Глава 35

Александр

После того как доктор озвучил мой диагноз, а девушка, которая была для меня всем, отвернулась, я не ждал, что когда-нибудь почувствую себя абсолютно счастливым. Более того, перешёл в режим «дожития», стремясь лишь к одному – успеть спасти хоть кого-то, раз сам всё равно скоро загремлю в ящик…

Но жизнь оказалась не так проста. Не знаю, кто на небесах играл со мной в покер (или в «дурака»?), но, когда «карта пошла», я был готов расцеловать это нечто в обе щёки. Если они у него есть.

Я и не рассчитывал на то, что мы с Флоренс так быстро придём к взаимопониманию!

В один прекрасный момент что-то будто щёлкнуло, и между нами растаял лёд. Одно тихое «прости», и красивая сильная женщина открылась мне с другой стороны. Оказалось, что непримиримый страж Шаада может мило улыбаться и выглядеть хрупким и беззащитным!

Я вздрогнул и, смущённо кашлянув, отвёл взгляд. Кажется, я уже некоторое время пялился на Флоренс, которая сидела напротив меня и, попивая чай, что-то внимательно читала. И судя по тому, как многозначительно переглядывались дети, а их мама, наоборот, не отрывала внимания от книги, это не укрылось ни от кого…

И тут мне прилетело по лбу.

– Агнесс! – схватившись за ушибленное место, возмутился я. – Ты опять? – Отобрал у ребёнка половник и всучил ложку. – Кушай! А то Сокол сделает а-та-та!

– Сокол лишь может предложить твоей маме сделать тебе а-та-та, – не поднимая головы, строго поправила меня Флоренс. – Поэтому не бойся, дочка.

Малышка довольно засмеялась и, опустив ложку в тарелку, зарядила свой метательный снаряд, но от прямого попадания меня спасла быстрая реакция. А вот Пёселя Лаврентьевича, который, развалившись на полу, деловито обгрызал кость (надеюсь, не из пазла Германа), провидение не пощадило. И прилетевшая карма… то есть ложка, полная манной каши, мгновенно преобразила собаку, придав ушастому очаровательной гламурности.

Шалунья радостно захлопала в ладошки, но Флоренс сурово произнесла:

– Агнесс.

И ребёнка будто подменили. Ручки сложила, на милом личике невинная улыбка, и в глазах ни искорки радости от удачной проказы. Лишь ротик открыла, как самая послушная девочка в мире.

– А-ам!

Честно, я каждый раз диву давался. Как?! Одно слово – и передо мной другой человечек! Нет, это нечто фантастическое… Связь матери и ребёнка непостижима.

Впрочем, волшебство обычно продолжалось недолго, и не стоило тратить время зря. Поэтому я подхватил другую ложечку и ловко всунул малышке в рот немного каши. Потом ещё чуточку, и поспешил повторить фокус пару раз, пока…

Она всё же фыркнула. Мы с Джессикой стремительно скрылись под столом, а вот Джонатан не успел и возмущённо воскликнул:

– Агнесс! Я весь в каше!

– Ему полезно, – хихикнула под столом Джесс и прошептала: – Пойдём после завтрака на речку?

– А мама разрешит? – так же тихо уточнил я.

– Разрешит, если она уберёт со стола, – скучающим тоном проговорила Флоренс, и мы сели на свои места. – Но проследите, Александр, чтобы дочь в воду не лезла. Зелья против яда зверорыб ещё не настоялись. Не хочу рисковать здоровьем девочки.

– Разумеется, я присмотрю, – торопливо заверил я, помня своё обещание уделять внимание каждому из детей. И до сих пор пытался следовать своим словам, выбирая такие игры, которые больше всего понравились бы тому ребёнку, с которым я проводил время. – Не волнуйтесь.

– Возьмите с собой комод, – наконец оторвавшись от книги, попросила Флоренс и едва заметно улыбнулась. – Он совсем застоялся в стойле. Пусть побегает и разомнёт ящики.

Я ощутил, как уголки губ машинально дрогнули, отзеркаливая её улыбку, и, отвернувшись, прокашлялся. Радуясь, что отросшая за эти недели борода скрыла её, провёл ладонью по всё ещё кудрявым волосам. Причёска тоже изменилась – ведь мои волосы были прямыми, а магический завиток остался лишь на кончиках, – и выглядела забавно. Джессика пару раз порывалась меня подстричь, но я мужественно отбивался.

Поднявшись, я аккуратно вытер малышку и, вынув её из стульчика, усадил в ходунки. Агнесс с криком индейцев тут же умчалась к загону с весело скачущими табуретками. Я отметил, что комод действительно держится в стороне и выглядит унылым.

– Джонатан?

– Что? – вытирая лицо, недовольным тоном отозвался парень.

– Больше уважения в голосе, – спокойно потребовала Флоренс.

И юноша, отбросив полотенце, широко улыбнулся:

– Слушаю тебя… Папа!

Но его шпилька пролетела мимо – Флоренс уже несколько дней никак не реагировала на такие выходки, а мне и вовсе было приятно, когда Джонатан или его сестра так обращались. Лишь парень всё ещё не верил, что утратил рычаг управления мамой и её гостем из мира живых.

– Принеси ящик с инструментами, – помогая Джессике собрать посуду, попросил я. – Возможно, комод требует некоторого ремонта.

– А можно я? – тут же загорелся Джонатан. – Пожалуйста, Сокол! Я хочу сделать это сам!

– Угу. – Сложив тарелки, я отступил на шаг. – Если что, я исправлю.

Флоренс, продолжая читать, приподняла книгу, а Джессика в этот момент, от усердия прикусив нижнюю губу, сложила пальцы и, щёлкнув ими, выпустила зелёную искру. Скатерть на миг обрела травянистый оттенок, и посуда с остатками еды испарилась. Когда ткань снова побелела, девочка хотела её сложить, но услышала:

– Подожди.

Флоренс постучала по столу сначала два раза костяшкой безымянного пальца, затем три раза – мизинца, и потом один раз – среднего. Ткань на мгновение окрасилась в жёлтый, а когда посветлела, я увидел самую настоящую бритву. С триммером.

– Кажется, это вам пригодится, – не глядя на меня, пояснила женщина и хитро усмехнулась. – А то я всё чаще ловлю себя на мысли, что путаю вас с Пёселем Лаврентьевичем!

– Да?! – Пёс возмущённо приподнял уши. – А как же моё неповторимое и непревзойдённое пение? Флоренс, этот мужлан так не сможет!

– И то верно, – смеясь, поддержал я расстроенную в лучших чувствах собаку. И поблагодарил хозяйку замка: – Спасибо. Я пробовал использовать нож, но…

– Да, я видела, как Джессика в доктора играла. – Оторвавшись от книги, Флоренс окатила меня задорным весельем во взгляде. – Я вам действительно посочувствовала…

– Моё счастье, что зелья от яда зверорыб ещё не настоялись, – смутившись, отшутился я.

Взяв бритву, покрутил в руке и нажал на кнопку. Прибор зажужжал, и я улыбнулся.

– На аккумуляторах! Хорошо, а то здесь нет розеток.

– Кстати о них. – Флоренс отложила книгу, когда Джессика сложила и убрала скатерть. – София установила на крыше солнечные батареи, и в их замке…

– Да-да, ваша подруга весьма изобретательна, – поторопился перебить я её и махнул рукой. – Джесс! Спорим, я быстрее добегу до берега?

Счастливо взвизгнув, девочка бросилась к реке.

– Но… – поднялась Флоренс.

– Спасибо за бритву! – крикнул я, поспешно удаляясь.

Я очень хорошо относился к Флоренс и был готов исполнить почти любое её желание… Звезда с неба, самородок из-под земли, переделать всю мебель заново… Даже, если надо, построить новый замок! Всё сделаю, кроме одного: в моём доме никогда не будет и следа стиля хай-тек!

В нашем доме.