Глава 29

Кира

Похитители не стали ни звонить, ни стучать. У меня самый простой замок – язычок отодвигается элементарно. Сама так делала, когда забывала ключи. Воровать у меня нечего, поэтому не заморачивалась.

Я мирно спала, когда в комнату ворвались два крепких парня в кожаных куртках и балаклавах[1].

– Быстро собралась с ребёнком и на выход. Будешь дёргаться – огребёшь! – грубо обозначил рамки один из бандитов и схватил со стола мой телефон вместе с подзарядкой.

Разыгрывать из себя героиню я и не собиралась. Что можно сделать против двух бугаёв? Но старалась сохранять спокойствие:

– Отвернитесь, хотя бы.

Парни переглянулись и крутанулись на пятках лицом к стене. Уже хорошо. Значит, мы с Булочкой дорогие заложники и мордовать нас никто не собирается. Но это я себя успокаиваю. Сама от ужаса дрожу, как в лихорадке. Лишь бы мой страх не передался дочке. Натягиваю джинсы и свитер. Быстро собираю сумку: три памперса, смесь, рожок, бутылка воды, влажные салфетки. Достаю из кроватки Булочку, она даже не просыпается – недавно поела. Каждое движение у меня отточено до автоматизма.

– Быстрее, – подгоняют меня бандиты.

– Почти готовы! – поглядываю на окно. Может, отправить парней в коридор и сигануть с дочкой в окно. Тут же отметаю бредовую идею. – Принесите, пожалуйста, комбинезон из прихожей.

Один из бандитов выходит из комнаты.

– Там ветрено? – светски осведомляюсь о погоде.

– Да нормально вроде, – парень пожимает плечами.

– Мы надолго? – я с ними как будто на пикник собираюсь.

– Как пойдёт, – хмыкает собеседник.

– Кипяток там есть у вас или взять термос? – несу всякую ерунду от страха. – Я кормящая, мне без чая нельзя.

В комнату возвращается второй похититель и протягивает мне комбинезон.

– Поехали! Будет тебе и чай, и какао с молоком.

– Я плед ещё возьму!

Выходим на улицу. Нас с дочкой запихивают в серый внедорожник. По щекам бегут слёзы, сердце колотится на износ. Даже не потрудились завязать мне глаза. Надеюсь, не потому, что это дорога в один конец. Едем от силы минут пять. Улица Софийская рядом усеяна складами. В темноте на скорости не удаётся заметить номер на заборе. Двор сплошь из выбоин, и меня бросает из стороны в сторону. Машина тормозит у одного из ангаров. Со мной больше не разговаривают. Во рту от страха пересохло, язык прилип к нёбу.

Дверь распахивается, и один из парней помогает выйти.

– Пошла вперёд, – он подталкивает меня к пандусу серого кирпичного здания.

Метель разыгралась не на шутку. Крупные хлопья снега валят как пух из порванной перины. Сумка с пледом оттягивает плечо. Прижимаю дочку к груди. Она проснулась и смотрит на меня широко открытыми глазами. Через силу улыбаюсь и молюсь за нас: «Ярик, миленький! Выручай! Матушка Богородица, защити, спаси, помилуй!»

– Умная бабёха, не упрямится, – переговариваются сзади парни. – Надеюсь и в постели артачиться не будет.

Этими словами мне точно кол в спину вбили. В какой постели? Да Ярослав убьёт за нас! Спокойно, Кира, спокойно. Молоко пропадёт и трындец.

Один из парней обгоняет меня и тянет за ручку тяжёлую скрипучую дверь:

– Прошу вас, мадам.

На этом складе вполне можно снимать фильм ужасов. Каменные стены с облупившейся краской и чёрная плесень на потолке смотрятся жутко в холодном свете ламп без плафонов. Ряды картонных коробок с надписями «уничтожить» высятся вдоль одной стены и не добавляют позитива. Надеюсь, там не расчленёнка. Рваное тряпьё, сваленное в углу, воняет машинным маслом. Так пахло от одежды Ярослава, когда мы с бабой Шурой принесли его домой. Может он отсюда бежал? Как раз недалеко от моего дома. Изверги! Неужели они держали его голым?

Меня ведут в соседний ангар. Из темноты слышится грохот. У меня всё внутри сжимается от страха. Тощий грязный мужик, похожий на зомби, выкатывает нам навстречу железную телегу с углём и катит мимо нас, будто не замечая.

– Наверх, давай! – меня разворачивают лицом к лестнице, которую я не сразу заметила. Слышу, как кто-то из парней докладывает по телефону: – Фемина с куклой у нас. Ждём Серого из Всеволожска… Охрана сейчас будет.

Лихо бандиты дело провернули. Всеволожск! Неужели они и Яра с бабой Шурой сцапали? Спотыкаюсь о железную ступеньку, но похититель не даёт мне упасть. Выходим в коридор со множеством дверей. Парень толкает плечом одну из них.

– Заходи, – кивает он мне и включает свет в маленькой комнатке без окон. Посередине стоит круглый стол, вокруг него стулья. На стеллаже – пустые органайзеры для бумаг и канцелярская мелочёвка. – Жди здесь.

За спиной закрывается дверь и проворачивается ключ в замке. Немного полегчало. Выдыхаю. По крайней мере, здесь нет кровати, в которой я, по словам похитителей, могла бы артачиться. Снимаю куртку и стягиваю с Булочки комбинезон. Отсутствие сквозняков тоже радует. Я из тех жизнерадостных людей, кто даже в крестах на кладбище видит плюсы.

Булочка начинает хныкать. Сажусь на мягкий офисный стул и даю ей грудь. Что там эти уроды говорили про Всеволожск? И что там делал Серый? Надеюсь, Яр бабу Шуру в обиду не даст. Или она его. Их так легко, как меня, не возьмёшь. В коридоре слышатся мужские голоса – подкрепление, что ли, прибыло? Дочка засыпает. Сдвигаю четыре стула вместе. Хорошо, что взяла плед. Из него и моей куртки получилось весьма сносное лежбище. Скрежет замка заставляет вздрогнуть.

– Ты чай просила, – один из похитителей вваливается в комнату с пластиковым стаканчиком в руке. На нём по-прежнему шапка с прорезями для глаз.

– Спасибо. Вам не жарко в этой штуке? – указываю глазами на его головной убор.

– Ты бесстрашная совсем? – парень усаживается на один из стульев. С интересом рассматривает меня.

– Почему? – делаю вид, что отпиваю глоток. Вдруг там наркота какая. – Вот будь вы на моём месте, боялись бы?

– Обделался бы как телок, – парень смеётся и стягивает с головы балаклаву. – Упарился я с тобой.

Он пальцами проходится по рыжим вихрам. Руки у него обветренные, со сбитыми костяшками.

– Простите, – улыбаюсь ему. – Изо всех сил постараемся быть вам не внапряг.

– Сколько малышке?

– Четыре месяца скоро.

– А у меня пацану полгодика. Что не съест, прыщами высыпает.

– Это аллергия. Я одно средство знаю…

В комнату заглядывает ещё один парень в балаклаве:

– Ты чего тут расселся! Пойдём, шеф скоро приедет.

– Потом скажешь, ок? – с надеждой смотрит на меня парень.

– Конечно, не вопрос!

Отчего-то на душе теплеет. Рыжий точно не поднимет руку на мать с ребёнком. Но чай я всё равно пить не буду!

[1] Балаклава – шапка с прорезями для глаз.