Глава 13

Жанна вернулась к столу и еще раз решила внимательно просмотреть фотографии. Разговор с Михаилом Романовичем немного успокоил ее. Она разглядывала счастливые лица, не ведавшие ещё, что скоро произойдёт трагедия, а сердце сжималось от жалости и боли.

На видео и фото не было и намека на то, что работники свадебного салона задумали какую-то пакость. Конечно, этот материал не может послужить доказательством, но у заказчиков были и свои операторы, которых можно было привлечь, если понадобится. Мозг работал в усиленном режиме. Листая фото, Жанна прикидывала разные варианты исхода печальных событий, но, пока она не получила официальный иск, можно было только гадать.

Неожиданно на одном кадре она увидела Максима. Сердито убрала фото с экрана, но через секунду вернула обратно. Ей стало любопытно, куда он в тот момент смотрел. Его взгляд светился интересом, губы слегка улыбались. Казалось, что ему доставляет удовольствие наблюдать за кем-то или за чем-то. Он вытащил из кармана пачку сигарет, но, видимо забыл о ней, просто держал ее в руках.

Жанна стала искать фото, по пейзажу похожие на увиденное. Наконец нашла, взглянула и удивилась: взгляд Максима был направлен на шатёр, где в этот момент она расставляла таблички с именами гостей.

— Так, получается он наблюдал за мной, — покачала она головой. — Странно. Он должен был находиться с родными, а стоял в стороне. Почему? Поссорился?

Это открытие заставило шестеренки в голове крутиться ещё более активно. Жанна задумалась, как узнать информацию? Она вбила в поисковую строку фамилию Морозовых, но новых статей не обнаружила. Тогда она вызвала Ниночку.

— Нина, как найти в интернете данные на человека, но не общие, а частные?

— Ну, можно через соцсети, — нахмурила бровки секретарша.

Ее милое лицо в форме сердечка напоминало хорошенькую кошечку, которую вдруг озадачили непосильной работой.

— Братья не любят выставлять себя на всеобщее обозрение.

— Правда? И селфи не делают? — бровки взлетели вверх, губы сложились в бантик.

Жанна посмотрела на секретаршу. Вроде бы не дура, с работой справляется, а ведёт себя как инфантильная малолетка.

— Я тоже селфи не делаю и не выкладываю.

— Правда?

— Не люблю, чтобы посторонние лезли в частную жизнь.

— Погодите, даже невеста не делает селфи? Не верю.

— Невеста? — Жанна посмотрела на секретаршу, и в голове вдруг щелкнула догадка. — Нина! Ты прелесть! Спасибо большое!

Ей даже в голову не пришло проверить Кристину. Эта красавица наверняка любит себя и красуется перед всеми.

— Я могу идти? — зарделась от редкой похвалы босса Ниночка.

— Да, да!

Жанна махнула рукой, не глядя, в сторону выхода. Она уже лихорадочно искала в документах фамилию Кристины. Нашла, набрала на клавиатуре, открыла и… ахнула: у девушки были аккаунты во всех социальных сетях, и все рабочие, часто обновляемые. Жанна обнаружила фотоотчет и о клинике, в которой Кристина сейчас находилась.

— Так, вот это стерва! Только что потеряла ребенка, но нашла время, чтобы сделать селфи и выложить его в Инстараграм, — бормотала она, пролистывая снимки.

Не найдя ничего интересного на свежих снимках, Жанна переключила внимание на другие альбомы. Она просмотрела названия, и опять испытала шок: один альбом был подписан: «Мой любимый ЭМЭМ». Одна «ЭМ — это точно фамилия Морозовых, а вторая? Неужели Максим. Палец сам навёл курсор на альбом. На всех фотографиях Жанна увидела адвоката вместе с Кристиной. Они гуляют в парке, катаются на лодочке, сидят в кругу друзей. Лица у обоих веселые, смеющиеся… влюблённые.

Жанна посмотрела на даты: на последней фотографии был конец марта. Уже с апреля рядом с Кристиной везде был Славка. «Да, тайны семьи Морозовых. Интересно. Получается, эта девица спала с обоими братьями. А ребёнок чей? А вдруг Максима? Тогда понятно, почему он бесится. А чего они расстались? Максим изменил или наоборот, Кристина со Славкой порезвилась? Хотя… какое мне дело!», — размышляла она.

Телефонный звонок заставил ее вздрогнуть. Она бросила взгляд на экран: Женя. Жанна внутренне напряглась, готовясь к тяжелому разговору.

— Ну, что? Рассказывай! — накинулась на друга она.

— Не так все плохо, как я думал, — успокоил ее Женька. — За сборку шатра отвечала специальная бригада. Ты не специалист в этом вопросе, поэтому ответственности за саму конструкцию не несешь. В случае обращения Морозова в суд, будем давить на этот факт изо всех сил. Тем более, что ты готова оплатить расходы. А то, что тебе наговорила больная на всю голову невеста, юридической силы не имеет.

— Слава богу! — Жанна вскочила из-за стола и забегала по кабинету. Каблуки выстукивали радостную дробь. — Будто камень с души свалился. Жень, ты сможешь меня защищать, если что?

— Не смогу. Я обычный юридический консультант, лицензии адвоката не имею, но я поищу тебе хорошего защитника.

— Отлично. Спасибо тебе, мой друг. Ты меня просто спас.

— Да, ладно тебе. Скажешь тоже, спас! — засмеялся Женька. — Тут все просто. Между вашими семьями связи нет, значит, преступного умысла тоже и быть не может.

Жанна похолодела. Она почувствовала, как вспотели подмышки, увлажнилась блузка. До нее донесся слабый запах пота, приглушенный дорогим дезодорантом, запах панического страха.

— Эй, подруга, ты чего замолчала? — услышала она встревоженный крик Жени.

— Есть связь.

— Что? Какая связь? С кем? — не понял сначала друг.

— С семьей Морозовых связь, — эти слова Жанна произнесла так тихо, что сама едва расслышала.

— Так, рассказывай, — голос друга звучал встревоженно.

— В аварии, в которой погиб Артем, были отчасти виноваты братья Морозовы.

— Мать ети! Ты, о чем сейчас говоришь? — уже кричал в трубку Евгений.

— О связи.

— Господи, Жанка, это плохо. Нет! Это просто отвратительно!

— Но почему?

— Любой адвокат ухватится за этот факт и попробует привязать к нему преступный умысел. У тебя есть мотив.

— Но я… Ничего не понимаю, — лепетала Жанна. — Я же только недавно узнала об этом от отца. Я даже не догадывалась. Я тогда их не видела.

— А это уже никого не интересует. Преступный умысел налицо: ты мстишь за смерть любимого мужа.

— Но я не мщу! Грех так говорить, но я только жить начала по-настоящему, когда освободилась от давления Артема.

— Знаешь, подруга, какие бы ни были у вас отношения, смерти ты ему точно не желала. Я же помню, как ты убивалась на похоронах. Погоди! Я тогда улаживал проблемы с полицией. Все пассажиры пострадали.

— Отец сказал, что больше виноваты Морозовы. Кажется, Максим уронил на пол телефон и полез его доставать, а Славка расстегнул ремень, чтобы помочь брату.

— Вот видишь! В эту аварию каждый внёс свою лепту, поэтому тогда быстро дело и закрыли. Но твоя семья пострадала больше: погиб Артём. Так что… сама понимаешь, нельзя доводить дело до суда.

— А если полиция начнёт выяснять, какие между нами отношения?

— Я не думаю, что они будут так глубоко копать и выискивать криминал. Пока все выглядит обычным несчастным случаем. А ты молчи. Моя хата с краю, ничего не знаю. Ладно, мне пора. Когда тебя пригласят к следователю, звони. Я пока поищу защитника.

Женька отключился. Жанна села на стул и уронила руки на колени. Телефон выпал из онемевших пальцев. Хрупкое равновесие, которого она с таким трудом добилась, разлетелось на мелкие осколки.

«Пропала!»

***

Сегодня Максим приехал в офис пораньше, зашёл в кабинет и задумался. Семейные дела налаживаются. Мать и отец дома, Кристину выписывают. Остальные люди, пострадавшие во время обрушения шатра, тоже чувствуют себя неплохо. Максим распорядился всем гостям сделать денежные подарки в качестве компенсации за причинённые неудобства. Большинство отнеслось к этой ситуации с пониманием и даже от презентов отказалось.

Остались нерешенными только два вопроса: что делать со свадебным агентством и чьего ребёнка носила Кристина. Второй вопрос мучил его даже больше первого, но Максим загнал его глубже в сознание: сначала надо разобраться с Жанной, а потом все остальное.

Он встряхнул головой, отгоняя каверзные мысли, которые буравчиком сверлили виски, и открыл крышку ноутбука: надо работать. Вчера с трудом уладил ситуацию с сердитым клиентом. Президент фирмы погрозил издалека пальцем. Нельзя больше допускать оплошностей. Установка в компании одна: если личные обстоятельства мешают работе, надо избавиться от них, или фирма избавится от тебя.

Полчаса Максим пытался заниматься работой, продумывал тактику ведения дела в суде. Ему завтра предстояло разобраться ещё с одним бракоразводным процессом. Он составил перечень вопросов для свидетелей, приготовил материалы, создал единую папку и внезапно застыл, так и не переложив в неё файлы.

Почему его так заинтересовала хозяйка агентства? Он не был жадным человеком и, несмотря на то, что свадьба была не его, он не обеднел бы, если бы сделал брату подарок и оплатил все расходы.

Тогда в чем же дело? Неужели в глупом принципе? Но это мелочно и недостойно джентльмена. «Просто эта Жанна меня бесит!» — решил Максим, вздохнул и позвонил брату.

— Как вы? — с места в карьер начал он.

— Нормально. Сегодня Кристину выписывают.

— Тебе помочь?

— Нет. Я справлюсь. Ты уже подал иск на агентство?

— Ещё нет. Как раз думаю, может, решим дело миром? Хозяйка согласна все оплатить. Да и, честно говоря, если отбросить эмоции в сторону, вины на ней нет. Не она собирала шатер, а специально нанятая команда. С них и надо спрашивать.

Максим сказал это и оторопел. Он даже не понял, почему вырвались такие слова. Еще вчера он решительно настроился наказать Жанну, а сегодня уже передумал?

— Нет, — не согласился с доводами брата Слава. — Мы с Кристиной настаиваем на судебном разбирательстве.

Максим растерялся. Вот это номер! Его жизнерадостный и добрый братец решил сходить в суд! Почему? Что изменилось со вчерашнего вечера? Ещё и Кристина настаивает.

— Так, объясни мне подробнее, — глухо произнёс Максим. Тревожное чувство сжало сердце. Дыхание участилось.

— Ты чего? — заволновался Слава. — Опять приступ начинается?

— Нет, не волнуйся. Просто я только решил спустить все на тормозах, расслабился, как ты звонишь и требуешь продолжения банкета, да ещё и говоришь, что Кристина вмешалась в этот вопрос.

— Вчера хозяйка агентства заявилась к нам в больницу.

— Да ты что? И…

— Неприятная особа.

— Почему?

Максим опять удивился. Жанна как раз производила очень приятное впечатление, пока не начинала злиться. Тогда ее щеки заливала краска, чёрные глаза метали молнии, а гранатовые волосы на голове казались языками пламени. Но и в этом состоянии она была невероятно привлекательна.

— Она сразу не понравилась Кристине. Моя жена сказала, что надо поставить на место эту наглую особу.

«Так, понятно. Кристина вмешалась. Интересно, что ей наговорила Жанна?» — подумал Максим, но вслух просто спросил:

— Дамы поссорились?

— Кажется, нет, — растерянно ответил брат. — Хотя не знаю. Меня попросили выйти из палаты. Но я не слышал криков, все было мирно, только хозяйка агентства выскочила потом с красным лицом.

— А что сказала Кристина?

— Она плакала. Эта, как ее…

— Жанна.

— Да, Жанна, оскорбила лучшие чувства Кристины. Вместо того чтобы выразить сожаление, она опять заговорила о расходах.

— Вот сучка! — вскипел Максим и вскочил с места. Злость буквально затопила сознание. — Ладно. Я с ней разберусь. Только, чтобы я мог заниматься твоим делом, нужно соблюсти несколько формальностей.

— Каких?

— Ты должен приехать в фирму и официально нанять меня. Хотя погоди, я пришлю к тебе Андрея.

Он повесил трубку и вызвал помощника.

У каждого адвоката фирмы имелся не только секретарь, но и помощник из числа младших сотрудников. Часто в этой роли выступали студенты последнего курса юридического факультета, мечтавшие в дальнейшем работать в фирме.

Помощник, юркий паренёк с модным чубом, торчавшим надо лбом с помощью геля, мгновенно влетел в кабинет, будто только и ждал вызова босса.

— Слушаю, Максим Борисович. Что делать будем?

— Ты о чем? — удивился Максим.

— Ну, вы говорили, что хотите подать иск на одну свадебную фирму. Мне начинать готовить документы?

— Да, готовь, — сказал Максим. — Но сначала составь договор об услугах и съезди к моему брату в больницу за подписью.

— Будет сделано! — бодро ответил Андрей, но, уже выходя из кабинета, поинтересовался: — А сумму оплаты какую установить?

— Стандартную. Все равно это формальность.

Но, видимо, в голосе Максима прозвучала неуверенность, и чуткий помощник ее сразу уловил. Он посмотрел на босса, пожал плечами и вышел.

Максим снова уставился на экран монитора, но мысли унесли его далеко. Хотелось на секунду забыться от кошмара, в котором он находился вот уже три месяца, но не получалось. Разрыв с Кристиной, предательство брата, появившиеся внезапно приступы паники, свадьба, обрушение шатра, прерванная беременность, новость о том, что это был его ребёнок — все вместе сложилось в череду сплошных неудач, которые тянули на самое дно его сознание, самооценку и уверенность в себе.

А вот теперь ещё и судебное разбирательство, которое ему предстоит. Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Сразу почему-то вспомнилась ночь с Пантерой. Максим посмотрел на пальцы, поднёс их к носу и понюхал подушечки. Что это? Ему показалось, или до сих пор он обоняет запах Пантеры?

Он снова опустил веки и погрузился в сладостные воспоминания. Вот он проводит ладонью по груди девушки и чувствует, как трепещет под его ласками ее кожа, как вздрагивает Пантера и выгибает спину, когда его шаловливый язык забирается в самые интимные уголки ее тела.

Максим ощутил прилив крови, протяжно застонал, и вскочил, испуганно озираясь. Черт! Не хватало ещё, чтобы сотрудники компании застукали его за сексуальными фантазиями.

Нет, ему нужна разрядка. Надо найти Пантеру. Но где? Он взглянул на часы и вызвал секретаря. Вошла Юлия Михайловна, миловидная женщина средних лет. Она поправила строгую прическу и присела на краешек кресла. Максим как-то спросил, почему она не садится, а именно присаживается на край. Секретарша ему ответила:

— У вас кресла слишком мягкие, сразу проваливаешься чуть ли не до пола. Я не ношу брюки, а в узкой юбке неудобно вставать.

Суровая женская логика. На такие мелочи мужчина не обратил бы внимания, а женщине это важно: красиво встать.

— Юлия Михайловна, где Андрей?

— Он составил документ и уехал в больницу подписывать бумаги у вашего брата.

— Так, а исковое заявление готово?

— Конечно. Я отправила вам его по почте на проверку. Вы ещё не посмотрели?

— Подожди минутку.

Максим углубился в изучение документа. Он был составлен по всем правилам юридической науки: его помощник и секретарь — профессионалы высокого уровня, других «Орлы юриспруденции» и не приглашают на работу.

— Вам документ распечатать?

— Да, сделай в двух экземплярах.

Юлия Михайловна ушла, но через пять минут вернулась с файлом с исковым заявлением. Следом вбежал и Андрей.

— Все готово, Максим Борисович.

— Отлично. Поехали?

— Я тоже? — брови Андрея поползли вверх.

— Да.

Максим вышел из кабинета. Пришло время вновь наведаться к Жанне, но один ехать он теперь боялся: не уверен был, сможет ли сдержать рвущийся наружу гнев.