Глава 6

11 ноября 1926 г.

Очередной отчет от экспедиции Милле подтвердил, что они на правильном пути. Эрик настаивал, чтобы особо сложную аппаратуру на Фрёрские острова пока не тащили, а старались больше работать в союзе с тамошними силами. Нужно исследовать как можно больше, прочувствовать тамошние территории. Милле писал, что к ним стали выходить тролли, пока дальше обмена приветствиями дело не шло, но тролли — народ неторопливый.

Владычицы бурь еще не показывались, им своих дел хватало. Официальная встреча с передачей подарков (Старшая Хольда в свое время пристрастилась к лакричным конфетам) была назначена ближе к Йолю.

Эрик набрасывал список для следующей отправки, когда раздался стук и в дверь заглянула Бетина из связей с общественностью. Именно она разбирала письма, отсеивала сумасшедших и знала всех журналистов.

— Как дела? — спросил он.

Бетина закатила глаза.

— Все хотят комментарий по поводу «Страны Вечной Зимы».

Руководство этого аттракциона время от времени публично проходилось по «Погода для вас», так что Эрик не задумался над ответом.

— Им давно надо было заняться аварийной системой безопасности. Мы бы с удовольствием проконсультировали.

— Звучит снисходительно.

— Потому что наши системы работают. И те, что с магией, и без.

— Эрик.

— Но мы же этого ни в коем случае не сказали?

Бетина вернула ему улыбку.

— Мы очень рады, что никто не пострадал и готовы оказать коллегам всю необходимую помощь, так как «Страна Вечной Зимы» уже стала неотъемлемой частью Фрингена. Но я подумала, что тебя заинтересует кое-что еще.

— Что же?

— Сорен из «Вечернего Фрингена» мне должен. Ты знал, что у них прожектор едва не рухнул в толпу?

— Но?

— Кто-то из танцовщиц остановил падение. Магией.

Эрик хмыкнул. Шпионка в сердце механизированного парка атракционов.

— Она, судя по всему, не зарегистрирована. В списках работников ни у кого нет пометок о магическом даре. Прочитай вот это.

Он быстро просмотрел копию отчета. У девчонки очень хорошая реакция. А потенциал…

— Еще и туман?

— Я теоретик, — Бетина развела руками. — Но это же довольно высокий уровень, да?

— Точно.

— Бедная девочка. Перепугалась наверное.

— Ее уже нашли?

— По сведениям Сорена, нет. Там же еще наложилось присутствие нашего принца. Сорен говорит, сразу кинулись рыть в сторону покушения.

С принцем жить стало гораздо хлопотнее. Бухгалтерия, правда, от него была в восторге, а чутью фру Альстрем Эрик доверял.

— Вот список танцовщиц, уже сокращенный.

— Ты чудо, — искренне сказал Эрик. — Хочешь в отпуск вне очереди?

— И пропустить тут всё самое интересное? — Бетина фыркнула и скрылась за дверью.

У кабинета фру Хольды он остановился. Всю дверь заплело ледяными узорами. Багульник, звездчатка, кукушкин лен, и еще десятки малых трав Севера закрывали проход.

— Она не хочет нас видеть, — раздался тусклый голос.

Эрик увидел Мор. Альва почти слилась со стеной, стала еще тоньше. Рядом стояла Иссель, пряди белых волос закрывали ее лицо.

— Коридор был такой длинный… — прошелестела она.

— Это из-за принца? — спросил Эрик.

— Из-за шутки! Ничего бы с ним не случилось!

— У меня другая информация, — осторожно сказал он.

Иссель отчаянно замотала головой. Не было никакого смысла сейчас с ними это обсуждать

— Вы бы отдохнули, — сказал он. — Всякое бывает, Она успокоится.

— Ты не понимаешь.

— Ты не из наших, Эрик.

— Это правда. Но я за вас переживаю.

— О себе подумай, — сказала Мор. — Думаешь, ей хоть кто-то сейчас нужен?

— Придется попробовать, — он пожал плечами. Работу никто не отменял.

Эрик подошел к самой двери, поднял руку, чтобы постучать. Ледяные стебли поползли от его руки в стороны, точно живые, расплетаясь и тая. Эрик нажал на дверную ручку, та послушно повернулась.

— Любимчик! — еще успел услышать он в спину голос, в котором наконец-то было что-то от яда прежней Иссель.

Фру Хольда стояла у окна, разукрашенного такими же узорами. Повинуясь движению ее пальцев, цветы и листья росли всё выше.

— Там Иссель и Мор… — начал Эрик.

— Они наказаны, — сказала она, не оборачиваясь. — Придется подумать и сделать выводы.

— Я бы сказал, что они просто убиты.

Хольда вздохнула и повернулась.

— Всё время забываю, какие вы разные. Они — совсем дети по меркам своего народа. До прихода сюда на работу они не сталкивались ни со мной, ни с моими сестрами, может, слышали истории. Забыли, что наше внимание — не только награда, но и ответственность. Старшие учили, а они, как все юные, пропускали мимо ушей. Эта шутка могла стоить жизни, ты видел описание заклинания.

Эрик кивнул. Им повезло, что заклинание быстро распознали, и что принц оказался устойчивым к магическим воздействиям, даже таким древним.

— Альвы вообще склонны драматизировать, — она чуть усмехнулась. — Но это их испытание. Они хотят и дальше быть всего лишь милыми котятами, которые чуть пошалили, или принять свое наказание и продолжить работу?

— Котята — милые?

— Я надеялась, так тебе будет понятнее. Возможно, песцами?

Эрик улыбнулся.

— Кажется, я нашел нам еще одного несчастного песца, — сказал он.

Домой к ним пришли в понедельник, после обеда. Ида не пошла в Академию, отговорилась простудой, ела тоже у себя в комнате. Мир вообще вдруг стал очень маленьким.

После представления она хотела только скорее скрыться. Это получилось, они там все были одинаковые: голубые платья, белые фартуки, косы. Ида и понимала сейчас, что вот он, поворот, о котором говорила бабушка Анна. К которому она готовилась сама, но готовиться было проще, это означало, что всё, конечно, произойдёт, но не прямо сейчас. Спала она плохо, каждый раз видела, чувствовала, что снова стоит в море тумана, и она сама — туман. Растечется, растает, не удержишься. Тут она просыпалась и оказывалось, что предыдущее пробуждение было всего полчаса тому назад.

Она уже не очень соображала в понедельник. Или наоборот: устала настолько, что начала наконец делать то, что давно продумала. Двигаясь, словно лунатик, достала из-под кровати маленький чемодан. Сложила туда бабушкины записки, свои учебники, документы. Нужна была одежда, но какая? Платье или костюм — и то, и то в чемодан не влезло бы. Еще ведь носки, чулки, белье…

— Фрекен Ида! — позвала из-за двери Труда. — Вас ждут в столовой.

Ида запахнула вязаную домашнюю кофту и ответила, что сейчас придет.

В коридоре попался Лео. Брат шел нога за ногу — надеялся вернуться и подслушать под дверью, но мама крепко ее прикрыла и опустила тяжелую портьеру, как только Ида вошла.

Полицейский был вежливым, объяснил, что по делу о крушении в парке развлечений. Отец кивнул и остался сидеть за столом, хотя полицейский ясно сказал, что ему нужна только фрекен Магнуссен. Мама отошла к окну. Ида села на стул, вздохнула.

— Фрекен работает в Стране Вечной Зимы? — уточнил полицейский, достав блокнот и карандаш.

— Моя дочь учится.

— Подрабатываю, — сказала Ида.

— Кем?

— В офисе, и я не понимаю, почему…

— Танцовщицей и еще в мимансе.

Мама ахнула. Отец, похоже, не нашел, что сказать.

— То есть, вы были на сцене в момент, когда всё произошло?

— Именно.

Её попросили рассказать подробнее. Ида, не отводя взгляда от семейных фотографий на стене, рассказала, как сверху полилась вода, потом пошел туман («наверное, от проводки?»), как она не знала, куда бежать. Про магию решила молчать до последнего. Не спросят — не скажет.

Не спросили. Полицейский только повторил несколько раз, как ей повезло, да и остальным работникам и посетителям тоже. Электричество вовремя отключили, ненадежная все же вещь (отец поморщился, но ничего не сказал), так что ничего не загорелось.

Они молча подождали, прислушиваясь, как Труда провожает полицейского до входной двери. Всё же воспитанные люди, при посторонних скандалить неприлично.

— Внучка профессора Магнуссена на подтанцовках в дешевом аттракционе, — проговорил отец. Прозвучало, как фраза из такой же дешевой пьесы в любительском театре.

Ида еще раз посмотрела на фотографию дедушки. Она плохо его помнила. Так и остался в памяти черно-белым снимком из газет: профессор Магнуссен на открытии очередной лаборатории принимает награду за очередное изобретение. Детьми их с Флорианом к нему не пускали: дедушку нельзя беспокоить. Впрочем, она один раз все-таки ухитрилась это сделать, и так как профессора по редкой случайности не окружала толпа учеников и почитателей, он починил ей куклу. Кажется, тогда он на неё не рассердился.

Отец тем временем уже успел развернуть картину её, Иды, неприглядного будущего. Из Академии её выгонят, а это пятно на репутации, позор для семьи, но кто же из девушек о таком думает⁈

— Ну правда же, Ида, — уже сквозь слезы добавила мама. — Неужели нельзя было выбрать что-то другое, не такое пошлое место?

— Зато без магии, — сказала Ида. — Но это всё равно не помогло.

— Прекрати говорить загадками!

— У меня дар. Магический.

Мама снова ахнула, отец встал. Они так встревоженно смотрели, словно Иде снова было семь лет, и гадкая температура никак не спадала.

Первым взял себя в руки отец.

— Глупости! — бодро сказал он. — Этому дару просто неоткуда взяться.

— И потом, — с надеждой добавила мама, — сейчас же можно это… сгладить.

— В электрическом кресле? — спросила Ида.

— Нет конечно! Но ведь есть безопасные способы.

— Ида, ты — внучка и дочь Магнуссенов. Подобной гадости просто неоткуда взяться.

— А если есть? Будет еще позорней, чем подработка в кордебалете?

— Детка, — мама протянула к ней дрожащие руки. — Я в этом совершенно не разбираюсь, но ведь если можно прекратить — давай прекратим?

«Забудем, и распрекрасно заживем дальше.»

— У бабушки Анны тоже был дар, — устало сказала Ида. — У твоей матери, папа. Она им пожертвовала ради мужа и детей. Подавила, а когда со мной всё началось — рассказала, как это было. Остались ее дневники и записи от врачей. Хотите, сделаем семейной традицией лишение магических способностей?

— Не смей так разговаривать!

— Да, папа.

Ида вышла из столовой. Дошла до своей комнаты, взяла чемодан. Вышла на лестничную площадку. Из столовой слышались приглушенные, но драматичные рыдания. Она осторожно закрыла дверь и пошла вниз.

Дождь лил вовсю, так что Ида промокла, только ступив на мостовую. Зато холодная вода в ботинках очень помогла прояснить мысли и быстро решить, куда идти дальше. Ее школьная подруга три месяца как вышла замуж и переехала в белостенный домик в тихом Альтхольме, два часа на поезде отсюда. Наверное, она бы Иду не прогнала, но приезжать без предупреждения в чужую семью и рассказывать всё снова не хотелось.

Зато Ида уже была у Эммы — та жила в женском пансионе рядом с вокзалом. Брали недорого, можно было столоваться, главное условие — никаких мужчин и тишина после девяти вечера.

Эмма совсем не удивилась, увидев Иду на пороге своей комнаты.

— Погода — ужас! — сообщила она. — Заходи, чулки можешь сразу кинуть на радиатор. Кстати, нас с тобой уволили.

Через десять минут Ида сидела на застеленной кровати (с ногами!), Эмма выдала ей халат в розах и птицах, а еще толстые шерстяные носки. Сама Эмма рылась в шкафу, приговаривая что-то про нужный размер.

— Девочки еще найдут что-то на первое время. Смотри, вот блузка хорошая! — на пол приземлилось что-то белое и кружевное. — С обувью беда, конечно, но решим. Слушай, может, нам какое-нибудь возмещение с них потребовать?

— За то, что я использовала магию на территории, где ей официально запрещено пользоваться? — нос все еще был заложен, но это была уже совсем не проблема. Других хватало.

— Ай, уволили и пусть дальше будут счастливы без нас, если смогут! Я что, всю жизнь хотела проработать в месте с такими сквозняками, таким обращением с работниками и такой Лёмерихой? И ты вряд ли.

Ида задумалась, не пострадать ли всё-таки. Она же ушла из дома, и каждый раз, когда об этом вспоминала, то воздух вокруг словно отключали. Работы нет, вещей тоже — она ушла, так ничего и не доложив в чемодан. Но как страдать в колючих носках и таком пестром халате? Думать о том, что делать дальше, было интереснее.

— Магия — это же здорово, — рассуждала Эмма, уже совсем утонув в шкафу. — Ты говорила, что хочешь на метеорологический?

— Да, надо узнать, что у них с заочным отделением. Мне теперь еще больше нужна работа.

До её дня рождения и чтения завещания оставалось несколько месяцев. Можно сходить в контору к герру Кнуду, узнать, может ли она получить какие-то деньги уже сейчас. Ида сомневалась, конечно, что он согласится, но все-таки герр Кнуд был бабушкиным поверенным, может, посоветует что-то. Или одолжит в счет тех денег, что ей достанутся по завещанию. Сейчас у нее было немного наличными, можно пока снять комнату здесь же, Эмма сказала, свободные есть.

— Придумаем что-нибудь, — отвечая её мыслям, сказала Эмма. — Девочки скоро придут, разберемся.

Девочки принесли коробку эклеров, сбегали за кипятком, и все уселись пить кофе.

— Сейчас плохо искать работу, — рассуждала Метте, — все уже нацелились на Рождество, вот после него могут увольнять.

— Зато понадобятся дополнительные работники, — возразила Клара. — В универмаге уже висят объявления, что нужны продавщицы и манекены в витрины.

— Манекены? — не поняла Ида.

— Будешь изображать куклу в коробке, — поморщилась Эмма. — Стоишь или сидишь красивая в наряде и украшениях, потом меняешься с кем-нибудь.

— Ага, потом придёт какой-нибудь тролль и начнёт к тебе лапы тянуть.

— Настоящий?

— Ида, откуда ты свалилась?

— Клара, отстань от неё, у человека тяжелый день. В общем, манекеном не советую.

Эмма посмотрела на Иду, поморщилась снова и продолжила:

— Ладно, слушай, и не будь, как я. Я так в главном универмаге в прошлом декабре поработала. Сначала думала — ничего особенного, стоять красиво я умею. Костюмы каждый день разные, сумочки, муфта лисья была… Только на тебя мало того, что смотрят, так еще познакомиться пытаются. Я за стеклом, так они записки писали и прикладывали, чтобы прочитала. И там повадился ходить один неприятный… Девчонки его троллем прозвали, так и осталось. Я каждый раз говорила, что ничего от него не надо, а он как не слышит.

— Это он еще не узнал, что ты в «Вечной Зиме» была, — подала голос Клара, — а то бы у нас всё корзинами с цветами заставили.

— Он сюда как-то раз прислал коробку марципана, — сказала Эмма. — Знаешь, этот дорогой, из кондитерской Розен?

Ида кивнула. Марципан у Розен они покупали несколько раз в год: к Рождеству, на Пасху, и на день рождения дедушки Магнуссена. На разноцветных фигурках и цветах можно было разглядеть мельчайшие детали. Каждый раз казалось, что они едят произведение искусства.

— Меня не было, а напротив жили тогда две дурищи, так они мало того, что поблагодарили и взяли, так еще распечатали ее и есть начали! Я прихожу, а тут такое. Пришлось брать деньги, которые на пальто откладывала. Пошла в кондитерскую и купила такую же коробку, чтобы ему вернуть с извинениями. Не люблю, мол, сладкое. Он такую рожу состроил.

— Ох, — только и смогла сказать Ида. — А эти девушки, они тут живут?

— Уже нет, — Эмма хищно улыбнулась. — Дураков под боком я не люблю.

Раздался стук в дверь.

— Фрекен Ольсен, — сказала хозяйка пансиона, заглядывая в комнату. — Вас спрашивает молодой человек. Очень вежливый.

— Хорошо, — немного растерянно сказала Эмма.

— В таком случае, он сейчас поднимется.

Хозяйка исчезла.

— Я не знаю, кем надо быть, чтобы уговорить фру Лиссет впустить его наверх, к комнатам жиличек. Такого никогда не случалось.

— Сейчас и увидим, — сказала Клара.

Когда он появился, Ида вспомнила, что на ней халат, дома она бы в таком виде из своей комнаты не вышла. Однако незнакомец только вежливо кивнул всем. На тролля он был не похож. Высокий, симпатичный, черноволосый. Клара и Метте сразу уселись, словно позировали для фото. Ида тихонько шмыгнула носом. Ниже падать было уже некуда.

— Прошу простить меня за вторжение. Я — Эрик Мёллер, и мне необходимо переговорить с фрекен Эммой Ольсен.

— Давайте переговорим в коридоре, — Эмма встала. Герр Мёллер еще раз извинился за вторжение, на что уже Метте сказала, что он им ничуть не помешал. Клара хихикнула. Ида почему-то задрожала и обхватила вышитую подушку с кровати.

Эмма вернулась одна через пять минут.

— Ида, он ждет в коридоре. Выйди пожалуйста.

— Зачем?

— А мы?

Эмма наклонилась, так что слышала ее теперь только Ида.

— Он из «Погода для вас». Слушай, мне кажется, он помочь хочет. Хотя бы послушай, что скажет? Я встану поближе к двери, если что — выгоним его, не бойся.

— Я не боюсь.

Дрожь не отпускала, но страха и правда не было.

В коридоре было прохладно. Дождь продолжал идти, по потемневшему окну над лестницей бежали струйки воды.

Герр Мёллер улыбнулся — хорошей улыбкой, не чересчур дружелюбной. Как будто Ида была старой знакомой, с которой можно сразу говорить о деле.

— Фрекен Ольсен уже рассказала, где я работаю?

Ида кивнула. Отец с коллегами критиковал «Погода для вас» при всяком подходящем случае. При неподходящем, впрочем, тоже. Он полагал магические разработки, да еще при участии фру Хольды, чем-то нечестным.

— У вас дар, — сказал герр Мёллер. — Я посмотрел отчеты из «Вечной Зимы». Но вы же понимаете, что с ним надо работать?

— Тогда… всё случайно получилось, — сказала Ида.

— В первый раз — возможно. Вы им воспользовались, открыли дверь. Теперь придется решать, что делать дальше.

Он не торопил с ответом.

— Я не хочу отказываться от магии.

— Готовы к демонстрациям под окнами? Транспарантам «Магия — яд для прогрессивного человечества»?

Иде стало весело.

— Готова.

— Тогда давайте сделаем так. Отдохните еще день, а в среду приходите к десяти утра к нам. На входе покажете вот это, — он достал из кармана пиджака карточку, отдал ей. — и обсудим, куда пригодятся ваши таланты. Учитесь?

— Не знаю. То есть, я в Академии Торна, но мне там не нравится, я хотела к Глимму.

— Подумаем, может, засчитаем вам работу у нас как практику, — герр Мёллер снова улыбнулся, и Ида тоже ответила улыбкой.

Снизу послышался шум и голос фру Лиссет:

— Туда нельзя!

По лестнице быстро поднимался какой-то мужчина. Он остановился, оглядываясь.

— Герр Хольст! — позвал его Мёллер.

Тот подошёл ближе. Хмуро посмотрел на Иду.

— Как вы прошли мимо той милой женщины внизу?

— Я обаятельный, — усмехнулся Мёллер.

— А это, полагаю, фрекен Магнуссен? — он сказал это таким тоном, точно встреча с Идой была величайшим несчастьем его жизни.

— Да. Наша новая сотрудница, кстати.

— Поздравляю, — мрачно сказал герр Хольст. — Но мне всё равно придётся вас допросить, фрекен. Чем скорее, тем лучше.

— Я уже беседовала с полицией сегодня.

— Я из другого ведомства.

Он на самом деле не старше Флориана, поняла Ида, просто усталый какой-то. Интересно, что за ведомство?

— Хорошо, — она вздохнула. — Но сначала я переоденусь!

Герр Хольст пожал плечами.

Ида вернулась в комнату и кивнула Эмме. Та захлопала в ладоши.

— Ура, хоть одну к делу пристроили!

— Отмечаем дальше? — спросила Клара.

— Нет, мне надо снова на вопросы ответить. Там пришел еще один, говорит, срочно.

— Симпатичный? — округлила глаза Метте.

— Вообще не заметила, — честно сказала Ида.