Глава 18

– Сядь. Я хочу, чтобы новость ты узнала от меня.

Макар тормознул Варю на полпути к его столу.

Варя замерла в недобром предчувствии, и лишь увидев ласковую улыбку Макара и протянутые ей через стол руки, немного расслабилась.

Прошла, села в кресло. Она только что отзанималась со второй группой, поспешно сполоснулась под душем и намеревалась предложить Макару поехать к нему. Тренажерный зал снова отменялся. Да и, положа руку на сердце, не так и хотелось. Эмоции переполняли девушку, это первое. Второе, она соскучилась по Макару. По его прикосновения, по темнеющему взгляду, от которого кидало в дрожь, и в трусиках становилось жарко. Она договорилась с Митей, что она придет домой не позднее двенадцати.

– За вами так прикольно наблюдать, – сказал ей брат.

– Почему?

Он пожал плечами.

– Вроде бы взрослые люди, особенно Макар, а ты у меня отпрашиваешься…

А куда денешься, когда семья? Когда есть обязательства?

Варя едва не ерзала от нетерпения. Прежде чем пойти к Макару в кабинет, она переоделась. Легкие свободные брюки и блуза. Никаких лосин и топов. Она приняла его правила игры. Ей не трудно, ему приятно. Варя с легкостью относилась к компромиссам, если они кардинально не затрагивали её взгляды на какой-то вопрос. Одежда – это пустяк.

– Новость? Надеюсь, приятную?

– Относительно.

– Макар, ты заставляешь нервничать. Новость, я так понимаю, касается нашей семьи?

– Да.

– Что-то снова с Усановой?

– Нет. На этот раз новость затрагивает Марка.

Варя повела головой и вспылила:

– Вот я так и знала, что он доиграется! Я ему сотни раз говорила, чтобы не смел брать чужие машины! Он попался, да?

– Варя, – спокойно прервал её пламенную речь Макар, тем самым заставив замолчать и насторожиться. Умел Карельский заставить себя слушать. – Я знаю отца Марка.

– Чтоооо?

Варя не могла поверить в услышанное. Слова Макара прозвучали так, будто в тридцатиградусную жару на нее выплеснули ушат ледяной воды. В голове мгновенно образовалась тишина, которая в следующую секунду взорвалась десятками вопросов.

– Сейчас расскажу, что да как. Варя, а ну-ка, давай, расслабься. И не жди никакого подвоха.

– То, что ты мне только что сообщил…

– Варя.

– Хорошо, слушаю.

Она заставила себя собраться. Будет перебивать – ничего не услышит.

– При знакомстве с Марком у меня в голове засела назойливая мысль, что я его уже где-то видел. Подумал сначала, что это как-то связано с твоим досье. Не суть дела. Копаться дальше я не стал, меня больше занимала ты и наши отношения, – Варя, услышав про их отношения, стремительно покраснела. – Поэтому мысли о Марке меня перестали интересовать. Пока в город по делам не приехал мой давний друг Вадим Байров. Вот тогда-то меня и плюснуло… Мы малость перепили, и я ему выложил гипотезу, что встретил парня, детдомовца, как две капли воды похожего на тебя. Сначала Вадим поржал – естественная реакция. Потом… Варя, ты должна понимать, что и в моем прошлом, и в прошлом того же Вадима есть темные пятна, которые нас кое-чему научили. Всегда проверять любую информацию, доверять своей интуиции. Мы оба проверили по своим каналам вероятность того, что Марк сын Шерифа.

– Шерифа? – почти шепотом переспросила Варя.

– Вадима, извини, по привычке. Тест ДНК пройдут на днях, он всё покажет… Двадцать пять лет назад Вадим был в городе. Естественно, тра… встречался с девушками, и мы думаем, что одна, забеременев, или не смогла его найти, или не захотела. Родила и отдала мальца в детдом.

– Господи…

Варя зажала руками. До неё дошло. Накатило со страшной силой.

– Марк… Мне надо…

Она вскочила, её глаза забегали из стороны в сторону.

– Варя, сядь.

– Мне надо к нему!

– Тебе к нему сейчас точно не надо, – более жестко сказал Макар. Видя, что Варя не желает его слышать. Засуетилась, разволновалась. Он поднялся и подошел к ней. Она терпеливо смотрела, как он приближается, то хмурясь, то снова пытаясь что-то сказать.

Макар взял её за плечи и несильно сжал. Но так, чтобы она не смогла вырваться.

– Девочка, пойми ты, наконец. Твои парни – взрослые мужики. Им не нужна опека двадцать четыре часа в сутки. Я могу предположить, что у тебя сейчас обостренный материнский инстинкт, ты – хозяйка дома, единственная женщина в семье. Это хорошо… Но притормози немного. Варь, давай ты сейчас выдохнешь. Давай-давай, выдыхай.

– Макар…

– Делай, как я говорю.

Он ей таким нравился – сильным и властным. Иногда перегибающим палку, жестким. Но разве не таким должен быть настоящий мужчина? Опора семье, женщине, что рядом. Умеющим брать на себя ответственность и быть целеустремленным до конца. Тот, на кого можно положиться. Кто не говорит. Делает.

А ещё он чертовски красивый. Её Макар Карельский. Мужской, грубой красотой. От которой заходилось сердце, и пробуждалась не только плотская страсть.

Варя шумно выдохнула.

– Так?

– Умница.

Он притянул её к себе и прижал. Варя доверчиво прильнула, положив голову ему на грудь. Тепло, уютно.

– Поехали к тебе. Или ты не освободился ещё?

– Освободился.

– Марк… с ума сойти…

– Варя.

– Всё, всё… Отпустила мысль. Почти. Слушай, поцелуй меня, а, Карельский? Чтобы уж я совсем отвлеклась.

Сказано – сделано.

В ту ночь Марк домой пришел пьяным. Впервые за всё время, что Варя его знала.

****

– Поздравляем! От души!

– А почему ты один? Где Руслана?

– Вчера положил в больницу.

– Что-то серьезное?

– Есть вариант, что наша доча родится раньше времени.

– И ты молчишь?

– Да вот, говорю. Поэтому примите от нас подарок, и ждем в гости. Варя, очень рад был с тобой познакомиться.

– Я тоже, Захар.

– Макар, ждем. Если мы повременим с родами, и я заберу Лану, приезжайте.

– Как скажешь, – усмехнулся Макар, принимая от Захара конверт. – Что тут? Чек на два миллиона долларов?

– Увидишь.

Захар понравился Варе. На их росписи присутствовал он и Вадим, а также остальные члены семьи Парисовых. Марк просил за Вадима. Про них – чуть позже.

Макар организовал роспись через три дня после покупки платья. Если сказать, что Варя была в шоке, значит, ничего не сказать.

– Как?.. Так быстро?

– А зачем время тянуть?

И, правда, зачем?

Макар полностью занялся организацией всего, и Варе лишь оставалось догадываться, как он уставал. Все эти три дня они виделись урывками в клубе.

– Потом утащу тебя и запру на несколько дней, – обещал он, а Варя подмечала новые морщины.

Ей хотелось разгладить их. Подойти и заключить лицо Макара в свои руки. Провести подушечками пальцев по кустистым бровям, по чуть заостренным скулам. По губам. Особенно по ним.

Чтобы Макар потом прикусил её палец, вызвав привычную дрожь в теле…

Варя ловила себя на мысли, что хочет к нему. Хочет с ним. Даже просто находиться рядом, молчать. Лишь бы быть вместе.

Влюбилась…

Она влюбилась. Не сразу, не с первого взгляда. После споров с самой собой, сомнений, некоторых обид. Её сердце приняло Макара.

Всего.

С его шальным взглядом. Жестким характером. Замашками диктатора. Она не строила иллюзий, что их притирка будет мирной. Нет, посуду они побьют. Вернее, она. Зато с чувствами всё в порядке.

Она очень волновалась в день росписи. Нервничала так, что едва не плакала. Как же не хватало мамы и папы! Им бы Макар понравился, она не сомневалась, даже несмотря на их разницу в возрасте, которую, она, кстати, не ощущала совсем.

Прежде чем одеться, Варя долго стояла перед фотографиями родителей.

– Спасибо… за всё.

В доме тоже суетились.

Во-первых, её роспись.

Во-вторых, новость, что у Марка нашёлся отец. Они уже успели сделать ДНК, но пока результат не пришёл. Байров приезжал к ним вечером накануне, и они с Марком долго беседовали в гараже. Вадим в дом заходить не стал, лишь с ними мельком познакомился.

Варя сразу подметила, что Вадим и Макар похожи. Если с Марком они были едва ли не одно лицо, то с Макаром чувствовался единый дух. Взгляд такой же, уверенность. Состоявшийся мужчина, чье состоянье измеряется не только в финансовом благополучии.

Митя поддерживал её, как мог. Марк тоже, но он всё больше молчал. Оно и понятно. Единственное, о чем она его попросила:

– Не пей больше, Марк.

Он кивнул и погладил её по голове.

– Маме бы не понравилось, да?

– Да. Ты же знаешь, родители были против алкоголя.

В горле у обоих образовался ком, и они, кое-как совладав с собой, медленно кивнули.

– Ты потрясающе красивая невеста. Жаль, что всё так… скромно, без пышной церемонии.

– Ой, Марк, я тебя умоляю! У меня и без пышной церемонии поджилки трясутся. И слава богу, что всё так быстро, я очухаться и испугаться окончательно не успею. А тут раз – и всё готово.

– Макар тебе будет хорошим мужем.

– Вот нисколько не сомневалась, что ты так скажешь! С твоим-то отношением к нему! – она пыталась разрядить атмосферу шуткой. – А где Ваня?

– С Митьком.

Ваня хмурился. Варя заметила, что он избегает её последние дни. Всё больше времени проводил с младшим из братьев.

– Ревнует, – вынес свой вердикт Митя, но ей от этого легче не стало.

– Какая ревность…

– Такая. Ты была только его. Мы не в счет. А тут Макар Витальевич.

Варя качала головой.

– У них хорошие отношения. Он его тренер.

– И этот тренер сейчас претендует на твоё внимание. Ваня же видит, что ты куда-то пропадаешь по вечерам.

– Скоро я буду постоянно с ним…

Карельский в брюках и белоснежной рубашке выглядел потрясающе. У Вари на мгновение перехватило дыхание. И этот мужчина теперь будет её?

– Кто там говорил, что платье ты выбрала не то? – прошептал он, поднимаясь по ступеням.

– Нравится? – зарделась Варя.

– Оно настолько тебе идет, что мне не терпится его уже снять.

– Макар!

– Что, девочка? Я охренеть какой голодный, учти это, пожалуйста.

Варя посмотрела ему в лицо и негромко ответила:

– Я тоже.

Захар Волгарский их ждал у ЗАГСа. И снова у Вари возникло чувство дежавю. Как же эти мужчины схожи друг с другом! На них смотришь и понимаешь: они не подведут, не предадут, защитят. Сильные, уверенные в себе. Дающие эту силу другим.

Во время росписи Варя волновалась так сильно, что слушала работница ЗАГСа вполуха. Но её голос не дрогнул, когда пришло время сказать: «Да».

Она стала женой Макара.

* * *

Отмечали в небольшом ресторане в центре города. Чуть позже Варя узнает, что простым смертным в это заведение был вход заказан. Хозяин сделал несколько отличных маркетинговых ходов, и очень скоро ресторан приобрел известность в определенных кругах. Элита города потянулась именно в него. Ресторан был разделен на несколько секторов, имелись и вип-залы, как раз для торжества небольших компаний.

Им желали счастья, долгих лет жизни и совместных деток.

Праздновали они недолго, часа три максимум. О времени между Макаром и Варей было обговорено заранее.

– Ваня может поехать с нами.

– В брачную ночь? Макар, я, конечно, ценю твой энтузиазм, но верю в него с трудом. Сегодня мальчишки с ним побудут. Завтра заберем.

– Уверена?

– Да. Я говорила с ним… спрашивала. Он согласился.

Пока всё, что касалось Вани и Макара заставляло Варю нервничать. Дни перед росписью она старалась максимально проводить с братиком, гуляла с ним, читала ему, они вместе смотрели мультики. Занимались всеми теми вещами, что интересны ребенку. Она постоянно прижимала его к себе, обнимала. Сердце заходилось в непонятной тревоге.

Она бросилась в отношения и в брак с Карельским, как в омут.

Но что если Макар не сможет принять Ваню? Такое тоже бывает.

Она наблюдала за ними в спортзале, хотя Макар и запрещал родственникам присутствовать. Проходила в раздевалку, прикрывала дверь, оставляя небольшую щель, и смотрела на Ваню. Макар, заметив её манипуляции, вопрошающе приподнял брови и скрестил руки на груди.

– Мне надо, – она кусала губы едва ли не до крови.

Макар молчал.

Она надеялась, что он её понимал.

– Перестань нервничать, – одернул её Митя уже в ресторане.

– Заметно?

– Всё будет хорошо.

– Усанова?..

– Пропала. Из органов опеки не поступало вообще ни одного звонка.

– Как бы ни было потом хуже…

– Не будет.

Перед тем, как им уехать, Ваня обнял её крепко-крепко.

И лишь тогда Варю отпустило.

* * *

Невеста не смогла удержать легкого вскрика, когда жених подхватил её на руки.

– Не будем нарушать традицию, – проговорил Макар, переступая порог квартиры.

Варя зажмурилась от счастья и сильнее прижалась к нему. Как только они подъехали к дому, где находилась его квартира, она снова занервничала. И ведь не объяснишь, почему! Её потряхивало изнутри.

– Наконец-то, мы одни, – хрипло сказал мужчина, скидывая легкие летние туфли.

Ставить её на пол он не собирался.

– Макар, пусти.

– Ну уж нет. Сразу в спальню.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

– Дай мне хотя бы разуться! – она уже смеялась.

– Вот там и разуешься.

Варя хотела ещё что-то сказать, потом передумала. Пусть сегодня будет всё, как хочет он. Потому что их желания зачастую совпадали. Она уткнулась носом в шею Макара. Мужа.

Она замужем…

Конечно, ещё полного осознания не было. Оно придет значительно позже. Сейчас же ей хотелось наслаждаться обществом любимого мужчины, таять в его руках, раствориться в ночи, что принадлежала только им одним.

Макар её пронес в спальню и аккуратно поставил на пол. На улице только-только начало смеркаться, свет он включать не стал.

Мужчина и молодая женщина застыли друг против друга. Дышали в унисон и смотрели в глаза.

– Робеешь, – это не было вопросом.

– Есть немного.

– Почему? Ты же была со мной.

– Но не в качестве жены.

– Это что-то меняет?

– Пока не решила.

– Надеюсь, ты пошутила?

Глаза Карельского опасно блеснули, отчего произвели на Варвару как раз противоположный эффект.

Она завелась.

От мысли, что вот этот мужчина теперь её муж, и она на него имеет определенные права, низ живота тяжелел, дыхание сбивалось.

Их первая ночь, как мужа и жены…

Всё слишком поспешно. Урывками. Недосказанностями. У них и времени не было узнать друг друга. Макар ворвался в её жизнь и прочно обосновался. Пустил корни. А она? Она тонула в нем.

– Не знай… не знай…

Она сознательно дразнила его.

Потому что соскучилась.

Потому что мечтала, чтобы он, наконец, снял с неё платье! А потом и белье.

Варя переступала с ноги на ногу, ожидая дальнейших действий Макара.

Тот усмехнулся.

Предвкушающе.

Словно ток прошелся по коже девушки, и Варя позабыла, как дышать.

Макар медленно поднял руку и начал развязывать галстук.

Молча.

Не моргая и не сводя глаз со своей жены.

По позвоночнику побежали мурашки. Варя тоже замерла, неосознанно прикусив нижнюю губу.

– Выпить хочешь?

– Нет.

Галстук полетел куда-то в сторону. Одна пуговица на идеально белоснежной рубашке. Вторая. Вот и обнажилась его грудь.

Варя инстинктивно свела бедра. Макар к ней ещё не прикоснулся, а она уже пылала. Она не могла оторвать взгляда от его рук. Красивые, со слегка вздутыми венами. Мужские. Сильные. Способные творить с её телом настоящее волшебство.

Ей нравилось в Макаре всё. Физически он идеально ей подходил. Оставалось надеяться, что он о ней такого же мнения.

Она не раздевалась. Сама – не хотела.

Пусть он…

Её муж.

Рубашку распахнул, повел плечами, снял.

Варя шумно сглотнула.

– Моя девочка проголодалась?

От его потемневшего взгляда, от хриплой интонации, в её теле пробуждался огонь, который в состоянии потушить только Макар. Он уже взялся за ремень, дернул, высвободил его. Кинул на пол. Далее – брюки.

– Да, – выдохнула Варя, поддавшись уже его провокации. – Проголодалась. Тут некоторые меня на сухпаект посадили.

Глухой стон, больше похожий на рычание, послужил ей ответом.

– Я тебя сниму с диеты, не сомневайся.

– Пока только одни слова…

Она оборвала сама себя, потому что Карельский снял штаны вместе с боксерами.

Перешагнул и направился в её сторону.

* * *

Думал ли Макар, что когда-то ему приведется испытывать столь оглушающие, выбивающие из колеи чувства в отношении девочки? Не думал. Не до этого было. Женщины грели его постель, составляли компании. Просто были в его жизни. Потому что мужская природа требовала. Да и разрядка нужна. А чувства? Не до них, вот право. Да и не в том он возрасте, чтобы думать о чувствах. Первоочередно – дело, заработок, безопасность.

Всё кардинально изменилось после знакомства с Варей. Да, сначала была Руслана с Захаром, но это немного другая история. У него же своя – с Варей. С девочкой-егозой. С девочкой-занозой. Упрямой, абсолютно не капризной. Ставящей интересы других людей выше своих. И одновременно умопомрачительно красивой, с идеальным телом. Один взгляд – и он возбуждался. В голове постоянно рисовались картины, как он будет иметь свою девочку. Как нагибать её… ласкать… То, что у них было – жалкое подобие сексуальных отношений. Какие-то урывки.

Ему она нужна вся.

Её поплывший взгляд жадно блуждал по его телу. Нравится, малышка? Он видел, что нравится. И ему, черт возьми, хотелось ей нравиться. Хотелось, чтобы она смотрела на него с интересом. Мля, и с любовью тоже! В грудной клетке разрастался нестерпимый жар, который Макар четко контролировал. Он сорвется, но не в эти минуты. Не тогда, когда они оба так долго ждали, чтобы остаться наедине. Им надо ещё немного времени. Совсем чуть-чуть.

Варя не раздевалась, ждала его. Осознанно или нет, но он понимал смысл её действий. Поэтому, как только избавился от всей одежды, выпрямился. Он не красовался, ни к чему эти нарциссические замашки. Член налился кровью, встал. И требовал продолжения. Он хотел в теплые руки Вари и туда, где ему самое место.

Так же молча Макар сделал несколько шагов по направлению жены. Его девочка… Его маленькая. Его сокровище.

Теперь она уже от него никуда не денется. Не отпустит.

Он увяз в ней. С головой. В её глазах. В мягкой и в тоже время строптивой улыбке. В голосе, наполненном любовью к близким и родным.

Макар Карельский влюбился. Впервые в жизни. В сорок с хвостиком.

И готов был на всё, чтобы сделать жизнь любимой девушки счастливой.

О чувствах не говорил. Не в его характере. Поймет сама.

Он подошел к ней. Максимально близко. Полы её платья касались его ног.

Маленькая… нежная… хорохорится, а у самой сердце заходится.

Макар улыбнулся. Он видел, что она нервничает.

Он дотронулся до её губ, чуть надавил. Варя попыталась укусить его за подушечку пальца, он вовремя убрал, покачав головой.

– Хочу тебя раздеть.

– Раздень, – уже тихо, едва размыкая губы.

Вот ты и выдала себя, девочка.

В груди Макара стремительно распространялось тепло, которым он хотел делиться. В эту ночь он никуда не будет торопиться. Подавит в себе ошалелое желание завладеть телом Вари, как можно скорее ворваться в её сладкое сочное лоно.

Первым делом он распустил ей волосы. Ему нравилось перебирать мягкие пряди, пропускать их между пальцем. Шелковистые, красивые.

Потом он взялся за платье. Осторожно, даже наигранно медленно. Здесь молния, тут застежка. И как бы невзначай по коже Вари, по её холмикам груди, что заключены в белое кружево. Карельскому нравилось наблюдать, как сбивается дыхание его девочки, как коже розовеет под его мимолетными прикосновениями, как покрывается мелкими озорными мурашками.

Варя так же молчала. Кусала губы от нетерпения, но приняла его игру.

Она дрожала…

Она хотела…

Она ждала.

Макар не выдержал сам.

Когда снимал с неё трусики. Варя зажмурилась, вцепилась в его литые плечи пальцами, не замечая, как ноготки впиваются в бронзовую кожу.

Его дыхание коснулось её живота…ниже…ещё ниже… Пощекотало бедро, и Варя выдохнула не то с сожалением, не то с облегчением.

– Переступи, – охрипший от сдерживаемого желания голос Макара снова нашел отклик в её теле – по нему прошла едва заметная дрожь.

– Макар, черт тебя возьми…

– Не ругайся, – легкий шлепок по попе выступал в качестве наказания.

Варя резко распахнула глаза и охнула.

У Макара скрутило нутро от осознания её чувственности. Её готовности. Она идеальная. Отзывчивая, очень сексуальная.

– Если… если буду ругаться, будешь наказывать?

Макар жадно припал губами к её бедру.

– Да.

– Ок. Я…, – сглотнула, – запомню.

Она положила руку на его затылок, сильнее сжала. Её пальцы подрагивали – он чувствовал их легкую дрожь.

– Варя, девочка моя…

Его губы проделали дорожку до шелковистых волос, поцеловали складочки. Влажные. Сочные. Его член давно налился, отдавая сладкой болью по всему телу.

Макар порывисто поднялся, подхватил Варю на руки, та с готовностью обняла его за шею, прильнув.

Расстояние до кровати он преодолел в несколько шагов. Аккуратно положил Варю на простынь и на мгновение замер. Залюбовался ей. Такой роскошной, маленькой, невероятно красивой. Варя лежала, тяжело дыша, отчего её грудь призывно опускалась и поднималась. Чертовка чуть развела ноги, открывая доступ к розовой плоти, от вида которой он дурел.

В груди разрасталось доселе неведомое чувство теплоты и чего-то большего. Когда осознаешь, что вот за эту девочку, за её улыбку, за её счастье готов не только горы свернуть, но и убивать. Лишь бы она всегда вот так ждала его. Землю зубами грызть будет. Сделает всё.

Теперь у него было для кого…

– Я чертовски счастлив, что ты сделала мне предложение, Варвара Карельская.