Глава 18

Жанна услышала, как хлопнула дверь, но выходить не торопилась: а вдруг Максим ее обманул? Может, он стоит сейчас в прихожей и караулит ее. Она только покажется, а он выпрыгнет из-за угла и… капец всей ее маскировке.

Но в квартире было тихо. Как девушка ни прислушивалась, ни звука не доносилось из гостиной. Она осторожно отодвинула защелку и высунула голову — никого. Облегченно вздохнула и вышла в коридор, в любой момент готовая бежать обратно и прятаться. Однако никто не хотел ее напугать. Тогда Жанна на цыпочках, все еще дрожа от напряжения, пронеслась к двери, накинула цепочку и замерла, ожидая восклицания:

— Ага! Вот ты и попалась!

Только через минуту она поняла, что дома, кроме нее, никого нет. Но оставаться в этой квартире по-прежнему было опасно. Жанна быстро приняла душ, переоделась, сменила постельное белье, а измятое влажное от пота (что греха таить, постарались они сегодня на славу) сунула в большой пластиковый пакет, который забрала с собой: постирать надо. Уже успокоившись, вызвала такси.

Чтобы хоть немного сохранить инкогнито, она накинула на голову легкий шарфик и надела темные очки. Они, правда, смотрелись смешно: солнце еще только вставало над горизонтом, но Жанне было наплевать на то, какое впечатление она произведет на водителя.

Сегодня ночью Жанна поняла, что даже, несмотря на ее скрытое лицо, она нравится Максиму. Есть какое-то взаимное притяжение душ. Не зря он пришел в клуб. Явно ее разыскивал. А как только они остаются наедине, исчезает неловкость и природная скромность. Из опасной хищницы Пантеры, какой она была с другими мужчинами, она превращается в ласковую и послушную кошечку.

Это обстоятельство Жанну пугало до дрожи в коленках. А вдруг она, влюбится, а потом растворится в Максиме, как растворялась до этого в своем муже?

Как-то она прочитала мысли Льва Толстого о любви. Писатель выделял три вида любви: красивую, жертвенную и деятельную. Она тогда попыталась перенести это высказывание на себя и поняла, что у Артема любовь была красивая: цветы, конфеты, вечера в ресторане, но до тех пор, пока она ему не надоела. Как только страсть остыла, он переключил свою красивую любовь на другой объект, а потом и на третий.

А вот у нее, Жанны, любовь была деятельная. Она окружала милого заботой, лаской, готова была услужить по первому зову, решить все его проблемы и сдуть пылинки с его пути. Это теперь Жанна понимала, что, наверное, задушила мужа своей любовью Сама растворилась в нем и его связала путами по рукам и ногам, не давала дышать и позволила вытирать о себя ноги.

Пока не приехала машина, она стояла в подъезде и боялась выйти во двор. Максим не такой простой человек. Он вполне мог ее караулить, сидя в автомобиле или прячась в кустах.

Жанна представила себе, как взрослый серьезный адвокат, согнувшись в три погибели, сидит в кустиках за скамейкой, и засмеялась. Настроение, несмотря на волнение и напряжение, в котором она пребывала последние дни, сохранялось отличное. «Вот что делает с людьми секс животворящий, — усмехнулась она и потянулась. — Здорово! Надо еще как-нибудь встретиться на этой территории».

В руке завибрировал телефон: приехало такси. Жанна вышла из подъезда, старательно прикрывая лицо шарфиком, огляделась и быстро нырнула в салон автомобиля на заднее сиденье: тонированные стекла не позволят постороннему глазу разглядеть пассажира.

Ее операция удалась. И она расслабилась. Уже выезжая из двора, она наметила, как в сторону дома поворачивает такси. «Интересно, кто это так рано? — удивилась она. Хотя… какое мне дело». Жанна закрыла глаза и не заметила, как задремала.

Дома спать было уже некогда. Жанна приготовила себе чашку кофе, поставила его на журнальный столик, а сама распахнула шкаф и стала выбирать одежду на день. Она мурлыкала себе под нос легкий мотивчик и перебирала наряды. Хотелось найти что-то строгое, но в то же время сексуальное: Максим стал захаживать в ее офис, как к себе домой.

Сегодня она надела светлый брючный костюм, очень модный и элегантный. Жакет застегивался на талии на одну пуговицу, а глубокий вырез углом открывал красивую длинную шею. Жанна сначала надела жакет без топа, чтобы была видна и грудь, приподнятая бюстгальтером, но потом решила, что такой наряд выглядит слишком вызывающе. Она в нем еще и клиентов принимать будет.

— Да, от меня все невесты уведут своих женихов, если увидят такого организатора свадьбы, — засмеялась она и достала черный топ, а на шею повязала белую в черный горошек косынку.

Теперь она осталась довольна. Жанна допила кофе, уложила гранатовые волосы, сделала яркий макияж. Все, она к очередному сражению с адвокатом готова. Она посмотрела на часы: Арина обычно заезжала за ней в восемь тридцать.

Когда она закрывала дверь квартиры, какая-то мысль не давала ей покоя. Она вошла в лифт, но все равно тревожилась.

— Что-то я забыла! Но что?

Так и не вспомнив, она поздоровалась с помощницей, а потом будничные дела полностью захватили ее сознание. Рядовые встречи, совещания, выезды на объекты заполнили ее день. Особенно много времени занимала подготовка к свадьбе в морском стиле, и хозяйке агентства пришлось самой контролировать все детали.

— Арина, ты уже заказала речной трамвай?

— Да, Жанна Николаевна. Но пока еще его не смотрела.

— Давай, съездим на причал, осмотримся на местности.

Арина вышла, а Жанна на минуту задержалась. Она подошла к зеркалу и с огорчением посмотрела на свое отражение. Она так старалась выглядеть привлекательно, а адвокат как назло сегодня не появился. «Паразит! Пакость небось какую-то готовит! Неужели даже не предупредит об иске заранее? И чего тянет? Боится, что его подозрения шиты белыми нитками и он только опозорится с этим делом, или сомневается?» — печально размышляла она, доставая помаду из сумочки.

Жанна вздохнула, мазнула по губам кисточкой с блеском, почмокала ими и направилась к выходу из кабинета, но в этот момент постучали в дверь, а потом сразу просунулась лохматая голова фотографа.

— Ты занята?

— Да, Михаил Романович, как раз собиралась выходить.

— Погоди немного, дело есть.

— Говорите, только быстро.

— Я тут на досуге еще внимательно посмотрел видео и фото со свадьбы, и заметил одну интересненькую деталь.

— Вы, о чем? — Жанна радостно встрепенулась. — Что нашли?

— Только это надо смотреть у меня в студии. Так просто разглядеть нельзя.

— Так, пошли к вам.

Жанна достала телефон, предупредила Арину, что задержится, и повернулась к фотографу. Сердце колотилось от волнения так, будто она ждала Максима в гости.

Савельевич провел ее коридорами к себе в полуподвальное помещение, где оборудовал студию. Жанна ни разу не была в святая святых Михаила, так что входила в помещение с некоторым трепетом. Дверь открывалась в небольшой тамбур, где стоял рабочий стол с компьютером и стул для посетителей. В этой клетушке фотограф принимал клиентов, показывал им свою работу, а дальше никого не пускал.

Сейчас он гостеприимно распахнул двери, и Жанна вошла в большое темное помещение, куда не проникал свет, хотя на улице был день.

— А почему так мрачно? — почему-то шепотом спросила она.

— Затемнение специальное.

— А разве сейчас оно нужно? Вся обработка снимков идет на компьютере.

— Старая привычка, — буркнул Михаил, и включил свет.

Жанна с любопытством огляделась. Вдоль стены стояло какое-то оборудование, но оно ее не интересовало, а вот большая белая магнитная доска с прикрепленными фотографиями сразу вызвала любопытство. С замиранием сердца Жанна подошла ближе и стала рассматривать фото.

— Видишь что-нибудь?

— Пока нет, — ответила она и наклонила голову набок.

— Вот и я на компьютере не заметил. И даже когда фото распечатал и развесил, все равно не увидел. А потом отошел подальше, случайно повернулся, и вот тут-то она и показалась.

— Она? Кто она?

— Смотри сюда.

Михаил Романович взял ручку и ткнул в одну фотографию, потом во вторую, в третью. Жанна пригляделась и охнула.

Она сделала два шага назад, чтобы окинуть взглядом доску целиком, потом приблизилась.

— Что увидела? Или кого? — оживился фотограф.

— Мать невесты. Она вместе с дочерью приходила заказ делать. — Жанна показала пальцем на доску, — вот, вот и вот. Но что она здесь делает?

Теперь пришла очередь удивляться Михаилу Романовичу. Он проследил за пальцем Жанны и засмеялся.

— Ну и что! Пришла тетка на свадьбу и бегает, проверяет, все ли за ее деньги правильно сделали. Вдруг вы половину украли.

— Ага! Так сразу и украли. И потом, деньги не невесты. Все оплачивала семья жениха. Вот и сидела бы рядом с дочерью, нечего шастать.

— Не ворчи. Это свадьба ее ребенка, где хочет, там и бегает.

— Но мамаши слишком много. На всех фото есть. Родители жениха только на одном засветились, а эта дама везде. Почему?

— Откуда я знаю. Я не это хотел тебе показать. Не в ту сторону смотришь. Сюда глянь.

Жанна уставилась на доску, пытаясь понять, что она должна увидеть, но сердце ей уже подсказывало, что фирма, возможно, спасена, раз Михаил так загадочно щурится.

— И что тут?

— Какая опора сломалась?

— Правая… О, черт! А это кто еще?

Возле шатра спиной к фотографу стоял, наклонившись, человек в черном комбинезоне. Эту же склоненную фигуру Жанна увидела еще на нескольких фото. Самое главное, камера захватила только вид сзади, и нигде не засветилось лицо этого человека.

— Нужен Савельевич, — обрадованно всколыхнулась Жанна. — Только он по заду узнает своих сотрудников.

— Так в чем дело? Звони.

Мастер появился через полчаса. Жанна встретила его у дверей и проводила в фотостудию.

— Ты чего такая заполошная? — поинтересовался мастер. — Случилось чего?

— Сейчас увидишь. Тебе человека нужно узнать.

— Если ты с шатром все разбираешься, то мы уже выяснили, что порывы ветра виноваты. Я так и следователю сказал.

— А! Вас уже в полицию вызывали? — Жанна остановилась.

— Не, детективы сами в мастерскую явились, расспрашивали. Я им все как на духу и рассказал.

— А они что?

— Посмотрели на повреждения опоры, покачали головами, что-то измерили. С ними еще и криминалист был. Потом ушли. Може, скоро и к тебе заявятся. А може, и нет. Ты ведь шатер не устанавливала. Ты тоже пострадавшая в этой ситуации. А что мне показать хочешь?

— Сами увидите, — Жанна открыла дверь в студию.

Михаил ждал их на рабочем месте в предбаннике. Он оторвал взгляд от экрана ноутбука, потом привстал и поздоровался за руку с мастером. Дверь в студию открыл с недовольным лицом: то никого туда не пускал, а тут за день двое. Но дело есть дело!

Савельич подошел и внимательно вгляделся в доску, потом ткнул пальцем в черный комбинезон:

— А это что за хмырь возле моей опоры шляется?

— Ты его не знаешь? — спросил фотограф.

— Первый раз вижу. И на гостя не похож.

— Приглядись. Лица нигде не видно, но ты работников своих и по спине узнать должен.

— Так-то оно так, но не признаю, — мастер наклонил голову набок, видимо считая, что под таким углом обзор будет лучше. — О, вот он и у трейлеров трется, смотрите.

Жанна и Михаил прильнули к доске. И правда, из-за угла трейлера невесты торчал край черного комбинезона. На это фото они даже не обратили внимание. Издалека казалось, что это просто темная полоса.

— Погоди-ка… — Михаил метнулся к шкафчику, висевшему на стене, и вернулся с лупой и фонарем, который сунул в руку Жанны. — Подержи.

Он навел лупу на фото, и сразу стало понятно, что там стоит человек.

— Интересно, что он там делает?

— А вот это ты и спроси у заказчиков. Мы этого хлыща в первый раз видим. Да и в кадр он случайно попал, потому нигде его лица нет, — сказал Савельевич. — Гости не обратили на него внимания, потому что думали, что он из обслуживающего персонала. А мы тоже не заметили.

— Жанна Николаевна, ты думаешь, это диверсия была? — Михаил перевел взгляд на молчавшую начальницу.

— Я не знаю. Юристы говорят, что для любого преступления нужен мотив. А какой мотив у заказчиков? Они запланировали дорогущую свадьбу, внесли аванс, а потом сами ее и разрушили. Так, что ли? Но зачем?

— Ищи, кому это выгодно, — поднял палец кверху Савельевич.

— Думаю, надо отдать эти снимки юристам. Они еще изымут видео и фотоматериалы у их собственного оператора. Не связывайся ты с ними. Пусть специалисты решают эти вопросы, — не согласился с мастером Михаил.

Телефон завибрировал в кармане у Жанны, и она достала трубку: это была Нина.

— Жанна Николаевна, к вам посетитель.

— Скажи ему, что я занята.

— Это заказчица-невеста с той свадьбы. Ну, вы знаете, о чем я.

— Правда? — Жанна была поражена. — Ну, и наглая девица! Что ж, можно и поговорить. — Она одна пришла или с мамочкой на хвосте?

— Одна, а должна была еще кого-то привести? — в голосе у Ниночки звучало удивление.

— Я сейчас иду. Проводи ее ко мне в кабинет. Пусть подождет, — Жанна повернулась к фотографу. — Михаил Романович, вы можете мне сделать коллаж из этих снимков и сбросить на компьютер?

— Не вопрос. Сейчас?

— Да. Буду отражать атаку, если понадобится. Пора поставить на место эту семейку. Идеально было бы еще пригласить сюда адвоката.

Жанна сказала это и замерла: она совершенно забыла, что обещала позвонить Максиму. Но делать это со своего личного телефона она не хотела. Просто думала купить какой-нибудь дешевенький смартфон и с него общаться, но не успела. «Вот голова дырявая! Ладно, переживет. Он тоже на работе, не до личных звонков».

Она все равно набрала номер Максима, но ответил его помощник.

— Максим Борисович на заседании суда. Он не может сейчас с вами разговаривать.

— Отлично. Тогда мне придется самой решать проблему со свадьбой его брата.

— А что случилось? — переполошился помощник.

— Ко мне в кабинет пришла его невестка. Одна, без мужа. Я хочу, чтобы Максим Борисович присутствовал при разговоре. На всякий случай, вдруг возникнет недопонимание. Но, раз он не может, я позвоню следователю и приглашу его.

Жанна понимала, что идет ва-банк, страшно рискует, но ничего не могла поделать. Ее уже измотала эта двусмысленная ситуация, постоянные наезды со стороны адвоката и его родственников. Она ненавидела подвешенное состояние. Уж лучше бы Максим подал уже иск в суд, тогда хотя бы появилась какая-то определенность.

— Погодите, я ему передам.

— Отлично! — Жанна удовлетворенно хмыкнула и тут же набрала номер Жени.

— Новиков, дуй сюда. Срочно! Есть новые факты, и ты нужен мне, для защиты.

— Жанна, может, я лучше тебе номер адвоката дам. Я, кстати, нашел неплохого парня.

— Нет. Появились новые обстоятельства. Ты мне нужен рядом как друг.

Жанна отключилась и подняла глаза на мужчин. Те удивленно смотрели на нее.

— Блеск! Наша Жанночка себя в обиду не даст! — показал ей большой палец Савельевич.

— Согласен, одобрительно кивнул фотограф. — Жанна, я буду в студии. Как только сделаю коллаж, зови, помогу. А что, эта невеста такая страшная, что ты целый консилиум созвала?

— Нет. Она подлая. Я пришла ее проведать в больнице, а она перед мужем и его братом вывернула ситуацию так, будто я хотела поскандалить. Теперь с ней надо держать ухо востро.

— Слушай. Ты разговор с ней запиши. Включи диктофон на телефоне и запиши. Тогда и волноваться не придется.

— Точно! Спасибо Михаил. Я сама как-то и не догадалась.

— Ты, девка, просто не ждешь от людей предательства, а оно вот туточки, рядом, — хлопнул ее по плечу мастер. Жанна даже присела, так получилось у него хлестко и солидно.

— Все, я пошла, — махнула она рукой.

— Давай. Если что, свисти, поможем отбиться.