Глава 19

Здесь я, между прочим, не кривила душой. Ветер, всю ночь завывавший в трубе, разогнал тучи, и над Лондоном сияло золотое солнце на восхитительно синем небе. Потому ничего странного, что Мэлоун со мной согласился:

— Доброе, мисс Алина. Да, день на редкость хорош.

И ещё меньше удивительного, что Кадди только фыркнула в ответ.

Между тем инспектор продолжил:

— Мисс Алина, мне сказали, вчера заезжал констебль Уиздом?

— Да, сэр, — без тени сконфуженности подтвердила я. — Но он ничего не передавал.

— Понятно. — По взгляду Мэлоуна невозможно было прочесть, на чьей он стороне, моей или экономкиной. — Ещё мне сказали, что он остался на чай.

И вновь я не стала увиливать.

— Да, сэр. Констебль был столь любезен, что помог мне поднять на чердак большую бельевую корзину, и в благодарность я пригласила его на чай.

Выражение на лице инспектора осталось прежним.

— И что же, — продолжил он расспросы (а вернее, допрос), — корзина была очень тяжела?

— Фунтов сорок, сэр. — Я чуть не брякнула «килограмм двадцать», но откуда-то из подсознания выскочило правильное словосочетание. — Она была полна мокрого белья.

Мэлоун кивнул, жестом предложил мне садиться за накрытый стол и заметил экономке:

— Можете идти, Кадди. Я не вижу в случившемся ничего такого, из-за чего стоило бы поднимать шум.

У той дёрнулась щека, однако спорить с хозяином ей было не по чину. И пожелав нам приятного аппетита (в подтексте явно слышалось «Чтоб вы подавились!»), Кадди ушла.

А я, вместо того чтобы взять румяную булочку, обратилась к инспектору:

— Сэр, я хотела… наверное, попросить кое о чём.

— Слушаю. — Мэлоун смотрел на меня с нескрываемым любопытством.

— Пожалуйста, поговорите с мисс Кадди. Пусть разрешает приглашать мужчин для помощи там, где нужно носить тяжёлое. Например, мокрое бельё на чердак или ковры на просушку.

Инспектор приподнял брови.

— Вижу, вы всерьёз отнеслись к своей должности.

— Дело не в этом, — тихо возразила я. — Я лишь хочу облегчить жизнь тем, у кого она и так тяжела.

У Мэлоуна вырвался смешок. Пару секунд мы не мигая смотрели друг на друга, а затем он произнёс:

— Хорошо, мисс Алина. Посмотрю, что с этим можно сделать.

— Благодарю вас, — искренне ответила я и наконец занялась завтраком.

Конечно, такой «бунт на корабле» грозил тем, что наша с Кадди взаимная неприязнь окончательно перешла бы в состояние холодной войны, откуда и до горячей недалеко. Однако у меня был козырь в рукаве: тот самый счёт из бакалеи. Вот только для верности было бы неплохо сверить его с записями в амбарной книге…

«Надо озаботиться и узнать, где она лежит, — подумала я, беря себе пару сосисок с общего блюда. — Раз противостояние неизбежно, к нему надо готовиться».

— Мисс Алина, — отвлёк меня от раздумий Мэлоун, и я подняла на него взгляд.

— Я взял сегодня выходной день, — продолжил инспектор, — и если у вас есть желание, можно было бы куда-нибудь выбраться на прогулку. Тем более что солнечные дни в Лондоне бывают не так уж часто.

На прогулку? С ним?

Я почувствовала, как щёки заливает румянец, и мысленно ругнулась на себя: что ещё за глупости! Мэлоун джентльмен, а это просто жест любезности. И, возможно, извинение за то, что вчера мне пришлось уработаться на стирке.

— Буду очень рада, сэр, — пролепетала я, прилагая огромные усилия, чтобы смотреть на собеседника, а не накрахмаленную скатерть.

— В таком случае после завтрака мне понадобится уделить около часа делам, — продолжил Мэлоун, и я не могла не хмыкнуть мысленно: вот вам и выходной. — А далее я полностью к вашим услугам. Куда бы вы хотели съездить?

«К дому лорда Тилни».

Но, разумеется, так говорить было нельзя, а где любили гулять лондонцы… И не опасно ли это, вдруг меня узнают?

«Ох, и почему я раньше не подумала!»

Тем временем инспектор ждал, и надо было что-то отвечать.

— Не знаю, сэр, — наконец, призналась я. — Ничего на ум не приходит.

В межбровье Мэлоуна легла тонкая морщинка.

— Ах да, ваша память… В таком случае предлагаю Кенсингтон. Очень милое место. К тому же было бы неплохо заглянуть кое-куда по соседству с ним.

М-да. Трудоголик во всей красе.

— Хорошо, сэр. — Пить «Боржоми» в любом случае было поздно.

— Тогда будьте готовы к девяти, — закончил Мэлоун, и я, эхом повторив прежнее «Хорошо», вернулась к позабытому содержимому тарелки.

Будем надеяться, мне повезёт не встретить никого из знакомых Айрис. А может, даже получится что-нибудь выведать о расследовании.

И в любом случае будет здорово погулять в знаменитом Кенсингтонском саду. В своей прошлой жизни я о таком и мечтать не могла бы.