Глава 23. Покажите мне ее.

Нет! Я не хочу… Я не могу с ним встретиться! Не при таких условиях! Я не выдержу еще одной насмешки над собой.

Чудом успеваю спрятаться за Ксандру, а сердце колотится как бешеное!

— Вижу, вы постарались привести это место в порядок, но приличным его все равно не назвать, — заявляет отец Герра, обводя холодным взглядом помещение.

Он проходит вперед, толпа ступает за ним, рассредотачивается по залу, и теперь мне легче спрятаться чтобы не попасться на глаза.

— Мы многое уже исправили. И еще многое в состоянии исправить, Ваша Светлость, — в сердцах заверяет ректор. — Эта академия столько пережила. И сейчас у нее появился шанс возродиться. Прошу вас, посмотрите на этих девушек. Они трудятся не покладая рук, чтобы это случилось. Не спешите нас закрывать, пожалуйста. У нас есть план.

— Я помню. Вы говорили, — холодно отсекает Герр, а затем окидывает взглядом девочек, которые, наконец-то понимают, что думать надо не о моем несостоявшемся женихе, а о страшном приговоре, который выдаст эта комиссия.

И выражения их строгих лиц не сулят нам ничего хорошего. Боги, нам конец?

— Абсурд! Это не академия, а какое-то горе предприятие, где используется труд воспитанников! Недопустимо! — рявкает старик с белоснежными волосами и сухим строгим лицом.

— Наши подопечные работают добровольно! Мы не эксплуатируем их! — спешит заверить ректор, но я вижу, как она волнуется. Ее голос срывается на дрожь.

Вот бы выйти сейчас и помочь ей. Но так будет только хуже. Одним богам известно, что лорд Герр думает обо мне после тех поддельных страниц дневника.

— Кто? — отрывает взгляд от толпы Рэйдар, и от его нот его низкого голоса стынет и тут же закипает кровь. Ненавижу! Смотреть на него не могу!

— Что, простите? — не понимает ректор.

— Торговля горшками, продажа глины, саман в стенах — все это началось недавно. Кто придумал это? — спрашивает Рэйдар, и важные господа тут же кивают с умным видом, поддерживая его интерес.

— Одна наша новенькая подопечная, — дрожащим голосом отвечает ректор, не зная, чего и ждать после такого вопроса.

Я вот тоже не знаю. Но знаю другое: мне все это очень не нравится! Мало того, что явился, хоть бы молчал, губить моей жизни!

— Даже так? — тянет уже старший Герр, судя по всему, он тут глава комиссии. — Значит, мы должны ее увидеть. Покажите это дитя.

Что? Меня? Только не это!

— Девочки, где наша маленькая леди? — суетится госпожа ректор, когда я хочу провалиться под землю.

Ведь выйти мне нужно не только к проверке, но и к Рэйдару, что сейчас разрезает взглядом толпу, словно выискивая что-то или кого-то. Не меня ведь…. Точно не меня!

Скорее уж, новую фаворитку-красотку! С него станется!

— Белла, ты чего? — шепчет мне Ксандра, когда я пригибаюсь за ее спиной.

Вижу в ее серых акварельных глазах беспокойство и непонимание. Еще бы, маленькая леди, что шла грудью на сваху, сейчас прячется в толпе как трусишка. Но что я могу с собой поделать?

Если бы она только знала, как мучительно смотреть на этого гада даже со стороны, то не предлагала бы выйти вперед.

Но что мне остается? Бежать прочь, после всего, что я прошла? Не уж. В чем моя вина? В том, что хочу жить? В том, что готова сделать все, чтобы дорогие мне люди были счастливы?

И я сделаю. Прямо сейчас! Не буду я его бояться! Молчи, сердце! Действуй, горячая голова!

Сглатываю не то ком горечи, не то слезы, что хотели подступить к глазам, расправляю плечи и, пряча страх в самый потаенный уголок души, гордо ступаю вперед….