8.3

Опять то самое кафе, напротив колледжа. Пицца и по большой бадье холодного сладкого напитка. Вово нагреб всего много и еще для Даши мороженое. Она смотрела на огромную порцию и смеялась:

— Куда мне столько?

— Ничего, — хмыкнул он. — Что не съешь, я доем.

— Ну если так, — светлые бровки шевельнулись, она прикусила уголок пиццы, сыр потянулся нитями. — Ммм, как фкуфно!

Владимир смотрел, как девчонка жует этот кусок пиццы, и чувствовал, что сердце растет в груди, подрагивает. Внезапно столько перспектив. Сейчас он был просто рад. Рад настолько, что казалось, еще немного, и можно взлететь. Забылось все темное, что гнало его сюда, осталось только странное провидение, что сейчас все будет хорошо.

Они каким-то чудом вернулись в исходную точку. В тот самый момент. И есть шанс начать все заново.

Только теперь он будет делать все как надо. Ибо как НЕ НАДО, он уже пробовал, его обожгло так, что до сих пор, выражаясь образно, шкура сходила лохмотьями. А растить новую шкуру было больно адски. Понимать, что накосячил страшно, и мучиться, пытаясь исправить. Ему этого хватит на всю жизнь — сожалений и чувства вины. Но он извлек свой урок.

Даша дожевала, потянулась за напитком и спросила:

— А ты по делам приехал?

Он качнул головой, отправляя в рот целиком здоровенный кусок пиццы, а потом сказал:

— Просто соскучился.

И это сейчас была правда.

— М, — она прикусила губку. — А как у тебя там?

Владимир рассказал. Все в подробностях, это было важно — донести до нее правильно, увидеть одобрение в ее глазах.

— А ты? Как у тебя? — он замер, потому что это было тоже важнее, наверное, даже важнее.

— Я? — Даша качнула головой и подняла на него глаза. — Собираюсь поступать.

* * *

По всему получалось, что теперь у каждого своя цель, которой обязательно надо достичь. Ему надо работать, ей учиться, и жить предстоит в разных городах. Но это не страшно.

Он будет приезжать к ней, а она будет его ждать. Потому что теперь они вместе. Остальное — второстепенно.

Они проболтали несколько часов, бродили по городу.

Вечером он улетел.

* * *

Владимир был уже дома и собирался лечь спать, когда ему позвонил отец. Немного насторожило его это, не хотелось обсуждать дела и, если честно, вообще не хотелось семейных дел касаться. Он взял телефон и ушел в ванную.

— Да, папа, — ответил.

— Здравствуй, Владимир.

Странное чувство у него возникло, когда он услышал низкий голос отца. Когда-то Богдан Зарубин был для него непререкаемым авторитетом и идеалом. Потом отец рухнул с того пьедестала, на который он его возвел, да он сам оказался не лучше, позорно было вспоминать. Теперь они были почти на равных, только по разные стороны.

Пауза прервалась, Богдан Зарубин начал:

— Недавно говорил с твоей мамой.

— И? — Владимир напрягся.

— Я хотел спросить, как у тебя с Дашей?

— Нормально у меня с ней, — ответил он немного резче, чем хотелось бы, потом опомнился и уже другим тоном добавил: — У нас нормально.

— М, — протянул отец с какой-то странной горечью и вдруг сказал: — Тебе повезло, сын.

Ну, Вова как бы и так это понимал. Уже собирался сказать, что знает, но отец опередил.

— Тебе повезло, что ты не получил эту девочку сразу. А иначе ты повторил бы все мои ошибки.

Владимир невольно застыл, слушая. А отец говорил тихо, словно через силу.

— Знаешь, когда мы с твоей мамой поженились, она была такой же. А я не понимал, не ценил, принимал как должное. А если бы мне пришлось за нее бороться, я бы…

Он замолчал надолго, потом вдруг сказал:

— Ты по-прежнему живешь у Никиты?

— Да, — Владимир поморщился. — Понимаю, что давно надо было обзавестись собственным жильем.

— Угу, — он прямо видел, как отец сейчас кивнул, и неожиданно услышал: — Я тебе денег перевел на счет, купишь себе квартиру.

Он обалдел, конечно, хотел возразить, что сам заработает, но отец уже прервал вызов.

* * *

— Ты что там делал три часа? — тут же спросил Никита, как только он вылез из ванной.

В другое время Владимир нашел бы, что сказать, сейчас только отмахнулся и ушел в свою комнату.

— Эй, ты не заболел? — Никита пошел следом и озабоченно на него уставился.

Он в этот момент сидел на кровати, смотрел на него с минуту, потом сказал:

— Отец денег перевел, чтобы я купил себе квартиру.

Тут Никита просто вытаращился:

— А как же я, брат?!

Вова засмеялся, опустив голову, они с Никитой Ярцевым все-таки стали настоящими братьями, хоть и не по крови. Потом глянул на младшего сводного и сказал:

— Пока не женюсь на Даше, будешь жить у меня.