Глава 27

Я провозилась с серебром до позднего вечера — последние три десятка начищала уже при свете свечей. За это время Кадди так ни разу и не появилась, чтобы проверить, чем и как я занимаюсь. Впрочем, это меня ни мало не печалило, но вот то, что Мэлоун, судя по всему, опять не вернётся к ужину, почему-то огорчало. А ещё я по-прежнему чувствовала себя жутко уставшей и потому, наконец закончив с чисткой, убрала коробку со столовыми приборами обратно в сервант, отнесла на кухню тазик и тряпки и, отказавшись от предложенного сердобольной Суини ужина, поднялась к себе. Кое-как помылась, переоделась в ночную сорочку и с довольным вздохом забралась в кровать. С головой завернулась в одеяло — сегодня мне было не до того, а Кадди принципиально не отдавала распоряжений топить на ночь где-то ещё, кроме хозяйских комнат, — закрыла глаза и приготовилась немедленно уснуть.

Уснуть.

Уснуть.

Немедленно.

Кхм.

По улице процокали копыта. Простучали колёса. Прогремела какая-то тяжело гружёная повозка. Потянуло сквозняком.

«Окно, что ли, открыто?»

Мне не засыпалось, но и выбираться из нагретого кокона тоже желания не было. Лёжа в уютном гнёздышке, я слышала, как хлопнула входная дверь, и сонно подумала, что, должно быть, инспектор вернулся домой. Успокоенная, улыбнулась и начала было задрёмывать, как внезапно ко мне постучали.

«Что? Кто?»

Осоловело моргая, я села на кровати. Точно не приснилось? Однако стук повторился, и я, торопливо поднявшись, пошла открывать.

— Доброй ночи, мисс. — В свете принесённой свечи Кадди выглядела так, словно у неё разнылась вся челюсть. — Мистер Мэлоун интересуется вашим самочувствием.

— Доброй ночи. Всё хорошо. — Хотя виниться было не за что, меня всё равно кольнула совесть. — А что случилось?

— Вам лучше знать, мисс! — фыркнула экономка. Развернулась и горделиво поплыла по лестнице вниз, оставив меня в прежнем недоумении.

С чего Мэлоуну беспокоиться?

Я поёжилась от холода, тряхнула головой и закрыла дверь. Почти на ощупь подошла к окну — так и есть, створка приоткрыта. Задвинула шпингалет и уже собиралась нырнуть обратно под одеяло, но вместо этого зачем-то зажгла свечу. Надела тёплый капот, покрепче перевязала его поясом и, захватив подсвечник, тихо вышла из комнаты.

Я осознавала, что нарушаю массу приличий, но в положении Айрис это было всё равно, что страдать по волосам на снятой голове. И потому мышкой спустилась на второй этаж и прокралась к инспекторскому кабинету. Если бы за ней было темно, клянусь, я немедленно ушла бы назад. Но сквозь тонкие щели пробивался тёплый свет, и я, ещё раз обдумав предлог, с которым пришла, поскреблась в дверь.

— Да-да.

В приглушённом ответе почудилось раздражение, но я всё равно потянула ручку и шагнула в тепло натопленной комнаты.

— Доброй ночи, сэр.

— Мисс Алина? — Мэлоун был удивлён настолько, что даже назвал меня прежним именем. — Кхм. Доброй. Что-то произошло?

«Ничего, кроме присланной Кадди».

— Ничего, сэр. Я просто подумала… Если хотите, я могу спуститься на кухню и приготовить для вас чай. Вы ведь не ужинали.

— Как и вы. — Мэлоун посмотрел на меня со значением.

— День был непростой, — улыбнулась я. — Устала.

Проглотила фразу о том, что в первом триместре это нормально, и вернулась к своему вопросу:

— Так как, сэр? Будете чай?

— Если вы составите мне компанию, — без раздумий ответил инспектор и едва заметно поморщился, словно сказал то, чего по уму не следовало бы.

— Хорошо, сэр. — Поскольку от всех этих напоминаний о пропущенном ужине мой желудок спохватился и внятно сообщил, что тоже не против подкрепиться.

Потому я отправилась на кухню и только там сообразила, до какой степени погорячилась насчёт чая. В самом деле, чтобы подогреть чайник, надо было разжечь плиту, чего я делать не умела и даже не знала, с какой стороны к этому подступиться. Но на моё счастье, в стоявшем на решётке чайнике ещё оставалась горячая вода — как раз на две чашки. Потому я всё-таки собрала на поднос холодный неначатый пирог (Суини, должно быть, готовила его на ужин), тарелки, кексы, заварочный чайник, молочник и две чашки и понесла всё это обратно в кабинет. Однако не успела выйти в холл, как столкнулась со спустившимся Мэлоуном, и тот без лишних разговоров забрал у меня поднос.

— Спасибо, — шёпотом поблагодарила я. — Но он не тяжёлый, правда.

Инспектор ответил укоризненным взглядом: как будто сам не чувствую — и стал подниматься наверх. Я собралась идти следом, однако помедлила и обернулась — мне вдруг послышался шорох откуда-то из глубины холла. Ничего подозрительного не углядела и пустилась догонять Мэлоуна.