Глава 26. Не отказывался?

Фани

Айвар никак не прокомментировал моё желание отправиться в Сагрилию, равно как и то, что я сболтнула ему имя своего возлюбленного. Дракон молча подошёл к белоснежному жеребцу, поставил меня на землю, легко вскочил в седло и протянул мне руку.

Я же на мгновение замешкалась. Даже подумать не могла, что мужчина в боевой амуниции и на коне смотрится настолько впечатляюще. Не зря, видимо, в любовных романах так прижился образ принца на белом коне. Только передо мной был далеко не принц, а целый правитель (хоть и отрёкшийся от трона). Высокий, статный, одним своим видом излучающий уверенность и решительность.

– Фани, – неожиданно обратился ко мне Айвар.

Я даже вздрогнула, так как решила, что после случившегося в замке он больше меня так никогда не назовёт.

– Да, – ответила я, всё ещё неотрывно глядя на дракона.

– Давай руку. – Он наклонился ниже, и из-под брони блеснуло несколько звеньев уже знакомой мне серебряной цепи.

– Всё ещё носишь его? – Я потянулась, чтобы прикоснуться к артефакту.

– Что значит «всё ещё»? Это семейная реликвия, малышка. В день смерти отца она стала моей, и снять её невозможно. Украшение потеряет магические свойства только с моей смертью, – пояснил мужчина. – И лучше тебе её не трогать. Только тот, кто с драконом одной крови, может к ней прикоснуться без последствий.

Я наконец собралась, вложила свою руку в его и поставила ногу в стремя. Айвар потянул, и я в пару движений оказалась у него в объятиях.

– Почему «потеряет»? – обхватив его за шею руками, решила уточнить я.

– Малышка, ты умна не по годам. Но твои вопросы иногда говорят об обратном. – Не глядя на меня, Айвар натянул поводья. – Когда закончите здесь, направляйтесь за нами на северо-восток, к границе! Остановимся в первом на пути постоялом дворе! – выкрикнул он своим воинам и пришпорил коня.

Пришлось вцепиться крепче, чтобы не свалиться. И тут мне показалось, что пальцами на его шее я нащупала что-то острое. Надавила, и до этого спокойный и сосредоточенный Айвар скривился и зашипел.

– Ой, извини, я сделала тебе больно? – Мне пришлось схватиться за его плечи, чтобы меня не подначивало снова зарыться в его волосы и коснуться странного предмета.

– Нет. Ты ни в чём не виновата. Это было моим решением.

– Прости, – вырвалось у меня как-то само собой. – Если бы я знала, что ради исполнения моего желания ты пойдёшь на такие жертвы, то, наверное, поискала бы какой-то другой способ. Зачем ты это сделал? Это любовь, да? – конечно же, имея в виду его чувства к Аэлине, спросила я.

– Я не знаю, что это такое, малышка, – искренне ответил дракон. – Говорят, она бывает разная. Родительская, братская, платоническая, страстная. Ни одно из этих чувств мне незнакомо. Разве что то, что я испытываю к Ист-Вардии после стольких лет на троне. И то назвал бы это чувством долга, а не любовью к Родине.

– Погоди, но ведь любой человек…

– Драконы – не люди. Мы другие. Ты – дочь дракона – должна понимать. – Он посерьёзнел. – Мы живём по велению Драконьего Бога. Приходим в этот мир с определённой целью, храним фамильные артефакты, поддерживающие связь двух наших ипостасей, служим правителям тех территорий, на которых нам суждено найти пару, многие годы проводим в заточении, неспособные покинуть невидимые границы, установленных Всесильным. И, только узнав заветное имя своей истинной, обретаем свободу.

– Конечно же, я всё это знаю. Не будь мамы, отец так и не смог бы покинуть Ист-Вардию. А теперь, когда у них наконец родится сын, он передаст ему свою печать и перестанет так над ней трястись. Ведь, если передать её сыну, магия не исчезнет. Ой!

«Какая же я дура!» – Я закрыла рот ладошками, понимая наконец, почему артефакт Айвара утратит силу. Нет наследника – нет продолжения рода, некому передать фамильную реликвию.

Вот только коню на мои догадки было плевать, он скакал себе по велению наездника. Я же перестала держаться за дракона и упала бы, если бы сильные руки не сомкнулись плотнее на моей талии, буквально прижимая к крепкому телу командира.

– Извини, я и впрямь глупая. Каждому дракону нужен сын. Стоило сразу сообразить, – пробубнила я скорее себе по нос, но он услышал.

– Не каждому. Бывают и такие, кому мало просто стать отцом следующего в роду высшего.

Сказал как отрезал. Я же вспомнила записи из тетради его родителя. Стало быть, Айвар говорил именно о нём. Глава рода Вайрес получил сына, но хотел большего.

Требовал от мальчика того, чего добился отпрыск другого высшего. Постоянно сравнивал его с моим отцом. Должно быть, нелегко пришлось молодому дракону тогда. Мои родители никогда ни словом, ни делом не давали мне понять, что я не такая, как остальные, не требовали каких-то заоблачных свершений. Просто любили меня и заботились обо мне. Да, я чувствовала, что отцу чего-то не хватало, но то были мои догадки, а не высказанные им вслух утверждения.

– Истинность – вот что движет всеми драконами. Мы живём в ожидании неё, а обретя, бережём как самое желанное сокровище. Это не любовь. От первой можно отказаться, забыть, перегореть, от второй – ни за что. Она отнимает у дракона всё, что ему дорого, лишает рассудка, толкает на немыслимые поступки. Она жестока и безжалостна, но в то же время нет ничего светлее, желаннее и дороже.

– Тогда почему ты отказался от меня?

– Что-то я такого не припомню.

Этим ответом Айвар вогнал меня в ступор. Я же прекрасно помнила, как он объявил, что не желает жениться на истинной, не хочет быть заложником древних драконьих традиций. Но это случилось после того, как я заявила, что люблю другого и хочу быть с ним, а не идти замуж за дракона.

«Неужели своим поступком тогда он просто исполнил моё самое первое, высказанное ему сгоряча желание? Как мне теперь это проверить? А-а-а! У меня голова не соображает! Это же невозможно. Или…»

Дальше мы ехали молча. Стук копыт скакуна, биение сердца дракона и несчётное число мыслей, роящихся в моей голове, держали в напряжении до тех пор, пока перед нами не показался небольшой постоялый двор.

Айвар со знанием дела, будто каждый день этим занимался, спешился, помог слезть мне, поставил коня в стойло и, взяв за руку, потянул за собой внутрь. Договорился с хозяином о комнатах для нас и солдат, что должны были прибыть к рассвету, и даже для пленной Асы. Ко мне тут же подошла служанка, предложив проводить в комнату.

– Никаких вторых этажей, – тут же выпалила я, но за девушкой всё же последовала, оставляя дракона завершить дела с грузным мужчиной, владевшим этим местом.

– Что вы? Ваша комната прямо за поворотом. Больше покоев для семейных пар у нас нет. Придётся вам с супругом разместиться на первом этаже. Немного шумно, но господин офицер сказал, что вас это устроит, – трещала она, уже открывая передо мной дверь.

– Никакая мы не семейная пара, – возразила я, проходя внутрь.

На дворе всё ещё стояла ночь. На рассвет и намёка не было. И мне бы отдохнуть после часа тряски на коне, но, увидев огромную двуспальную кровать, я всё же решила, что довольно выспалась у Асы, и усталость как рукой сняло.

– Не буду беспокоить. Если что-то потребуется, просто позовите.

Девушка ушла, а я подбежала к окну. Луна всё так же виднелась на небосводе, однако стала менее яркой, что означало скорое наступление утра.

За спиной скрипнула дверь, и я насторожилась.

«Надеюсь, Айвар просто в шутку сказал хозяину, что мы с ним супружеская пара», – подумала я и решительно развернулась, готовая его об этом спросить. Только раскрыла рот, а закрыть уже не могла.

Передо мной стоял Марвин. Мой любимый собственной персоной.

Стало страшно. Не от того, что увидела знакомое лицо, а от того, с каким видом сразу же следом за ним в покои вошёл Айвар.