Глава 30

— Браггар? — растерянно бормочу, напоровшись на яростный взгляд мужа.

Он, как крепость, высокий, широкоплечий, стоит передо мной, загораживая вид на ближайшую лавку. Темная щетина, цепкий, острый взгляд из-под густых бровей.

Быстро озираюсь по сторонам. Где дети? Если начну объяснять про них мужу, то просто утону во лжи. Он не дарна Мария. От него не отделаешься парочкой общих фраз. Если начнет копать, не отстанет, пока не доберется до сути… Или до первой моей ошибки.

К счастью, ребят нигде не вижу. Похоже, мои умненькие подопечные вовремя среагировали на появление злого дракона.

Мы с Браггаром стоим между лавочными рядами, но вокруг нас почти не осталось народа. Неудивительно, что толпа поредела. Муж обычно выглядит грозно и представительно, а уж когда злится, то от него точно исходят холодные, колючие флюиды — вот, как сейчас. Хочется от него держаться подальше.

Интересно, кем он работает? Наверно, подчиненные ходят перед ним по струнке.

— Прошу вас, поясните, мой лорд, — говорю, твердо встречая его взгляд. — Чем я вас позорю? Честным трудом?

— Честным... — с неприязнью повторяет. — Я видел сальные взгляды мужчин. На тебе, замужней женщине. Это недопустимо.

— Сальные взгляды?

Растерянно осматриваюсь.

Ну, конечно! Сейчас никто на меня взглянуть не осмеливается. Все торговцы поблизости опустили глаза, и старательно делают вид, что меня вообще не существует.

Боже, неужели Браггар решил меня напоследок приревновать? Даже не верится. Последние дни замужества — и на тебе! Получите, распишитесь, — драконья ревность!

— Я просто хочу, — говорю, — заработать на жизнь. Больше мне ничего не надо.

— Ты поэтому оделась так вызывающе?

Внезапно замечаю, что его взгляд скользнул в зону декольте. Мое платье целомудренно открывает лишь несколько сантиметров под ключицами. Почему же тогда Браггар меня упрекает? И почему в глазах дракона сейчас читается тот самый мужской голод, о котором он только что упоминал?

Даже смущаюсь немного от неожиданности. Он во мне женщину разглядел?

С чего бы?

Ну, подумаешь, выбрала платье удачно! Оно подчеркивает мои пышные формы: грудь, бедра, аккуратную талию, а светло-лавандовый цвет отлично оттеняет зеленые глаза. Девочки мне с утра соорудили из светлых кос красивую конструкцию, по их заверению типичную для молодой дарны. Пара дней умеренного питания чуть выразительнее сделали точеные черты лица.

Зажили ранки на когда-то искусанных прежней Даяной губах. На лице расцвела улыбка. Теперь, когда у меня появилась четкая цель в новой жизни, глаза горят ярче, жесты стали увереннее. По меркам прежнего мира, я бы вполне могла работать моделью в плюс сайзе.

Пожалуй, я выгляжу эдакой аппетитной пышкой. Только сейчас до меня доходит, почему мужчины сегодня то и дело помигивали, когда покупали пирожки, и добавляли: «Какая румяная булочка!»

Так вот, значит, почему он вдруг воспылал правом собственника? Понял, что я в глазах других — лакомый кусочек!

— Мой лорд, — говорю со вздохом, — иногда на женщину смотрят не из-за вызывающей одежды. И не из-за распущенного поведения. А просто… Просто любуются.

— Чушь, — рычит дракон. — Пусть любуются своими женами. Я не позволю на тебя таращиться… Пока ты моя.

Да что же Браггар прицепился к мужским взглядам?! Нам осталось-то всего пара дней брака, а он… Сжав волю в кулак, говорю как можно равнодушнее:

— Правильно ли я понимаю, что после завтрашнего развода вас перестанут волновать мужские взгляды, обращенные в мою сторону?

— Нет.

— Но я же должна что-то есть! — начинаю закипать. — Вы ясно дали понять, что зарабатывать на свое содержание мне нужно самой.

— Ты живешь в моем родовом поместье, — шипит сердито в ответ. — И смеешь утверждать, что я обрек тебя на голодное существование?!

Меня пробирает на нервный смех. Он всерьез считает, что дом будет меня кормить и содержать, когда мне перекроют денежный поток? Ну, если только комнаты в аренду сдавать или пансион открыть. Но он же тогда первый примчится с претензиями.

С трудом удерживаюсь от едкого ответа. Если скажу что-нибудь колкое, то боюсь, лорд передумает насчет условий развода. А мне нельзя сейчас лишаться дома, ставшего убежищем не только для меня, но и для детей.

Опустив глаза, смотрю на кончики своих туфель.

Так, Диана.

Успокойся. Вдохни поглубже. Выдохни. И представь, что ты на переговорах. Он зол. Ты спокойна. Одно это уже даст тебе преимущество.

Меня действительно немного отпускает. Да, антураж переговоров незнакомый, но суть от этого не меняется.

Вздохнув поглубже, говорю:

— Я очень благодарна вам за дом, мой лорд. Обещаю, что постараюсь хорошо о нем позаботиться. На его содержание я тоже обещаю заработать сама. Теперь это моя забота, и я с ней обязательно справлюсь. Можете быть уверены.

— Заработать, торгуя? — дракон презрительно кивает на мою полупустую корзину.

— Почему бы нет? Людям нравится моя выпечка. Я вкусно готовлю. Вот, убедитесь сами! — с улыбкой протягиваю ему корзину, где на самом дне осталось лишь несколько румяных пирожков.

Муж пару секунд рассматривет содержимое корзины, а потом, недолго думая, просто... ее отбирает.

— Возвращайся в поместье, Даяна. Моя жена не будет ходить по улицам и собирать на себе похотливые взгляды. Держи, — он сует мне в руки тугой кожаный мешочек, который при ближайшем рассмотрении оказывается... кошельком с монетами!

В недоумении смотрю на тяжелый кошель. В узкое горлышко падает солнечный луч, освещая края серебряной монеты — сетш. Сто фитшей составляет один сетш. То есть у меня на ладони покоится целое состояние.

Нет, так не годится.

— Прошу вас, верните мне корзину, — правой рукой протягиваю ему кошелек, а левую тяну к корзине.

— Я купил все твои пирожки, Даяна. Ты должна отправиться домой.

— Мой лорд, вы дали слишком много, если это плата за пирожки. И слишком мало, если надеетесь получить мое послушание.