Глава 12 · Разговор по душам

Когда я вернулась домой, прием в клинике закончился и парни с Рози возились на заднем дворе с грифоном. Последнему, конечно, на маленьком пятачке было тесновато, но он не жаловался. Вообще, по Вилли заметно, что хозяйским вниманием он не избалован, поэтому самозабвенно предавался что играм, что сеансам поглаживания и почесывания. Не сомневаюсь, что грифон уже накормлен и вычесан, ведь львиная доля грифона покрыта шерстью, а заодно осмотрен двумя целителя с ног до головы и кончика хвоста в придачу.

— Так, — хлопнула я в ладоши, — загоняйте Вилли в сарай, пришла очередь Цери гулять.

Церя, засидевшийся в четырех стенах, с радостью слетел по лестнице вниз, а вот во дворе насторожился, поднял уши, шерсть вдоль загривка вздыбилась, став острой, как шипы. По спине тут же побежали искры, которые я погасила, погладив по широкому лбу, и немного поумерила пыл питомца. Да уж, запах чужого зверя, витавший во дворе, не остался незамеченным.

— Привыкай, — посоветовала я Цере, — возможно, вам придется долго жить вместе.

Когда еще отыщутся хозяева для грифона?

— Не желаете поиграть? — подмигнула я вышедшим из сарая ученикам.

— Что-то не хочется, — ответил за обоих Рей. — Какой-то он сегодня возбужденный.

— С чего бы, да? — я потрепала Церю за холку. — Давай, малыш, мама покидает тебе палочку.

Где-то здесь у нас лежало неплохое полено…

— Ему бы за городом жить, — наблюдая, как Церя врезается во все стены, отметил Рей. — В таком доме для него тесновато.

— Да вот хотела отдать одному владельцу загородного поместья, а он почему-то отказался.

— Удивительно, да? — раздался голос позади. — С чего бы вдруг он отказался от такого подарочка?

Лорд, как обычно, подкрался незаметно.

— И тебе добрый вечер, не хочешь покидать Цере палочку? — мило улыбнулась я.

— Нет, спасибо. Боюсь, Церя предпочтет палочке меня. А я не хочу быть зализанным и обслюнявленным.

А жених-то вырядился, как на праздник. Костюм на нем из разряда выходных, глубокий черный оттенял светло-серебристые волосы, до кипенно-белой рубашки было страшно дотронуться. Да уж, Церю стоит держать подальше, бытовыми заклинаниями я владею, но, боюсь, следы от когтей и зубов заделать не так просто, как вывести пятно.

— У тебя какое-то мероприятие? — очевидно, что да. Надеюсь только, что без меня.

— Да, я сегодня ужинаю с одним знакомым.

— Отлично, значит, кормить тебя сегодня не надо?

— Нет, — усмехнулся Ксавьер, — и вернусь поздно, не беспокойся.

— А как ты себя чувствуешь? — в целом, держался лорд неплохо, но цвет осунувшегося лица и тени под глазами выдавали болезнь.

— Нормально, — улыбнулся жених. — Иди сюда, у меня кое-что для тебя есть.

Я зашла за Ксавьером в дом, цербер остался скрестись в дверь, которую захлопнули у него перед самым носом.

— Это тебе, — кивнул на кухню жених.

На обеденном столе лежала коробка, обвязанная широкой красной лентой с большим бантом. Коробка как коробка, размеров приличных, веса тоже, без подписей, бант я сняла, крышку открыла и замерла.

— Да быть не может, ты серьезно?!

— Разве что-то не так? — Ксавьер вытянул шею, заглядываю в коробку. — Меня заверили, что это именно то, что нужно.

— И это все мне? — по-прежнему не верила я.

— Если хочешь, можешь с учениками и Майком поделиться, — усмехнулся лорд.

— Еще чего! Не собираюсь я ни с кем делиться, — я придвинула коробку к себе, показывая, что живой я свое новое сокровище не отдам.

Я даже не знала, что сказать. Таких подарков я никогда не получала, захотелось прыгать и хлопать в ладоши.

— Как ты вообще их достал?

— Думаешь, для лорда Тайны есть что-то, чего он не может купить или найти? — поинтересовался жених, наслаждаясь произведенным эффектом.

А я сразу же вспомнила про ингредиенты, и впечатление от подарка как-то подпортилось. Но я постаралась не показывать вида.

— Спасибо.

Я осторожно по очереди вынимала из углублений инструменты, сделанные в лучшем литейном цеху мехов из сплава, секрет которого еще никому не удалось ни выкупить, ни выведать, ни разгадать. Они не тупились, не поддавались никакому внешнему воздействию, а еще — невиданное дело — сохраняли стерильность и не требовали никакой дополнительной обработки. Последнее, безусловно, заслуга заложенной в них магической составляющей. И стоимость у них была… даже думать страшно, услышанные сегодня от Хьюго цифры в сравнении с таким набором как-то терялись.

Скальпели, ножи, ножницы, зажимы, пинцеты, лопаточки, зонды и всевозможные иглы и иглодержатели — вот это я понимаю, настоящий подарок для любимой женщины!

Я благоговейно дотрагивалась до всего этого великолепия и, наверное, долго бы так стояла, если бы на плечи не легли руки лорда.

— Вижу, что на этот раз угодил, — шепнул на ухо Ксавьер, от чего я непроизвольно сглотнула.

— Майк подсказал? — так же шепотом ответила я. Ну не сам же он догадался подарить хирургический набор моей мечты?

— Да, — признался жених. — Хотел сделать тебе по-настоящему приятное.

— Тебе это удалось, — я оторвалась от подарка и развернулась к мужчине, все-таки оставить такой поступок без внимания было бы ну совсем неправильно.

Я привстала на цыпочки и поцеловала жениха в щеку, замечая, как блеснули его глаза.

— Мне правда очень понравилось, — как еще выразить свою благодарность, я не знала. Да и подобных этому подарков раньше не получала. Но от набора не откажусь ни за что!

— Я рад, — Ксавьер, между тем, не спешил уходить, наоборот, он придвинулся вплотную и обнял, ожидая ответной реакции.

Я осторожно положила ему руки на грудь, боясь помять идеальный костюм.

— Знаешь, мне есть, что тебе сказать, — на выдохе призналась я.

— Правда? — Ксавьер сильнее сжал объятья, притягивая меня почти вплотную. — Тогда говори.

— Эм… — я уперлась в мужскую грудь, как-то не туда свернул наш разговор. — Ты же торопился…

— Если это важно, я готов подождать. Или отменить все, — левая рука лорда поползла с талии вниз, а правая, наоборот вверх по позвоночнику.

— Нет-нет, — поспешила уточнить я, пытаясь выкрутиться как из крепких мужских объятий, так и из сложившейся ситуации. — Я дождусь твоего возвращения, и мы без спешки поговорим.

— Тогда постараюсь вернуться не очень поздно.

Ксавьер поцеловал меня в лоб и с явным сожалением разжал руки и отодвинулся.

— Не переживай, я тебя дождусь, — у меня новенький, блестящий, потрясающий набор инструментов! Мне есть, как и с кем скоротать время.

Жених ушел, я же засела в кабинете, с наслаждением изучая новую игрушку. Какая форма! Какое изготовление!

— Привет, дорогуш! — заглянул в кабинет Майк. — О! Поздравляю с обновками!

— Спасибо тебе, всегда знала, что ты меня лучше всех знаешь и понимаешь, — а то бы я снова какую-нибудь ерунду получила.

— Да мне-то за что? — отмахнулся друг. — Повезло тебе с женихом, — не скрывая зависти заметил Майк. — Подержать можно?

— Осторожнее только! — рыкнула я.

— Надеюсь, рыба моя, ты боишься, что я ненароком порежусь. С этими инструментами при всем желании ничего не сделать.

— Все равно осторожнее! — Майк закатил глаза.

— А где твои ученики? Что-то их не видно.

— Домой ушли, время-то уже, — я взглянула на часы — десятый час вечера, почти ночь.

— Странно, куртки здесь висят, — не отрываясь от набора, заметил Майк.

И тут-то я поняла, что кое о чем забыла…

Во дворе возле двери в сарай лежал Церя. Из маленького окошка под самой крышей на него смотрел Кейвин, наверное, сидящий у Рея на плечах. Церя поглядывал на ученика с интересом.

— М-м-местресс! — обрадовался парень.

Это ж сколько они там сидят?

— Могли бы позвать, — мне, на самом деле, было немного стыдно. Что-то я увлеклась.

— Мы пытались, — крикнул в приоткрытую дверь Рей, — но цербер начал сильнее нервничать. И Вилли попытался выйти, еле удержали. Мы решили тихо посидеть.

— Молодцы.

Да, Церю лучше не нервировать. Пришлось брать недовольного цербера за ошейник и тащить в его комнату. Парни с Рози, оказавшись на свободе, поспешили уйти, но тут уж их задержала я.

— Передай отцу, — попросила я помощницу, написав бумагу, что по срочному делу задержала девушку в клинике.

Рози благодарно кивнула. Надеюсь, после излечения спины ее отец подобрел, иначе одной запиской я не отделаюсь. Придется опять идти извиняться.

Парни с Рози ушли, а Майк остался, продолжая изучать инструменты, но уже больше для вида.

— Дорогуш, извини, — друг виновато посмотрел на меня. — Не получается ничего выносить, даже отдельные компоненты.

— Не переживай, я сегодня ходила к мехам, и Хьюго пообещал мне все достать. У него обширные связи в теневом мире.

— Отлично, — иронично протянул Майк. — У тебя жених — лорд Тайны, а ты к контрабандистам обращаешься.

— Знаешь, мне как-то даже и в голову не пришло посмотреть под таким углом, — да, забавно получается. Законопослушности мне явно не достает. — Но я же Хьюго просила, не сама.

— Ага, через посредника, — согласился Майк. — Ой, дорогуш, вот бросит тебя Ксавьер и заберет свой подарок.

— Не заберет, он не такой мелочный, — а сама подумала, что надо бы в сейф набор убрать. На всякий случай. — Слушай, а как у Вольса продвигаются дела?

— Как у него могут продвигаться дела без реликтового василиска? Он все правильно делает, но чего нет — того нет. А результат требуют, — и Майк не удержался, потер шею, которую невидимой удавкой сжимала клятва.

— Майк, может ты попытаешься выйти из всего этого? Ксавьер полностью снимет с тебя клятву, и уедешь обратно в леса Ристоля, — одним поводом для волнений у меня будет меньше. Мы уже все узнали, зачем рисковать понапрасну?

— Эх, так заманчиво звучит, — мечтательно улыбнулся друг. — Заснеженные снега, ледяные бури вечно холодного края, неисследованные животные… Только как я тебя оставлю? Ты же без меня тут точно глупостей наделаешь!

— А с тобой, можно подумать, я никогда глупостей не делала?

— Со мной — это со мной. Я хотя бы знаю, что ты жива и здорова. Нет уж, дорогуша, вместе влезли, вместе и вылезать будем. Ристоль и звери от меня никуда не денутся.

Собственно, иного я от своего лучшего друга и не ожидала.

— Ладно, я пойду, а то работаем на износ. Вольс всех загонял, уже не знает, что и делать. Знаешь, мне его даже жалко.

— Сам виноват, нечего лезть, куда не стоит, — вроде, не глупый парень, а поди ж ты, так вляпался.

— Он, скорее всего, не знал, во что ввязывался. И сейчас не знает, делает себе какое-то лекарство, которое работает как общеукрепляющее и ранозаживляющее. Только теперь он знает, что если не сможет довести исследование до ума, то имеет все шансы лишиться головы или чего-нибудь еще. Потому что без головы продолжить работу нельзя, а вот без парочки пальцев — очень даже.

— Смотря без каких, — не согласилась я. — Ты хочешь ему помочь?

Майк не отличался любовью к людям и сердобольностью, но Дарел, как ни крути, чужим человеком не был и ничего плохого нам не сделал, чтобы желать ему зла.

— Надо поговорить с Ксавьером, — решила я. — Если у нас получится лекарство, то работа Дарела и его команды не понадобится. Может, им еще можно помочь, клятву в Тайной службе снимать научились.

— Тогда оставляю разговор на тебя, — Майк привычно чмокнул меня в щеку. — Надеюсь, ты найдешь подход к своему жениху, раз уж заразиться чумой не можешь, — подмигнул друг.

— А ты все об этом!

— Конечно! Если бы мне кто-нибудь такие подарки делал, я бы не скупился на благодарности!

— Иди уже домой, — отмахнулась я. Тоже мне советчик.

Жених пришел через час, который я коротала за книгами и чаем, а заодно размышляла над словами Майка про благодарность. Если подумать и признаться себе честно, то чувства, которые я испытывала к лорду, уже давно были не просто благодарностью. Только хорошо это или плохо?

— Привет! — я улыбнулась и встала навстречу, стоило Ксавьеру зайти на кухню. — Как прошла встреча? Будешь чай?

— Нормально. Нет, — Ксавьер сел на стул и потер лоб.

— Голова болит? Давай помогу?

— Не надо, — Ксавьер внезапно перехватил и отвел мою руку, что я слегка опешила. Какая муха его укусила? Или так плохо себя чувствует? — Давай лучше чай.

Тишина на кухне повисла какая-то странная. Мне о столько нужно рассказать, а я четко решила поделиться всеми последними событиями с Ксавьером, но начать разговор не получалось.

— Как прошел ужин? И с кем, если не секрет? — может он с одной из своих бывших виделся и передумал на мне жениться? Как еще можно объяснить столь резкую смену настроения?

— Я ужинал со своим старым знакомым, Айратом Ликхаром, это…

— Я знаю, кто это. Мы с ним недавно познакомились, — и, кажется, о причинах плохого настроения Ксавьера теперь тоже догадываюсь…

— Тем лучше. Так вот, Айрат сказал, что мало того, что прошлая семья тебя не уберегла от проблем и трудностей, так и с новой семьей ты живешь в нужде.

Я закрыла лицо руками. Вот есть же люди, которых проси — не проси. Чего этому Айрату стоило промолчать?

— Еще Айрат сказал, что ты произвела на него неизгладимое впечатление и достойна куда более заботливого мужа, чем такой сухарь, как я. И если я в ближайшее время не исправлюсь, то он женится на тебе сам.

— Да ладно, не верю, что он до сих пор не женат, — юным мальчиком владелец Миасского банка не был, да и о наследниках нужно заботиться заранее.

— Вот именно, по словам Айрата, у него немалый опыт содержания и заботы о женах, ни одна из его четырех еще ни разу не пожаловалась.

— Так я и не жаловалась. И разве в Мильдаре не моногамия?

— Для выходцев из Миасской империи есть некоторые послабления и привилегии. Особенно, для владельцев Миасского банка. Так что сорока трем годам он весьма успешный мужчина по меркам его исторической родины.

— Понятно, но пятой женой я к нему не пойду, не уверена, что готова к такой… супружеской жизни, — я и к обычной-то не очень готова…

— Линда, а почему ты вообще в банк пошла? Я же спрашивал, нужны ли тебе деньги? Неужели так трудно было признаться и взять нужную сумму у меня?

— Ксавьер, я привыкла решать все свои финансовые проблемы сама.

— Но ты теперь не одна, мы почти семья. Ладно бы, у меня не было денег, но, кажется, я уже четко дал понять, что не нуждаюсь и в средствах не стеснен.

— Но это не значит, что я должна чуть что бежать к тебе за помощью, не попробовав решить проблему сама. Не привыкла, знаешь ли, прятаться за чьей-то спиной.

Пусть и спина эта, надо признать, достаточно широка и хороша. Но данную ремарку лучше оставлю при себе. Просто вбитое с детства и укрепленное в юности правило: хочешь сделать хорошо — сделай сама, взять и перешагнуть не так-то просто!

— Линда, наверное, я должен извиниться перед тобой, — ошарашил меня Ксавьер. Интересно, какой логикой он руководствуется: в любых сложных ситуациях с женщиной — извиняйся? Но продолжение удивило еще больше. Неприятно удивило. — Я с самого начала вел себя неправильно, и с помолвкой тоже вышло не очень. Но я надеялся, может у нас что-нибудь получиться. Наверное, со стороны кажется, что я тебя принуждаю, играя на своей болезни. Поэтому давай так: если ты совсем не хочешь иметь со мной ничего общего — просто скажи. Разрывать помолвку сразу вредно, прежде всего, для твоей репутации, но мы выждем время и расстанемся по-тихому. А может и расставаться не придется, — горько усмехнулся мужчина.

— Ты хочешь разорвать помолвку? — растерянно переспросила я.

И вроде совсем недавно сама была не в восторге от происходящего, тогда почему сейчас так больно?

— Важно, чего хочешь ты? — Ксавьер поднялся и обошел стол, встав напротив и скрестив руки на груди. — Без оглядки на то, сколько мне осталось и что я могу банально не дожить до нашей свадьбы. Так что скажешь? — по плотно сжатым губам и напряженному лицу можно было прочесть эмоции лорда безо всякой эмпатии. И я растерялась.

Не зная что, а главное — как сказать, я выключила кипящий чайник и продолжила молчать, изучая пол. Вариант: «Нет, я не хочу за тебя замуж», - не подходил. Но и ответить: «Да, давай попробуем», - язык не поворачивался.

— Ладно, я все понял, — расценил по-своему мое молчание Ксавьер. — В таком случае, больше не стану докучать тебе своим присутствием.

И развернулся на выход.

— Подожди, — остановила мужчину я. Только он почему-то не остановился, а продолжил движение к входной двери. — Да подожди же ты!

Я выскочила из кухни и поймала за руку Ксавьера.

— Ты знаешь, сколько я усилий приложила, чтобы тебя спасти? Да ты даже не представляешь! — судя по недоуменному взгляду лорда, он и правда не представлял. — Я тут стараюсь, а ты…

— А я и не узнаю, как ты для меня стараешься, если ты не расскажешь, — заметил Ксавьер.

— Я собиралась, но ты весь такой обиженный пришел и всякие вопросы задаешь, — я выдохнула. — Я согласна попробовать. В любом случае, ты мне слишком дорого обходишься, чтобы теперь расстаться.

— Это интересно, — поднял бровь Ксавьер. — То есть я стал тебе дорог, но в деньгах, а не в чувствах?

— Одно другому не мешает, — продолжала выкручиваться я. В конце концов, от самопровозглашенного жениха я тоже не слышала слов о великой любви.

— И в чем заключается моя дороговизна? — продолжал допытываться лорд.

— А вот об этом я хотела с тобой поговорить. Давай, может, все-таки пойдем на кухню и выпьем чая? — весь настрой сбил своими упреками, придется заново собираться.

Чай я заваривала обстоятельно и неторопливо разливала по чашкам, но, к сожалению, так и не придумала, как еще можно потянуть время. Поэтому на всякий случай отсев от Ксавьера подальше, начала свой рассказ. Накопилось, оказывается, немало.

Сначала поведала про создателя чумы и шкатулку с записями. Но чем дальше я рассказывала, тем угрюмее становился жених. Странно, новость-то в целом хорошая, лекарство найдено, осталось только приготовить.

— Замечательно, — резюмировал Ксавьер, когда я закончила первую историю. — Позволь спросить, когда же ты собиралась мне об этом рассказать?

— Знаешь, трудно гордиться такой историей рода, когда один из предков устроил эпидемию смертельной болезни.

— То есть на этом моменте мне следовало окатить тебя волной презрения, встать и уйти, чтобы никогда не возвращаться? — сыронизировал лорд. — Ты просто сразу уточняй, какую реакцию от меня ждешь, а то я уже и не знаю, как себя правильно с тобой вести.

— Тебе легко говорить, — попробовала возразить я, но наткнулась на насмешливый взгляд. — Ладно, не легко, — признала я. — Но кто знает, как видоизменили чуму и подействует ли лекарство, для которого у нас пока нет ингредиентов.

— Дай мне список всего необходимого, — уверенно попросил жених.

— Я уже заказала по своим каналам… — ох, чувствую, сейчас Ксавьер точно встанет и уйдет.

— Так-так, — протянул мужчина. — Ну, давай, удиви меня, к кому ты обратилась, лишь бы ничего не говорить мне.

— Не совсем согласна с такой постановкой вопроса, но у меня есть хорошие знакомые среди мехов, а у них есть свои знакомые из, скажем так, людей, ведущих не совсем легальную торговлю…

— Не совсем легальную? Это как? — по-моему Ксавьер прекрасно все понял, но решил поиздеваться. — То есть она немного легальна, но чуть-чуть не законна?

— Можно и так выразиться, важно не это, а то, что мне все достанут.

Жених со стоном закрыл лицо. Мне его даже немного жалко стало. Но он ведь меня не выдаст правосудию? Все-таки невеста и вообще, ради него же стараюсь.

— Знаешь, я даже не уверен, что хочу знать подробности, — признался Ксавьер, снимая пиджак и небрежно кладя его на соседний стул. — Но, думаю, что стоит быть готовым к последствиям.

— Да тут и рассказывать нечего. Я пошла в цех к стекольщикам договариваться об оборудовании, а заодно спросила, не могут ли мне немного помочь с ингредиентами.

— И они любезно согласились? — уточнил лорд, развязанный галстук полетел следом за пиджаком.

— Да, правда цену назвали очень высокую. А у меня как раз денег нет, — намекнула я.

— Так займи в Миасском банке, — проигнорировал намек жених, круглые запонки покатились по столу, привлекая мое внимание. — В чем проблема?

— Я им еще прошлый кредит не вернула, — от запонок я заставила себя перевести взгляд на мужчину. Вот что ему стоило сказать: дорогая, я дам тебе нужную сумму, только уточни, сколько.

— Ничего, ты понравилась владельцу банка, уверен, он пойдет тебе навстречу.

Ксавьер расстегнул верхнюю пуговицу, окончательно разрушая строгий образ. Правда, выражение его лица мягче не стало. Он в упор смотрел на меня, не пытаясь помочь в столь сложных объяснениях.

— Я надеялась получить их от того, для кого мы делаем лекарство, — что за вредный тип, а! Ведь все понимает. Да я даже с клиентами денежные вопросы не обсуждаю, предпочитая передавать столь неприятную часть работы Рози.

— Да ладно? Удивительно, — покачал головой Ксавьер, — я думал, у тебя есть еще какие-то связи или друзья, у которых можно занять. Складывается впечатление, что я последний человек, к которому ты обратишься с просьбами.

— Нет, самый последний — отец, не переживай, — как могла, утешила жениха.

— Ах, ну да, как это я не подумал, — усмехнулся лорд. — Так сколько нужно?

— Для начала тысяч двадцать, — вот это совсем другой разговор.

— Хорошо, я переведу их на твой счет, векселя у меня с собой нет. Надеюсь, теперь ты рассказала все? Или есть еще что-то, о чем мне следует знать? — поинтересовался лорд.

— Есть еще кое-что, — призналась я, раз уж у нас такая ночь откровений. — Сегодня утром в клинике была ревизия, проводил ее, — от воспоминания я скривилась и едва заметно передернулась, — Эдвард Стейн. Он, как бы сказать… мы с ним…

— Я в курсе. Прочел, наконец, собранное на тебя досье, — не дал мне закончить мысль лорд Тайны. — От тебя же не дождешься.

— Ты просто не спрашивал. Конечно, зачем? Когда можно отдать приказ и прочитать обо всем, — надо было обидеться и надуться хотя бы для вида, но я не смогла. В конце концов мне скрывать нечего. Или почти нечего.

— Не обо всем, но суть ты уловила. Так что там у вас со Стейном?

— У нас со Стейном уже давно ничего нет, — расставила все точки сразу, чтобы больше к этой неприятной теме не возвращаться. — Ему нужны ингредиенты, судя по всему, на то же лекарство, что готовит Вольс. Он был очень настойчив, боюсь, просто так не отстанет, — от мысли о бывшем стало противно. Этакое гадливое чувство, когда сталкиваешься с чем-то донельзя неприятным.

— Отдай, — предложил Ксавьер. — Ингредиенты всегда можно достать, как правильно заметил тот мех, на черном рынке они никогда не переведутся.

— Так почему бы Целительской палате не скупать их там? Зачем все эти сложности с мелкими клиниками?

— Затем, Линда, что у них нет дефицита, — моя рука с кружкой замерла на половине пути к столу.

— То есть как нет?

— А вот так, — лорд подпер рукой голову, наблюдая за моей реакцией. — Мы проверили. У целительской палаты запасов самых разных веществ хватит на годы. Другой вопрос, что им явно выгоден искусственно созданный дефицит, этакая монополия, и, соответственно неадекватно высокие цены на все.

— А зачем тогда приходил Эдвард? — если палате не нужны вещества, то что за проверка была у меня утром?

— Он приходил не за ингредиентами, а за информацией. Наверное, думал выведать, как у тебя обстоят дела. Этот твой Стейн давно у нас на карандаше. Тот случай, когда, нутром чуешь, что что-то нечисто, а доказать не получается. Я и не сомневался, что он во всем этом замешан, его умению обрастать связями и знакомствами можно только позавидовать, — признал Ксавьер, отдавая должное моему бывшему.

— И какая же информация ему потребовалась? Не припомню, чтобы он у меня что-то спрашивал. И Эдвард не эмпат, если что, как Майк «считывать» реакции людей он не умеет.

— Для этого и не нужно быть эмпатом. Наблюдательность и интуиция — наше все. Вот скажи, имея некоторые проблемы с деньгами, ты бы отказалась продать ингредиенты по текущей цене? Если бы не лекарство, разумеется.

— Если бы они не были мне нужны, то, конечно, продала бы.

— Ну вот, а так ты косвенно подтвердила, что знаешь про лекарство и собираешься его готовить. До этого вы встречались с отцом, ты же понимаешь, что твой предок не унес тайну чумы в могилу, он поделился ею с тогдашним правителем Мильдара, а там кто знает, сколько людей были еще в курсе. Знания где-то хранились, возможно, вместе с законсервированными образцами и записями. Ты нашла дневник, а лабораторный журнал?

— Нет, там его не было.

— Вот видишь. И логично предположить, что он все это время тихонько лежал где-то в надежном месте. Все же такие знания слишком ценны, чтобы просто их уничтожить.

— Значит, кто-то нашел?

— Нашел, купил, выкрал — какая разница? — пожал плечами лорд. — Они попали не в те руки. Или наоборот, в те, которые решили продолжить исследования. Ты сказала, что чуму, скорее всего, сделали подконтрольной. Удобно убить одного так, чтобы никто ничего не заподозрил и никто больше не пострадал. Точечное оружие — интересный ход. Я оценил.

С учетом того, что испытал все Ксавьер на себе, то…

— И что мы будем делать дальше?

— Мы? Так все-таки мы? — улыбнулся лорд.

— Куда ж ты без меня? Кто еще о тебе позаботится, — развела я руками. Да и влезла я во все это слишком глубоко. — Что ж поделать, если я такая добросердечная и мягкотелая, — на этом заявлении брови жениха поползли вверх, а я поняла, что стоит несколько сбавить обороты. Заодно тему сменить: — Хочу заодно тебя попросить как-то обезопасить Майка, да и Дарел, скорее всего, сам заложник ситуации.

— Давай для начала позаботимся о тебе. А то дойдем до того, что некому будет меня лечить, добросердечная ты моя.

— Если что, всегда есть Майк, — не согласилась я, за что получила полный осуждения взгляд. На бурные эмоции сил у Ксавьера, видимо, не осталось.

— Будем считать, я этого не слышал. Линда, ответь мне на один вопрос: почему ты все-таки не попросила у меня денег? И ведь я тебе сам предлагал. Что за упрямство?

— Ты уже один раз дал мне денег, помнишь? Двадцать тысяч заплатил за собственное лечение вместо оговоренных десяти. Я тогда решила, что это аванс на будущее. Как чувствовала, что это не конец и придется с тобой еще повозиться.

— Так ты же потратила их на покупку двух симпатичных учеников, — едко напомнил жених. Будто я могла о таком забыть.

— Давай не будем рассматривать мои инвестиции в сотрудников клиники как покупку живого товара, — можно подумать, у меня тут рабовладельческий строй какой-то.

— В чем-то мне нравится твоя логика, и как жена ты очень удобная — точно по миру не пустишь.

— Ты просто не знаешь, что мне на все нужна еще минимум двадцатка, — и это только начало.

— Значит будет. И ингредиенты я закажу по своим каналам. Не то чтобы я не верил в твоего друга-меха, но на всякий случай. У меня тоже есть неплохие связи в разных кругах общества. И в отличие от кое-кого, у меня все абсолютно легально и чисто.

Я молча переваривала услышанное. Столько нервов и переживаний, а вопрос оказался пустяковый…

— Видишь, совсем не сложно, — улыбнулся Ксавьер. — Если, конечно, не героически все взваливать на свои плечи, а распределять нагрузку.

— Тебе легко говорить, ты такие решения каждый день принимаешь. Уверена, окажись ты на моем месте во время тяжелой операции, тоже бы растерялся, — ну не признавать же собственную ошибку, правда?

— Именно поэтому ты никогда не увидишь меня со скальпелем за операционным столом, — серьезно ответил жених, но сразу продолжил: — Но я рад, что ты мне все рассказала. Пусть и с некоторым опозданием, — многозначительно заметил Ксавьер.

— А тебе не о чем мне рассказать? Кроме как об ужине с владельцем Миасского банка.

Да, чувствую, пора менять любимый банк. Пусть Миасский и считался самым крупным и надежным, а еще удобным. Вот она — цена надежности. Не успела кредит взять — сразу жених узнал. Нет уж, не надо мне такого счастья. Вдруг этот Айрат и с моим отцом знаком?

— Мы вывели из анабиоза грабителей, они живы, клятву мы с них сняли давно, так что им со стороны нанимателя ничего не угрожает.

— А с вашей стороны?

— А с нашей посмотрим. Надо узнать, в чем именно они замешаны, но на десяток лет каторги, уверен, наберется.

— А ты не хочешь предложить им сотрудничество со следствием? — почему-то я чувствовала себя виноватой перед людьми. Все же мой питомец их едва не убил. Не возьмись за их спасение Тайная служба — еще неизвестно, чем бы все закончилось.

— Какое сотрудничество? — поднял брови жених. — Они мелкие сошки, которые и знать-то толком ничего не знали. Они бы рады с нами сотрудничать, но кто за всем этим стоит — они понятия не имеют. Их нанимали через третьи руки, в которые они передавали награбленное, часть оставляя себе. Ничего нового они нам не сказали.

Чувствую, идти на послабления лорд Тайны не привык. А с виду кажется таким милым.

— А в остальном?

— А в остальном — через два дня приезжают мои родители. Ты рада?

— Безумно, — я аж скривилась от радости.

— Не сомневался. Я отправил приглашение твоей семье на совместный ужин. Мне уже ответили, что оно принято.

— Так ты же тут пытался помолвку разорвать! — возмутилась я. Это ж надо, он за моей спиной все проворачивает! Приглашение, видите ли, направил!

— Какая ты, оказывается, доверчивая, — довольно улыбнулся лорд, а я чуть не задохнулась от возмущения. — Зато смотри, за один час мы продвинулись с тобой дальше, чем за предыдущий месяц. Не злись только, — Ксавьер обошел стол и сел передо мной на корточки, заглядывая снизу вверх.

Ну как на него злиться?

Среди светлых, пепельных волос сидящего напротив мужчины нашлись совершенно белые прядки. Седина? Так рано? Я осторожно коснулась белых волос, пропуская их сквозь пальцы. Ему ведь нелегко, и я тут еще волнений добавляю.

— У нас есть рецепт лекарства и мы тебя вылечим, — пообещала я. Себе или ему? Какая разница.

— Да, об этом я и хотел поговорить, — Ксавьер взял мои руки в свои, большие и горячие. — Тебе опасно здесь оставаться. Да и для нормальной лаборатории условия не самые подходящие, согласись.

Здесь не поспоришь, мой небольшой домик оборудован под клинику, но не под исследовательский центр. Ни вытяжек, ни нормальной защиты, ни должного пространства и мест для хранения.

— И что ты предлагаешь? — покидать насиженное место мне не хотелось, да и переезд хуже пожара, особенно с таким зоопарком, как у меня. Поди, найди для них нормальные условия.

— Я предлагаю переехать ко мне.

— Куда?

— В особняк, куда же еще? Не на работу же, — усмехнулся жених.

— В тот самый? — по-прежнему не верила я.

— Если ты думаешь, что у меня несколько особняков, то нет, он один. Пока.

— А как же Дао, Церя и другие? Грифона, опять же, не оставишь, — если его найдут — проблем не оберешься.

— Видимо, сменят место жительства, — страдальчески вздохнул жених. — Я прекрасно понимаю, что ты их не оставишь.

— Ты же был не в восторге от идеи переезда Цери и Вилли брать не хотел, — напомнила я.

Конюшня у него, видите ли, одна и уже занята пегасом.

— С тобой я готов принять кого угодно. Надеюсь только, что твой зоопарк не продолжит разрастаться с такой же скоростью.

— Наш зоопарк. Теперь ведь «мы», не так ли? — мысленно я потирала руки перед открывающимися возможностями.

— Наш так наш, — без особенного энтузиазма согласился лорд.

— Ну что, тогда готовь вольеры, — обрадовала жениха. — Мы переезжаем. Только давай после встречи с родителями? Не хочу, чтобы они думали обо мне плохо.

— А почему они должны думать о тебе плохо? — не понял жених.

— Потому что живем с тобой до свадьбы, — пояснила очевидную вещь я.

— А то, что я у тебя до свадьбы живу, это, значит, нормально? — заулыбался Ксавьер.

— Так твои родители же об этом не знают. Поэтому давай соблюдать видимость приличий.

— А то у нас в отношениях все так неприлично, я бы сказал, развратно и извращенно, — продолжал веселиться лорд. — Особенно, если учесть, что я делю постель с василиском.

— Да ладно, вы неплохо ладите, — заметила я, тоже улыбнувшись. — В любом случае, повода давать не стоит. Нотации от матушки — вещь не самая приятная для моих нежных ушей. Да и отец… — и так не в восторге от твоей кандидатуры мне в мужья и на роль главы тайной стражи. Как бы теперь выразить это более обтекаемо?

— У нас семейная черта — не ладить с твоим отцом, — согласился Ксавьер, задумчиво катая запонку по столу. — Но, полагаю, лорд Вируа, несмотря на все разногласия, моему отцу симпатизировал больше. У них частенько случались веселые пикировки и междусобойчики кто кого подвинет и оттяпает кусок власти.

— А с тобой не случаются? Ты не пытаешься ничего оттяпать у лорда Оружия? — интересно даже, как там у них на этих милых междусобойчиках?

— Твой отец сам у кого хочешь что хочешь оттяпает. Признаться, я несказанно удивлен, почему он не попробовал сдвинуть меня с должности, зная о болезни. Не иначе по-свойски шанс дает?

— Он еще помочь собирался, — обрадовала жениха я. Но, судя по кислому лицу Ксавьера, в помощи от моего отца он не особо нуждался. Ну хоть в этом мы похожи. — Давай я тебя осмотрю и пойдем спать, — предложила, заметив, что лорд трет покрасневшие глаза.

— Отдельно друг от друга для соблюдения приличий? — хмыкнул Ксавьер, собирая свою одежду и небрежно отправляя в карман дорогущие запонки.

— Можешь продолжать предаваться плотским утехам с Дао.

— Ты еще с Церей посоветуй. Он-то точно утешит так утешит, — поддержал шутку Ксавьер. А самого его уже пошатывало от усталости, тут как-то не до утех.

Но от помощи лорд упрямо отказывался, пусть, резко встав, сначала выравнивал дыхание и справлялся с головокружением. Даже не знаю, кого он мне в такие моменты напоминал…

Показатели можно было и не снимать — картина и так видна невооруженным глазом, но для статистики все равно измерила и записала. Видя очевидную тенденцию, я с каким-то отчаянием подумала, что месяц Ксавьер протянет только чудом.

Мне даже очки не нужны, я настолько изучила запутанное, как паутина горного прядильщика, плетение магических потоков, что без труда обнаружила все бреши и закупорки, болезнь закрепилась и на магическом уровне. Теперь, вслед за выравниванием пульса и давления, надо заниматься магией, если ее не восстанавливать — чума начнет быстрее прогрессировать. У магии, как бы это не звучало, так же есть естественные защитные функции, что-то вроде иммунитета. И она тоже нуждается в поддержке.

— Все плохо, да? — видя мое озабоченное лицо, спросил жених.

— Ну, как сказать, — могло быть и хуже, но лекарства все же действуют, пусть и не так, как мне хотелось бы. Надо найти что-то посильнее…

— Иди сюда.

Ксавьер потянул меня за руку к себе, и я скорее по инерции сделала шаг, сразу же оказалась в крепких мужских объятьях. А еще горячих — жар в последнее время почти не спадает.

— Почему мы встретились так поздно? — жених уткнулся мне в шею, щекоча дыханием. Даже представлять не хочу, насколько ему должно быть тяжело.

Остается обнять его в ответ, подходящих слов все равно не найти.

— Ты правда хочешь за меня замуж? — огорошил вопросом жених. — Ты так спокойно отреагировала, когда я предложил разорвать помолвку. Честно говоря, до конца не был уверен в твоем ответе.

Ксавьер поднял голову и заглянул мне в глаза. В его взгляде столько всего, что я не могу солгать или продолжать отмалчиваться. Отшутиться тоже язык не поворачивается, ему сейчас совсем не до шуток.

— Хочу, — да, я хочу за него замуж. Не знаю, как бы все сложилось, встреться мы в других обстоятельствах и будь он здоров, но мы шуткою богов оказались вместе. — Я хочу за тебя замуж, лорд Дагье, поэтому обязательно тебя вылечу. И ты уж сам постарайся дожить до этого светлого дня. Так сказать, сделай все от тебя зависящее.

Не зря же матушка так старательно готовится?

— Договорились.

Поцелуй тоже получился горячим, почти обжигающим, только не уверена, что виною тому температура Ксавьера. И отрывался от меня жених с явным сожалением.

Поднимался он по лестнице сам и достаточно твердо. Лекарство подействовало или появился дополнительный стимул побороться со всеми и против всех, в том числе и с драконьей чумой?

— Поспишь сегодня со мной? — я чуть не споткнулась, с недоумением оглядев жениха. Откуда у него столько сил? — Не думал, что ты такая испорченная, — с насмешкой прищурился лорд. — Я предлагаю исключительно здоровый сон.

— У тебя же там Дао.

— Он подвинется.

Ну да, на новой кровати места хватит всем. Я колебалась всего пару секунд, мы почти не встречаемся днем, хотя бы ночью будем вместе, пусть и во сне.

И могу поклясться, что Ксавер сам не ожидал, когда я с самым независимым видом прошла мимо него, сбросила халат и нырнула под одеяло.

— Так и будешь стоять? Смотри только на Дао не ляг.

Василиск лежал ровно посередине, как меч, охраняющего добродетель невинных дев в старых балладах. Только здоровый змей будет преградой посерьезнее, с таким за честь можно не беспокоиться. Куда-то двигаться он категорически отказывался, по очереди обшипев нас обоих.

— Надеюсь, наших детей ты воспитаешь лучше, этот уж больно избалованный вырос, — пробурчал Ксавьер, вытаскивая из-под Дао одеяло.

— Ну он-то без отца рос, — зевнула я, — вот и не хватило мужского воспитания.

— Бедолага, — лорд погладил змея, — ничего, теперь у нас будет полноценная семья.

Вот так у Дао появился папа…