Глава 25 · Когда все всплывает

Как мы шли по лабиринтам квартала мехов с Ксавьером, я плохо понимала. Ночь не спала, перенервничала, руки болели. Но все это пустяки в сравнении с тем, что мы потеряли Ликхара, а вместе с ним и драконью кровь.

Потом мы вышли на центральную аллею, которую наводнили стражи и войска. Видимо, мой отец тоже не остался в стороне. А Морис не просто не остался в стороне, он был тут и сразу набросился на нас, как только увидел. Но Ксавьер устало отмахнулся, оставив разбор полетов на потом.

— Линда, я сейчас отведу тебя к целителям, а потом поедем домой, — муж обнимал меня за плечи, боясь дотронуться до обожженных рук. — Ты совсем плохо выглядишь.

— Не надо целителей, поехали домой. И где Майк? — друга вынесли, но вот куда?

— Его должны были доставить в центральный целительский.

— Тогда мы сначала к нему, — решила я. Если еще и с Майком случилось что-то непоправимое…

По главной аллее квартала мехов мы шли молча, пока перед нами не появился мех. Ксавьер привычно собрался, сконцентрировав магию в ладони, но Хьюго примирительно поднял руки.

— Я рад, что ты в порядке, — он не решился приближаться, но искренне улыбался, и от стеклянных глаз разбегались самые настоящие и живые морщинки. — Чуть-чуть мужа не дождалась, да, — мастер усмехнулся. — Он как раз прибежал тебя вызволять, а тебя и след простыл, только комната вся раскурочена.

Я посмотрела на Ксавьера, неужели это его шаги я слышала тогда? Да уж, действительно забавно, если я сбежала от своего спасителя.

— Айрат Ликхар погиб, — зачем-то сказала я.

— Я знаю, мы все знаем, — Хьюго кивнул. — Нас все еще держит клятва императорской семье, да, но уже не так крепко. Может, повезет, и сможем освободиться полностью.

Мехи так долго мечтали о свободе и, уверена, будут счастливы наконец ее обрести.

Мы уже прошли дальше, но я обернулась на провожающего нас стеклянным взглядом мастера-стеклодува.

— Спасибо за пегаса! — крикнула на прощание.

Хьюго махнул мне рукой.

Экипаж Высокого лорда ждал недалеко от входа.

— Ты правда приехал за мной ночью? — уже внутри спросила у мужа.

— Да, как только мы получили разрешение на проход по кварталу и карту, взял надежных людей и пошел тебя спасать.

— А откуда ты узнал, где я? Мехи показали?

— Мехи не могли, Линда. Их держала такая клятва, что ошейник Майка рядом с ней — жалкая подделка. Настолько древняя и сильная магия, скрепленная кровью множества жертв… Мои специалисты, конечно, попробуют, но что-то подсказывает, у живущих мехов ее уже не снять. Только оборвать, чтобы на их будущих детей не перешла.

— Тогда как? — как без мехов найти меня в лабиринте квартала?

— Почувствовал, — Ксавьер хитро улыбнулся, осторожно-осторожно взял мою руку за не пострадавшие кончики пальцев. От его руки сразу побежала магия, снимая боль. Краснота чуть ушла. На лечение самой себя у меня сейчас сил не было, так что мужу я была искренне благодарна. — Родовой перстень, он ведь создан еще и для того, чтобы невесты и жены не сбегали. Там есть маленький маячок, через который я всегда смогу тебя найти. Но пока ты была в адамантовой комнате, глушился и он. Сначала ощущение, что тебя больше нет, что ты умерла… — муж отвернулся, но я успела заметить, как дрогнуло его лицо.

— И как понял, что я жива? Или не понял? — да, ему в эти дни пришлось ничуть не легче.

— Понял. Даже если носитель умер, перстень не должен исчезать. А тут как будто стерли. Но понял я это не сразу.

— А где ты был сам? Ты же хотел с кем-то встретиться? — я решила свернуть с неприятной темы. Видно, как мой лорд переживает до сих, что не уберег и потерял, пусть именно я отказалась брать его к мехам.

— Виделся с Дарелом Вольсом, — и вот тут я удивилась.

— Зачем? — я изумленно смотрела на Ксавьера.

— Я перед нашей знаменательной встречей с горгульями решил прислушаться к твоим словам и помочь твоему однокурснику. Совсем снять клятву с него невозможно, он слишком часто контактировал с эмпатом. И позволить ему сбежать и вызвать лишние подозрения было бы с моей стороны опрометчиво. Поэтому только ослабить, чтобы при необходимости Дарел смог ее нарушить и остаться в живых. Взамен он должен был узнать для меня все источники финансирования их лаборатории.

— Он узнал?

— Узнал. И там я увидел, что деньги идут через Миасский банк, как будто от короны. Помнишь, ты мне как-то показывала документы на гербовой королевской бумаге? Вот и здесь такая же история. То есть я точно знал, что финансируется проект не из дворца, эту версию я еще раньше успел проверить. Казначей под клятвой подтвердил, что никаких денег на это в Миасский банк не переводилось. Следовательно, кто-то прикрывается именем короны. Но банк тщательно проверяет документы, его так просто не провести, там множество способов контроля. А суммы такие, что их точно бы проверили и перепроверили. Остается один вариант — банк замешан сам. Или пособничество, или именно оттуда деньги и шли.

— Значит, ты понял, с кем придется иметь дело? Тогда почему не арестовал Ликхара сразу?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Во-первых, не хватало доказательств для ареста, все-таки не шпану из подворотни собираемся сажать, главу богатейшей организации Мильдара просто так не закроешь. А во-вторых, было кое-что еще. Лекарство. Оно находилось на последней стадии изготовления, оставалось пара дней до его завершения. Дарел сказал, что эмпат достал кровь реликтового василиска, а значит все должно получиться. Попросил дать ему пару дней и не дергаться, чтобы не спугнуть. Майк подтвердил, что должно получиться.

— Он тоже?..

— Тоже такой же неугомонный, как и ты. Правда, мы договорились, что Майк в лаборатории не показывается и сидит тихо под охраной тайной стражи. А то бы и его пришлось спасать, а он был мне нужен. Я понимал, что мне не выстоять одному против сильного эмпата, а найти другого сильного эмпата не так-то просто. Почти все — жрецы, совершенно не приспособленны к бою, есть парочка и у меня, но слабее Майка, и я не был в них уверен. Прости, что взял его. Были бы другие варианты, я бы не стал рисковать…

Я понимала, да и скорее всего Майк рвался сам. Будто я не представляю, как лучший друг может за меня переживать.

— Подожди, — я вдруг осознала, что упустила самое важное. Это все нервы и усталость — не иначе. — Лекарство получилось?

И по веселым глазам, по сдерживаемой улыбке мужа прочла ответ.

— Ты почему сразу не сказал?! Вы уверены? Вы все проверили? Но как? — я схватила его, но зашипела — руки болели.

— Спокойно, не нервничай. Дарел помог, причем, ты не представляешь как: нашел маленькую ампулу, там ведь совсем немного надо, и вживил себе под кожу. Их тщательно осматривали, чтобы не вынесли ничего из лаборатории. Ликхар лично стоял над ними, пока готовилось лекарство. Так что твой однокурсник настоящий герой, смог все провернуть. Тест мы уже провели, он отрицательный. Я здоров, Линда. Все хорошо.

— Повтори, — потребовала я. Ксавьер рассмеялся.

— Я здоров. Спасибо, — он прижал меня к себе и потерся щетинистой щекой. — Это все благодаря вам. И особенно тебе.

— Мне? Это Дарел лекарство сделал, я-то тут при чем? — стало как-то обидно, я так хотела помочь мужу, спасти его, а в итоге все лавры достались Вольсу. Где справедливость в этом мире?

— За то, что взяла кровь василиска, — Ксавьер притянул меня к себе и поцеловал в лоб. — Я представляю, что для тебя стоило рискнуть безопасностью Дао.

— Не страшнее, чем потерять тебя, — я положила мужу голову на плечо.

Пока что совершенно не верилось, что все закончилось, поэтому я потребовала подробно мне рассказать о произошедшем за эти дни.

Оказывается, Ксавьер встретился с Дарелом, но только вечером, уже когда я пропала. До этого, почувствовав, что со мной что-то случилось, успел вернуть себе какие-то полномочия. В должности главы тайной стражи его, разумеется, не восстановили, но позволили вернуться в строй. От Вольса он узнал про кровь реликтового василиска и сразу все понял. К мехам тоже наведался, но безрезультатно, с ними не поговоришь: клятва и принципы. Не любят мехи стражей. Но Хьюго все же помочь умудрился. Он косвенно подтвердил, что я где-то в стенах квартала. Только в одиночку искать меня там можно до бесконечности. А чтобы развернуть крупномасштабные поиски, нужен личный приказ короля, без него мехи никого не пустят. И добился этого уже мой отец. Вот об этой встрече Ксавьер рассказывать не хотел, чувствую, в выражениях лорд Оружия не стеснялся. Спасибо, кулаки в ход не пустил, мы уже выяснили на примере Яна: папа может.

И Ликхар, узнав, что к кварталу мехов стягивается все больше стражей, решил по-быстрому меня забрать. Самую малость не успел.

— Он, между прочим, на мне жениться обещал, — вспомнила наш разговор с миаситом. — Королевой сделать хотел.

— Так надо было сразу говорить, что это он тебя в наручниках жениться ведет, а оттуда, видимо, сразу на коронацию, я же не знал, — принялся оправдываться муж.

— Что-то растерялась, — вздохнула я. — Только представь, иду, никого не трогаю, наручники, конечно, мешают, но чего только не сделаешь ради трона. Порядки у них в империи такие, ничего не поделаешь. И тут на нас нападают какие-то люди, суета, паника. А так была бы идеальной королевой, мне Айрат подтвердил, что лучше ему и не найти.

С такой-то кровью, особенно.

— Одна из пяти?

— Нет, предыдущие не считаются. Там браки были по законам Миасской империи заключены и у нас не действительны.

— Повезло ему, — задумчиво протянул Ксавьер.

— В чем? — не поняла я.

— Что умер легко повезло, — пожал плечами муж. — А то я бы с ним поговорил…

— Да ладно, ты меня тоже вполне устраиваешь. Не король, конечно, но тоже ничего.

А главное — живой. До конца не верилось. Я всматривалась в мужа, ища любые признаки болезни, но выглядел Ксавьер весьма неплохо. С поправкой на сумасшедшие три дня, которые он меня искал, на магический бой и общую усталость. Да и как иначе объяснить, что он сейчас не бьется в судорогах и не собирается вот-вот последовать за ушедшими?

— Даже не лорд Тайны, — подтвердил муж. — И вряд ли теперь буду.

— И не надо, — каждый день думать, как там он, не вляпался ли в очередное смертельное проклятье, не перешел ли какому-то заговорщику дорогу? Нет, избавьте ушедшие от такого счастья. — Слушай, а как вообще все началось? Ты ко мне раненый приполз, помнишь?

— Помню, — засмеялся Ксавьер. — У тебя такое лицо было. Я ведь наудачу шел, ты мне тогда адрес написала и сказала явиться с пегасом через две недели. Я адрес запомнил, а явился чуть раньше и один. И не знал, пустишь ли ты меня, поможешь или выгонишь. Надеялся, конечно, но понимал, что это будет риск и для тебя. Поэтому о проклятье сразу не сказал, иначе ты бы меня точно передала специалистам. Думал, перетерплю и переживу как-нибудь, все-таки Высокого лорда каким-то проклятьем не свалить. Кто же знал, что проклятье легло поверх болезни.

— Передала бы, — подтвердила я. — Если бы ты сразу сказал, что ранен и проклят, не стала бы связываться ни за какие деньги.

— Так и надо было сделать, — Ксавьер серьезно посмотрел на меня. — Если бы я знал, что ты настолько в этом увязнешь и в итоге окажешься в опасности, то есть почти станешь королевой, конечно, то не стал бы тебя во все втягивать.

— Но втянул.

— Втянул, — согласился муж. — А история с целителями и лекарствами длилась уже давно. Сначала никто внимание не обращал, дело вела обычная стража. Потом мы как-то задержали несколько человек, промышлявших кражей веществ и лекарств, и нашли у них огромное количество редких ингредиентов, которые обычно крупицами используют, а у них чуть ли не мешки. Вот тогда я и задумался, на что же это все идет? Мы начали копать, и чем глубже копали, тем сильнее утверждались в мысли, что дело приняло государственные масштабы. Проблема с лекарствами, искусственный дефицит, наблюдался во всех областях. Ингредиенты скупались, похищались, изымались угрозами и шантажом и оседали на складах. И все вело к целителям. Не напрямую, но получалось, что оседали ингредиенты в одном месте, а всплывали совсем в другом и совершенно легально. Чудеса да и только.

— И ты решил проверить лично?

— Я сильнее своих подчиненных, Высокий лорд, подготовка с самого детства. Знаешь, ничего не предвещало. Взял несколько человек и наведался на один склад Целительской палаты. Неслучайный, конечно, у нас была информация, что там хранятся, скажем так, незадокументированные запасы палаты, которые непонятно откуда пришли и непонятно на что расходуются. Лекарств же больше не становится. Забегая вперед, скажу, что хранились там совсем не лекарства. И защищала все мощная охранка и проклятье, которое сразу выбило меня из строя. И остальных зацепило, а я не смог прикрыть своих людей, — в голосе Ксавьера сквозила горечь, видимо, выбраться без потерь им не удалось. — Мы не успели уйти, подоспела охрана, по-тихому не получилось.

— Ловушка?

— Скорее всего, хотя не думаю, что ждали лично меня, иначе подготовились бы лучше. А так, если бы всплыло мое участие, я бы подставился, выдал интерес тайной стражи к этому делу. Я сначала своих подозревал, ведь кто-то навел нас на этот склад. И именно разговор с Дарелом Вольсом после того, как я ослабил его клятву, расставил все на свои места. А еще теперь ты понимаешь, почему я не мог податься в обычную клинику к целителям. Залечили бы меня, скорее всего, до смерти, это я уже тогда понимал. Поэтому пошел в частную клинику, в которой искать будут в последнюю очередь.

— В частную клинику, в которой лечат животных, — усмехнулась я, вспомнив окровавленного лорда на пороге. — А что рассказал Дарел?

— Ты никогда не задумывалась, почему их лаборатория находится не где-то в отдаленном и скрытом от любопытных глаз месте, а именно в Центральном целительском корпусе? Огромном, с кучей больных людей?

— Они… — у меня глаза округлились.

— Все это время экспериментировали на людях, — подтвердил Ксавьер. — К ним попадали больные, не смертельно, как правило. Но целитель ставил им какой-нибудь страшный диагноз и оставлял на лечение. Лечение, само собой, не помогало, и люди умирали. При серьезных диагнозах, согласись, это не удивительно. При драконьей чуме лишь маги выживают, теряя резерв, а вот у обычных людей шанса нет.

— Но ведь вскрытия, проверки…

— Подтверждали, что все правильно, просто лечение не помогло, организм не справился. Бывает.

— Дарел знал? — если он с самого начала был в курсе, то зря я его жалела.

— Нет, случайно выяснил, когда понял, что их исследования стали принимать немного не тот оборот, на который он рассчитывал. И уйти ему никто не позволял. Он попытался, но, как ты понимаешь, на него имелся мощный рычаг давления — клятва. Так что единственное, что он мог сделать — поскорее завершить лекарство, чтобы люди не умирали. И он старался. И еще, его лаборатория не была единственной. Ликхар нашел разных талантливых целителей и алхимиков и решил, что у кого-нибудь да получится синтезировать вещество, способное заменить кровь реликтового василиска, которого так и не смогли найти. Ты представляешь, сколько целителей в этом участвовало? Боюсь, половина Целительской палаты пойдет под суд. Некому будет людей лечить.

— Да ладно, — мне вспомнился мой бывший, просиживающий штаны в личном кабинете, — там одни дармоеды.

— В любом случае, кризис среди целителей неминуем.

— И Дарел тоже пришел ко мне…

— Это совпадение. Он случайно тебя встретил и подумал, что если на людях не получается, то можно попробовать на магических животных. Не заражать драконьей чумой, просто увидеть, как действует лекарство, выжигает ли оно магию. Вдруг то, что не может решить он, сделает самая талантливая ученица их потока?

— Ага, и хотел пригласить меня в их замечательную лабораторию, — но злиться на однокурсника все равно не получалось. Это тоже от усталости, вот отдохну, наберусь сил и при встрече все выскажу. И даже на такую приятную лесть не поведусь.

— Хотел, но он был в отчаянии. Понимал, что так дальше продолжаться не может и не знал, что ему делать. Рассказать кому-то правду он при всем желании не мог. И мы с ним серьезно рисковали, ослабляя на нем клятву-ошейник. Если бы эмпату вздумалось проверить, как там его «подарок», он бы точно заметил. Дарелу просто повезло, что Айрат, видимо, или был слишком занят своими планами по захвату власти, или просто расслабился. Нельзя контролировать все и всегда, да еще так долго — почти десятилетие.

— Почти десятилетие… — эхом повторила я.

Столько сил, времени и денег вложено в проект по возрождению драконьей чумы и захвату трона, я даже прониклась уважением, осознав объем проделанной работы. А мы взяли и все испортили. Гады.

— А как ты оказался заражен? И зачем?

— Айрат видел, что я все ближе подбираюсь к его детищу, и не мог допустить срыва всех планов. Хотя мы были не друзьями, скорее, приятелями. У нас много общего, почти ровесники. Мне бы хотелось думать, что ему нелегко далось это решение. Мы с ним не всегда встречались за ужином в ресторане, иногда разминались на спаррингах. Так что получить образец моей крови он мог. А дальше — дело техники, и его подчиненных в одной из лабораторий.

— А почему бы тебя просто не убить? Нет, я рада, конечно, что Ликхар пошел таким путем, но все же.

— Насильственная смерть — это всегда расследование. А посколько я не абы кто, то расследовали бы тщательно. Кто знает, куда бы завело? А тут я заболел, наверняка, подобрали бы для официального диагноза болезнь, подходящую по симптомам, но вылечить не смогли. И все гладко. К тому же, думаю, тут еще сыграло желание Айрата посмотреть, как драконья чума действует на сильных магов и Высоких лордов. Ведь именно для таких, как я, оно и готовилось.

— В общем, повезло тебе со мной, — резюмировала я.

— И с Дао, — согласился Ксавьер. Да, именно нашему реликтовому любимцу он обязан выздоровлением. Впрочем, там еще три василисихи ползает, уж кто-нибудь, да поделился бы кровью.

Пока мы беседовали, Центральный целительский корпус вырос огромной махиной.

— Что-то я после твоего рассказа боюсь за Майка, — я поскорее выбралась из экипажа.

— Не бойся, с ним охрана и надежные люди.

«Все равно заберу его домой», - решила я. А то мало ли.

Оказывается, у тайной стражи здесь имелись собственные палаты, которые были отлично защищены и оборудованы. Друг лежал в одной из таких. И в палате он оказался не один.

Рядом с ним сидел Дарел. Как-то слишком близко, и, стоило нам открыть дверь, поспешно отодвинулся. И руку Майка отпустил. Мы не вовремя? Не потому ли Майки так рвался в лабораторию? Я-то по наивности все списывала на любовь к науке, а может, дело совсем не в ней? Потом обязательно расспрошу, не все ж блондинистому эмпату в мою личную жизнь нос совать.

— Ты как? — я бесцеремонно подвинула Вольса. В конце концов, именно из-за него Майк и оказался в той злосчастной лаборатории. И высказать все бывшему однокурснику я пока не передумала, а только отложила до более подходящего момента.

— Живой, как видишь, — друг лежал с перебинтованной головой, весь обложенный восстанавливающими артефактами, бледный, но в сознании. Значит, мозги не расплавились.

Я смотрела на него, смотрела, думала, думала, а потом навалилась и неловко обняла обожженными руками. Майк захрипел, Вольс встрепенулся, но благоразумно решил не вмешиваться.

— Спасибо тебе, — я чмокнула эмпата в щеку.

Отругать бы его за такой риск. Но если бы Майка там не было, или если бы был кто-то другой, не настолько заинтересованный в моем спасении, стал бы незнакомый человек так выкладываться? А Майк едва себя не угробил, но сделал все и даже больше.

— Сама-то как? — спросил друг, когда я его отпустила, и покосился на мои руки.

— Ерунда, — отмахнулась я, но тут Дарел подошел с мазью и бинтами.

— Давай обработаю и вылечу, — предложил бывший однокурсник. — День с бинтами походишь, а завтра можно снимать.

Я исподлобья посмотрела на неожиданного помощника. Что-то не очень хотелось соглашаться.

— Я же знаю, что виноват перед вами, — покаялся Вольс. — Что не нужно было вас во все это втягивать… — он бросил грустный взгляд на Майка, и я сдалась. Исключительно ради лучшего друга.

— Лечи, — разрешила я и вытянула руки.

Дарел улыбнулся, осторожно переплел наши пальцы, и магия освежающей прохладой потекла по обожженной коже. Не подведет. Уверена, Айрат Ликхар ему преподал отличный урок в жизни о том, где бывает бесплатный сыр и что случается с наивными мальчиками, жаждущими быстрой славы и легких денег.

В дверь постучали, Ксавьер приоткрыл и кивнул.

— Я выйду на минуту, — и скрылся в коридоре, отдав приказ охране никого не впускать.

— Он справится, не переживай, — успокоил меня друг, видя, как я разом напряглась. — Муж у тебя невероятно крут. Ты бы видела, как он вел переговоры с мехами, а как потом тебя искал. И бой с нашей стороны тоже был впечатляющий.

— Да уж, повезло, — вздохнула я без особой радости.

С кем попроще было бы легче. И пусть он не лорд Тайны, но просто так ему уйти не позволят. Государство не любит отпускать своих людей. Все равно останется на какой-нибудь менее помпезной, но не менее рисковой должности. И все равно я буду за него волноваться и не спать ночами, ожидая с очередного задания.

Минут через пятнадцать Ксавьер вернулся с новостями.

— Тело Ликхара нашли, — обрадовал он нас с порога.

— Точно он? — засомневалась я и заметила, как напрягся Дарел.

— Точно. Отец лично удостоверился. Сейчас сообщение от него на наш местный переговорник пришло.

— Ушел от суда, — вздохнул Майк.

— Но тело мехи не отдают, настаивают, чтобы осталось у них. Это будет решать король, но, думаю, согласится.

Мы переглянулись.

— Зачем? — осторожно спросила я.

— Похоже, у них есть какая-то идея касательно снятия клятвы. Они его поэтому так активно и искали, поверьте, в их системах стока и очистки это совсем не просто. И нашли-то случайно, иначе бы просто оставили себе по-тихому, но наши успели заметить. Я подробностей не знаю, только слышал, как отец опять с кем-то из верхушки гильдии ругался.

Только теперь Дарел успокоился, видно, что у него прям отлегло. Хотя, готова поспорить, что он тоже должен был почувствовать смерть того, кому давал клятву, ведь полностью его Ксавьер не освободил. Но почувствовать — это одно, а услышать подтверждение — совсем другое.

— Я тебя хотела забрать домой, чтобы ты был у меня под присмотром, — обратился я к Майку, примерно догадываясь, каков будет ответ.

— Не хочу тебя напрягать, — сказал друг, который раньше меня напрягать не стеснялся. — За мной Дарел присмотрит.

Я покосилась на однокурсника, делающего вид, что все в порядке вещей.

— Ты уж присмотри за ним получше, — пропела я. — Позаботься как следует.

Майк ощутимо двинул мне пальцами под ребра. Пользуется, что мои руки забинтованы. Ничего-ничего, я все запомню.

Так что чмокнув Майкалена на прощание и кивнув Вольсу, я подхватила Ксавьера под руку, и мы поехали домой, там Ян весь извелся. Муж сказал, что мой младший брат места себе не находил, еле дома усидел, тоже хотел поучаствовать в моем спасении. Пришлось припугнуть его нашим отцом, тогда младшенький притих и присмирел. Все же Жерон Вируа имел у сына непререкаемый авторитет, особенно после того, как подсветил ему глаз.

— И какие у нас теперь планы? — поинтересовалась я, когда мы уже подъезжали к дому.

— Знаешь, — Ксавьер как-то заерзал. — Поскольку у меня с тестем не очень складывается, то я решил, что хоть с тещей подружусь.

— В смысле?

— Я когда к твоему отцу ездил, то заодно пообщался с твоей мамой. И пообещал ей, что как только тебя спасу, сразу организуем свадебную церемонию по всем правилам, чтобы салфетки, посуда и пригласительные, которые она выписала по каталогам, не пропали.

Я закрыла лицо и застонала. Кто о чем, а матушка о свадьбе.

— Не переживай, это же всего один день, — принялся успокаивать меня муж.

Один, зато какой, да и подготовка, платье, примерки, каталоги опять же…

— И знаешь, — заговорщически шепнул на ухо Ксавьер, — думаю, спать мы все-таки будем без Дао.

А вот это предложение было весьма заманчивым.

Правда, эту ночь мы просто спали. Крепко, в обнимку, и без всяких поползновений. И это тоже было здорово.