Глава 41

Я перешла на шаг, когда начало колоть в боку. Туман становился гуще; высившиеся по обеим сторонам улицы тёмные дома тонули в нём «Титаниками», не пережившими столкновения с айсбергами. Мгла глушила звуки, луч фонаря давно не справлялся с ней. Сырость забиралась под одежду холодными щупальцами, но не меньший страх холодил и сердце.

Где я? Куда иду? Может, это Уайтчепел, и навстречу мне вот-вот вынырнет зловещая фигура Потрошителя? Или просто какая-нибудь здешняя гопота, которая будет только рада поглумиться над одинокой девушкой? Или я не замечу канаву и свалюсь куда-нибудь? Или…

Мозг подкидывал всё новые и новые ужасы, однако я, сцепив зубы, продолжала идти вперёд. Почти на ощупь, вслушиваясь, вглядываясь в окутывавшую меня тьму. То и дело шарахаясь в сторону или замирая, если чудился посторонний звук.

И всё равно оказалась не готова, когда передо мной соткались два мужских силуэта.

— Гуляешь, красотуля? — смрадно дохнул один из них. — Погуляй-ка с нами.

Чужая лапа цапнула меня за левое предплечье, и я инстинктивно треснула схватившему меня типу фонариком в лоб.

— Ах ты!..

Не слушая «непереводимую игру слов», я выдернула руку, крутанулась на каблуках и побежала быстрей, чем из дома, где была пленницей.

— Стой!

Животный инстинкт заставил меня шарахнуться в сторону, и пальцы преследователя лишь скользнули по плечу. Я прибавила хода — только бы не споткнуться! — но топот ног за спиной никак не отставал. Из-за тумана казалось, будто я бегу на одном месте, сердце колотилось, словно готовясь вот-вот лопнуть, дыхание сипло вырывалось изо рта.

«Спрятаться, надо спрятаться!»

Но сворачивать было некуда — я попросту ничего не видела ни впереди, ни по бокам.

«Как же эти никак не отстанут!»

И меня осенило: фонарь! Его свет не только худо-бедно освещал дорогу, но и служил маяком для преследователей.

«Была не была!»

Фонарик полетел в одну сторону, а я резко метнулась в другую. Едва не врезалась в стену, но вовремя различила провал какой-то подворотни и нырнула туда. Вжалась спиной в ледяные камни, бесполезно стараясь задержать дыхание. В ушах гудела кровь, от сверхнапряжения тошнило, в висках колотилось: «Пожалуйста, пожалуйста!»

— Ага!

Я не успела отшатнуться от возникшей передо мной тени.

— Попалась!

Меня выдернули из подворотни, больно заломили руку, зажав со спины, но я всё равно продолжала вырываться и брыкаться.

— Помогите! — Бесполезно. Здесь такое по пять раз за ночь происходит. — Помогите, убивают!

— Ну-ка, заткнись!

Рот попыталась зажать вонючая ладонь, и я без раздумий цапнула её зубами.

— Ах ты дрянь!

От обрушившейся затрещины потемнело в глазах, но в сознании вдруг всплыла светлая идея.

— Пожар! — Вот что надо кричать, если хочешь привлечь внимание. — Горим! Пожар! М-м-м!

Вторая попытка зажать мне рот оказалась удачной.

— Ноги, ноги ей держи!

Путаясь в проклятых юбках, я в очередной раз попыталась кого-нибудь лягнуть.

— К стене, давай к стене!

От удара затылком о камень под черепом словно фейерверк взорвался. Затрещала ткань.

— Ну-ка, красотуля, — обдало меня вонючее дыхание, — не дёргайся, а то порежу!

И к горлу прижалось холодное и острое.

«Господи, пожалуйста!»

У меня не осталось другой надежды, кроме как на чудо. И оно свершилось: ответом на мою отчаянную мольбу стал пронзительный свист.

— Бобби! Ох, дерьмо!

Новый свист. Обжигающее чирканье по шее. Исчезнувшая хватка.

— Валим!

Топот. Свист. Мелькание фонаря.

— Я… Я здесь! Здесь…

Ноги больше не держали. Я по стеночке осела на землю, прижимая ладонь к горлу. Вроде бы просто царапина. Вроде бы повезло. Вроде бы…

В какой по счёту раз передо мной появилась мужская фигура, но теперь у неё на голове был полицейский шлем, а в руке фонарь «летучая мышь».

— Вы живы?

Свет фонаря ударил по глазам, и я зажмурилась одновременно с изумлённым:

— Мисс Доу!

«Уиздом? Господи, спасибо!»

— Здравствуйте, констебль, — пролепетала я.

И меня накрыл глубокий обморок.