Глава 34. Отдайся, и дело с концом

– Надо же! Тебе не всё равно. – Аэлина как-то слишком уж заинтересованно посмотрела на меня. – Уже накрыло?

– Чем?

– Истинностью, чем же ещё? Она действует на обоих. И чем вы ближе друг к другу, тем сильнее тянет, – выдала она, будто это известно каждому смертному.

Её слова о том, что водный целовал мою маму, до сих пор набатом звучали в голове. Не верилось, что это правда. Но, с другой стороны, их вражда с отцом должна была откуда-то проистекать. Может, мама и стала яблоком раздора? Истинная одного дракона, не прошедшая обряд бракосочетания до конца, может выбрать другого, если пожелает. Родители никогда ничего мне об этом не рассказывали, а я не спрашивала.

То, что было в прошлом, в нём и осталось. Это случилось до моего рождения. Мало ли скольких женщин целовал правитель? Какое мне до этого дело? Почему же так больно от мысли о том, что моя мама могла быть среди них? Почему так хочется, чтобы именно мой поцелуй был для него особенным и запоминающимся? Поймала себя на мысли, что могу быть просто заменой родительницы, но тут же прогнала её прочь.

– Меня не… – И тут я осеклась, вспомнив, как целовала Айвара и просила о большем.

Будь я прежней собой, я бы никогда и ни за что не сделала чего-то подобного.

«Он старше меня на целую жизнь, а то и больше. Горделивый, холодный, расчётливый, умный, решающий любую проблему в мгновение ока, уравновешенный, тот, рядом с которым тепло и спокойно, а ещё он просто сногсшибательно пахнет».

– Ты права, – закусив губу, вынуждена была признать я. – Кажется, накрыло. Что же мне делать?

– Если не хочешь ни для кого проблем, то просто принять это и вернуть господину его зверя, – разоткровенничалась блондинка. – Отдайся ему, и дело с концом. Это единственный способ восстановить артефакт.

Девушка достала из кармана наруч с несколькими звеньями цепочки, а я ощутила, как заливаюсь краской. Так просто о самом сокровенном со мной не беседовала даже мама, а тут посторонний человек.

– Разве можно? Что за слово такое «отдайся»? Он мне не жених, мы не проходили брачного обряда. Я же не крестьянская девка, чтобы так поступить. Да и ты хороша! Любишь ведь его, а мне предлагаешь такие вещи! А вдруг он откажется? Стоп, что? – Я в ужасе закрыла рот ладошками.

– Хорошо, что ты не против. Значит, проблем с этим не будет. – Впервые на её лице заиграла довольная улыбка. – Я желаю ему только добра. Именно поэтому сейчас ты здесь, а не в своей комнате. Господин ни за что не станет тебя ни к чему принуждать. Стоило тебе пожелать, и он отказался от самого дорогого, что есть у высшего, – его второй ипостаси и магии. Тогда-то я и поняла, что мои к нему чувства – ничто в сравнении с тем, что он испытывает к тебе.

– Я не знала. – Мне почему-то стало ужасно стыдно за то, что я тогда пожелала свободы и в сердцах высказала это Айвару. Использовала свои знания о драконах, чтобы добиться своего.

– Теперь знаешь. – Аэлина насторожилась и посмотрела куда-то вдаль. – Времени мало. Тебя скоро хватятся. Поэтому давай сразу к делу. Твой принц не просто так тебя дожидался. Ему нужна помощь в одном очень опасном деле.

– Он не мой, – нагло перебила её я, вспоминая встречу с Марвином.

– О чём бы он тебя ни попросил, не вздумай соглашаться, – начиная нервничать, добавила она. – Его Высочество, наследник трона Сагрилии, наивен и прост. И если бы не его увлечение девицами, это было бы единственным его недостатком. Он искренне хочет помочь отцу разобраться с одной серьёзной проблемой, а ты очень вовремя попалась ему под руку. Вот он и решил тебя использовать. Сама ведь уже поняла, что ни о какой любви с его стороны не может быть и речи.

Не то, что поняла. Мне сказали об этом открытым текстом. А я… на редкость легко это приняла. Не стала убиваться. Да, пролила пару слезинок на плече у Айвара, в его крепких объятиях, а потом бросилась во все тяжкие, забыв не только о Марвине, но и вообще обо всём.

– Говоришь так, будто хорошо знаешь Марвина. Откуда тебе вообще столько всего известно и о нём, и о проблемах Сагрилии? – Я насторожилась.

У меня всё затекло, поэтому я встала и заодно осмотрелась. Оказалось, что мы не так уж и далеко от постоялого двора. Он маленькой точкой виднелся где-то справа за рекой.

– Разведала. Узнала много интересного. С самого начала мы подозревали сагрилийцев, поэтому Его Величество придумал весь этот фарс с одинаковыми платьями, поддельной невестой и прочим. Он догадался, что кто-то нацелился именно на тебя. И что неизвестный недруг не знает, как ты выглядишь. Но врагу было известно твоё имя. Самое главное, понимаешь? Имя истинной дракона. Его слабое место. Напасть должны были на меня, но что-то пошло не так, – цокнула она недовольно, сосредоточенно прислушиваясь. – Вот же проклятье. Идём.

Аэлина вдруг схватила меня за руку и потащила в сторону реки. Мы шли обратно к постоялому двору. Видно было, что она нервничает.

– Прости, что вот так всё получилось. Но нужно было поговорить без свидетелей. Я не могу выдавать тайны господина там, где нас могут услышать. Скажи ему, что мы просто вышли прогуляться. Он не должен знать, что я вмешиваюсь в ваши отношения, – поучала она, не сбавляя шага.

– Нет у нас никаких отношений, – упорствовала я.

– Будут! – Девушка внезапно остановилась, пристально глядя мне в глаза. – Я найду способ сделать так, чтобы вы остались наедине. Ты – его истинная. Он не сможет устоять.

– Только послушай, что ты несёшь! Уговариваешь меня броситься на шею своему господину, по которому тайно сохнешь неизвестно сколько лет. Раз ты помнишь тот случай с моей мамой, должно быть с самого детства в него втюрилась! У тебя в груди не ёкает вот так поступать? А как же я? Моё мнение не волнует? Знаешь что? Не буду я никому отдаваться! Да, я виновата, но у меня, между прочим, тоже гордость есть! Да в моей жизни не будет больше принцев и глупых влюблённостей, но того, о чём ты просишь, тоже не будет. Никто не коснётся меня без моего на то дозволения. А его ещё нужно заслужить. – Меня наконец прорвало. И маму приплела.

Стало подозрительно тихо. Ни птичьих трелей, ни шелеста листвы. Не было слышно ничего. Сложилось ощущение, что даже река замерла на месте и воды её не движутся. Но всё было куда хуже, потому что мне не показалось: она действительно застыла и начала медленно покрываться коркой льда, будто в студёный мороз.

А затем я и сама задрожала, но не от холода, а от того, что у самого моего уха раздалось рычащее:

– Никто… кр-р-роме меня.

И меня рывком за талию дёрнуло назад от подступающего по земле прямо к моим ногам инея.