Глава 53

Приходить в себя после неизвестной дряни было не менее мерзко, чем после хлороформа. А то, что я не лежала, а сидела, да к тому же крепко привязанная к этому самому сиденью, только усугубляло положение.

«Дерьмо. Грёбаный торт! Ну неужели не обошлась бы без него?»

Я кое-как разлепила глаза и не поняла, точно ли их открыла — такая темнота была вокруг.

Паника тошнотой подкатила к горлу: может, я ослепла? И торопливо зажмурившись, чтобы было не так страшно, я дрожащим голосом позвала:

— Эй! Эй, здесь есть кто-нибудь?

Тишина.

— Эй!

Никакого ответа.

Я сглотнула противно кислую слюну и задышала ровнее.

Паникёров в войну расстреливали, поэтому без паники. Ничего не видно: возможно, тебя просто заперли в подвале без окон. Чувствуешь холод и сырость? То-то. А теперь попробуй встать на ноги — лодыжки вроде бы свободны.

Медленно, чтобы не упасть, я попробовала приподняться и выяснила две вещи. Первая: к чему бы я ни была привязана (скорее всего, к обычному стулу), ножки его к полу никто не привинтил. И вторая: лучше пока обойтись без подобных трюков. Потому что меня качнуло, и я с трудом скоординировала тело, чтобы не грохнуться носом вниз. Мысленно (а хотелось бы по-настоящему) смахнула со лба испарину и решила: всё, хватит пока акробатических трюков.

Жди, согласился внутренний голос. Рано или поздно и тебе станет лучше, и ситуация прояснится. И не забывай: тебя будут искать. Или даже уже ищут — Китти и Суини учёные, забьют тревогу сразу же, как поймут, что тебя долго нет. А пока лучше подумай, зачем Блейзу понадобилось это похищение.

И хотя мозги по-прежнему больше напоминали желе, я постаралась сосредоточиться, а заодно и отвлечься от страданий и самоедства.

Блейз. Камердинер лорда Тилни. Имела ли Айрис какие-нибудь дела с ним? Я не помнила, но казалось: вряд ли. Максимум он мог впускать-выпускать девицу, если встречи проходили в особняке.

Тогда зачем? Тоже охотится за убийцей лордёныша и компроматом на Глэкхема?

Я закусила щеку и вдруг чуть не подпрыгнула вместе с тем, к чему была привязана. Противный дребезжащий звук был едва слышим, но чертовски знаком.

«Телефон! Так что же, Блейз привёз меня в особняк? Вряд ли в какой-нибудь трущобе может быть установлена такая дорогая штука».

Но это означало ещё кое-что: у камердинера был доступ к телефонной связи. А ведь я так и не спросила Мэлоуна (а тот, возможно, и не поинтересовался у бандитов), известно ли, чей звонок выманил меня из дома в первый раз. А если вспомнить соображение, что со стороны Глэкхема было бы логично держать возле Тилни своего человека…

Я чувствовала: ещё немного и пойму. Ну, или хотя бы свяжу все ниточки в одну.

«Допустим, Блейз из шайки. Почему он не нашёл документы раньше? Тилни ведь не сидел дома целыми днями, а значит, возможность была. Просто не успел? Кстати, как давно он работал на лордёныша?»

Ужасно хотелось встать и начать ходить: не только чтобы лучше думалось, но и чтобы согреться — я уже начала выстукивать зубами чечётку. Но хотя такая возможность (как выяснилось) теоретически была, на практике я пока не рисковала ей воспользоваться.

«Один из шайки, последним видел лордёныша живым… Погодите, это что же получается? Блейз идеально подходит под образ убийцы, который я обрисовала Мэлоуну? — Меня начало потряхивать уже не на шутку. — Но какие у него могли быть счёты с хозяином? И не захочет ли он отправить и меня вслед за Тилни?»

Хотел бы, уже бы отправил — всего-то дозу побольше вкатить надо было. (Здравый смысл в виде внутреннего голоса снова не позволил скатиться до паники). А раз похитил, значит, начнёт с разговора. Как и его бывший «пахан».

А вот интересно, он следил за домом с шприцем в кармане? Но я никого не замечала — в отличие от прошлого раза. Или история с остановленным кэбом правда, и мне просто не повезло попасться ему на глаза? Но, опять же, что за мания таскать с собой шприц со всякой гадостью? Профдеформация?

Я нервно хихикнула и немедленно сжала губы. Только истерики мне не хватало.

«Господи, скорее бы хоть что-то случилось! Невозможно же так гадать: в темноте и холоде, будто в могиле!»

И меня услышали.

Сначала я решила, что приглушённый звук шагов чудится, однако вскоре он стал явственным. А затем в кромешной темноте прорезался тусклый прямоугольник — дверь, освещённая с той стороны огнём лампы.

«Не ослепла!»

Короткое облегчение, и снова каждый нерв натянулся струной. Потому что загремели ключи, лязгнул замок, и дверь открылась.

Неяркий свет керосиновой лампы ударил по глазам, однако зажмурилась я не до конца, чтобы хотя бы сквозь ресницы видеть посетителя.

Точнее, похитителя — в маленькую комнатушку с голыми кирпичными стенами и земляным полом вошёл Блейз. Повесил керосинку на специальный крюк и буднично поинтересовался:

— Очнулись, мисс?