Глава 33 · Странная реакция

Люди всегда по-разному реагируют на новости о чьей-либо смерти. По долгу службы мне приходится не только сидеть в кабинете, разбирая бумажки, но и работать непосредственно в театре военных действий.

Смерть постоянно поблизости, привык к её холодному дыханию в затылок. Иногда она приходит по мою душу, но остаётся ни с чем и отнимает тех, кто меня окружает.

Защитная реакция большей части из них — высмеять. Так реагируют их головы, когда мы идём в самоубийственную миссию. Верят, что с ними точно ничего не случится. Они выживут.

Кто-то впадает в панику, отрицает, плачет. Ждал, что София будет из таких, потому и молчал. Не терплю проявлений слабости и истерик, во время которых невозможно вести диалог и достучаться.

Новости влияют на мою жену странным образом.

Прикрыв глаза, она отворачивается от меня и сжимается, притянув к груди колени. Не плачет, не смеётся. Это шок?

Если бы я не знал, что она пришлая, понял бы сейчас. Признать честно, если бы с настоящей Софией ничего не случилось, и метка на ней горела бы столь же ярко, я бы бросил её здесь и не показывался. Драконьи боги послали мне интересную подмену. Теперь домой даже возвращаться хочется.

Закрываю глаза, обрывая поток неуместных мыслей. Нет уж. Я не стану привязываться к ней. То, что сейчас мы заперты в одном доме — не более чем необходимость.

Тем более что она не из этого мира. Уже не раз показывает свою строптивость, спорит, вообще не знакома с нашими ценностями, не обладает даже элементарными понятиями уважения к своему мужу, а у меня полно других забот, кроме необходимости её чему-то учить.

Одна половина моей души недовольна, но, поскольку результат такой, какой ей нужен, серьёзных возмущений не следует.

— И что будет дальше? — не выдерживает тишины София. — Если её… и правда убили, то попытаются снова?

А вот это хороший вопрос. Кристианна, конечно, своеобразная женщина, но избавляться от соперницы так радикально — как-то слишком. Она могла и имела возможность избавиться от дочери наложницы множеством других способов, но почему-то выбрала такой. В аккурат перед свадьбой. Чтобы она умерла в храме? У меня на руках?

Интуиция подсказывает, что я на верном пути.

Вероятно, она стала лишь случайной жертвой. Вопрос «кто?» становится общим, врагов у меня предостаточно. Слишком долго я был атесом на столь высоком посту, хотя в империи хватает драконов, которые и сами жаждут власти.

— Ничего не меняется. Пока ты остаёшься в поместье, тебе ничто не угрожает.

— Моя возможная убийца пришла сюда, как к себе домой!

Я поворачиваюсь и, усмехнувшись, согреваю воздух вокруг сжавшейся девушки магией. София вздрагивает, а после удивлённо оборачивается и, глянув на меня, ложится обратно, ничего больше не говоря.

— Ты не понимаешь, как работает магия дома. Если бы у Кристианны были мысли навредить тебе, она не смогла бы войти.

— И что теперь? Мне не покидать поместья?

— А куда тебе ходить? — усмехаюсь я. — Ты одержимая. У тебя нет ни друзей, ни знакомых в этом мире.

— А может я хочу, чтоб появились, — огрызается она, а после переворачивается обратно на спину. Моя магия оплетает её тёплым коконом. Чувствовать мыслями плавные изгибы её тела — приятно.

— Нет.

— Почему? Тебе-то какая разница? Сам сказал, что я тебе не нужна. Дракона получил, жену в утиль. Ну и оставь тогда меня в покое. Я уеду куда-нибудь, буду жить себе спокойно.

— Живи здесь, кто тебе мешает?

— Ты! — она дёргается и снова отворачивается. — Всё, отстань от меня. Ты грёбаный абьюзер! Ненавижу тебя!

— Кто? — переспрашиваю я. — Впрочем, неважно. Останешься здесь, потому что, если будешь рядом со мной, тебе ничто не угрожает. Незачем куда-то уезжать. У тебя уже есть место здесь. Уединённое и безопасное. Которое, к тому же тебя принимает.

— Да что ты? Главное от этой комнаты меня подальше держи, ага? Или вы с бывшей будете развлекаться где-то ещё? Вот не знаю даже, чего я в истерику впадаю, а?

— Я не стану с ней спать.

— Вот так да? — хмыкает София, оглядываясь на меня. — Даже ради меня не постараешься?

Язвит, огрызается, хотя её страх буквально воздух уплотняет. В прошлые наши ссоры пыталась уколоть побольнее, вывести на эмоции, а теперь она напугана. Гролваров так не боялась, как боится сейчас. Из-за Кристианны?

Что-то внутри, не только обретённая половина души, беспокоится, будто я стою на гвоздях.

Моя женщина… странно признавать это, но, допустим. Моя женщина в ужасе. А не должна быть, ведь я рядом и ей ничто не угрожает. Собственно, поэтому я и рядом, хоть меня раздражает шум, который она создаёт.

Значит, дело в другом. Она понимает, что я не позволю навредить ей, но не верит в это, иначе была бы спокойна. А это уже моя проблема.

Вот что злит дракона. Считает её нашей, с этим я согласен. Но он придаёт слишком много внимания её эмоциям. Хочет, чтобы София была не просто вещью. Чтобы стремилась ко мне, а не пыталась убежать.

Медленно выдыхаю и делаю то, чего не делал никогда. Да и мысли не допустил бы подобной в отношении кого-либо ещё. Просто дракон точно покоя мне не даст, если не предприниму ничего.

Повернувшись к Софии, обнимаю и притягиваю ближе к своей груди.

Девушка вздрагивает и замирает, будто кролик. Напряжена и сжата, словно ждёт, что я ударю. Ещё один укол по гордости дракона, а значит и моей. Не нравится то, как она реагирует. Мы можем ненавидеть друг друга, но я не хочу, чтобы она меня боялась. Дракон тоже.

— Что ты делаешь? — неуверенно спрашивает она.

— Спи.

Больше вопросов она не задаёт, а я, засыпая, ловлю себя на том, что лежать так… приятно. Впрочем, возможно, это бредни дракона, а не мои мысли.