Глава 47. Бег по кругу

— Тебя срочно вызывают, — сообщает дамочка, чуть сбавив обороты.

Рэй коротко ей кивает, а затем вновь смотрит на меня да так, что я попросту обращаюсь в корочку тонкого льда.

— Сейчас тебе нужно позаботиться о себе. Но обещай, что никуда не денешься из Ашдарха, пока мы не поговорим, — говорит Рэй, и видя ответ уже по моей реакции, тут же добавляет, — я и в твою академию приеду, если нужно. Не вздумай прятаться. Сейчас не то время.

Он отпускает мою опаленную горячем чайником руку, и по пальцам тут же идет холодок. Такой, что пробирает до костей.

Только сейчас я начинаю чувствовать боль от маленького ожога. А что тогда с драконом?

— Она повредила руку. Залечишь? — кидает Рэй брюнетке, на секунду остановившись в дверях, а затем просто уходит, вынуждая смотреть в его широкую мощную спину.

— Белла. Белла, — доходит до меня голос незнакомки далеко не с первого раза. А когда прихожу в себя, обнаруживаю, что она уже стоит рядом со мной. — Где болит?

— Не болит. Все в порядке, — сообщаю я ей, несколько озадачилась слишком хорошим отношением девушки, и тут же вспоминаю. — Где мои вещи? Мне нужно в академию.

— Не спеши, Рэй предупредил, что тебя не будет несколько дней. Отдохни и наберись сил.

Хорошее предложение, только вот как-то совсем не расслабиться в этом непонятном месте. Кстати, это ведь не дом этой барышни, как я сначала подумала?

Покрывало на кровати серое, шторы на окнах тоже темного и совсем не нежного оттенка. Все устроено по-мужски.

Значит, это спальня самого Рэя?

Вот теперь я точно тут не останусь!

— Спасибо за заботу. Но у меня правда куча дел. Где мои вещи?

— Они пришли в негодность. Рэй прислал тебе новые, — кивает она в сторону того самого свертка, что немногим ранее оставила на комоде прислуга.

— Я самую малость помогла с выбором. Ну, ты поймешь, — добавляет девушка, а затем, чтобы не смущать, уходит.

Несколько секунд смотрю на этот самый сверток поверх комода, и все внутри встает на дыбы.

Не хочу я ничего брать от Герра! Не хочу!

Не буду!

Но в халате и сорочке идти тоже не дело. И как поступить?

Были бы у меня были кольца, я бы сняла их и оставила их тут как плату, чтобы не быть должной. А так…

Замечаю на столе стопку чистых листов и решаю написать долговую расписку, обязуясь вернуть стоимость позаимствованных вещей. Ничего у него просто так не возьму!

Кладу лист на комод, и только после этого разворачиваю сверток.

Так, кажется, расплачиваться придется долго. Это становится очевидным от одного взгляда на шелковое исподнее. Надеюсь эту часть гардероба выбирала брюнетка, а не сам дракон.

В жизни не носила такого и предпочла обычный хлопок, но сейчас выбора нет. О боги, если и платье будет стоить как пол кареты, я точно уйду отсюда в халате.

Благо, нет. Оно не выглядит вычурным и вполне соответствует тому стилю, который я обычно ношу. Разве что пошив получше и само качество ткани выше. Но если не приглядываться, то и не заметить, что его выбирала не я. В смысле, что оно мне не по карману.

Снова кошусь на долговую расписку и мысленно бью себя по рукам, когда хочу ее порвать, прикрывшись оправданием, что никто не просил выкидывать мои вещи и покупать другие.

Но нет. Поступлю так, как решила. Ничего у него не возьму “в подарок”!

Одевшись в голубое платье и собрав светлые волосы в пучок, спускаюсь по большой темной лестнице. Дом кажется каким-то пустым, тихим, но в то же время уютным.

А пара слуг, с которыми я сталкиваюсь на лестнице, на удивление розовощекие и улыбчивые. Взгляды у них вовсе не усталые, как обычно бывает работников в таких больших домах, а вполне жизнерадостные.

— Хозяйка во дворе, — сообщают они мне и хотят проводить, но я решаю пойти сама.

И чем ближе ступаю к выходу, тем ярче становятся мои воспоминания.

Я помню это коридор. Я тут уже была… В тот самый день, когда меня назвали “недоразумением”!

Застываю на миг, когда вижу в распахнутые двери множество горящих свечей. Это зал предков Герров? Сегодня годовщина чьей-то смерти?

Перевожу взгляд со свечей к портрету и вздрагиваю. Господин Герр старший? Когда? Я ничего об этом не слышала. И некрологов не читала, хотя не выпускала из рук ни одну газету за последние два года. Это случилось еще раньше?

— Белла, — окликает меня брюнетка, уже оказавшаяся на пороге, и я тут же концентрирую все внимание на ней.

— Экипаж готов, — сообщает, выводя на улицу, кивает кучеру, который тут же открывает дверь кареты.

— Благодарю, госпожа… — не знаю, как правильно к ней обратиться.

— Ванда. Просто Ванда, — представляется она. Кажется, я слышала уже это имя, но не помню, где.

— Еще увидимся, — в спешке прощается она и уходит.

Смотрю несколько секунд ей в след, а затем на огромный дом.

Это дом Герров, я не ошиблась. Он вроде такой же, каким и сохранился в моей памяти, и в то же время — совершенно иной.

Мое воспоминание поблекло и посерело. Стало мрачным, пронизанным болью и страхом. А здесь все пестрит красками. И зеленый сад, и белоснежные стены особняка.

Будто бы я застряла в прошлом, и до сего дня совсем не замечала этого. Обманывала себя, говоря, что прошлое больше ничего не значит. Но это не так. Оно — часть меня. Его не стереть, просто потому что хочется.

От него не нужно прятаться, его нужно принять, его нужно прожить. Только так я смогу двигаться вперед, а не ходить по замкнутому кругу.

Но где найти столько смелости, чтобы взглянуть своим страхам в глаза?

Взбираюсь в карету с помощью кучера, и только облокачиваюсь на спинку, как слышу тихое: “Белла”

— Лир? — хмурюсь я, но никого не вижу.

— Я тут, — тихо раздается в ответ, а затем из сиденья напротив вылазит сначала острые белые ушки, а затем и синющие огромные глаза-блюдца. — В это раз я ведь тебя не напугал? Ты больше не будешь думать о том, чтобы меня перекрасить?

— Нет, — усмехаюсь я, а фамильяр с облегчением вздыхает.

Сейчас, наверное, самое время завалить его вопросами, но у меня попросту нет сил на допрос. В голове такая каша, что мысли едва шевелятся. Но только стоит подумать о Герре, как внутри все вспыхивает.

И так всякий раз, когда появляется этот дракон. Он попросту переворачивает мою привычную едва налаженную жизнь с ног на голову, точно персональное проклятие.

Вот бы знать бы что он затеял, на самом деле.

— Лир, ты помнишь, о чем я тебя просила? — спрашиваю у котомыши, после его добровольного, но мало правдивого рассказа о том, где его носило.

— О чем?

— Ты узнал, что-нибудь о Рэе?

Котомышь мигом напрягается, застывает на несколько секунд, а затем трясет головой.

— Ничего особенного. Ходит, ест, спит, спасает всяких ведьм, взявшихся в драку с карлоклом, — выдает он мне. — Кстати, ты бы видела, как он в лес летел, когда доложили, что ты ринулась за потерявшимися адептами в одиночку. Даже я за ним едва поспел, хоть и прыгал порталами. Благо, он пришел вовремя и остановил карлокла.

— Он остановил? Не я? — переспрашиваю я, и внутри становится больно.

Я ведь поверила, что смогла справиться сама. А выходит, что нет?

— Ты тоже молодец, ты почти сломала печать. В следующий раз обязательно получится, — спешит утешить Лир, но это как-то слабо помогает.

Не хочу я быть спасенной Герром! Не хочу! Не буду!

Именно так сейчас вопит внутри меня маленькая обиженная и очень испуганная девочка. И мне хочется с ней согласиться. Хочется позволить себе спрятаться за неприятием и отрицанием, но я уже осознала, что эта дорога не выведет меня из боли прошлого.

Эту боль придется заново пройти, не испугавшись и не сбежав. Лишь тогда я от нее освобожусь и приму настоящую себя. Полностью.

И начну я с того, что посмотрю в глаза правде, не выбирая удобных для себя углов. Чисто факты, вне зависимости от того, нравятся они мне, или нет.

Первый из них: меня спас мой враг. Второй: это ничего между нами не меняет. Просто факт. Просто данность.

И у этой данности будут последствия, с которыми мне придется разбираться. Я ведь нарушила устав, да еще и пропала. Интересно насколько?

— Лир, ты знаешь, сколько меня не было в академии? — спохватываюсь я.

— Три дня, — отвечает котомышь, почесав лапой за ухом.

Три дня…

Надеюсь, та брюнетка не солгала, и Рэй предупредил о моем отсутствии. Но даже это меня не спасет. Я была ответственной за экскурсию на болота, потеряла детей, действовала против протокола. Но в итоге ведь все сделала правильно?

Не пойди я в лес, карлокл погубил бы этих адептов. Вот только согласится ли с моей позицией ректор?

С этой нервозной мыслью и выхожу из кареты возле порога академии, и в этот момент все присутствующие обращают взгляды ко мне. И в их глазах вовсе не праздное любопытство.

Там что-то противоречивое и пугающее. А в руках у адептов — какая-то бумага.

— Что тут происходит? — нервно шепчет мне на ухо Лир, сделавшись заблаговременно невидимым.

Понятия не имею, но кажется, я сильно недооценила размер нависшей надо мной проблемы.