Глава 37

Следующие три дня пролетели стремительно. Часть времени я возилась на огороде, поливала свои грядки и следила за будущим урожаем, который рос не по дням, а по часам. Нужно было удостовериться, что местные вредители не добрались до моих овощей и не обгрызли листочки как следует.

Но нет. Ни насекомых, ни жучков, ни кротов. Даже бешеной белки с ее желудями и той не наблюдалось.

Но поскольку овощи у меня росли быстрее, чем успевали прорасти сорняки, огород в последние дни много времени не отнимал. Вся основная и сложная работа уже была сделана. И теперь лишь оставалось дождаться, когда дозреет урожай.

А по моим прогнозам, это должно было случиться уже через несколько дней.

Большую же часть времени я проводила с леди Иоландой и знакомилась со свалившейся на голову родственницей поближе. Женщиной она, конечно, оказалась весьма своеобразной, но интересной.

А у кого из нас своих тараканов нет? Вот поэтому я на тараканов тетушки глаза и закрывала.

При более близком знакомстве старшая сестра покойного герцога Стерлинга оказалась мудрой, справедливой, проницательной, хваткой, рассудительной и… У нее неожиданно даже чувство юмора нашлось.

Тетушка рассказывала мне о своей жизни, о прошедшей молодости и о былой военной карьере. И слушать ее мне было очень интересно.

Да где бы я еще с женщиной-генералом познакомилась, пусть и отставным? Но целый декан факультета боевой магии – это тоже вам не шутки.

В общем, так все три дня и пролетели. Мы с леди Иоландой общались, иногда прогуливались вокруг поместья. А в свободное от общения время я возилась в огороде, а она вела активные переписки со своими многочисленными друзьями, бывшими учениками и просто хорошими знакомыми.

Слуги леди Стерлинг взяли на себя все домашние обязанности, включая стирку и готовку. И, пожалуй, впервые в жизни и впервые с того момента, как я оказалась в теле Ариэллы, я по-настоящему почувствовала себя аристократкой. Ну, если моего огорода, конечно, не считать.

Но освобождение от остальных домашних обязанностей тоже дорогого стоит. Не помню даже, когда кто-то, кроме меня самой, мне готовил еду в последний раз. Наверное, это было еще до смерти родителей.

Что удивительно, но леди Торли и леди Уильямс с дочерьми больше не заявлялись в гости. То ли разглядели издалека экипажи у дома и решили пока в поместье не соваться, то ли еще после нашей прошлой встречи поставили на мне крест.

Они ведь с моей помощью к наместнику пытались прорваться, а я в этом деле для них оказалась абсолютно бесполезна.

На встречу с самим наместником мы собирались отправиться с тетушкой всего через два дня. Но в ближайшие дни нас ждало еще одно мероприятие.

Сегодня утром лакей леди Иоланды привез из города первую партию свежей почты. И, получив несколько писем и все их прочитав, пожилая леди осчастливила меня новостью о том, что мы получили приглашения на прием в дом лорда и леди Хатсон, который состоится в конце этой недели.

Подготовиться к предстоящему приему тетушка решила основательно. Как она сама сказала, она не желала ударить в грязь лицом перед местным светским обществом.

И начать леди Стерлинг решила почему-то с моего гардероба. Она как будто чувствовала, что что-то приличное там отыскать будет довольно сложно.

Выразив желание заранее убедиться в том, что у меня имеется подходящий для приема наряд, тетушка, подхватив меня и свою горничную, отправилась в мою спальню.

Платья Ариэллы, кстати, из тех, что предназначались для выхода в свет, я из сундуков даже не доставала. В небольшой гардеробной комнате висели только домашние наряды, в которых я и ходила.

И эта тяжкая ноша легла на плечи Кристалин.

Когда женщина раскрыла первый сундук, она нахмурилась недоуменно, закрыла его и подошла к следующему. Но когда и там ее встретил ворох рюш и атласных розочек, темные брови горничной взлетели вверх от удивления.

Да-да, знаю. Я на этот свадебный салон на выезде так же отреагировала, когда увидела его в первый раз.

— Что там, Кристалин? — поинтересовалась леди Иоланда из своего кресла, нетерпеливо постукивая тростью по полу, — Совсем ничего приличного?

Вместо честного ответа горничная лишь вздохнула. А после принялась доставать платья одно за другим.

И чем больше платьев она доставала, тем все больше мрачнело лицо леди Стерлинг.

Заверять ее в том, что это не у меня вкус в одежде такой отвратительный, а у ее настоящей племянницы, которая покинула нас раньше времени, я не стала.

Просто поджала губы и выдала:

— Гардероб мне подбирала мачеха.

А что? В свете новостей о том, что Пелагея мужа у падчерицы увела, никто не удивится тому, что она решила подобрать для нее ужасные платья, чтобы та выглядела еще более непрезентабельно.

— Оно и видно, — хмуро буркнула тетушка.

— Знаете, госпожа, — вдруг протянула Кристалин, внимательно рассматривая наряды, — Все не так плохо, как кажется на первый взгляд. Можно кое-какие платья немного перешить, убрать…гм… декоративные элементы, — покосилась она на ярко-красные розочки на кремовой ткани платья, — И должно получиться прилично, — оптимистично добавила горничная, — Вот это платье, к примеру, можно переделать.

Она подхватила в руки платье светло-бежевого оттенка и разгладила его, демонстрируя нам.

— Справишься? — деловито поинтересовалась леди Иоланда у своей горничной. И, дождавшись ее кивка, пытливо уточнила, — А к концу недели успеешь?

— Сделаю за пару дней, — обрадовала нас Кристалин, — Только мне нужно, чтобы леди Ариэлла платье примерила. Хочу взглянуть, как оно сидит на фигуре, чтобы понять, не нужно ли еще где-нибудь его перешить.

Горничная помогла мне переодеться. И когда она уже затягивала корсет, Кристалин рассеянно пробормотала:

— Странно, я его уже туго затянула, а все равно болтается.

А я вдруг вспомнила, что, когда сегодня утром надевала одно из домашних платьев, которое уже носила, мне тоже показалось, что оно болтается в районе талии. Хотя до этого плотно прилегало.

Но не могла же я так сильно похудеть всего за несколько дней? Ладно овощи на грядки растут со скоростью света. Так там хотя бы магией земли все объясняется. А лишний вес почему так быстро испаряется?

Заметив мои нахмуренные брови, леди Иоланда вдруг поинтересовалась:

— Скажи-ка мне, детка, а давно ли у тебя… гм… столь выдающиеся объемы? Обычно я на женскую фигуру внимания мало обращаю, но, когда я видела тебя в последний раз, ты была стройным и подвижным ребенком.

Спрашивает, когда я успела наесть все эти килограммы?

Прислушалась к воспоминаниям, которые достались мне от Ариэллы, чтобы найти в них ответ на этот вопрос. И поняла, что поправляться девочка начала около четырнадцати лет.

Что, в общем-то, было не столь удивительно. Ариэлла взрослела, гормональный фон перестраивался. Мало ли, что там у нее в организме могло произойти.

Так я тетушке и ответила, что, мол, ребенком была стройным, а лет с четырнадцати начала поправляться. И всего за два года достигла своих нынешних объемов.

Причем, поначалу ведь и рацион у Ариэллы не менялся. Это уже потом, смирившись с положением вещей, она начала больше есть. И это только подтверждало мою собственную теорию.

А вот у леди Иоланды Стерлинг неожиданно нашлось совершенно другое объяснение столь резкому набору веса.

— Значит, полнеть ты начала меньше, чем через год после того, как в вашем доме поселилась Пелагея? — пытливо уточнила она.

Я кивнула, искренне не понимая, к чему тетушка клонит.

А она тем временем принялась объяснять:

— Знаешь, детка, давно существуют алхимические капли с очень интересным свойством. Их обычно используют для того, чтобы избавиться от соперницы или насолить другой женщине. Хотя многие аристократки давно успели обзавестись антидотами, — хмыкнула леди Иоланда, — Но суть действия этих капель сводится к тому, что человек, в организм которого они попадают, начинает стремительно набирать вес.

— Думаете, мачеха меня этими каплями травила? — удивилась я.

— Я в этом почти уверена, — кивнула тетушка, — Достаточно добавлять пару капель в чай или еду на регулярной основе для длительного эффекта. А сейчас, очевидно, подливать тебе капли больше некому, вот лишний вес быстро и уходит. Думаю, эффект сойдет на нет уже к концу месяца.

— Но зачем ей это? — обронила я вслух.

Разве дочь ее мужа была ей соперницей? Сейчас ладно, я бы поняла, если бы она начала промышлять чем-то подобным месяц или два назад. Но издеваться так над четырнадцатилетним ребенком нужно было с какой целью? Просто чтобы потом позлорадствовать и испытать внутреннее удовлетворение от совершенной гадости?

— Таких, как она, нам с тобой никогда не понять, — философски отозвалась леди Иоланда.

А когда еще через два дня уже все платья стали на мне болтаться так, что ни одна шнуровка не помогала, я поняла, что тетушка, скорее всего, оказалась права.