Глава 15. Откровенное платье

Фани

Его Величество проводил меня до моей спальни и оставил одну. Просто ушёл, хотя совсем недавно озвучил мне нечто настолько двусмысленное, что я полночи ворочалась в постели, терзаемая муками совести. Мне ни в какую не удавалось избавиться от образов, подбрасываемых сознанием в костёр собственных мучений.

С одной стороны, я прекрасно понимала, что такой сухарь, как Айвар, просто не мог иметь в виду то самое. У него уже есть невеста. Да и любая женщина в Ист-Вардии с радостью прыгнет к дракону в постель, стоит ему только пальцем поманить. С другой – меня нарекли его истинной, а противиться воле Бога не может ни один дракон. Это выше его сил.

Мне ли не знать? И отец, и дядя из грозных драконов и сильнейших магов страны превращались в ласковых котят, когда дело касалось их супруг. Герард Дарт одним своим появлением вселял ужас в сердца врагов и вызывал уважение у союзников. Но стоило маме ласково позвать его по имени, мой родитель таял, как весенний снег, и готов был замешивать вместе с ней тесто на печенье и лепить пирожки с утра до ночи.

Могло ли статься, что меня нарекли истинной Айвара по ошибке? Ведь он ничем не выказывал своей симпатии ко мне. Скорее наоборот: я его раздражала.

Он по имени-то меня ни разу не назвал, не то что Фани, а даже Фаниреей. Заладил: «Дарт да Дарт!» И это злило. А ещё из себя меня выводило то, что стоило закрыть глаза, как мне виделся не Марвин, а Его Чешуйчатость, причём чем дальше время переваливало за полночь, тем откровеннее становились образы. Стало любопытно, что надевает на себя водный бесчувственный сноб, когда ложится спать, какими простынями застелена его постель.

– Да я с ума схожу, не иначе! Может, это его артефакт на меня так действует? – вскакивая с кровати и направляясь в ванную комнату, задавалась я вопросом.

Окунула руки в холодную воду, так как они горели, а с пальцев срывались огненные искорки. Взялась за фарфоровый тазик по краям и опрокинула на себя. Ледяная жидкость остудила голову, но щёки так и пылали алым. Со мной что-то явно было не так.

Интересно, а если бы меня Айвар вот так же окатил водой при помощи своей магии, стало бы легче? Вспомнила, как ловко дракон владел своей силой, затем его глаза, в которых плескалось море, и поняла, что процедуру придётся повторить.

В постель вернулась, едва обтёршись полотенцем. Упала на холодные простыни и ещё долго смотрела в потолок, а когда мне это надоело, принялась пересчитывать звенья цепи, которая уходила к двери моих покоев. Число их не менялось, как бы мне этого ни хотелось. Поймала себя на мысли, что пытаюсь представить, сколько звеньев отделяет меня от Айвара, и сама не заметила, как уснула.

Проснулась оттого, что очень проголодалась. Мне принесли поздний завтрак в покои, сообщив, что на сегодня я совершенно свободна и госпожа Аэлина в моей компании не нуждается. Чем заняться до тех пор, пока меня не соизволят пригласить Его Величество или его невеста, не сказали, поэтому пришлось найти себе развлечение самой.

Нагулявшись по дворцу в сопровождении всего одной служанки (что странно после вчерашнего нападения), вышла в сад и сорвала несколько великолепных алых роз. Их бутоны были такими крупными и ароматными, что я просто не смогла удержаться. Естественно, разрешения на это у садовника я спросила заранее и, вернувшись в отведённые мне покои, хотела поставить их в вазу, но внутри застала нежданную гостью, поэтому просто положила цветы на стол у входа и поприветствовала свою «госпожу» учтивым реверансом.

– И где тебя носит? Цветы ещё эти притащила! – окинув меня таким же надменным взглядом, каким одаривал Айвар, начала девушка.

Честное слово, если бы он не назвал её своей невестой, подумала бы, что она его дочь: настолько они были похожи.

– По саду гуляла. Не помирать же мне со скуки в четырёх стенах, – огрызнулась я.

– Готовься, дочь дракона. Как только солнце станет клониться к закату, приходи в малый зал для приёмов. Наряд тебе принесёт служанка. Не нужно больше ничего доказывать. Совет вам да любовь с твоим поклонником. Если он, конечно, не желает тебе смерти. Его Величество после прочтения вот этого так разочарован, что весь день из библиотеки не выходит. Радуйся! Господин нашёл способ и сегодня избавит тебя от поводка. – Бросив мне в лицо клочок бумаги, девушка ушла.

Я же подобрала с пола испачканный чем-то коричневым, похожим на крупные капли лист и развернула, так как он был сложен вчетверо.

Любовь моя, если ты это читаешь, значит Кривелл сделал своё дело и вы уже на пути к границе. Жду не дождусь, когда наконец заключу тебя в объятия, и наши губы соединятся в жарком поцелуе. Совсем скоро ты станешь моей!

Учти, вам нужно как можно скорее добраться до границы, так как каждый час ожидания прибавляет мне проблем. Кривелл оставит тебя на постоялом дворе в нескольких километрах от замка, дальше придётся добираться самой. Ты же способная девочка, справишься. Он передаст тебе кошель с деньгами, используй их с умом. Сутки в пути – сущая мелочь, если учесть, что после мы будем вместе.

Жду тебя, моя любовь! Поторопись! Твой М.

– Стоп! И это всё? – Я нахмурилась, дочитав до конца. – Он планировал бросить меня на каком-то постоялом дворе одну, а дальше уж сама как-нибудь? Что-то тут неладно.

Сердце наполнилось сомнениями. Да, я была влюблена в Марвина, хотела быть с ним, бежать из дома ради него. А что дальше? Он ни разу не говорил о своих планах на будущее, не писал мне, где и как мы будем жить после того, как проведём брачный ритуал на границе, о котором принц то и дело напоминал. Наша переписка была полна пылких признаний, нежных чувств, но, если подумать, кроме этого, ничего в ней не было.

Как он вообще представлял себе нашу совместную жизнь? Беседу с моим отцом? Ни в одном его письме, ни при одной нашей встрече он даже не упомянул имени Герарда Дарта. Грозный главный советник Ист-Вардского правителя для него будто не существовал.

– Госпожа, вы меня слышите? – из раздумий меня вырвал голосок служанки, которая принесла платье и украшения. Она стояла рядом с обеспокоенным видом и тормошила меня за руку. – Что с вами? Я уж и цветы в вазу поставила, и воды натаскала для купания, а вы так и сидите да в окошко смотрите, будто неживая.

– Прости, не заметила, как задумалась. Неужели время подошло? – Я осмотрела очередной прекрасный алый наряд, приготовленный для меня, скользнула взглядом по чересчур откровенному вырезу на груди и юбке, что со спины была длиной в пол, а вот впереди поднималась каскадом, оголяя колени.

К платью прилагались бельё, украшения и… молочно-белые тончайшие чулки с рюшами и шелковыми лентами, которые нужно было завязать аккуратными бантиками. Одно неаккуратное движение – и юбка смещалась набок, открывая эти пикантные детали взору.

«Что этот водный задумал? К чему это соблазнительное бельё и всё остальное?» – Я на миг перепугалась, памятуя о том, что должна ему одно желание.

Но паника тут же отступила, ведь Айвар велел мне явиться в малый зал, а не в его личные покои. Значит, за свою девичью честь можно было не переживать.

Попросила служанку не мастерить мне причёску. Вместо этого девушка вплела в мои волосы изящное украшение, состоящее из золотых ромбов и алых цветов из драгоценных камней. Серьги, что шли с ним комплектом, я надела сама.

Оставила без внимания только кулон, так как вырез у платья превосходил все мои ожидания. Если до затяжки корсета он казался мне неприлично глубоким, то после стало создаваться впечатление, что вдохни я чуть глубже, то, чем щедро наградила меня матушка-природа, не удержится в его плену. Надень я ещё и купон, он то и дело привлекал бы внимание к очень уж откровенной ложбинке.

Но надо отдать швее должное: мне так только казалось. На самом деле наряд оказался очень удобным, атласный снаружи, внутри он был обшит мягким и приятным к телу материалом и совершенно не стеснял движений. Рукава-воланы всегда были моей слабостью, поэтому у зеркала я простояла непозволительно долго. Аромат роз в вазе на столе настолько подходил к этому алому чуду, что я попросила служанку подать мне ароматное цветочное масло и нанесла пару капель за уши и на запястье.

Когда солнце уже клонилось к закату, я вошла в малый зал, не зная, чего ожидать от Его Величества, но готовая к чему угодно, лишь бы только наконец избавиться от его надоедливого артефакта.

Большие арочные окна в помещении были распахнуты настежь, солнечный свет проходил насквозь, а лучи его казались объёмными лентами.

– Ты как раз вовремя, Фани, – раздался над ухом уже знакомый голос, и моего плеча коснулись прохладные губы, не освежая, а, наоборот, заставляя место невесомого касания пылать. Айвар впервые назвал меня по имени, и от этого по телу пробежала волна мурашек. – Готова исполнить моё желание?