Глава 26

Эйнар

«Император при смерти. Склонись перед его наследником».

Слова брата звучали в ушах гулким набатом. Отец, которого он ненавидел и презирал, вероятно, вскоре умрёт. И править страной будет Харден.

Да смилуются над ними Боги.

Эйнар внимательно следил, как медленно, нехотя приближалась к ним Лианна. Приходилось держать зверя не то что на коротком поводке — на железной цепи. Взгляд Хардена не сулил ничего хорошего. Затылком он чувствовал скрытую угрозу, опасность, что исходила от брата. Мелкие волоски встали дыбом. Хотелось схватить Лианну и улететь с ней на край света, где нет Разлома и его тварей.

Подойдя, она склонилась в неумелом, неловком реверансе. Губы Хардена презрительно дёрнулись, когда он получше рассмотрел шрам на её щеке. Он глубоко втянул воздух носом, и взгляд у него сделался масляным. Эйнара эти намёки доводила до бешенства. На скулах проступала драконья чешуя.

Харден, красуясь, тянул время. Он всегда был таким. Воистину, сын своего отца. Лианна смотрела на него прямым, ясным взором, и по груди Эйнара разливалась гордость.

— Значит, тебя волей случая забросило в Последний предел, — медленно, растягивая слова, произнёс старший принц. — И это из-за тебя мой брат нарушил свою клятву защищать Империю от тварей Разлома.

В его голосе причудливо сплелись удивление и неверие. Словно в его глазах Лианна этого не стоила. Эйнар в зародыше задавил порыв вмешаться, проклиная себя за бессилие и невозможность заступиться.

Лианна ничего не сказала. Лишь неопределённо повела плечами, что могло трактоваться двояко.

— Что же, прими мои поздравления с инициацией. Теперь среди нас на одну драконницу больше. Пусть и полукровку.

Харден вновь впился взглядом в её лицо. Было в нём нечто, заставившее Эйнара насторожиться и повнимательнее присмотреться к брату. Какое-то неправильное, неестественное удовлетворение. С чего бы?.. С чего бы ему вообще знать, кто такая Лианна, кем была до того, как в ней пробудился дракон?

Эйнар знал совершенно точно, что прежде брата не заботили те, от кого он не мог ничего получить. Кто не мог ничего ему дать.

Он покосился вбок и заметил краем глаза, что и Сигвар смотрел на старшего принца с недоумением.

— Мне ничего о нём неизвестно, Ваше Величество, — недрогнувшим голосом отозвалась Лианна.

— Её драконница слишком слаба, — добавил Эйнар, не вытерпев. — Возможно, потому ей и понадобились годы, чтобы проснуться.

— Я не тебя спрашивал, — недовольно бросил ему Харден.

Военачальник Последнего предела вздрогнул, но проглотил эту резкость. Почувствовал обеспокоенный взгляд Лианны и дёрнул щекой.

— На твоём месте я бы молчал, брат. Ты уже достаточно натворил. Выбор пары без дозволения Императора?.. — Харден покачал головой с притворным сочувствием. — Даже тебе, бастарду, оно требовалось.

От оскорбления что-то внутри Эйнара глухо треснуло, будто по старой, давно надломленной кости ударили снова. Он ожидал этого. Знал, что Харден рано или поздно напомнит ему, кем тот всегда считал его на самом деле.

И всё же удар пришёлся в цель.

Зверь внутри взревел, рванулся, требуя крови. Эйнар стиснул челюсти так, что заныли зубы, и с невероятным усилием погасил этот порыв, буквально вдавив дракона вглубь себя. Сейчас не время. Один неверный шаг, одно резкое слово, и Харден с наслаждением воспользуется этим.

Он краем глаза видел, как Лианна напряглась. Почувствовал почти физически, и это бесило сильнее всего. Не сам Харден, не его холодная надменность, а то, что Лианне приходилось стоять здесь из-за него.

— Выбор пары — не преступление, — произнёс Эйнар наконец, голос его прозвучал обманчиво спокойно. — Инициация произошла по всем нашим обычаям.

Харден медленно повернул к нему голову. Улыбка на его губах была ленивой, почти скучающей.

— Ты, как никто другой, должен понимать, что всё имеет цену.

Он вновь перевёл оценивающий, цепкий взгляд на Лианну. Эйнар инстинктивно сделал едва заметный шаг вперёд, встал так, чтобы оказаться между ней и Харденом, пусть и не полностью.

Сигвар шевельнулся, словно хотел что-то сказать, но, уловив выражение лица старшего брата, благоразумно промолчал. В зале повисла тяжёлая тишина, наполненная недосказанностью и скрытой угрозой.

— Что же, — сказал Харден. — Этот разговор мы продолжим в другом месте и при других обстоятельствах. Проводите Лианну в покои, где она сможет отдохнуть. Тем более встречи с ней дожидается один из нас. А мы останемся и решим, что делать с перевёртышами и Разломом.

Эйнар резко напрягся, не сумев этого скрыть. Недовольство вспыхнуло в груди мгновенно, остро укололо рёбра. Последние слова — один из нас — Харден бросил будто между прочим. И тем опаснее они были. Брат что-то задумал. Он понял это изменившемуся голосу и по мимолётному удовлетворению, скользнувшему по лицу старшего принца.

— Лианне лучше остаться, — сказал Эйнар, не отрывая взгляда от Хардена.

— Нет, — отрезал тот. — Здесь останешься ты, брат.

Драконы из личной гвардии Императора не стали медлить. Один из них подошёл к Лианне, а двое других преградили путь Эйнару, шагнувшему к ней.

Он замер. Дракон внутри него рванулся так, что под кожей проступило знакомое жжение. И тогда он почувствовал осторожное, мысленное прикосновение. Встретившись взглядом с Лианной, увидел её спокойное лицо.

«Не надо», — только и подумала она. Он будто услышал её голос вживую. Умиротворяющий, полный ласкового тепла.

Его дракон, рыкнув, успокоился. Жжение погасло, напряжение по капле начало покидать плечи и спину.

«Я справлюсь», — Лианна улыбнулась ему одними глазами.

Затем повернулась к Хардену, поклонилась ещё более неловко и, выпрямившись, лёгкой, свободной походкой направилась вслед за гвардейцем.

Эйнар проводил её стылым взглядом.

«Будь осторожна».

«Это ты будь осторожен».

Когда за Лианной и гвардейцем закрылись двери, Харден подошёл к столу, словно ничего существенного не произошло.

— Итак, — произнёс он, разворачивая карту. — Займёмся, наконец, делом. Ты должен исправить то, что случилось по твоей вине, брат.

— Пятьдесят лет спокойной жизни Империи, пока мне удавалось удерживать тварей? — огрызнулся Эйнар, вскинув бровь.

Харден моргнул, прищурился, и на его лице появилось досадливое выражение.

— Нет, прорыв перевёртышей, пока ты возился со своей девкой, — выплюнул наследный принц.

Глаза Эйнара полыхнули огнём. Зрачок пожелтел, стал почти вертикальным.

— Перевёртыши прорвались, потому что ты и отец использовали Разлом в своих интересах и полагали, что так будет всегда. Но нет, брат, — шелковым голосом он подчеркнул обращение и подался вперёд, ближе к Хардену. — Больше ничего не будет, как прежде.

— Ты должен был отослать её, как только она появилась в Последнем пределе, — тот покачал головой.

— Ты лучше меня знаешь, как устроены порталы, — холодно парировал Эйнар.

— Не смей мне врать. Ты мог долететь с ней до Вальмора. Но нет. Ты решил оставить её в своей захудалой крепости. Ты стал причиной всему. Помни об этом.

Эйнар оборвал возражение на полуслове. Какая-то мысль, крутившаяся на краю сознания последние минуты, вдруг обрела чёткость. Он понял, что смутило его, что показалось странным. Слишком сильный интерес, который Харден проявил к Лианне.

Он сосредоточился, осторожно потянулся к ней и уловил растерянность и шок. Она злилась и была испугана.

«Эйнар, — услышал он её голос в мыслях, — здесь Кассиан. Кассиан Роувен».

Эйнар медленно выдохнул, чувствуя, как ярость и страх, сплетённые в тугой узел, рвутся наружу. Дракон внутри взревел, требуя немедленно лететь, жечь, рвать, вытащить её из любой ловушки, из любых рук — особенно из рук Кассиана Роувена. Достаточно было одного воспоминания о нём, чтобы чешуя зудела под кожей, а когти, которых не было, сводило судорогой.

Он не позволил себе ни жеста. Ни взгляда в сторону двери. Ни резкого вдоха. Харден наблюдал слишком внимательно. Вся его выдержка потребовалась, чтобы ничем себя не выдать, пусть в жилах вскипела кровь. Эйнар смотрел в глаза брата, а сам представлял, как Лианна осталась в одной комнате с этим лорденышем.

«Что ему нужно?» — спросил мысленно, постаравшись, чтобы вопрос прозвучал спокойно.

Его злость ей сейчас только помешала бы.

Лианна не отвечала так долго, что Эйнар уже был готов наплевать на всё и рвануть к ней, пусть даже ради этого ему пришлось бы броситься сквозь братьев и императорскую гвардию.

«Думай о себе, — он услышал в голосе Лианны улыбку. — Я справлюсь. Я… люблю тебя».

И его чуть не вывернуло наизнанку. Его словно выбило из тела, из привычной, выученной за десятки лет собранности. Дракон внутри не взревел — он замер, оглушённый, ошеломлённый, такой же растерянно, как и Эйнар.

Любит.

Он попытался ответить, потянулся к ней инстинктивно, но в голове было пусто. Он — военачальник Последнего предела, защитник, сильнейший из драконов, тот, кто всегда знает, что делать, кто приказывает сам — внезапно не нашёл слов. Не знал, что сказать. Не умел. Не был готов.

Связь оборвалась. Лианна закрылась от него и сделала это бережно. Как затворяют дверь, чтобы не хлопнуть ею.

И именно это оказалось хуже всего. Эйнара мгновенно накрыла пустота. Он медленно втянул носом воздух. Лицо его оставалось непроницаемым, но внутри всё дрожало, ломалось, крошилось.

— Ты слушаешь? — холодно поинтересовался Харден.

— Да, — отозвался Эйнар ровно.

За последние несколько минут он не услышал ни слова.

— Ты должен удержать перевёртышей в границах городишки. Последний предел пал, — старший принц цинично усмехнулся. — Ещё прошлой ночью твари прошли сквозь него, даже не споткнувшись. Их уничтожали уже на подступах к Вальмору. За некоторыми пришлось гнаться ещё дальше, вглубь страны.

— Они жрут магию, — напомнил Эйнар. — Чего ты ожидал, когда отправил в крепость пропитанный ею отряд? Ещё и с магами. Устроил тварям императорский пир.

Харден недовольно нахмурил брови.

— Тебя можно отдать под трибунал за нарушение присяги, — пригрозил он. — Вверенная тебе крепость осталась без военачальника, пока ты гонялся за девкой. Тебя и твоего старого доброго друга Ардена Шейдара. Где он, к слову?

Эйнар равнодушно пожал плечами. Арден успел уйти, ещё когда в Последнем пределе появился Сигвар. И это было к лучшему.

— И, кстати, насчёт твоей пары, — с нажимом на последнее слово произнёс старший принц. — Она знает хотя бы, что ты проклят Разломом? Рассказал ей, прежде чем забрал у драконницы невинность?

Желание врезать Хардену и в кровь разбить ухмылявшиеся губы заполонило Эйнара целиком. Оно встало поперёк горла, и он с трудом мог думать о чём-либо другом.

Щелчок в сознании заставил его отвлечься и взглянуть на брата совсем иными глазами.

— Знает, — вытолкнул он глухо и зло.

— А о том, что твоя жизнь с ним неразрывно связана? Что без Разлома не станет и тебя?..

Эйнар на мгновение прикрыл глаза, и Харден счёл это ответом.

— Бедная девочка, — вздохнул он с притворным сочувствием. — Пережила один взрыв, затем второй, чтобы стать парой обречённого на смерть дракона.

Даже Сигвар, молчавший всё время, пока они говорили, дёрнулся и схватил ртом воздух. Харден превзошёл самого себя.

— Я хочу отправиться в Последний предел и забрать нескольких драконов, — мёртвым голосом заговорил Эйнар, переждав, пока с лица спадёт судорога.

Прежде чем наследный принц успел что-то сказать, он добавил всё также равнодушно и тихо.

— Я вернусь. Здесь Лианна.

К чему отрицать их очевидную связь?..

— Хорошо, — немного подумав, согласился Харден.

Он был первостепенным подлецом, но и стратегом неплохим. Гораздо прозорливее собственного отца, который не прислушивался ни к одному из своих сыновей, и не важно, бастарду или нет. Потому-то между наследным принцем и Императором часто вспыхивали конфликты.

— Перемещусь порталом, — сказал Эйнар.

Держа спину такой прямой, словно к ней привязали палку, он развернулся и, чеканя шаг, вышел из комнаты. Уходя, почувствовал дуновение воздуха: Сигвар шагнул следом, но, наверное, был остановлен Харденом.

Оно и к лучшему.

Эйнару нужно было поразмыслить в одиночестве.

Удивительно, но грязь, в который он словно выкупался, разговаривая с братом, пришлась к месту. Он не жалел, что выслушал это всё, пусть и мечтал вырвать Хардену язык. Многое стало понятнее.

Почти всё.

Внизу он потребовал, чтобы ему подготовили портал в Последний предел. Молодой, услышав приказ, вытаращил на него глаза, поднялся в кабинет, чтобы получить разрешение наследного принца, а затем передал Эйнару артефакт. Не тратя ни секунды, он активировал его и оказался в знакомой до боли крепости.

И как раз вовремя: небо на горизонте освещали яркие алые всполохи

«Лианна», — рискнул осторожно позвать в мыслях, но вновь наткнулся на молчаливую стену.

Ладони неприятно закололо. Она отгораживалась, чтобы он не слышал её разговор с бывшим женихом. Оберегала его?..

— Эйнар?! — его внезапное появление во внутреннем дворе подняло гораздо больше шуму, чем очередной налёт перевёртышей.

Вскоре привлечённый громкими голосами, к нему подошёл Кейран. Выглядел тот несколько растерянно.

— Что-то случилось? — спросил тотчас.

— Я заберу нескольких из вас с собой в Вальмор, — пояснил Эйнар коротко. — Те, кто останутся… не сдерживайте тварей. Пусть бегут в лес.

Шепоток пробежал по окружившим его драконам. Но на объяснения не было времени.

— Где Арден? — понизив голос, спросил он.

— В целительской, — шёпотом отозвался Кейран.

Воодушевление, вспыхнувшее на его лице, стоило военачальнику вернуться в Последний предел, сменилось опустошением. Надежда угасла в очередной раз.

— Разыщи Дарена, — подумав, велел Эйнар. — Ты и он отправитесь со мной. И Скарна ещё. Трёх будет довольно.

— Да, конечно, — закивал Кейран и шагнул за ним к крепости. — Рион вернулся… Я не успел рассказать.

— В пекло его, — ощетинился Эйнар.

Племянник, оказавшийся подлецом и предателем, волновал его сейчас меньше всего. В целительской он бегло улыбнулся Хельде, которая уставилась на него во все глаза, а затем его едва не откинуло к стене, когда навстречу ему рванул из своего укрытия Арден.

— Я уже собрался лететь в Вальмор, — пробормотал друг, хлопая Эйнара по плечам.

— Я ненадолго, — сказал тот. — Времени у нас мало. Идём, поговорим, — и они отошли в сторону подальше от чужих ушей.

— Почему ты один? — первым делом смотрел Арден.

Он словно почуял что-то. Как иначе объяснить этот вопрос?..

— Харден в Вальморе. Император при смерти, — но Эйнар начал с другого.

— Что?.. Как?..

— Думаю, умрёт в ближайшие дни. Иначе наследничек не стал бы так дерзить.

Арден нахмурился мимолётно, растёр ладонью лицо. Жест, указывающий на крайнюю степень усталости.

— Император не так стар и слаб, чтобы умирать, — веско сказал он.

— Да, — Эйнар кивнул и обернулся, удостоверяясь, что их не подслушивают. — Помнишь, мы говорили о том, как Лианна попала в Предел? Как получила шрам? Почему разладилась её помолвка с щенком-Кассианом?

— Да, — друг взглянул на него с прищуром.

— Я всё не мог понять, кто стоит за этим. Не мог мальчишка Роувен управиться в одиночку, — Эйнар зашёл издалека. — А сегодня Харден проговорился. Так сильно заигрался в триумфатора, что даже не понял.

— Про что проговорился?..

Военачальник Последнего предела скривил жёсткие губы.

— Про два взрыва, о которых не мог знать. Я ведь с Сигваром их не обсуждал. И даже если про брошь Харден услышал от кого-то, то никак, никак он не мог узнать про портал.

— Ты уверен? — от волнения голос Ардена прозвучал хрипло. — Твой племянник разве не проболтался?

— О взрыве — нет, — Эйнар мотнул головой. — Что портал именно взорвался, знали только те, кто увидел своими глазами его в Последнем пределе. И ты, — добавил с усмешкой.

— Прости, но звучит безумно, — Арден поджал губы. — Ну, какое дело наследному принцу до обычной магички Лианны Морвейн?

— Никакого, — спокойно согласился Эйнар. Недоверие друга его ничуть не задело, ведь он был уверен в своей правоте. — Никакого, только если наследный принц не знает, кто её настоящий отец.