасть.

─ Извините, ─ виновато протягиваю я и поджимаю губы. ─ И спасибо, что помогли. Можно мне его, пожалуйста?

─ Ты мне не ответила, зачем он тебе нужен, ─ настаивает дракон.

─ Как не ответила? Ответила ─ просто для изучения. Расширяю свой кругозор, так сказать.

─ С таким же успехом можно было бы изучать камни, ─ ведет он бровью. ─ У каждого действия есть конечная цель. И я хочу узнать твою.

Да что он привязался ко мне? Нечем заняться?

─ Мне нечего вам ответить, ─ пожимаю я плечами. ─ И честно говоря, я не совсем понимаю, почему вас так это волнует. Я разве делаю что-то противоестественное и незаконное?

─ Именно это я и хочу понять, ─ сводит он брови к переносице, изучая меня пристальным взглядом. ─ И сейчас мне твое поведение кажется очень подозрительным.

Незаметно подхватываю с земли маленькое ответвление корня, отвалившегося от основного, поднимаюсь на ноги. Выпрямляю спину и с гордо поднятым подбородком отвечаю:

─ Очень жаль, что вы такого мнения обо мне. Как раз я ничего плохого и не делаю, в отличие от многих. Возможно, даже в отличие от вас.

С этими словами я делаю пару шагов в сторону, намереваясь уйти, но дракон ловит меня за руку и разворачивает к себе.

─ Что ты имеешь в виду? ─ взгляд у него сейчас неприятный и колючий, пугающий.

─ Ну, вы же меня почему-то обвиняете в чем-то плохом, основываясь только на своих домыслах. И следуя такой логике, мне, видимо, стоит полагаться на слухи, которые ходят о вас.

Сбрасываю его хватку со своей руки и ухожу скорее прочь. И с каждым своим шагом чувствую разливающиеся в груди стыд и вину.

Я переборщила, была слишком груба и резка с тем, кто может непосредственно влиять на мое обучение в Академии. Это было очень глупо с моей стороны.

Но мне сложно реагировать на Таррена иначе, особенно когда он цепляется ко мне. Смотрю в его глаза, а вижу вовсе не своего ректора, а его брата, пожелавшего меня погубить. И просто не получается реагировать на него иначе.

Возвращаюсь в свою комнату и дожидаюсь полночи, чтобы наверняка не пересечься с кем-то по дороге в библиотеку, или непосредственно в самой библиотеке. Лишние подозрения и уши мне ни к чему.

Помимо ингредиентов, я складываю в сумку пустые колбы, ступку, маленький котелок и прочую утварь, выданную мне вначале обучения. Фрина мне еще тогда сказала, что все это мне пригодится в конце года, когда нас будут учить готовить элементарные зелья. Вот только мне пригодилось раньше.

─ Ри, я пришла, ─ тихо отзываюсь, пройдя вглубь библиотеки. ─ Ты здесь?

В ответ лишь тишина. Может, она передумала мне помогать?

─ Ри, пожалуйста, ответь, ─ уже громче произношу я. ─ Мне очень нужна твоя помощь!

─ А я уже думала, что ты не придешь, ─ эхом звучит ее насмешливый голос.

─ Прости, у меня ушло много времени на сбор ингредиентов по твоему рецепту.

─ Понимаю, ─ протягивает она. ─ Ты точно все подготовила? Выкладывай все на пол, я проверю.

Послушно достаю все содержимое из сумки и раскладываю на каменном полу. Удобнее, конечно, было бы варить зелье за столом в читальном зале, но туда может кто-то войти и увидеть меня. А тут, в дальнем углу за стеллажом я почти в безопасности.

─ А ты можешь перемещаться по Академии? ─ решаю уточнить я у Ри. ─ Может, было бы лучше заниматься готовкой зелья в моей комнате?

─ Я была бы счастлива покинуть это место, ─ вздыхает Ри. ─ Не только библиотеку, но и Академию. Но, увы, моя душа привязана к этому месту. Прости.

─ Ничего, ты ведь не виновата, ─ киваю в ответ. ─ Но очень надеюсь, что скоро ты станешь свободной.

─ И я. И я… ─ разносится едва слышный шепот, который звучит будто не рядом, а в моей голове. ─ Корень арбории?

─ Да. Я на всякий случай и его прихватила, ─ пожимаю плечами. ─ Не знала, что именно понадобится.

─ Молодец, он тоже пригодится, ─ довольно отзывается Ри. ─ Что ж, все необходимое в наличии. Можно начинать.

Под чутким контролем Ри я начинаю долгое и трудоемкое приготовление зелья. И лишь когда за окнами начинает светлеть, она, наконец, произносит:

─ Зелье почти готово. Осталось только опустить в него стебель венонума, но всего на секунду. Опусти и тут же вынь.

Делаю так, как велит Ри, и зелье светло-карамельного цвета мгновенно становится черным и вязким, капая со стебля венонума тягучими струйками.

─ Вот теперь все. Можешь выпить.

─ А что произойдет, когда я его выпью? Чего мне ждать? ─ уточняю я, переливая зелье в колбу.

─ Как что? Преображение, конечно, ─ смеется Ри.

Прячу все лишнее в сумку и оставляю лишь зелье. Держу в руке колбу и кошусь на ее пугающее содержимое.

─ В чем дело? ─ хмуро отзывается Ри. ─ Ты передумала?

─ Ни в коем случае, ─ шумно выдыхаю я, встаю на ноги и залпом выпиваю все зелье, растекающееся вязкой горечью по горлу.

Кривлюсь, задержав дыхание, и пытаюсь смыть слюной неприятный вкус.

Голова вдруг начинает сильно кружиться, внутри ощущается жжение, которое усиливается к каждой секундой.

─ Ри, что происходит? Что со мной?! ─ испуганно выкрикиваю я и скрючиваюсь от режущей боли в животе.

Скатываюсь по стене и падаю на холодный пол. Но даже он не помогает остудить тот пожар, который охватил все мое тело.

─ А ты думала, что меняться легко? ─ слышу насмешливое в ответ, а затем проваливаюсь во тьму, в которой есть лишь боль, и больше ничего.