Глава 45

Через несколько дней, прожитых по новому расписанию, Лика вызвалась помочь помыть посуду после ужина. Это показалось мне необычным. Не то, что бы девочка отлынивала от грязной работы, нет! Просто никогда не проявляла инициативы.

Пока мы вытирали помытые тарелки сухими отрезами ткани, она молчала, кусала губы и хмурила лобик. Ее что-то тревожило. Наконец, я не выдержала:

— Хочешь мятного чая с медом?

Чай — во все времена был прекрасным поводом для разговора. Правда, очаг давно остыл, а дети разошлись отдыхать вместе с нашим огненным мальчиком. Так что для чаепития нам придется разжигать огонь долго и муторно — огнивом, по старинке.

— Ну… — девочка, понурив голову, отводит взгляд и теребит светлую блузку. — Я просто поговорить хотела. Чай для этого не обязательно пить. Можно воду.

Разлив нам воду в глиняные чашки, усаживаюсь за стол и жестом приглашаю девочку сесть напротив.

— Ты в последнее время молчаливая. Давай-ка, расскажи, что не так!

— Если бы я еще сама понимала, что не так! — Лика хмурит носик и, наконец, поднимает глаза, в которых плещутся неуверенность и тревога. — В общем, мне в последнее время снится сон. Один и тот же. Я не знаю, как к нему относиться.

Кивнув, смотрю на ее напряженное, худенькое личико, жду продолжения. А про себя поражаюсь совпадению. Мне тоже снился в прошлой жизни один сон несколько ночей подряд. О том, как я с мужем и подругой пытаюсь вброд перейти бурлящую реку, и каждый раз Сашка и Даша тонули. Я верю в вещие сны. Тем более, если это сны менталистов. Может, вещие сны — это их фишка? В любом случае, если Лика расскажет свой сон, ей точно полегчает!

Вот только рыжеволосой бунтарке, обычно такой разговорчивой, сейчас с трудом даются слова. Она прячет лицо за узкими ладошками и вздыхает. Затем опускает руки на стол и тонкими пальцами начинает теребить чашку с водой.

— Ну… — наконец говорит. — Мой сон длинный. Это ничего?

— Я не спешу.

— Ладно, — девочка бросает на меня короткий, оценивающий взгляд, и начинает: — В общем, мне приснилось, что мы стоим в толпе. На площади, перед ратушей. Солнце яркое, всё блестит — даже мостовая. Девчонки из нашей оравы в платьях, такие красивые и мальчишки вырядились, как взрослые. Все смеются, вы тоже… Но мне страшно. Вот прям в животе холодно, а коленки дрожат, как у новорожденного козлёнка.

Мягко улыбнувшись, киваю.

— Потом за спиной хлопок раздается. Громкий такой, как когда молния рядом бьёт. Все оборачиваются, и я тоже. Смотрю туда, откуда звук, а там… Император! Он стоит на постаменте, прямо посередине площади, такой весь в золоте, важный. И вот, перед его лицом висит нож. Просто висит в воздухе, а остриё прямо в глаз ему нацелено. Все вокруг начинают кричать. Толпа шумит, как море, когда ветер сильный. А тут появляются Ловцы. Они выходят откуда-то из-за колонн и начинают нас хватать. Леона хватают первым, он всегда самый заметный, потом Марта, Фиалку… Всех.

Она замолкает на миг, передергивает плечиками и нервным движением что-то отскребает ногтем от поверхности стола.

— И меня?

— И вас тоже, — отвечает Лика. — Вы пытались что-то сказать, но вас хватают и руки связывают за спиной, как у преступницы, и куда-то тащат. Всё так быстро, я не успеваю даже понять, что делать.

— А дальше?

— Дальше… над площадью появляется тень. Как будто солнце закрыло что-то огромное. Я поднимаю голову, а там — дракон. Настоящий. Он летит прямо к нам. И я почему-то не боюсь его. Даже когда он опускается на мостовую, и камни трещат под его лапами. И тут он обращается. Не дракон больше, а мужчина. Высокий такой, с длинными темными волосами. Он подходит к Императору, отводит нож от его лица, склоняется к его уху и шепчет что-то. Быстро шепчет. Два слова всего.

— Какие два слова? — спрашиваю, поддавшись вперед.

— Не знаю, не слышала, — пожимает худенькими плечиками Лика. — Но после этого Император смотрит на толпу и громко объявляет: "Интернатов больше не будет. С сегодняшнего дня дети с магией будут учиться в обычных школах, в которых будут уроки магии для них."

Я откидываюсь на спинку стула. Складываю руки на груди. Сон, конечно, интересный.

— И все начинают радоваться, — продолжает Лика, — обнимать друг друга. Ловцов хватают, а нас отпускают. Я стою, вообще ничего не понимаю. Почему сначала Ловцы нас схватили, а потом схватили их? И что сказал папа Фиалки Императору?

На этих словах сердце начинает биться быстрее. Я глубоко вдыхаю.

— Так это был Браггар Эртирос, дракон в твоем сне?

— Ну да. Только он во сне был такой… Не страшный. Как будто привычный.

— Интересный сон. Говоришь, снится тебе каждую ночь?

— Ага. Я даже сделала ловца снов — знаете, в деревнях такие делают из перышек, — и повесила его над нашей кроватью, но мне не помогло. Как вы думаете, леди Даяна, этот сон что-то значит? Или это просто мои дурацкие страхи?

— А ты как думаешь?

— Ну… — Лика нервно сжимает пальцы в кулачки. — Мне кажется, это больше, чем страхи. Я прочитала в книге, которую нашла в библиотеке, что менталисты могут видеть будущее во сне. Я решила попробовать, прочитала заклятие на ночь — то, которое из книжки. А потом сон меня так испугал, что я запретила себе думать о нем. Но тот же сон опять приснился. И опять. Поэтому я пришла к вам.

Девочка, широко распахнув серые глаза, беспомощно разводит руками, а даже не знаю, что сказать. Хочется ее успокоить, заверить в том, что все будет хорошо, но… Будет ли?

— Я вот одного не понимаю, — продолжает Лика. — Если это сон вещий, и мы пойдем на главную площадь, то нас там поймают? Или все-таки отменят Интернаты? Вы как думаете?

Лика ловит мой взгляд и с тревогой вчитывается в лицо, будто мне известно больше, чем ей, и я наконец понимаю, что она свой сон связала с нашим недавним разговором.

Вчера дети просились на Праздник Единения Империи, который проходит раз в год на главной, столичной площади. Обычно в честь праздника для людей устраивают концерты музыканты, организуют ярмарку, и даже Император снисходит к своему народу. Фетиша и Неиша еще ни разу не видели правителя Империи вживую, а им очень хотелось.

Но, как дети не просились на праздник, я запретила. Сказала, что это опасно — разгуливать в толпе.

А теперь, когда Лике приснился такой сон, не знаю, что и думать. Наверняка мне известно только одно.

Мне срочно надо поговорить с Браггаром.

Начистоту.