Глава 17

С Варей по бутикам мужественно согласился пойти Митя.

– А как же ты, Марк?

Брат сделал вид, что её не понимает.

– У меня дел на станции воооо, – и выразительно провел ребром ладони по горлу.

– Ну-ну, дела у него, так и скажи, что терпеть не можешь ходить по магазинам.

– С девками? Ой, прости, с девушками? Конечно! Да вы же трусы себе можете выбирать часами, а тут целое платье! У мужчин как – понравилось, значит, берем. Никаких сомнений и колебаний. А вы померите, снимите, померите, снова снимите и так можете раз десять.

– Ну-ка, дорогой старший братец, скажи мне, пожалуйста, кому это ты трусы таким образом покупал?

Митя схватился за живот, имитируя приступ смеха.

– Варя, да я для образности слов!

– Конечно, конечно! И покраснел ты просто так!

– Да я…

– Марк, и правильно! Девочкам трусики тоже надо покупать. Иногда, – она подмигнула Марку, который ухмыльнулся, услышав её слова, и покачал головой. – Ладно, мы на пару часов. Ваня у бабы Шуры.

– Идите. Если что, фотки кидай на «Вайбер».

– Обязательно.

Варя знала, Марку важно, чтобы и он высказал своё мнение.

– Куда поедем? – спросил Митя, когда они сели в машину.

Варя пожала плечами.

– Понятия не имею.

– Тогда в центр.

– Давай.

Ей было сложно сказать, что она испытывала. Должна была волнение, как-никак ей предстоит нелегкий выбор. Платье невесты всё-таки. И между тем, Варя была спокойна. Она ещё с ночи, когда Ваня уснул в её кровати, а она смотрела на спящего мальчика, настраивала себя на то, что запланированное мероприятие пройдет хорошо. И платье она купит самое красивое.

– У тебя есть какие-то предпочтения? – голос Мити вывел её из задумчивости.

– Ты о чем сейчас?

– О платье, о чем же ещё, Варя. Какое будешь выбирать? Пышное, как вы, девочки, любите.

– Однозначно, нет, – улыбнулась она. – Что-то поскромнее.

– Значит, будем выбирать.

– Естественно.

Они прошли три салона, и Митя сдулся:

– Может, пообедаем?

Из них троих кто-то обязательно забраковывал платье. Нравилось мальчикам, не нравилось ей, и наоборот. Марк, хотя и сказал, что занят на СТО, названивал им каждые десять минут.

– Согласна.

Они выбрали кафе на первом этаже торгового центра.

Варе понравилось одно платье, легкое, струящееся по её стройной фигуре, но таким образом, что выгодно подчеркивало грудь и бедра. Ничего вызывающего, никаких рюш и нейлона. Варя думала остановиться всё же на нем. Братья скривили моськи и единодушно вынесли вердикт – слишком простое. Правда, когда увидели ценник с шестью цифрами, присвистнули.

Ценник смущал и её. Отдать за платье такую сумму…

– Привет.

Услышав знакомый голос, Варя мгновенно напряглась.

Только её не хватало.

Марк по пути в кафе встретил одногруппника, и они отошли поговорить. Варя осталась изучать меню и обдумывать намечающуюся покупку. Последнее занимало её, куда как сильнее. Даже есть особо не хотелось. Она и пошла перекусить, чтобы немного отвлечься, всё взвесить да и Митю покормить надо. У того организм ещё продолжал расти, плюс спорт отнимал много энергии, ему постоянно нужна подпитка в качестве дополнительных килокалорий.

В кафе постоянно мельтешил народ, и Варя вначале не заметила, как к её столику кто-то подошёл.

Варя подняла голову и сжала губы.

– Мы вдруг стали культурными?

У неё сработал рефлекс, выработанный годами. При виде Ульяны она не могла остаться даже равнодушной.

– Я присяду?

– Нет.

– Всё равно сяду, – девушка отодвинула стул и села напротив Вари.

Последняя молчала, борясь с желанием вцепиться в волосы ненавистного ей человека. Её не обманул вкрадчивый и спокойный тон Ульяны. Эта тварь всегда была лицемерной.

– Что тебе от меня надо? Какого черта?..

Варя сжала руки в кулаки, благо они лежали на коленях. Она откинулась на спинку стула, стараясь сохранить хотя бы видимость спокойствия.

Вот почему так всегда – хорошее настроение, легкая суета, и обязательно найдется тот, кто всё испортит?

Или попытается. Варя мысленно дала себе команду: не поддаваться на провокацию Ульяны, которая сейчас последует.

– Я увидела тебя, гуляющую по центру… – девушка сглотнула, и только сейчас Варя с легким удивлением заметила, что та нервничает. А вот и ещё одно доказательство, когда та подняла руку, приглаживая волосы, она дрогнула. – И решила, что если ты меня заметишь первой… В общем, Варь, я прошу тебя ничего ему не говорить, – затараторила она, и в её глазах появился странный блеск. – Он дал мне сутки, но, мать вашу, я в сутки никак не укладываюсь. Попроси его об отсрочке. Или ничего не говори, что видела меня! Хотя нет, лучше попроси… Я знаю, ты меня ненавидишь, это и понятно, но, черт, я не успеваю… Никак.

Варя, прищурив глаза, медленно спросила:

– Ты сейчас о чем?

Ульяна сильнее прикусила нижнюю губу. Темные пряди выбились из «хвоста», чуть раскосые карие глаза бегали из стороны в сторону.

– О твоем друге. Он… – она снова жадно сглотнула. – Он провел со мной беседу. Варь, я уеду, и мы больше никогда не увидимся, но через день… максимум, два, хорошо?

В первую минуту Варя пыталась свести логические концы и понять, о чем именно говорит Ульяна. Вроде, не пьяная, на обкуренную тоже не похожа, да и день, рано. Но она нервничала и даже как бы немного боялась.

– Я видела ты из бутика свадебных нарядов выходишь с этим… с братом, Митя, да? Замуж собираешься за того… Поздравляю, клевый мужик!

– Ульяна, с тобой точно всё хорошо? Может, скорую вызвать или в медпункт проводить? Ты меня поздравляешь! Уму непостижимо!

– Почему? – на мгновение перед ней снова предстала та Ульяна, которую она знала и которую считала личным врагом: красивая, уверенная в себе, молодая женщина, смело идущая по жизни, не оглядываясь ни на кого и на что, прокладывающая себе дорогу всеми доступными способами. – Думаешь, я иронизирую?

– Уходи.

– Послушай…

– Вали от меня!

– Я уйду, но… Передай своему, хорошо?

Варя, сцепив руки в замок, положила их на стол. Ещё минуту, и она за себя не отвечает.

Ульяна поднялась, сделала шаг от столика, потом развернулась, быстро наклонилась к Варе и страстно прошептала:

– Я любила тебя, дуру. Всегда. И тогда, там, в детдоме! Увидела и всё, у меня башку сорвало! Да, любила вот такой любовью и…

Варя запрокинула голову и прошипела в ответ:

– Ты меня едва не изнасиловала.

– Я любила!

– Да пошла ты! И да, даю тебе сутки. Ещё одни. Потом говорю Макару, что ты снова перешла мне дорогу. Угрожала. И рассказала про свою извращенную любовь.

Ульяна побледнела, потом вскинула руки, обхватила голову Вари ладонями, поцеловала в затылок и прошептала:

– Прощай.

На всё у неё ушло не больше двух секунд. Потом развернулась, расправила спину и пошла к выходу из кафе.

Варя, оглушенная, ошарашенная продолжила сидеть.

Потом усмехнулась.

Улыбнулась.

А вот не будет она сердиться на Карельского, что тот лично или через своих людей устроил взбучку Ульяне. Не будет. Ульяна заслужила. Каждое слово, каждую эмоции. И Варя заслужила человека, который не будет спрашивать у неё: а можно? Он будет действовать, на своё усмотрение. Потому что вправе.

Варе понравилось. Пусть неправильно с моральной точки зрения, угрозы – не есть способ решения проблем, и всё же…

И платье она купит то, простое, струящееся.

Решено.

* * *

«Купила».

Лаконичность Вари нравилась Макару всё больше. Так же, как и то, что его девочка не звонит по пустякам и не беспокоит его в рабочее время. Хотя иногда Макару и хотелось услышать её голос.

Вечером, когда придет на работу. У неё сегодня были две группы, вот после них он её и ужучит.

Макар не выдержал и набрал вызов в ответ на сообщение:

– Говорят, до свадьбы платье жениху показывать нельзя.

Варя прыснула в трубку:

– Говорят.

– Наверняка красивое.

– Мальчишки забраковали.

– Да быть такого не может.

– Я тебе говорю.

– Главное, чтобы тебе понравилось.

– И тебе…

Её голос изменился, стал тише. Макар улыбнулся. Он давно заметил, что когда Варвара волнуется, её голос приобретает хриплые нотки.

– Мне понравится. Вот увидишь.

– Честно скажешь, хорошо?

– Варя, мне больше всего нравится видеть тебя голой. Такая честность тебя устраивает?

– Макар Витальевич, вы похабник.

– Не без этого. Соскучился. Готовься, сегодня заберу тебя к себе.

В телефоне образовалась не понравившаяся ему тишина. Он напрягся. Что снова не так?

– Макар, я поеду, но ночевать – домой. Ваня… Я ему ночью сказала… В общем, я ему нужна.

– Понимаю. Договорились.

Да, черт возьми, он всё понимал! Что для неё важен мальчик, братик, а он? Глупо, но в груди засвербело.

Карельский, ты такими темпами с крышей распрощаешься. Ревнуешь Варю к столбу. Один раз уже обидел девочку, хочешь повторно? Ваню она тебе не простит. Если не сказать большего.

Он не успел положить телефон на стол, как пошел ещё один входящий вызов.

– Да, Вадим.

Шериф ещё находился в городе. Да и не уедешь после такого…

– Ты у себя?

– Да.

– Сейчас заеду. Собирайся. Ты мне нужен.

– Даже так?

– Карельский, не паясничай.

– Давай. Жду.

Он это дело начал, ему и продолжать. Отдав распоряжение заму и сказав, что будет на месте через пару часов, как раз к приходу Вари, Макар, схватив ключи от машины, вышел из кабинета.

На улице хмурило. Давненько не было дождя. Воздух нагрелся, пропитался выхлопными газами. Макар усмехнулся. Вот так они и живут, рядом с морем, а на море бывают только когда выезжают заграницу, или когда уже сил нет работать, и забиваешь на всё.

Ему захотелось вывести Варю на море. А это неплохая идея.

Из-за немоты Вани, общеобразовательная школа ему пока не светит. Будет посещать интернат. И то, возможно, не с этого года. Наймет репетиторов, подготовит документы на домашнее обучение. Другого варианта он пока не видел. Мальчику сейчас надо привыкнуть к нему, к новой жизни, не до школы. Но этот момент точно надо обсудить с Варей.

Всё, что касалось мальчика, только через неё.

Она будет чудесной матерью. В груди Карельского разрослось тепло, стоило подумать о совместном ребенке. Он очень хотел, чтобы Варя от него забеременела. Возможно, не сразу… Не в первый год семейной жизни. Всё-таки, Макар относил себя к эгоистам, ему сначала хотелось получить Варю для себя. У них уже будет Ваня, с ним тоже следует найти общий язык, и не только в качестве тренера, но и приемного отца.

И лишь потом подумать об общем ребенке. Макар знал одно – если Варя забеременеет раньше, да хоть сегодня, он будет счастлив.

Подстроится. Изменит планы. В кровь собьет кулаки, но у них будет счастливая семья.

Им всё-таки стоит подумать о том, чтобы слетать отдохнуть. Или хотя бы на их же море выбраться, но уехав из города. Макар знал пару мест, где туристам вход был воспрещен. Частная территория.

Рядом с Макаром притормозил джип Шерифа. Тот опустил пассажирское стекло, перегнулся через сиденье и громко спросил:

– Давай на моей.

Макар подумал и согласился. Открыл дверь, сел. Мужчины поздоровались.

– Я пробил информацию по своим каналам, – начал Вадим, выруливая на трассу.

– И?

– Ты был прав. Найду ту суку, убью лично.

Вадим слов на ветер не бросал.

– Не горячись. Сначала разберись.

– Разберусь. Поверь.

Они ехали не долго. А вот и интересующая их станция.

Марк как раз сидел на деревянной скамейке с железными ножками и пил что-то из кружки. Перемазанный, чумазый, он выглядел довольным. Одной рукой держал кружку, второй что-то просматривал в телефоне. Заслышав звук останавливающейся машины, автоматически поднял голову. Новый клиент пожаловал? У Шерифа передние стекла, несмотря на запрет, были тонированы. Не любил он светиться.

Макар посмотрел на друга. Тот уже свыкся с новостью? Вряд ли. Не в их возрасте. Это в двадцать-тридцать ты психологически более мобилен, подстраиваешься, изменяешься. После сорока подстраиваются и изменяются уже под тебя.

– Приехали.

Вадим смотрел на парня.

Да, ситуация не из легких. Они, Макар и Шериф, многое прошли, видели то, что другим и в кошмарах не приснится, и вдвойне было странно в тот момент наблюдать, как Вадим вцепился в руль, и как побледнели костяшки на его пальцах. Как каменеет лицо, и где-то на дне глаз зарождается настоящая стихийная буря.

Макар приглушенно выругался и открыл дверь. Спрыгнул.

Марк, увидев его, удивился.

– Макар?

Поспешно поставил кружку прямо на землю и поднялся. Обтер правую грязную руку о штаны, и лишь тогда протянул её для приветствия.

– Что-то с Варей? С Ваней?

У Макара что-то ёкнуло в груди. Вот как они могут быть такими? Эти молодые люди: что Варя, что её братья, что мелкий Ваня. Не бывает так в нашем обществе. Чтобы не за себя, а друг за друга горой.

Когда рос Макар, им приходилось держаться за друзей, потому что иначе не выживешь. Законы улиц и стремительно меняющегося времени были жестоки, порой, очень неоправданно, и слово «справедливость» терялось в крови и бабках. Их сплачивало желание выжить и подняться наверх.

Сейчас времена изменились. Жизнь стала мягче. Больше появилось безалаберность, безответственности. «Я» поставили во главе отношений и взаимодействий с другими людьми.

А ребята Парисовы?.. Что в них особенного? Почему они умудряются сохранять человечность при порой нечеловечных условиях?

Макар мотнул головой – нашел время философствовать.

– С ними всё отлично, насколько я знаю. Мы к тебе. По делу.

Пока он говорил, Вадим открыл дверь и точно так же спрыгнул на плохой старый асфальт.

Марк машинально перевел взгляд на владельца авто, которому, предположительно, как он думал, требуется диагностика.

– Что за…

Больше слов у Марка не нашлось. Он смотрел на свою копию только старше лет на семнадцать-двадцать.