Глава 34 · Знала, на что шла

Утро начинается для меня максимально странно. Я просыпаюсь, крепко прижатая к шикарному мужскому торсу, на руке непропорционально огромный наручник с пристёгнутой цепью. В этот раз вообще без шансов от него сбежать.

А хотя… Раз Райнер тоже пристёгнут к кровати, то его цепь короче моей, если я спрыгну со своей стороны и отбегу.

Не думая больше ни секунды, я скидываю его руку и спрыгиваю с кровати. Райнер вскакивает, непонимающе глядя на меня, а я успеваю добежать до окна, прежде чем цепь натягивается.

— Что ты делаешь? — хриплым после сна голосом спрашивает он.

И правда, что я делаю? Какую-то ерунду, но раз уж я начала, нужно позориться до конца.

— Убегаю!

— От кого?

— От тебя!

Градус абсурдности поднимается выше. Внутри поселяется странное ощущение, которое я могла бы описать как… предвкушение? Но чего? Неприятностей?

Райнер безуспешно пытается пригладить взлохмаченные после сна волосы. Цепь на его руке звякает.

— И как? Получается? — ухмыляется он.

И тут до меня доходит весь идиотизм моего «плана». Натянутая цепь, пристёгивающая меня к одному из столбиков кровати и правда может защитить от Райнера, пристёгнутого к другому, если не будет трогать… мою цепь. Я понимаю это, когда дракон задумчиво смотрит на неё, а потом на меня.

По спине пробегает волна мурашек. Сейчас схватит её, намотает на кулак, потянет на себя и…

— Даже не думай, — выставляю палец. Мои щёки заливает краска, но я не позволяю себе поддаться на провокацию.

— Что не думать? — ухмылка дракона становится шире, и он ложится на мою подушку, подперев кулаком щеку. Самоуверенный гад! Не хочу смотреть на него, но взгляд сам собой спускается к торсу, на котором видно линии, оставшиеся от складок простыни.

— Трогать цепь! — вскрикиваю я в жалкой попытке сохранить достоинство.

— О, без проблем. Цепь не трону, — заверяет Райнер.

Целую секунду я не верю своему счастью. Или несчастью. Разочарование раскачивается на весах со здравомыслием, и мне очень сложно понять, кто из них в итоге перевесит. А потом вены дракона начинают светиться.

— Нет! — я отшатываюсь, чувствуя, как щиколотки оплетают две горячие ленты. — Не… не надо!

— Ты забыла, что бывает, когда пытаешься от меня сбежать? — ухмыляется дракон.

Ленты по-хозяйски оплетают мои ноги. Широкие, горячие, от их прикосновений по всему телу взвинчиваются колючие мурашки. Я взвизгиваю и подпрыгиваю, будто это может избавить меня от ощущений и того, что за ними последует.

В нижней части живота против моей воли и желания возникает тянущее ощущение. Будто сжимающаяся пружина. Дёргаюсь, извиваюсь, прекрасно понимая, что никуда мне от него не деться. А этот гад чешуйчатый лежит и, подперев щеку кулаком, просто наблюдает за мной! Не светились бы вены, можно было решить, что он не при делах!

— Райнер! Хватит! — я почти задыхаюсь. — Ты же обещал не трогать…

— К цепи я не прикасаюсь, — невозмутимо отвечает мерзавец.

Хватаюсь за стену, а после прижимаюсь к ней спиной. Его магия уже везде. Двигаться нормально не получается. Я сползаю на пол, путаясь в калейдоскопе собственных ощущений.

— Райнер!

— Ты сама придёшь ко мне.

Я готова. Ползти к нему. Вот только беда — двигаться у меня не выходит. Сижу у стены, пытаясь удержать рассудок. Одно это только останавливает.

— Чёрта с два!

Райнер кивает, принимая вызов. Дела совсем плохи.

В этот раз он не церемонится, сразу стягивает бёдра, а после оборачивает их так, будто я надела ОЧЕНЬ узкое бельё. Горячее и подрагивающее. Я прекрасно понимаю, что ему ничего не стоит немного изменить его форму и…

Вскрикиваю и падаю на пол. Цепь звякает, наручи больно впивается в кожу. Какая же я дура. Спровоцировала его! Снова! Знала, же, чем всё это…

Его ленты скрещиваются на животе, оборачивают поясницу и теперь плотно обхватывают грудь, спутывают руки, шею. Тёплая вибрация сбивает ощущения, не позволяет вернуть самоконтроль,

Мне страшно и одновременно волнительно. Чувствую себя совершенно беспомощной, но самое жуткое — мне это нравится.

Да. В каком-то извращённом уголке сознания сидит понимание, что этот безумный и глупый выпад, попытка сбежать, вполне могла быть сознательная провокация. Я хотела, чтобы он сделал что-то подобное. Обратил на меня внимание.

Бред же?

— Райнер… нет…

В этот момент он атакует. Напряжённое тело пронзают искры удовольствия вышибая из меня крик. Мне стыдно, обидно, сладко, и до головокружения приятно чувствовать всё это.

Неужели я и правда хотела?

Звенит дёргающаяся цепь. Лента Райнера мажет меня за ухом, будто движение языка, и спускается на шею.

В то же время ленты, стягивающие грудь, мягко приподнимают её, тревожа чувствительные вершинки. Тело сходит с ума от множества ощущений. Дракон уже знает слабые места. Успел выучить. На мою голову!

— Райнер, — всхлипываю я, осознав себя лежащей на полу.

— Что такое, София?

— Хватит…

— Хочешь, чтобы я прекратил?

Ответ застревает в горле. Слишком уж хорошо я помню, как мне было после прошлой ночи в этой постели. И каким неприятным было чувство пустоты. Второй раз ввязываться не хочу.

— Райнер, — зову я. — Пожалуйста.

— Что пожалуйста?

Молчу. Я не прошу его подойти, не готова признавать, что мне нужно чувствовать нечто большее, чем то, что он даёт сейчас, даже если это очень приятно. Не после того, как я заявила, что не подойду, сказать вслух не могу.

— Что «пожалуйста», София?

Молчу. Дыхание сбивается, его ленты сводят с ума. Я не могу, просто не соображаю. Я хочу… да, большего. Плевать на последствия.

Райнер приподнимается и садится на край кровати. Грудь напряжена, под кожей перекатываются мышцы. Вижу, что на руках вздулись жилы.

Вашу ж мать, мне хочется провести по ним. Почувствовать их под ладонью.

— Иди сюда, — хрипло говорит он.

Я не могу. Просто нет. Его лента даёт слишком мало, чтобы выйти не пик, но достаточно ощутима чтобы я не двигалась.

— Ладно, — кивает он и дотягивается до цепи.

Наматывает её на кулак, как я и фантазировала. Волосы на затылке встают дыбом. Его ленты тянут меня к кровати, и у меня нет сил сопротивляться ему. Желания, тоже.

Невесть как я оказываюсь сидящей на его коленях, лицом к лицу. Тону в переливающемся золоте его глаз.

— Ты… нарушил…

— Да плевать мне, — рычит он и впивается в мои губы поцелуем.