Глава 18. Желание исполнено

Айвар

Агония – вот как можно было назвать то, что я пережил. Никакая боль на свете не сравнится с той, что я испытал. И виной тому была не потеря связи со своей второй сущностью, а слёзы. Моя истинная плакала, и это рвало сердце на части.

Вынужден был признать, что Дарт – выдающийся представитель нашей расы. Его зверь преодолел огромное расстояние в считаные часы и оказался во дворце даже раньше, чем я ожидал. Сила, мощь, огонь в крови и предсказуемость: именно эти черты Герарда всегда ставили его на первое место среди тех, кого можно было использовать с выгодой для страны. На этот раз он пригодился мне лично.

Дарт сделал всё в точности так, как я предполагал. Прилетел и, не разобравшись, что к чему, среагировал на эмоциях. Вспыльчивый как всегда. Вывихнутая рука и пара сломанных рёбер – небольшая цена за услугу, которая мне от него требовалась. Один его вид выводил меня из равновесия.

«Он лучше, сильнее, талантливее, мощнее! Тебе никогда не стать таким, как он! Позорище!» – вспоминал я слова отца, доводя себя до бешенства. Но цепь ни в какую не хотела ломаться. Дракон держался за истинную так, будто стоит артефакту повредиться, и его не станет.

Так и случилось. Только делу помогли не действия огненного, а пара слов, брошенных его дочерью. Моим зеленоглазым проклятьем. В тот самый момент, как я в который раз повторял про себя то же самое.

«Айвар Вайрес никогда не станет Дартом!» – со слезами на глазах выкрикнула она, и у меня внутри будто что-то треснуло, словно в самое сердце вогнали иглу, которая сначала кольнула, а затем разорвалась на миллионы мелких стальных осколков, раздирающих меня на части.

Фаниреа Дарт. Последнее, что услышал от своего дракона прежде, чем потерял с ним связь. Даже тогда единственным, что его беспокоило, было имя истинной, которое важнее всего остального, которое нельзя забыть, даже провалившись в забытье и утратив способность летать.

«Фаниреа Дарт», – повторял я, мучась от жажды и сгорая в агонии, накрывшей меня после.

Она плакала. Почему? Я же исполнил её желание. Сделал то, чего хотела моя истинная, – освободил её от себя. Дал право выбора. Её слёзы казались мне не живительной влагой, а кислотой, иссушающей мою душу. Жаль, что я не умер в том зале. Не избавил её от необходимости печалиться и хмурить брови из-за того, что судьба свела нас вместе.

Нет, не судьба. Драконий Бог. И мне бы его ненавидеть, но я не мог. Ведь, если бы не он, я так и не узнал бы, что всё это время сходил с ума не по чужой женщине, а по той, что должна была стать моей. Должна была, но не стала и никогда не станет.

А потом мне снился прекрасный сон. Я всё ещё был не в себе и не мог пошевелиться, лёжа в постели. Но явно ощущал, что та, ради которой пошёл на всё это, была рядом. Её тонкие пальчики касались моего лица, шеи, груди. Девушка наклонилась ближе и подула на царапину на лице, которая в теперешнем моём состоянии никак не хотела рубцеваться и постоянно кровоточила.

Близко. Как же близко была она ко мне в тот момент. Её мягкие, нежные губки едва ли не касались моей кожи. Стоило лишь пошевелиться, и я смог бы ощутить их мимолётное касание. Но это было невозможно. Сил не было даже на то, чтобы дышать.

Какой прекрасный сон. И пусть это было неправдой, но даже это придало мне сил, чтобы не сдаться. А может, это было то зелье, которым она поила меня, заботливо поднимая голову и вливая его мне в рот по капле. Если бы только это случилось наяву, я бы пережил всё ещё раз, лишь бы Фани сама, не по принуждению, касалась меня, вызывая мурашки по телу, склоняясь так близко, чтобы я мог дышать только ей одной.

Каждый дракон знает, что потеря второй ипостаси не лишает нас жизни. Но отказ истинной или её утрата превращают многовековое пребывание в этом мире в бессмысленное существование. Зачем мне крылья, если её не будет рядом? Для чего трон и власть, если та, от взгляда которой сердце замирает, будет несчастна рядом со мной?

– Долго ему ещё валяться? – прозвучал рядом недовольный голос Дарта.

– Не знаю, всё зависит от того, хочет ли он продолжать жить, – ответила Лия, его супруга.

– Сколько я пробыл в отключке, когда меня накрыло этим зельем? Полчаса? Он же целую ночь в горячке и не спешит подниматься на ноги. Что за хлюпик достался нашей дочери в истинные? – ворчал Герард, а у меня в душе снова появилось то противное чувство ущемлённости и ненужности, которое я так старательно прятал поглубже, чтобы никто о нём не узнал.

– С тобой это сделали другие, да и не знал ты, что это такое, был полон сил и горел желанием наказать виновника. Мне ли не знать. Ты меня чуть не задушил, а ведь это должна была быть наша первая брачная ночь, – увещевала его Эмилия. – Айвар сделал это сознательно. Даже не представляю, как он на такое решился. Истинность и впрямь лишает драконов способности здраво мыслить.

– Дорогая, Фани сказала, что любит другого. Ты что-то об этом знаешь? – Последовала длительная пауза, прервав которую, так и не дождавшись ответа, Дарт продолжил: – Она выдала это нам в зале, а у отмороженного водного ни один мускул на лице не дрогнул. Истинная заявила, что хочет быть с другим, и Айвар это стерпел. Да я бы рвал и метал, если бы ты вдруг сообщила мне нечто подобное. Хуже только смерть! – Он повысил голос, и мне показалось, что вспыльчивый огненный грубиян мне сочувствует.

Если бы я мог хоть что-то сделать, то непременно рассмеялся бы.

– Дела это не меняет. Фани – пара Айвара. Это подтвердил Оракул. Мы с тобой прекрасно знаем, что истинность работает в обе стороны, просто нам, смертным, нужно немного больше времени, чтобы это понять, – спокойно сказала княгиня, а её супруг только коротко недовольно рыкнул в ответ. – Не сердись. Такова судьба, и этого не изменить. Ты прекрасно всё понимаешь. Нет смысла пытаться что-то предпринять или повлиять на их связь. Она нерушима.

– Этот придурок своими руками лишил себя крыльев, Лия! Я всегда знал, что он ненормальный, но то, что случилось вчера, это только подтвердило!

Дарт был явно на взводе, так как начал мерить шагами комнату, в которой, судя по всему, находились только мы втроём.

– Гер, – мягко позвала его супруга. – Я поговорю с Фани. Узнаю, что произошло. Но и ты, будь добр, во-первых, перестань сердиться. Во-вторых, верни стране монарха. Трон не может пустовать. Именно это ты сказал, когда отправил Айвара к министрам, которые в итоге его же и короновали.

Княгиня ушла, оставив супруга наедине со мной. Очень долго в комнате стояла абсолютная тишина. Утратив связь со своим драконом, я не мог ощутить присутствия другого высшего рядом. Всё, что у меня осталось, – это магия целительства, да и та ослабла так, что в данный момент я бы и царапину не устранил, не прибегая к использованию своей крови.

– Треклятое пламя! – чуть ли не прорычал Герард.

Если бы я мог пошевелиться, то непременно вздрогнул бы от неожиданности.

– Эй, слуги!

В комнату тут же кто-то вошёл.

– Где моя дочь?

– В отведённых ей Его Величеством покоях, господин министр, – раздался голос служанки. Не помню её имени, но я уже слышал его раньше.

– Сообщите ей, что сегодня же она уезжает из дворца. Пусть собирает вещи, я даю своё благословение на её брак с… кого-там она любит? В общем, с её ухажёром! – громко приказал он.

А мне стало не по себе. Да, я сам, своими руками, освободил Фани от связи, но истинность нерушима, и даже в таком состоянии я болезненно реагировал на всё, что с ней связано.

– Велите запрячь карету? Какое сопровождение отправить? – уточнила девушка.

– Поедет верхом! Одна! Исполняйте! – рявкнул он.

Меня будто скат хвостом ужалил. От одной лишь мысли, что моя истинная отправится через всю страну одна, без защиты… к другому, тело тряхнуло, заставляя все мышцы напрячься разом.

– Нет! – просипел я, понимая, что могу говорить, и даже открыл глаза. – Ты не можешь подвергнуть её такой опасности. Что ты за отец такой? – Сжимая кулаки, повернулся к Герарду, который, как оказалось, стоял, скрестив руки на груди, прислонившись спиной к стене напротив, и буравил меня взглядом. Этот гад ждал моей реакции.

– Очнулся? – хищно улыбаясь, спросил меня Дарт. – Поздравляю с обретением истинной, склизкая ты тварь. У меня для тебя две новости. Сам решай, какая из них хорошая, так как, как по мне, обе они не очень. Первое – дракона тебе не вернуть, пока моя дочь не снизойдёт до тебя и не станет твоей. А значит никогда! – Последнее он выделил так, что только глухой или полный идиот не понял бы. – И второе: я всё же решил принять предложение министров и совета и занять место на троне, так что ты больше не правитель Ист-Вардии и даже не генерал. Своего прежнего звания, равно как и Фани, я тебе не отдам…

Дракон вышел за дверь и, уже закрывая её за собой, добавил:

– Придётся заслужить.