Глава 30. Это шантаж?

— Что?! — от такого наглого вопроса чудом не роняю челюсть.

Он со всеми так себя ведет?

— А вы не расслышали? Я хочу пригласить вас на ужин. Говорят, в этих краях отличная кухня, — с привычным ему спокойствием говорит дракон.

И думаю, другая бы на моем месте была бы счастлива получить подобное приглашение, но уж точно не я.

— Увы, господин Герр, я не лучшая компания для подобных мероприятий. Если вам нужен сопровождающий, то я назначу кого-нибудь другого.

— Мне нужны вы, Берта, — выдает он, и я чуть ли не задыхаюсь от его наглости и от собственной злости.

Ведь скажи он эти слова несколько лет назад, я бы плакала навзрыд от счастья, а теперь... Теперь сжимаю кулачки, надеясь, что шрамы на сердце не начнут вновь кровоточить.

Нет уж! Обойдется! Я еще слезы не лила по тому, кто меня растоптал!

— Господин Герр, я полагала, что чиновники вашего статуса очень умело выбирают выражения. Однако то, что вы сейчас произнесли, звучит весьма неуместно.

— Что в этом неуместного? Мужчина не может пригласить женщину на ужин?

— Сейчас вы — представитель министерства, а я отвечаю за то, чтобы показать вам нашу академию. Вас это не смущает?

— А я вас не сейчас зову, а вечером. Когда вы просто Берта Альмас, а я Рэйдар Герр. Мужчина и женщина, без лишних условностей.

Вот же гад изворотливый!

— Я всегда только представитель академии. В любое время дня и ночи. Простите, господин Герр, но меня заботит лишь академия. Кстати, к делам которой мне уже нужно вернуться, — выдаю ему, и хочу уйти с гордо поднятой головой, но у дракона припрятан козырь в рукаве.

— Стало быть, если я упомяну, что от вашего ответа, зависит мое решение по вашей академии, вы подумаете еще раз? — щурится он, а я ловлю волну негодования.

— Это шантаж? — смотрю ему прямо в глаза, хотя все это время ловко уводила взгляд в сторону. Но сейчас хочу видеть, сколько же в нем живет бесстыдства.

— Что, если так?

Нет. Вы только гляньте! Ни капли смущения. Ведет себя, будто так и надо. Еще и смотрит на меня таким взглядом, словно изучает вдоль и поперек. Он испытывает меня, что ли?

Вот зря. Я как раз сейчас с трудом сдерживаюсь, чтобы не сплесли за спиной заклинание, чтобы на него брызнула вода из того самого питьевого фонтанчика, возле которого, расхорохорившись, стоит этот дракон.

Может, хоть в чувства придет?

Ага, и за одно предписание какое-нибудь выпишет.

— А если так, господин Герр, то мое разочарование столь велико, что не вижу смысла продолжать этот разговор. Дверь там. И надеюсь, в вас все-таки есть капля достоинства, чтобы не исполнять вами обещанное! — строго выдаю ему, но вместо гнева, которому в пору бы отразиться на его лице, вижу нечто совсем другое. То ли азарт, то ли одобрение? Не пойму.

Он на солнце, что ли, перегрелся? А, плевать!

— Всего доброго, Ваша Светлость, — выдаю с трудом совладав с гневом и очередной волной желания окатить его отрезвляющей водицей, и ухожу.

Хотя, нет!

Щелкаю пальцами, едва зайдя за угол, и питьевой фонтанчик тут же журчит. Надеюсь, попала. Поделом ему!

Вот теперь уже не с гневом, а с чувством выполненного долга поднимаюсь в кабинет. Даже пританцевывать хочется. Надеюсь, его сильно окатило? Пусть держит свои заморочки при себе.

— Все прошло хорошо? — встречает меня по пути ректор.

— Замечательно! — пропеваю я ей, все еще действуя на нервах.

Госпожа, как чувствует, с вопросами больше не лезет, а я захожу в свой кабинет, сажусь за стол и закрываю глаза, желая успокоиться, но нет. Лучше выговориться.

Где опять носит Лира? И у Ксандры еще идет занятие, а у меня сегодня “пустой” день. Эх, тоска.

Побродив по кабинету из угла в угол, наконец-то успокаиваюсь. И теперь в голову лезут не самые радужные мысли.

А может, я зря его.. это.. водой из фонтанчика? Нет, он, конечно, заслужил. Но, что если с обиды все же напишет предписание?

Хотя, что он может написать? У нас все чинно-ладно. Столько сил сюда вложили, что комар носу не подточит! Не к чему ему тут придираться. Или он найдет?

От последних мыслей становится совсем не по себе. Опять начинаю нервничать, да так, что за мыслями и не замечаю, как за окном наступает ночь.

— Ты чего такая хмурая? — спрашивает Ксандра, с которой мы в комнате живем только вдвоем.

— Давай, я лучше завтра расскажу? — говорю ей, так как если сейчас открою рот, то болтать буду полночи, и потом мы обе не уснем.

Да и сейчас уснуть получается с трудом.

Да, нет. Не станет он делать гадости. Просто решил подшутить, припугнуть. Так же?

— Берта! Берта! — врывается в мое сознание голос.

— Ректор? — открываю глаза и щурюсь от яркого солнечного света. Когда это я успела уснуть? Нет. Сейчас важнее другое.

Почему госпожа Альмас сама не своя?

— Что случилось?! Этот гад выписал нам предписание?!

— Нет! Хуже! – выдает она, и сердце падает в пятки.

— Что?!