Глава 23.Сюрприз подкрался незаметно

Ярослава

На другой день с самого утра мы отправились в столицу, взяв с собой обоих младших детей. За старшего в замке оставили Властислава, для которого подобное было не впервой.

Первый час дети галдели, восторгаясь то красотой заиндевевшей берёзы, то изгибом оврага, по которому наверняка очень здорово скатиться. Но после эта шумная детвора устала и, кажется, задремала. Радомир то пересаживался к нам, тем более, что в санях четверо взрослых могли уместиться спокойно, то вскакивал на своего коня и переговаривался с охраной о чем-то своём. Несмотря на то, что дул холодный ветер, у нас было достаточно одеял, чтобы дети не замерзли. Я от управляющего получила денежную выплату, на которую планировала что-то приобрести для детей Олёны и Степана, для них самих. Но и свою девочку вовсе не хотелось обижать. Однако мы едва не поругались с Радомиром перед отъездом из-за других денег, которые он пытался мне вручить. Мало того, что с самого утра категорично подарил мне песцовую шубку и шапку, которые я скрепя сердце взяла(честно сказать, сама мечтала купить какое-нибудь приличное пальто, моя одежда была на грани), но средств на это не оставалось. Так что подарок князя оказался весьма кстати, но еще и приличная сумма денег, за которую мне пришлось работать примерно полгода! Это слишком!

— Купишь что нужно, — произнёс он, и мешочек с характерным звоном монет упал передо мной на стол.

— Да, хорошо, — произнесла и подвинула деньги в сторону оборотня.

— Яра, — насупил брови князь и вернул мешок ко мне.

— Буду женой, тогда побалуешь, — деньги снова подвинулись в его сторону.

— Я балую свою пару, когда хочу и сколько хочу, — прищурился Радомир, — а сейчас нам это нужно, значит….

— Но у меня есть деньги, — вздохнула, понимая, что мне столько всего нужно, а есть еще люди, которые потеряли свой урожай в прошлом году после пожара. Значит, Лисовым необходимо закупать семена и прочие нужды. И пусть о них способна позаботиться Марфа, но она-то не работала, а я — да.

— Упрямая, — произнёс князь и сгреб меня в охапку, именно так, как мне нравится. Уткнувшись носом в макушку, вздохнул.

И всё-таки воспользоваться деньгами Радомира пришлось, как бы мне этого не хотелось, но это было чуть позднее.

Первоначально мы проехались по магазинам игрушек, из которых дети категорически отказывались выходить, прося то 'посмотреть тот чудесный кораблик', то 'всего лишь сосчитать количество окон у сказочного домика для маленьких принцесс'. В результате мы вышли, нагруженные несколькими свертками, а Ярик и Ксюша веселились, следуя перед нами вприпрыжку.

Князь привез нас не на ту улочку, где одевались горожане среднего достатка, а там, где цена за вещи порой равнялась нескольким зарплатам гувернанток и учителей.

— Я тут ничего не знаю, давай поедем на улицу Цветущих Каштанов? — попыталась протестовать. Однако заметив в начищенных витринах довольно красивые вещи, те самые, франкские, на миг застыла, что не укрылось от острого взгляда оборотня.

— Рос, — скомандовал тут же князь своему охраннику, который пару раз точно отлучался до магазинов, скорее всего что-то приобретать для Марфуши, — своди детей поесть сладостей, заодно погреются.

Малышня тут же едва не повисла на Росляре, трое прочих оборотней из охраны остались на улице, и не было похоже, что хоть кто-нибудь их них вообще замерз, но это меня уже не волновало. Хитрое выражение лица приблизившегося Радомира весьма насторожило, и я сделала шаг от саней.

— Что? — спросила, любуясь им. — Может, тоже в кафе? Я люблю горячий шоколад. А ты?

— Леди, — вкрадчивый голос и плавные движения просто кричали, что передо мной огромный котище в человеческом обличье, — мы непременно посетим это сладкое заведение и нам завернут с собой всё, что пожелаешь. Но вначале моя жена купит себе то, что посчитает нужным.

— Жена? — уточнила, делая еще один шаг назад. Кто-то из прохожих оглядывался на нас, с интересом рассматривал, но мне было не до них. — А не невеста?

— По-человечески так и есть, но после того, как вы вчера бесподобно прыгали на мне, назвать просто невестой язык не поворачивается, — прошептал заговорщицким тоном этот невозможный мужчина, обдавая весельем из медовых глаз.

— Ну, знаете ли, — я нарочно тихо возмутилась, предварительно стрельнув глазами по сторонам. Но, похоже до нас никому не было дела, а охрана делала вид, что ничего такого не происходит, — надо было отложить! Кто знал, что у вас окажутся такие выводы!

— Поздно, моя дорогая! — снова оказалась в кольце его сильных рук, — скоро подобное будет повторять уже княгиня Видар. А уж о наличии всяких там твоих штучек позволь мне, как будущему мужу позаботиться.

Слово, за слово я так и не поняла, как оказалась на пороге этого магазинчика, и только когда прозвенел стеклянный колокольчик, предупреждая, что вот они пришли, посетители, мой князь отпустил меня.

— Чем могу быть полезна? — произнесла опрятная женщина, которой на вид можно было дать лет сорок. Она учтиво склонила перед нами голову, вероятно признав в Радомире знатного мужчину (что вызвало во мне каплю ревности, вдруг он с кем-то тут уже был?!). Продавщица смотрела на князя, но я-то видела, что это ему слегка не понравилось, ведь магазин-то женский, значит, обслуживать она должна в первую очередь меня. Бальзам пролился на мою душу после реакции моего мужчины, и я ласково улыбнулась любимому, взяв его под руку.

— Подберите моей жене всё, что нужно, — произнёс оборотень, ответил не менее ласковым взглядом, нагнулся к моему уху и шепнул, — бери больше, чтобы каждую неделю не ездить. А то мало ли, — после последних слов хитро подмигнул мне и вышел.

— Прошу вас, — тут же с улыбкой обратилась ко мне продавщица, решив немедленно исправить оплошность, в результате чего через пять минут моему взору предстало столько белья, что я поначалу растерялась. Но потом, вспомнив собственную юность и прошлые времена, разошлась. На что-то даже и не смотрела, а что-то требовало немедленной примерки, после чего спокойно попадано в кучу' покупки'. Я, конечно, одергивала себя, но была весьма довольна посещением именно этого магазина.

Поджидая, когда продавщица аккуратно всё запакует и уложит в бумажный пакет, я услышала звук стеклянного колокольчика, зазвеневшего над входной дверью, и не сразу поняла, что вошла та самая женщина, Стелла, про которую мне рассказывали княжичи.

— Мария, — с порога позвала Стелла елейный голосом продавщицу, одновременно скользнув по мне надменным взглядом, — есть ли что-нибудь новенькое?

— Есть, леди, — произнесла женщина, по-прежнему пакуя мои вещи.

— Тогда покажи мне, — с той же улыбкой произнесла она, задержав свой взгляд на этот раз на оборотнях, которых хорошо было видно из окна. — Но только не эти шнурки, в которых и показаться стыдно.

— Герда, — крикнула Мария и тут же из-за занавески появилась помощница, — обслужи леди Стеллу. Всё, как она предпочитает.

— Вот ещё, — прошипела настойчивая женщина, — меня обслуживать должен сам продавец, а не кто-то там. А вот эти вещи запаковать может и помощница! — Стелла ткнула пальцем в сторону моих покупок. — В конце концов, я плачу.

— Благодарю вас, Мария, всё просто волшебно, — вмешалась я, наблюдая, как продавщица даже не дёрнулась выполнять указания взбешенной Стеллы, вероятно понимая, что жена князя гораздо ценный клиент. — О! Я забыла про ажурные чулочки, покажите мне их, пожалуйста. И белые, непременно!

По моему требованию товар тут же был предоставлен, причем появившаяся вторая помощница и сама Мария суетились, выкладывая образцы. А Стелла все-таки снизошла до первой помощницы, изводя её своими требованиями.

— Думаешь, раз князь с тобой, так это надолго? — прошипела она, каким-то образом оказавшись рядом.

— Со мной, да, — я выдавила дежурную улыбку нахалке, — а если бывших любовниц моего мужа это заботит, то, значит, князь действительно хорош и ему было на ком потренироваться.

— Он тебе не муж, — прошипела тут же Стелла, прикрыв свои и без того узкие глаза. Умелая косметика скрашивала этот факт, но сейчас и она не помогала.

— Княгиня, Ваша Сиятельство, — позвала Мария, но я не была уверена, что она слышала наш разговор с бывшей любовницей, — скажите, куда доставить покупки и вам сейчас же всё принесут.

— Не может быть! — прошептала гадина, но я-то не глухая, всё услышала, — значит, это правда?!

— Благодарю вас, — улыбнулась продавщице и её помощницам, не обращая внимания на перекошенное лицо Стеллы, — пакет не тяжел и до саней донесу сама, а уж там есть кому забрать.

— Заходите к нам ещё, — послышалось мне вслед, в тот момент, когда я с гордо поднятой головой и прямой спиной покидала это сказочное место. И бельишко прикупила и Стеллу повстречала.

Я вышла на улицу, радуясь солнышку, помахала рукой Радомиру, который, по всей видимости, проверял Роса и детей, а теперь шел навстречу мне. Бросив сверток в сани, приблизилась к своему мужчине и прошептала:

— Спасибо.

Оборотень меня тут же обнял, прижал к себе и, склонившись к моему уху, вкрадчиво произнёс:

— Надеюсь, мне понравится всё. А если что-то не понравится, то без этих финтифлюшек ты в любом случае гораздо аппетитнее.

Я покраснела, тут же представив момент демонстрации одежды перед своим мужчиной. Слегка рассмеявшись на мою реакцию, князь поднял голову и застыл. Мне не нужно было поворачиваться, чтобы прояснить ситуацию, звон, издаваемый колокольчиком магазина нижнего белья, я распознала хорошо.

— С тобой хорошо там обошлись? — напряженно произнёс Радомир, удерживая меня своими руками. Наверное, он не желал, чтобы я обернулась и посмотрела на его бывшую любовницу. Уверенна, скажи я хоть слово против неё, то он вряд ли оставил бы все на своих местах. Мне бы очень хотелось в это верить.

— Если ты про продавца, то да, женщина была само внимание, — произнесла, с интересом рассматривая любимое лицо.

— А остальные?

— Ты про Стеллу? Это ведь она сейчас вышла? — прошептала тихо, гадая о его реакции. Можно было промолчать, но не сдержалась, ведь сам спросил.

А в ответ князь взглянул на меня с каким-то удивлением и облегчением одновременно, а потом сильнее прижал к себе.

— Это всё в прошлом. Мы расстались до тебя, а как только нашел свою Снегурочку в лесу, дверь в прошлое с другими закрыта навсегда. Веришь?

— Хочу верить, — прижалась щекой к его полушубку, понимая, что сейчас даже рада этой гадине, появившейся в магазине. Князь не изменяет своим словам, в этом я убедилась, об этом говорили и слуги, потому и хотелось верить.

— Кто-то очень любит шоколад, — шепнул он, увлекая меня за собой, к нашим детям.

После сладкого мы поехали на каток, отдохнули там все вместе, включая охранников и детей. После отправились в дом, принадлежавший Видарам, в нём нас уже ждал запоздалый вкусный обед… Всё, что запланировала купить для Лисовых, нашлось в близлежащих лавках, но траты понесла не только я, но и Росляр. Князь направился в городскую канцелярию, отпустив со мной Роса и еще двух охранников. Но стоило мне начать покупать вещи для мальчиков в двойном размере, как муж Марфуши тут же понял, кому я это всё выбираю и настоял, чтобы эти траты были и от него. Потом зашли в лавку с тканями и купили несколько отрезов, ниток, чтобы Олёнке было из чего шить в случае надобности. Несколько книг с картинками и цветные карандаши нашлись в небольшом магазинчике напротив, что меня весьма устроило.

Усталые, но довольные, мы с детьми и охранниками приехали в этот городской дом, а мой жених вернулся чуть позже.

— Ты купила, что хотела? — сразу произнёс он, подкидывая в воздухе верещащую от удовольствия Ксюшу. Мы же с Яриком в этот момент занимались переводом купленной книги.

— Не совсем. Дети устали, да и не было смысла возить их с собой, — призналась, прикидывая, куда лучше поехать за готовым платьем. — Осталась мелочь. Платье, — при последнем слове бровь князя приподнялась, а губы искривились в усмешке. — Хотела дождаться тебя, а потом уже съездить.

Естественно, спустя полчаса мы стояли перед дверями большого магазина, сверкавшего начищенными стёклами и искусно выполненными деревянными манекенами в прозрачных окнах. На улице начало темнеть, но тут повсюду мерцал и переливался свет. Наверное, поэтому неживые очеловеченные модели выглядели особо завлекательно и эффектно, приглашая посетить этот праздник роскоши и красоты. Снег всё ещё скрипел под ногами, что лично мне доставляло немалое удовольствие. С восторгом окинув витрину, повернулась к своему князю.

— Знаешь, когда-то у меня было шикарное свадебное платье, его шили не меньше месяца. Мы ждали гостей важных и солидных, но подобного не случилось. Где это произведение швейного искусства теперь, мне точно всё равно. Сейчас я не куплю такой бесподобной вещи, да и наши с тобой гости будут гораздо проще. Но тебе очень хочу понравиться, понимаешь меня?

— Понимаю, — просиял мой оборотень и снова обнял меня, прижав к себе спиной. Так мы и стояли, рассматривая эту неживую красоту, а легкие снежинки кружили вокруг нас, добавляя к первым мартовским дням, ушедшую новогоднюю атмосферу.

— Мы всё-таки пойдём или так и будем стоять? — напомнил мне Радомир, подталкивая в сторону дверей.

— У меня на родине есть примета, что жених не должен видеть свою невесту до свадьбы в этом платье. Говорят, счастья не найти.

— Что-то подобное, кажется, я тоже слышал, — нахмурился мой мужчина, вероятно припомнив собственное прошлое. — Хорошо, Яра. Сейчас ты зайдёшь и выберешь, что тебе нужно. Держи, — он ловко сунул в мою сумочку(купленную днём) очередной мешочек, а на протест с моей стороны отреагировал неизменным способом — поцелуем.

Я хотела возразить, но не стала, в конце концов, с кем спорить-с собственной скалой? Пустое дело. Сегодня мне ясно продемонстрировали желание приобретать для своей невесты, жены самое лучшее, так зачем идти поперёк своему любимому мужчине? И если моя совесть твердила, что это нехорошо, то реальность улыбалась в лицо, напоминая, что кое-кто все равно все купит, что пожелает. Так уж лучше я сама себе всё подберу по размеру и спокойно, чем, это придется покупать под уговоры. А ещё нужно, чтобы жених не присутствовал. И, подняв голову, пошла в магазин, чтобы купить себе кусочек счастья для невесты.

Спустя час я вышла довольная, обласканная продавцами, а ещё полная заверений, что на мне это платье сидит исключительно и больше никто в подобном не появлялся на свадебной церемонии.

— Надеюсь, кошелёк пуст? — прищурился мой мужчина.

— Эх, — притворно вздохнула и опустила глаза вниз, рассматривая сапоги Радомира, — пришлось добавлять.

— А..-начал было он и рассмеялся, догадавшись, что я шучу. И обняв меня за талию, подвел к саням, помог сесть.

На другой день мы покатали детей на каруселях, снова зашли в кафе, чтобы попробовать разные лакомства и отправились домой, на территорию лесного княжества. Стоило нам выехать за город, так наши кони, словно поняв, что едем не развлекаться, а именно домой, радостно припустили, весело звеня бубенчиками.

Слуги и прочие работники уже знали о нашей предстоящей свадьбе и, похоже, их это действительно не огорчало. Как сказала одна служанка что, возможно чужого человека и стоило бы опасаться, его новых порядков и нравов. Но меня все знают, поэтому и люди, и оборотни настроены благодушно. Подобные слова не могли не согреть моё сердце и не порадовать. Мне хотелось стать своей для всех Видаров, но и у прислуги не желала вызывать отвращение.

К вечеру меня навестила Марфуша и, закрывшись вместе с ней в комнате, я распахнула свой шкаф, чтобы показать своё приобретение.

— Ох! — вымолвила подруга, прикрыв ладошкой рот, — это сколько такая красота-то стоит? Наверняка больше нашего дома в Осинках?

— Больше, — кивнула, улыбнулась и осторожно провела рукой по нежной ткани, легкому кружеву. — Князь заставил.

— Стыдно было бы не заставить, — усмехнулась Марфа, ухватив пальцами за подол, — а шелк-то какой! И стежки один к одному! Наверное, ничуть не хуже того, первого?

— Не знаю, — неопределенно пожала плечами, понимая, что в сущности-то и не помню всех мельчайших деталей того платья. — Но это неважно. Платье другое, жених другой. И пусть всё состоится, это главное.

— Барынька моя, Ярослава, — усмехнулась русая красавица, — а это правда, что дату свадьбы вы сами выбирали?

— Сама, а что?

— Так чего же откладывали-то так долго? Вы бы завтра! А то даже я за вас волнуюсь!

— Это как?

— Так чем раньше замуж за князя выйдите, так надежнее станет. Князь и так дырки в вас постоянно сверлит взглядом, а тут за несколько дней и вовсе глаз не спустит.

— Скажешь тоже, — несмотря на усталость от проведенных несколько часов в пути, моё настроение было приподнятым. — Дырки!

Спустя какое-то время, когда дети раз в пятый забежали, чтобы рассказать о своих покупках, а после Марфа ушла, прихватив моё платье с собой:

— Лучше меня никто не отгладит! — авторитетно заявила она, и я с ней была полностью согласна. Доверить подобную красоту хотелось только самым близким людям.

Половина недели пролетела незаметно, и вот настал он, день моей свадьбы. И если свадьба Росляра и Марфуши состоялась вечером, то наша была назначена ровно на полдень, чтобы оборотни и люди могли бы как можно дольше радоваться за нас и пировать за накрытыми столами.

Радомир предупредил, что кроме его подчинённых у нас будут приезжие гости. Это несколько представителей от соседских племен оборотней, плюс его друзья, люди. На меня это никакой ответственности, кроме как быть приветливой хозяйкой, не возлагало, а потому особого страха не испытывала. Скорее я нервничала из-за самого факта свершения заветной мечты. Выйти замуж за любимого. Хорошо, что ни императора, ни каких-либо придворных дам и кавалеров на нашем торжестве не намечалось. Родителей у моего князя давно уже нет в живых, а родных братье в сестер он тоже не имеет. Радомир рассказал, что приедут его двоюродные братья с семьями, от чего я едва не запаниковала, но почти тут же взяла себя в руки, надеясь, что они окажутся такими же приличными оборотнями, как и сам князь.

И вот настал он, этот долгожданный день.

Ксюша суетилась и с самого утра, что доставляло мне какой-то нервозности. Надо было соглашаться на предложение Радомира сразу справить свадьбу, а мне 'неделя, неделя'. С такими мыслями я ходила из угла в угол, отвечала невпопад, когда спрашивали. И, в конце концов, мой жених, с которым мы встретились за завтраком, применил свой надежный метод.

— Ярослава, — обратился он ко мне, — поставь второй стакан с водой и пойдем, выйдем, мне нужно тебе что-то сказать.

— Хорошо, — я положила скомканную салфетку и, улыбнувшись нашим детям, отправилась вместе с оборотнем в коридор. Властислав снисходительно улыбался, посматривая в нашу сторону, и мне захотелось взъерошить его волосы в ответ, но не стала. Радомир ждал, — что?

— Иди сюда, — он обнял меня, поцеловал в висок, — волнуешься?

— Так заметно? — повернулась, поймав его губы своими, — спокойствие постепенно охватило меня и я отстранилась. — Спасибо.

— Всё будет хорошо, — улыбнулся мой самый лучший князь, обдав медом из глаз, — только при одном условии.

— При каком? — отрываться от него не хотелось и я нагло пользовалась этим моментом.

— Моя невеста не упадет во время обряда в голодном обмороке перед гостями. А во время нашей брачной ночи будет способна понимать, что я делаю.

— А что ты задумал? — уже с интересом прищурившись, посмотрела на Радомира, на его губы… какой завтрак?!

— Пойдём, — усмехнулся он, — похоже, мне удалось тебя заинтересовать. А то останемся голодными, я ведь и сам не железный. Но я прав?

— Конечно, по всем пунктам.

— Стой! — он потянул меня за руку в тот момент, когда я хотела открыть дверь в столовую, где сидели дети. А потом нежно шепнул мне на ухо, от чего по коже побежали мурашки, — люблю тебя, не забывай об этом.

— И я тебя люблю, — отозвалась, а саму просто переполняло счастье.

Платье сидело на мне великолепно, и другого слова я подобрать просто не могла. Тяжелые локоны аккуратно легли в классическую прическу, что помогла мне соорудить мастерица Марфуша. А чулочки и ' кружевные штучки', что так удачно приобрела в городе, были предназначены только для глаз любимого, а ещё для моего настроения. Кому не нравится чувствовать себя королевой ' от и до '.

Стук в дверь заставил меня только не подпрыгнуть, но Ксюша тут же бросилась к двери и радостно вскрикнула, потому что пришёл Росляр.

— Рос? — я удивилась, посматривая за его спину. Но там никого не было. Недоуменно перевела взгляд на оборотня, — что-то произошло?

— Просто мы с Марфой решили, — произнёс он, а я удивленно посмотрела на подругу, которая хитро потупила глазки, — раз у вас, леди нет родных, то к жениху выводить буду я. Если не возражаете, — добавил смущенно.

— Согласна, — отозвалась и спустя пять минут мы уже шли по коридорам, на встречу к моему жениху, практически мужу.

Всё было гораздо торжественнее и многолюднее, особенно мне понравилась идея женщин с березовыми веточками. Как только стало известно о свадьбе, слуги нарезали тонкие ветки и поставили их в воду. Всю неделю эта красота стояла в самых теплых местах: на кухне, около печей. И вот, спустя ровно неделю зеленые листочки проклюнулись на радость и детям и взрослым. Ветки поставили в длинные вазы и отнесли в большой зал, где уже были расставлены столы.

Я была рада, что в такой момент меня вел Росляр, почувствовать помощь в нужный момент это дорогого стоит.

Двери перед нами распахнулись и шум, веселье, доносившееся из зала, постепенно стихли, сменившись одобрительным шепотом.

Мы шли первыми, я и Рос, позади нас двигались, держась за руки Марфуша и Ксюша. Слегка улыбалась, как и положено, но все это было так неважно, ведь впереди, практически в центре зала меня ждал мой князь. С родными Радомира не удалось увидеться, они должны были приехать прямо к брачной церемонии, но у нас будет время познакомиться, ведь вся жизнь впереди.

Высокий, широкоплечий, он всем своим видом показывал, кто тут хозяин и кого сейчас ждет. Ему безумно подходили и черные кожаные штаны и начищенные сапоги, а рубашка светилась белизной. Не было и на гостях привычных из прошлой жизни костюмов или фраков, всё было другим и вместе с тем выглядели люди и не совсем люди не менее торжественно.

Лишь только улыбнулся, протянул мне руку, как страх и паника снова ушли. А стоило коснуться моих пальцев, как по мне и пробежала волна горячего импульса.

Он тут и со мной. Он все для меня, как и я для него.

— Я, князь Радомир из рода Видаров перед всеми представителями моего рода и перед своим народом объявляю Ярославу Хадерсон женой. Клянусь быть ей верным супругом, беречь и любить и так всю жизнь, — произнес мой князь, не отрываясь от меня своим янтарно-медовым взглядом.

Он не кричал, но слышали все. И я вторила ему в ответ, не стесняясь и не скрывая своих намерений.

— Я, Ярослава Хадерсон, клянусь любить и почитать моего супруга и быть ему помощницей и в горе, и в радости.

Слова порой мало значат, но не эти.

Я не поняла, когда оборотень царапнул моё запястье и своё, но точно почувствовала, как князь прижал к моей ранке свою, а затем, спустя долгую молчаливую минуту, перевязал мою руку. Кажется, этого не было у Марфуши, но, возможно это княжеский жест или обряд.

Не важно. Он мой и это главное.

— Я, князь Радомир из рода Видаров перед всеми представителями моего рода и перед своим народом объявляю Ярославу Хадерсон женой. Клянусь быть ей верным супругом, беречь и любить и так всю жизнь, — произнес мой князь, не отрываясь от меня своим янтарно-медовым взглядом. Он не кричал, но слышали все. И я вторила ему в ответ, не стесняясь и не скрывая своих намерений.

— Я, Ярослава Хадерсон, клянусь любить и почитать моего супруга и быть ему помощницей и в горе, и в радости.

Слова порой мало значат, но не эти.

Я не поняла, когда оборотень царапнул моё запястье и своё, но точно почувствовала, как князь прижал к моей ранке свою, а затем, спустя долгую молчаливую минуту, перевязал мою руку. Кажется, этого не было у Марфуши, но, возможно это княжеский жест или обряд.

Не важно. Он мой и это главное.

— Поздравляем! Да здравствует князь и его супруга! — неслось со всех сторон.

— Спасибо, — шептала я, благодарно посматривая на гостей. Перекрикивать не было смысла, да и не смогла бы это сделать. Уж очень громким было выражение радости состоявшейся свадебной церемонии.

— Кхе-кхе, — раздалось сбоку и я обернулась, пораженная таким зрелищем. Мужчина в белых одеждах с толстой книжицей в руках, с убеленными сединой волосами добродушно посматривал на нас. Но было в его взгляде что-то необычное, что-то сильное, способное дать отпор любому наглецу, будь он с ножом или топором. И, кажется, я уже догадалась, кто это и моё беспокойное сердце забилось ещё чаще.

Князь позаботился обо мне и это хорошо.

— Венчаться хотите? — произнёс старичок, — а надо ли вам это?

— Надо, — утвердительно кивнула, понимая, что князь раз пригласил, так согласен, а слова, это не просто ритуал, а просто часть нашего знакомства, — обязательно надо.

— Хорошо, тогда приступим, и не будем задерживать народ, — довольно крякнул мужчина, поглаживая бороду, и, подведя нас к принесенным с собой нарисованными Святым ликам, начал читать молитвы.

Сказать, что мне было радостно это, ничего не сказать. Моё сердце пело, а я сама готова была воспарить непременно рядом с моим любимым мужчиной. Иногда Радомир осторожно пожимал мою руку, как бы говоря, что тут, с тобой, и я слегка в ответ улыбалась, как это позволяли приличия.

— Правом, данным мне свыше, — прогудел старик, и я была уверенна, даже в самом дальнем уголке зала было отчетливо слышно каждое слово, — я объявляю вас мужем и женой.

— Спасибо, — снова прошептала, подойдя к старцу и поцеловав его святую книгу.

А потом всё завертелось, закружилось. Мы оказались за столом, и гости поочередно поднимали за нас тосты, выкрикивали поздравления и дарили подарки. Родственники Радомира оказались весьма веселыми, и даже кто-то решил со мной пошутить на свой особый манер.

— Братец, — начал слегка подпивший Андрий, — я хочу выпить за везение.

— Хорошее начало, — поддакнул мой муж.

Муж, от одной этой мысли я снова начинала улыбаться, но взяв себя в руки, постаралась сосредоточиться и выслушать двоюродного брада моего оборотня.

— Так вот! Тебе повезло, — произнес он, многозначительно посматривая в мою сторону, а ближайшее наше окружение с интересом прислушивалось.

— Знаю, — согласился Радомир и, обняв меня за талию, притянул к себе, утверждая свои права даже так.

— Но ведь ты помнишь, что когда-то все делили пополам. И трёпку, что доставалась от старших и убитую дичь, в которую мы иногда стреляли одновременно и да же ба… ой, — сглотнул Андрий, а я вжалась в бок князя. Сам виновник оговорки в этот момент предпочел приложиться к бокалу.

Нет, не от возмущения, а от того, что он просто решил, что я прямо сейчас могу обидеться и уйти. Ничего подобного! Наоборот, мне даже стало интересно, чем закончится этот весёленький рассказ. И какие ещё тайны предстоит узнать.

— Не слушай его, — шепнул князь, а я в ответ успокаивающе накрыла своей ладошкой его широкую руку.

— Отчего же, любимый? — повернулась, ободряюще взглянула в его внешне спокойные глаза. Но судя по напряженной руке моего князя, разговор братца мог оказаться не самым приятным, — мне интересно, какие тайны он сейчас раскроет, а то ты все молчишь.

— Ну, так вот! — продолжил Андрий, протянув свой пустой бокал, который тут же наполнился вином цвета спелой вишни, — я нахожу это неправильным!

— Что именно? — подал голос Радомир.

— Что ты нашел себе жену, пару! А если бы я встретил её раньше? — усмехнулся подвыпивший оборотень. — Понимаешь, кто был бы сейчас счастлив, а?

— То ничего бы не вышло, гарантирую! — отозвался мой муж, но я-то почувствовала, как отпускает его напряжение, а значит, он не сердится на болтливого родственника. Мне бы не хотелось стать причиной их ссоры.

— Нууу, — протянул Андрий, — я бы не был столь категоричен, но теперь уж ничего не поделаешь. Да. За твоё везение, князь!

— За везение! — раздалось со всех сторон, и дружно зазвенели бокалы, напоминая звон хрустальных колокольчиков.

Гости смеялись, шутили и веселились, не оставляя нас с мужем без внимания. А дети весь вечер посматривали в нашу сторону, но, проникнувшись важностью свершившегося события, подходили к нам лишь несколько раз. Да и когда им было этим заниматься, ведь в гости приехали несколько мальчишек, племянников Радомира. Вот в этой компании и обитала Ксюша весь вечер. А утомившись, попрощалась со мной, с князем и ушла, держа Марфушу и Роса за руку. Эта троица была рада своей компании, даже Росляр, похоже, этим вечером воспринимал себя как отца, настолько нежно смотрели они с Марфой друг на друга в тот момент, когда девочка прыгала между ними.

Я проснулась с ощущением полной уверенности, что это не моя кровать и открыла глаза. Солнечные зайчики приветливо прыгали по княжеской кровати, а один, самый отважный, расположился на щеке у Радомира.

— Доброе утро, — прошептала и прикоснулась к его руке, лежащей поверх одеяла.

— Доброе, — он тут же открыл свои глаза и повернулся в мою сторону, — я ждал, когда ты проснешься.

— Дождался?

— Похоже, что да, — утвердительно усмехнулся мой зверь и, просунув свою руку под мою шею, прижал меня к себе. Поёрзав, я удобно устроилась у него на плече и произнесла:

— Хорошо-то-о-о, — протянула и улыбнулась, подозревая, что мой зверь в данный момент отвечает мне полной взаимностью.

— Сейчас будет еще лучше, — пообещал с хитринкой в глазах довольный оборотень, немедленно засунув свободную руку под мягкое одеяло. Пальцы мужчины только коснулись моей груди, как я непроизвольно застонала, откликаясь на его ласку. Одновременно воспроизводя в голове всё то, что произошло между нами ночью…

К гостям мы вышли ровно через два часа. Радомир не отпускал моей руки, а мне и не хотелось. Сегодня на мне было одето голубое платье с шелковым поясом на талии и отделкой из белого кружева на коротких рукавах и по глубокому вырезу на груди. Князь оделся в светло-серые тона, что вообще-то было созвучно с моими оттенками.

Пока мы направлялись в зал, Ярополк уже попался нам навстречу со своими приехавшими братьями, но дочки с ними точно не было. Мальчишки шумно с нами поздоровались и прошли мимо, но только стояло удалиться подальше, как веселый топот множества ног раздался по коридорам.

Гости сидели за столами, продолжая своё пиршество, у некоторых их них следы похмелья на лице читались явно, но муж над этим легко пошутил и только.

Властислав подошел к нам поздороваться, перебросился парой фраз о происшедшем на территории замка и его окрестностях с отцом. Затем и уселся за стол на свое место, которое было, в принципе не так далеко от моего.

Глазами я поискала Марфу с Ксюшей и не нашла. Мы уселись на свои места, слугу я попросила принести мне горячего чая со смородинными листочками, мой муж предпочел легкое вино. Я беспокоилась и, увидев вошедшего Росляра, собралась подойти, но князь опередил меня.

— Рос, — позвал своего охранника муж и взглядом указал на меня.

— Скоро придут, — отозвался оборотень, вздохнув.

— Что? — губами спросила, не поняв этого жеста мужчины.

— Они сами скоро придут, и всё спросишь, — на ухо шепнул мне муж, подвигая тарелку с отрезанным горячим окороком. Вообще-то мужчины, а особенно оборотни предпочитали весьма плотно питаться, что в прочем-то и хорошо при их образе жизни и постоянных затратах энергии. А ещё зима, во время которой приходится постоянно находиться на улице, порой передвигаясь в лесах. Поел сыто и думай о делах, это правильно.

Я просто кивнула, взялась за нож и вилку и приступила к завтраку, вдруг осознав, что за ночь-то я в принципе проголодалась как никогда. Да и ведь было с чего..

— Ты так забавно краснеешь, — шепнул мне снова Радомир, одарив ласковой улыбкой.

— Перестань, — я легко пнула его под столом, потому что мне казалось, будто бы каждый кошак в этом зале с хитринкой посматривал в мою сторону. Ну, а его братцы вместе с Андрием и со своими семьями, тем более.

— Не бери в голову, — просто заявил мой муж, — это они просто радуются за нас.

— Радуются, это хорошо, — отозвалась я и положила вилку с ножом. В зал вошли Марфуша с Ксюшей. На дочке было надето красивое длинное платье в цветочек, а в волосы вплетена искусственная роза, выполненная из лоскуточков атласной ткани.

— Мам!- чуть громче обычного произнесла девочка и, обходя всех, быстро направилась в нашу сторону. Она, конечно, пыталась сдерживаться и я это видела, но ребёнок есть ребёнок и в мои объятия она просто бросалась. — Мамочка!

— Доброе утро, милая, — произнесла, понимая, что очень соскучилась за эту ночь. — Как спалось? — спросила, а сама нашла взглядом Марфу, что уже усаживалась рядом со своим мужем. Я улыбнулась подруге и снова переключилась на своё маленькое сокровище.

— Хорошо спала, — вздохнула девочка, посматривая на князя, а еще бросив куда-то обиженный взгляд. Но возможно, мне показалось.

— Посидишь с нами? — предложил Радомир, приглашая Ксюшу присесть рядом с нами. Вопросительно посмотрев на меня, дочка тут же оказалась посередине между нами и мой зверь не нашел ничего лучше, как прижать её к себе. Приятное тепло снова окатило меня, и до чего же было приятно на них посмотреть. Я оглянулась, чтобы позвать к нам, но он со своими друзьями по-прежнему отсутствовал. Возможно, показывал братьям свою пиратскую вместе с морскими сокровищами или под руководством Важана занимались в тренировочном зале.

— Ты завтракала? — спросила на всякий случай, зная, что от Марфы голодным еще никто не уходил. Росляр так, он просто не мог нахвалиться кулинарными способностями своей жены. Мне до неё как до Тарсмании ползком, никогда не сравниться, пусть за последние годы и пришлось обучиться несложным и ходовым рецептам. Вот ватрушки- это точно не моё.

— Да, мы с Росом ели кашу, запивали молоком, — поделилась с нами Ксения и, по-прежнему прижимаясь спиной к Радомиру, попросила, — а можно мне найти Ярика?

— Крен, — тихо произнес мой князь, направив свой взгляд на одного из присутствующих воинов, — проводи и проследи.

— Будет сделано, — отозвался большой и кряжистый оборотень, который всем своим видом внушал страх даже при приближении. Но при всём этом этот мужчина был весьма корректен и вежлив со мной и с Ксюшей, поэтому мы-то его точно не боялись. Крупная ладонь раскрылась перед девочкой, и она в неё без слов вложила свою ручонку.

Родственники мужа и на второй оказались не менее приветливыми. Но спустя время князь, извинившись, куда-то отошел вместе с ними, а я сразу пошла к Марфуше, чтобы узнать, как у них дела.

— Леди? — позвал меня Властислав, когда я проходила мимо. Старший княжич сидел не один, а рядом с прибывшими родственниками его возраста, но в данный момент его внимание переключилось на меня. При моём приближении Видар вышел из-за стола и направился мне навстречу.

— Да? — улыбнулась и снова поймала себя на мысли, что хочется взъерошить волосы этому парню, так похожему на своего отца.

— Мы скоро поедем прокатиться до озера и обратно и если можно, то я могу взять с собой Ксюшу.

— А Ярополк? — переспросила, уже задумавшись. Все знают, что дети Радомира очень хорошо приняли девочку и подружились. Но сегодня Ксюша выглядела как-то задумчиво, несмотря на внешне обычное поведение.

— Он в курсе и согласен. Мы берем младших братьев с собой. А после обеда гости уедут. Ну так что? — медовые глаза не отрывали своего взгляда.

— Даже и не знаю, честное слово. Давай, как только вы начнете собираться, я скажу решение. У меня просто есть сомнения, не заболела ли она. А там посмотрим по её самочувствию.

— Заболела? — нахмурился Властислав, а помолчав несколько секунд и что-то обдумав, согласился, — да, пожалуй, так и сделаем. Я буду ждать вашего решения.

— Договорились, — я улыбнулась и пошла дальше к Марфе, которая в данный момент сидела одна, так как её муж тоже куда-то отошел. Росляр вообще частенько даже в замке не упускал из вида моего мужа, скорее всего именно так он понимал выполнение своих обязанностей. И это мне казалось правильным.

— Барынька, уж как я рада-то! — произнесла моя подруга, открыто улыбаясь мне.

— Я и сама рада. Марфуш, как Ксюша у вас спала? Не мешала?

— Да что вы! — заулыбалась молодая женщина, — мой-то всё кругами вокруг девочки ходил, всё в игры играл, да по кровати разрешил скакать.

— Но, надеюсь, ты..-начала было я, считая, что это лишнее-до такой степени баловать маленькую гостью.

— Я их обоих осадила, так и есть, — рассмеялась Марфа, позволив себе прервать меня. — Но и Рос понимает, просто ему с детьми нравится возиться, все о своих мечтает, — протянула последние слова подруга. — Да и барынька печальная пришла, вот и не нашел лучше, как развеселить этим. Я,конечно потом, на ночь сказку как полагается рассказала и Рос, как оказалось их тоже много знает.

— Ты думаешь, что Ксюша меня ревнует? — расстроено произнесла я, не замечая до этого ничего такого. Мне казалось, что между ними хорошие отношения. Радомир старался понять и принять девочку всей своей душой, а малышка отвечала ему взаимностью.

— Мне кажется, нет. Возможно, устала. Мы отсюда вышли вместе, настроение у неё было хорошим. Потом прошли в вашу комнату, как и договорились, одели Ксюшеньку. Затем нам встретился Властислав с служанкой, княжич пожелал Ксюше спокойной ночи и всё. Мальчишки, конечно, бегали по коридорам, звали её с собой, но мы отправились домой.

— Понятно, — произнесла, а сама в этот момент ничего не понимала. И списала все на переутомление.

Всё-таки у дочки совершенно другой режим, а тут такое. Почему-то не давала покоя мысль о Властиславе и какой-то девушке, но тут же я выкинула её из головы. Он мужчина, ему нужна женщина. И если та согласна, то кто станет им мешать? Правда Ксюша очень привязалась к нему со всей своей детской непосредственностью, но ведь она ещё ребенок. Она гораздо больше неразлучна с Яриком, который, похоже, в ней души не чает, впрочем, как и старший княжич.

Мой муж, едва появился в зале, нахмурился, вероятно, не увидев меня на прежнем месте, лишь пустые стулья были перед его взглядом. Но потом, как только заметил меня, всё изменилось. Князь улыбнулся и быстрым шагом направился к нам.

— Вот ты где, — от командного голоса супруга не осталось и следа. Или я уже была готова распознавать в каждом его слове разные интонации.

— Тут, — подтвердила и улыбнулась. Какой же он у меня…не красивый, нет. Подобное слово как-то не подходит этому оборотню. И пусть я видела, как женщины оборачиваются Радомиру вслед, но красота лишнее качество для противоположного пола, это чисто моё мнение. Мой зверь скорее мужественный, с правильными чертами лица и тренированным телосложением.

К вечеру гости разъехались, а свадебные хлопоты закончились. С роднёй мужа мне нечего было делить, и расстались мы так же мирно, как и во время застолья. А времени узнать друг друга лучше у нас будет предостаточно. А те гости, кто остались, отправились отдыхать, только неугомонные мальчишки собирались ещё прокатиться на лошадях. У этих второе и третье дыхание открывается в любое время дня и ночи.

Проследив взглядом, как управляющий Осип уверенно отдает указания слугам и окинув взглядом по опустевшему залу с пустующими столами, а я направилась в свою комнату, чтобы сменить платье, но муж схватил меня за руку:

— Ты куда?

— К себе, то есть переодеться, — быстро исправилась я.

— Понял, — немного нахмурился он, — но' к себе' теперь будет у меня, то есть у нас.

— А я ведь и не возражаю, — счастливо рассмеялась я, положа руки на широкую грудь мужа, — только займемся этим завтра, сегодня у меня другая проблема.

— Что? — внимательный взгляд был прикован ко мне.

— Ксюша. Не пойму что с ней, приболела или нет.

— Доктора позовем, Яра, не переживай! Сама знаешь, как он быстро на ноги ставит! — усмехнулся мой зверь и, ухватив меня за руку, быстро буквально потащил меня к себе.

— К чему такая спешка? — спросила, только успевая переставлять ноги.

— Узнаешь, — весело отозвался мой муж, успев потрепать по голове пробежавшего мимо племянника, за которым уже гналась ватага детей. Я хотела посторониться, но завидев дочь, ухватила её за руку.

— Ксюш! — окрикнула я её.

— Мам, ну они же сейчас убегут! — попыталась вырваться из моей хватки девочка, не отрывая взгляда от пятерых мальчишек. Волосы прилипли к её вискам, а на щеках горел румянец. Я прислонилась губами ко лбу, но ничего подозрительного, намекающего на болезнь девочки не обнаружила. Ксения выглядела вполне обычно.

— Стоять! — зычно гаркнул оборотень вслед запыхавшейся ребятне и те, как это не было странным, остановились, — куда спешим?

— За Серым, — тут же отозвался Ярик, — он водит. А мы догоняем.

— Тогда понятно, а то я уж думал, что от пожара бежите, — улыбнулся князь, разглядывая осмелевших мальчишек. — Ну, кто поедет после обеда кататься?

— Я! И я! — отозвались дети.

— А тебя с собой звал Властислав, — шепнула я Ксюше, и румянец ещё гуще покрыл её щёчки, — поедешь с ними?

— Поеду! — обрадовалась девочка и весело подпрыгнула, что послужило командой к новым бегам. — Ура!

Дети умчались, а мой муж и не думал бросать свою затею. Он снова ухватил меня за руку и повёл, как оказалось в свой кабинет.

— Моей княгине, — произнёс довольный Радомир, извлекая из письменного стола небольшую бархатную коробочку синего цвета.

Я приняла подарок, с интересом повертела и нажала на замочек. Крышечка медленно распахнулась и я едва не раскрыла рот от удивления. Мой браслет, обсыпанный бриллиантами, который я отдала за полученный паспорт, сверкал, словно только и ждал, когда вернётся к своей хозяйке.

— Откуда? — произнесла, осторожно вынимая и надевая его на руку. Бриллианты заиграли на солнце и я, полюбовавшись, повернулась к мужу, — как тебе это удалось?

— Ты ведь рассказала, что за ускорение оформления паспорта пришлось платить, вот я и произвел обратный обмен.

— В смысле? Ты вернул им мой паспорт? — недоуменно переспросила, замечая, что князь опять довольно принюхивается. — Но откуда ты узнал, кто это был?

— Яра, — довольный котище сложил руки на груди, — я знаю того, кто занимается подобным и что за 'спасибо' парой монет в этом случае не отделаешься. А твоя ситуация, надо сказать, была непростой, так что и расплатилась ты по-королевски.

— А как ты с ними расплатился?

— Это мои заботы, милая, — мурлыкнул самодовольный оборотень мне на ухо, разворачивая меня к себе спиной. — А твоя- носить эти безделушки и радоваться, что у тебя такой замечательный муж.

— А я рада, — совершенно серьезно произнесла, прижавшись головой к его плечу. — Мне даже страшно от одной мысли, что я могла бы тебя никогда не встретить.

— Ну, в Осинки я рано или поздно приехал бы, — совершенно серьезно заявил князь, — так как сама знаешь, наши они теперь, а значит, я должен иногда делать объезд своих земель. А вот если бы на тебя кто-нибудь в городе положил глаз и ты решила бы, что можно за него выйти замуж. Убил бы!

— Кого? — нарочито испуганно произнесла я, попытавшись вырваться из его рук, но напрасно. Муж удерживал меня крепко.

— Его, конечно. А если бы ты еще кого нашла — и его тоже.

— Ну, нет! Я не переходящее полковое знамя! — заявила, одновременно разворачиваясь. Но стоило только посмотреть мужу в глаза, как буквально задохнулась от той нежности и любви, что была предназначена только для меня.

— Ты моя, Ярослава, запомни это! — прохрипел мой ревнивый зверь, увлекая меня на небольшой диван, который мы с ним опробовали в наш самый первый раз. — Убью каждого, — шептал он, спуская с моих плеч рукава платья, — кто просто посмеет к тебе приблизиться, разорву на месте.

— Люблю тебя, — отозвалась, отбросив бархатную коробочку в сторону. Зачем её держать, когда есть муж, когда его умелые ласки доставляют такое удовольствие, когда его губы шепчут только моё имя!

Хорошо, что предусмотрительный оборотень запер дверь, потому что всё повторилось снова. И разбросанная одежда и стоны, которые не я, не он не смогли удержать. К сожалению, совсем новое купленное кружевное белье после этой страсти оказалось непригодным (кто-то порвал его от нетерпения), но это всё мелочи. Похоже, чей-то кабинет скоро станет местом для совместных удовольствий, а не рутины, но муж не возражает, значит и я ничего не имею не против.

Свой подарок любимому я подарила чуть позднее. Ножны мужа были истертые, но добротные, вероятно, поэтому он никак не мог с ними расстаться. А, может быть это привычка к вещам, кто знает. В любом случае я как-то карандашом на листе обвела форму ножен, а после заказала их у скорняка. Заказ был готов через два дня и ждал положенного срока в моей прежней комнате.

Как и всякий мужчина, князь очень любит оружие и все, что связано с ним, поэтому, как оказалось, с подарком я угадала.

Спустя некоторое время я отправилась в бывшую свою комнату, чтобы лично захватить оттуда ценные для меня вещи. Но по пути мне попался старший княжич, который, как оказалось, как раз спешил справиться на счет самочувствия Ксении.

— Леди, — позвал меня Властислав и немного смутился, вероятно, из-за обращения, которое он использовал сейчас относительно меня.

— Ты можешь меня звать, как тебе удобнее, — подбодрила я княжича, наблюдая за Радомиром, удаляющимся к себе в кабинет с каким-то воином. К князю постоянно кто-то приезжал, уезжал и не всегда эти вести были хорошими. Вот и сейчас сосредоточенное лицо князя отвлекло от разговора с Властиславом, но я взяла себя в руки.

— Спасибо, — кивнул княжич, — что с Ксюшей?

В этот момент детвора во главе с Ксенией показалась в конце коридора, и я рассмеялась:

— Похоже, что все в порядке. И, кажется, она очень хочет с вами поехать.

— Это хорошо, — усмехнулся мне в ответ довольный оборотень, наблюдая за детьми, — и зачем им скакать на конях? Когда такой топот и от детских ног.

Собрав всех своих братьев и младших детей, княжич уехал с ними к озеру.

Вернулась Ксюшка счастливая и довольная, как и разрумяненный Ярополк. Властислав почти сразу ушел куда-то, но я отметила его довольное лицо, а ещё успела заметить и ту заботу, с которой он помогал девочке снять её пальто, отстранив от этого дела слуг!

День клонился к вечеру, дети давно улеглись, уставшие от праздника и прогулок на свежем воздухе, а последние гости разъехались. И вот я теперь точно вздохнула спокойно. Всё прошло как надо и это очень радовало меня. Ксюша, как ни странно довольно хорошо отнеслась к своей новой комнате, которая располагалась в том же крыле, что и комнаты мальчишек и наша с князем. Девочка, которая еще недавно радовалась собственной кроватке, теперь была просто счастлива, что у неё собственная комнатка с игрушками, со столиком и зеркальцем. А еще тут отдельный туалет и ванная комната. Это ли не мечта для каждого человека? Мальчишки подарили ей по новой игрушке, чем неимоверно растрогали неизбалованную подобными вещами девочку. Плюшевую рысь от Властислава и глиняную копилку от Ярика она поставила на самое видное место.

У княжеского крыла всегда была приставлена охрана в ночное время, так что переживать из-за того, что кто-то попадет к нам, не стоило.

Прошло несколько дней, для меня полных забот. Я занималась изучением уклада жизни оборотней. И редкий день не обходился без узнавания чего-то нового. А ещё и занятия с детьми, их-то никто и не собирался отменять. Всё свободное время я посвящала семье, самообразованию и знакомилась с особенностями жизни замка. Управляющий посвящал меня в хозяйственные дела, а еще с огромным удовольствием я посещала княжескую библиотеку.

Я знала, что Радомир давно потерял родителей(об этом он мне рассказывал), а родных братьев и сестер не имел, что и было записано так же в семейных книгах. В планах на самое ближайшее время передо мной стояло изучение если не семейного древа Видаров, то хотя бы возможного ознакомления с близкими предками мужа или наиболее выдающимися из них. Для меня это не просто нудная хронология, а действительно интересные вещи. Я и раньше интересовалась подобными бумагами у папы, а тут появилась возможность изучить такой богатый материал!

Как-то снова приехал гонец и, кажется, привёз не очень хорошие вести. Мой муж временами стал задумчив и на все мои расспросы отшучивался.

— Что-то случилось?

— Не переживай, родная, это рутина, — отвечал Радомир, привлекая меня к себе и, наверное таким образом пытаясь отвлечь моё внимание от вопроса. Можно сказать, что я купилась на его нежность и ласки, и признаюсь, этому проявлению чувств мужа была очень рада.

Однажды, в конце марта, ко мне пришла расстроенная Марфуша и протянула измятое письмо, подписанное немного корявым подчерком, однако отправитель проживал в Осинках, я это почувствовала сразу.

— Марфуша, что-то случилось? — произнесла я, усаживая девушку в просторной гостиной. С трудом мне приходилось уговаривать её присесть на мягкие княжеские диваны и резные стулья. Девушка с детства знала своё место и к другому обращению князя и княжичей привыкала с трудом. Но я её вполне понимала, поэтому не видела смысла обижаться, но упорно уговаривала то заглянуть к Ксюше, то попить чай со мной в столовой.

— Барынька, — вздохнула подруга, — Олёнка приболела, даже не знаю что делать.

— Что ей нужно, знаешь? Лекарства, продукты? — сразу предложила я, прикидывая, что еще можно послать Лисовым, а главное кого отправить с этим поручением.

Ну, конечно же Росляра, заодно и родню новую навестит. Мне кажется, оборотень даже рад, что теперь у него своя собственная семья и даже множество родственников. Тому, у кого с детства были родители, трудно понять круглую сироту, каким был Рос.

— Она просит, чтобы я сама приехала помочь, — Марфа попросила меня ознакомиться с письмом, которое я тут же открыла и принялась читать вслух.

"Дорогие наши Марфуша и Росляр, пишет вам дядька Степан.

Как ваши дела? Как складывается молодая жизнь?

Марфа, слушаешься ли ты мужа и подчиняешься ли ему, как должна поступать каждая благочестивая супруга? Племянница наша дорогая, зная твой нрав, извини, но мы с женой в этом сомневаемся, однако надеемся на ваше терпение и уважение друг к другу, без которых нет смысла и жить рядом.

А пишем мы тебе не от безделья, а по нужде. Марфуша, милая, приезжай и помоги нам, пожалуйста. Болели мы недавно сильно, всей семьей. И трудно сказать, кому из нас пришлось хуже. Сейчас слабость у всех неимоверная, но и с этим бы мы справились. Беда в том, что вдобавок подвернула ногу Олёна, лежит всё. И пусть без температуры, а сил у неё нет подняться. Я и сам воды с трудом приношу, по полчаса с одним ведром мучаюсь. Доктор наш тоже ели ходит до больных с палочкой, дай Бог ему за доброту его крепкого здоровья. И так вся наша деревня полегла от какой-то простудной заразы, чтобы ей вовек не касаться честных людей.

Марфуша приезжай, родимая, хотя бы на недельку. И этого, думаю, вполне будет достаточно. Но только если ты в тягости, тогда не смей и думать об этом, справлюсь сам! Доктор сказал, что заразы не осталось, опасности нет, а вот проклятое бессилье замучило нас, как никогда. Степан и домочадцы".

— А ты не в тягости? — с надеждой переспросила я, внимательно рассматривая свою подругу.

Марфуша в последнее время очень изменилась. Похорошела и просто расцвела. Я думаю это от семейной жизни и от нежной и трогательной любви к мужу, которая девушку просто переполняла. Мысль о беременности подруги у меня тоже была, но не на первом месте. У неё появился свой дом, свой любимый муж, именно этому я приписывала преобразование Марфуши.

— Нет, барынька, — вздохнула подруга, — но, надеюсь, это всё-таки скоро случится.

— Непременно случится, вы с мужем-то всего ничего живёте, — попыталась я успокоить девушку. — Не у каждого с первого раза случается, сама знаешь.

— Знаю, — согласилась Марфа, — и надеюсь подарить мужу деток. А вы, барынька? — пытливо спросила подруга, склонив голову на бок, — вы хотите ещё деток?

— Конечно, хочу, — произнесла я и покраснела. Этим утром, проснувшись в объятиях Радомира и положив руку на живот, думала, представляла, как там, внутри, зарождается новая жизнь. — Но что ты надумала? Поедешь в Осинки?

— Поеду, барыня. И Рос не против, только он меня отвезет, говорит сам все на месте посмотрит и проверит.

— Когда отправляешься?

— Думаю завтра с самого утра. Сегодня пирогов мужу напеку и щей наварю. Чтобы без меня не голодал.

— Это правильно, а я схожу в лавку куплю детям и Олёнке со Степаном обновок. Скоро весна, а у них только зимнее.

— А может быть, вместе пройдёмся, барынька моя?

— Куда это вы пойдёте? — раздался нежный голосок Ксюши. Она в последнее время перестала громко топать, глядя на княжичей. Ходила еле слышно, так что даже мальчишки называли её поступь кошачьей. Мягкие домашние туфли весьма способствовали этому достижению, а ещё и то несравнимое удовольствие, которое Ксения испытывала от этой специфической похвалы.

— Надо по лавкам пройтись. Марфуша поедет в Осинки, братцам Лисам подарки пошлём, — объясняла я дочке в то время, пока она залазила на мои колени.

— И я хочу к Лисам! Марфушенька, а меня, возьми, пожалуйста! Я ведь по Лисам так соскучилась!

— Да я бы, барынька моя милая, взяла, вы мне никогда не в тягость. Да ведь мама не пустит.

— Почему? — нахмурилась девочка, сдвинув брови, совсем как Ярик, когда сердился.

— Лисовы только что болели, не надо, милая. Вдруг и ты подхватишь заразу, — это была не единственная причина. Вторая — это мне было неудобно перед Марфушей. Ей и без Ксюши хватит четырех человек обхаживать, итак времени не будет, чтобы ещё и за девочкой присматривать.

— А Марфа? Она не боится заболеть?

— Марфуша взрослая.

— А взрослые тоже болеют! — авторитетно заявила дочка, — а кто будет Марфе помогать? Некому.

— Ксюш, разговор закончен, — объявила я и погладила дочку по спинке. Всё-таки это не сравнимое ни с чем удовольствие, держать собственного ребенка на коленях, видеть, как он постигает азы жизни, делает открытия, задает кучку вопросов, порой весьма неуместных и не всегда удобных. — Марфуша будет очень занята, в другой раз поедешь. Как потеплеет, так и соберешься.

— Только вот неудобно, — продолжила подруга, — день рождения у вас скоро, а я уезжаю. Помочь хотела.

— Пустое, — отмахнулась я, — никаких застолий не будет, а на прочее есть и повара. А ты как вернёшься, так отметим вместе с тобой. Тортик свой испечешь.

— Уж непременно испеку, будьте уверенны! — улыбнулась успокоенная моими уверениями подруга.

На другой день ранним утром она уехала вместе с мужем в Осинки, а к вечеру Росляр вернулся. Радомир показывал мне новую карту наших владений, когда Рос постучал и вошел, прикрыв за собой дверь.

— Ну как там? — спросила я охранника, прибывшего к моему мужу на доклад в рабочий кабинет. — Как они себя чувствуют?

— Лучше, чем когда Степан писал письмо! — усмехнулся оборотень, потирая свой подбородок. — Оказывается, оно неделю к нам шло. Человек, что привез эту бумагу, сам заболел, а потому вовремя передать и не смог. Так что Олёна встаёт потихоньку, а дети даже скачут.

— Вот и хорошо, — порадовалась я, собираясь оставить мужчин. У них свои разговоры, ни к чему мне во всё лезть.

— Леди, — снова обратился ко мне Рос в тот момент, когда мои пальцы коснулись отполированной ручки двери.

— Да? — я обернулась, ожидая продолжения.

— Я через два дня поеду туда, если князь разрешит, — произнёс охранник и получив в знак подтверждения кивок князя, продолжил, — так Марфуша сказала, что можно и маленькую леди привозить. Лисы очень ждут, — при упоминании последних Росляр улыбнулся. — Хотя бы на недельку или немногим больше, дальше я их навещу опять.

— Хорошо, я подумаю, — кивнула и вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

Ксюша, едва узнала, что Рос может взять её с собой в Осинки на адостях распрыгалась, рассказала об этом княжичам. И если Ярик нахмурился и попросил как-нибудь его взять с собой, что мы ему и пообещали, то Властислав как раз уезжал на очередную охоту с друзьями, поэтому поцеловав девочку в румяные щечки, ускакал, махнув рукой на прощанье.

Дочка чувствовала себя виноватой, что уедет, а я останусь без нее в день своего рождения, но я успокоила девочку тем, что как только они вернутся вместе с Марфой, так сразу и поздравят. Погода на улице была совершенно непонятной. Наша свадьба проходила ранней весной, и если легкий морозец тогда еще сохранялся, то теперь сани явно были лишними. Весна вступала в свои права.

Яркое, но нежаркое весеннее солнце делало своё дело, земля постепенно освобождалась от ледяного плена. Всё звонче и громче пели птицы, согретые ласковыми лучами, а дорога, подмороженная утром, к вечеру превращалась в грязную кашу. Вокруг замка и на прилегающих к нему сёлах и деревеньках, основные дороги были выложено булыжником, что весьма упрощало передвижение в любую

погоду. Но так как Осинки только недавно были присоединены к владениям моего князя, так и дорога не везде была хорошей. Впрочем, опытного наездника Росляра это нисколько не волновало. Он ловко посадил Счастливую Ксению впереди себя, развернулся, они помахали нам и уехали, подгоняемые легким весенним ветрком.

— Не грусти, родная, — прошептал мой муж, обнимая меня со спины и прижимая к себе. Вот уже целый час я смотрела в ту сторону, куда уехали Ксюша и Рос и не находила себе места. Мне было тоскливо, словно частичка меня исчезла на неопределенное время.

— Она ведь вернется, ты знаешь.

— Знаю, — я прижалась к нему, закрыла глаза, — а мы можем туда сами съездить? — почти пять лет жизни в Осинках меня очень привязали к этим людям и, честно говоря, хотелось с ними вновь повидаться.

— Не в этот раз, прости, — произнёс оборотень, слегка кусая меня за мочку уха, а затем, осторожно прихватывая зубами шею, спускался всё ниже и ниже…

Платье соскользнуло к моим ногам, но на этот раз никакого белья под ним не было. Не захотела надевать, как оказалось мужу это очень понравилось. Резкий вдох мужа показал, что он остался весьма доволен моей проделкой.

— Скоро твой кабинет превратится во вторую спальню! — усмехнулась, помогая мужу развязать завязки на горловине его тонкой рубашки.

— Похоже, так и есть, — согласился мой зверь, укладывая меня спиной на мягкий ворсистый ковёр около камина, — но мне это очень нравится! — прошептал муж. В этот момент я вскрикнула, ощутив внутри себя его пальцы. — Кричи, стони! — просил он и приказывал одновременно, в то же время, посасывая то одну, то вторую мою грудь. А я стонала не по заказу, оно получалось само.

Через какое-то время мы поменялись местами, и уже я оказалась сидящей сверху и с наслаждением двигалась, замечая, как вздрагивают ресницы мужа, стоило только мне опуститься. Отблеск огня из камина играл на светлых волосах оборотня, отражался в его медовых глазах…. Я была счастлива с ним, не понимая, как вообще могла существовать без своего зверя.

— Люблю тебя, мой князь, — прошептала, понимая, что близка к желанной разрядке.

— Так и должно быть, — вторил он мне, порыкивая от удовольствия.

Поздним вечером мы вдвоём с Ярополком почитали вслух, а затем он отправился спать. Взъерошив непослушные волосы мальчика, и поцеловав его на ночь, я ощутила прилив нежности и порадовалась, что он есть на свете. Такой непоседливый и вместе с тем очень ласковый, одновременно старающийся казаться независимым.

Ярополк давно уснул, утомленный активными дневными занятиями, а мы с мужем молча сидели в нашей спальне, не отрывая взглядов от разожженного огня в камине. Радомир положил свою голову мне на колени, а я осторожно перебирала тяжелые пряди, наслаждаясь этой возможностью прикоснуться к нему.

— Яр, мне через два дня нужно уехать, ненадолго, — внимательно произнёс он, перехватив мою руку и прижав ладонь к своим губам. — Я уехал бы раньше, но завтра твой день рождения, а его хочу провести с тобой.

— Куда уедешь? — спросила, а в груди что-то защемило. В последнее время муж часто хмурился, иногда подобные взгляды ловила на себе.

На упоминание о дне рождения не обратила внимание. Двадцать шесть не та дата, чтобы прыгать от восторга.

— Мне пора объезжать владения. Не все сразу, конечно, часть из них. Узнать у старост, жителей, что и как в деревнях с порядком и суд вершить, если потребуется. Всё как обычно, ты не волнуйся.

— Это надолго?

— Может быть на неделю, наверное, — в его интонации звучало раскаяние. Внезапно Радомир подскочил, обнял меня, прижал к себе, зашептал горячо в ухо, — Ярослава, я не хочу с тобой расставаться! Ты не представляешь, чего мне это стоит!

— И я не хочу, — повторила за ним, — но ведь ты вернешься!

— Как только смогу! — уверил муж меня, не отводя своего задумчивого взгляда. — Даже не сомневайся в этом.

— Возвращайся.

День рождения пролетел в одно мгновение. Ярик подарил перевод прекрасных стихов из Тарсмании и я прослезилась от нежности к мальчику, выбравшему такие трогательные строки. Властислав к этому дню вернулся с охоты. Он заранее приобрел тонкую белую шаль для меня, и это было так приятно! Я растрогалась и перецеловала княжичей, вновь про себя повторяя, что мне с ними очень повезло.

Муж, так же не переставая меня баловать, подарил витой браслет на руку с подвеской-маленькой рысью. Этот подарок я сразу надела на руку, решив больше никогда не снимать.

А ночью мы снова любили друг друга, словно это произошло в самый первый раз, словно мой любимый князь уезжает не на неделю, а на год.