14. Женя, я жену люблю. Очень

На следующее утро, я стоял на кухне и кипятил молоко для девочек, чтобы они поели хлопья. Похоже, в ближайшее время, каши я не буду и пытаться варить, здоровье дороже.

А еще я пытался придумать, как объяснить Юле, что Женя делала в нашем доме. Телефон молчал, но это было хуже любых сообщений. Юлина молчанка — страшное оружие.

— Пап, — позвала Вера из гостиной. — А мы будем завтлакать?

— Будем, доча. Еще пять минут.

— А Жужа уже съела полтуфли. Она не лопнет?

Я вздохнул. Жужа сидела в углу и доедала каблук с таким видом, будто это был деликатес.

— Не лопнет, — ответил я. — У нее желудок тренированный.

И тут зазвонил телефон. Начальник. Снова.

— Андрей Романович, — голос был взволнованным. — Срочно нужно на объект. Там проблемы с подрядчиками, они грозятся остановить стройку. Без вас не разрулим.

— Я в отпуске, — напомнил я.

— Я знаю. Но это очень серьезно. Приезжайте, пожалуйста. На час-полтора.

Я посмотрел на закипающее молоко, пенка которого была готова выпрыгнуть и облить все к херам.

Посмотрел на девочек.

На Жужу, дожевывающую «Праду» и тяжко вздохнул. Похоже отпуск накрывался медным тазом. Хотя… лучше все же на работе, чем с двумя гиперактивными и взрывоопасными девочками-близнецами.

— Хорошо, — сказал я. — Буду через два часа.

Я положил трубку и повернулся к девочкам.

— Так, принцессы. Быстро доедаем и едем в детский сад.

— В садик? — удивилась Варя. — Но мы же с тобой!

— У папы работа, — объяснил я. — Очень важная. Надо спасать стройку.

— А мы?

— А вы пока в садике. С детками. Поиграете, поедите, а вечером я вас заберу. Договорились?

Девочки переглянулись. Потом посмотрели на меня. Потом на Жужу.

— А Жужа?

— Жужа поедет с нами. В садик собак не пускают, но я что-нибудь придумаю.

Через тридцать минут мы были готовы. Девочки одеты, причесаны (как смог), на спине миленькие розовые рюкзачки (наверняка Юля купила, кто же еще?)

Жужа сидела в переноске и смотрела на меня с подозрением

— Только без фокусов, — предупредил я ее. — Никаких туфель.

Жужа фыркнула.

Детский сад встретил нас шумом, беготней и запахом манной каши. Воспитательница, тетя Наташа (отчества ее не знал, поэтому называл также как девочки — тетя Наташа), встретила девочек с распростертыми объятиями.

— Андрей Романович, — удивилась она. — Вы? Обычно Юлия Викторовна приводит…

— Юлия Викторовна в отъезде, — объяснил я. — Я теперь главный по доставке.

— А Жужа? — тетя Наташа посмотрела на переноску.

— Жужа со мной. Она… эээ… служебная собака. Охраняет важные документы.

Тетя Наташа посмотрела на меня с сомнением, но спорить не стала.

— Девочки, раздевайтесь и мойте руки, — скомандовала она.

Вера и Варя чмокнули меня в щеки и убежали в группу. Я постоял минуту, глядя им вслед, и почувствовал странную пустоту. Всего полдня без них, а уже тоскливо.

— Давай, Жужа, — сказал я собаке. — У нас работа.

На стройке было шумно, пыльно и грязно. В общем, как обычно. Куча рабочих стояли у входа с кислыми лицами и ковыряли в носу. Рядом с ними был подрядчик, здоровенный мужик с красной рожей, который орал на прораба и размахивал руками.

— Андрей Романович! — прораб бросился к моей машине. — Слава богу, что вы приехали! Они говорят, что мы не доплатили за материалы, и отказываются работать. Стройка встанет!

Я вышел из машины, надел на голову оранжевую каску, протянутую мне прорабом. Поставил переноску с Жужей на капот (пусть дышит свежим воздухом) и направился к толпе.

— Спокойно, мужики, — сказал я громко. — Давайте разбираться.

— Че разбираться-то? — заорал подрядчик. — Деньги не платите, материалы не везем! Мы так не работаем!

— А документы? — я подошел к нему вплотную. — Договор подписан? Акты выполненных работ есть?

— Есть, но…

— Если есть, значит, деньги будут. Сегодня же перечислю аванс за следующий этап. Но если вы сейчас уйдете, я найду другую бригаду, а с вами буду судиться за срыв сроков. Выбирайте.

Подрядчик замялся. Рабочие зашептались.

— Мы подождем, — буркнул он. — До вечера.

— До обеда, — поправил я. — В три часа деньги будут на счету. Проверяйте.

Я развернулся и пошел к машине. Жужа смотрела на меня с уважением.

— Что, Жужа, удивилась? — я погладил ее. — Папа не только макароны варить умеет, да?.

Жужа гавкнула. Кажется, одобрительно.

Офис встретил меня стерильной тишиной и запахом кофе. Секретарша на ресепшене удивленно подняла брови.

— Андрей Романович? Вы же в отпуске…

— Я ненадолго, — бросил я на ходу. — Коммерческий директор где?

— На совещании.

— Прекрасно. Сообщи ему, чтобы он вместе со своим отделом был в моей переговорной через пять минут.

Я зашел в свой кабинет, бросил куртку на кресло, поставил Жужу на пол. Она осмотрелась, обнюхала ножку стола и забралась под диван, видимо, решила, что здесь безопасно.

Через пять минут я был в переговорной. Сидели коммерческий директор, его зам и два экономиста.

— Так, — я сел во главе стола. — По объекту номер три нужен срочный аванс подрядчику. Три миллиона. Сегодня до двух часов.

— Но Андрей Романович, — заныл бухгалтер. — У нас лимиты, согласования, казначейство…

— Мне плевать, — отрезал я. — Стройка встанет и тогда мы потеряем в десять раз больше. Найдите деньги. Перебросьте с другого объекта, возьмите из резерва, напечатайте, в конце концов. Но в два часа деньги должны быть у подрядчика. Вопросы?

Вопросов не было.

— Тогда работаем.

Я вышел из переговорной и нос к носу столкнулся с Женей.

— Андрей Романович! — всплеснула она руками. — Вы здесь? А я думала, вы с детьми…

— Женя, — перебил я. — Во-первых, я на работе. Во-вторых, спасибо за суп, но в следующий раз не стоит беспокоиться. В-третьих, у меня нет времени.

Она сделала шаг ко мне, пытаясь взять под руку.

— Но я хотела извиниться за вчерашнее… и еще узнать, что с моей туфлей?

— Туфля уже в раю, — усмехнулся я. — Жужа ее съела с большим аппетитом. Если хочешь, можем обсудить компенсацию, но позже. Сейчас я занят.

Я развернулся и пошел к своему кабинету. Женя осталась стоять в коридоре с открытым ртом.

— Женя, — добавил я, не оборачиваясь. — И да, я люблю свою жену. Очень. Так что не трать время. А лучше займись своими прямыми обязанностями.

К трем часам я разрулил все вопросы, подписал бумаги, проверил перевод подрядчику и даже успел ответить на пару писем. Жужа все это время проспала под диваном, изредка похрапывая.

— Пошли, — сказал я ей. — Надо забирать детей.

В детском саду нас встретили радостным визгом.

— Папа! Папа плишел! — Вера и Варя повисли на мне, как две маленькие обезьянки.

— Как они? — спросил я тетю Наташу.

— Хорошо, — улыбнулась она. — Очень активные. Варя сегодня построила башню выше всех, а Вера победила в соревнованиях по рисованию. Рисунок, кстати, вам.

Вера протянула мне лист бумаги. На нем была изображена семья: папа, мама, две девочки и маленькая собачка. Все улыбались.

— Красиво, — сказал я. — Повесим дома на стену.

— А где Жужа? — спросила Варя, заглядывая в переноску.

— Тут я, — ответил взгляд Жужи. — Устала как собака.

— Поехали домой, — скомандовал я. — Сегодня будем есть… что будем есть?

— Пиццу! — заорали девочки.

— Пиццу так пиццу.

Мы ехали домой, слушали детские песни и обсуждали, как прошел день. Девочки наперебой рассказывали про садик, про новых друзей, про то, как Варя подралась с мальчиком из-за совочка (она победила), а Вера нарисовала портрет воспитательницы.

— Пап, а ты на лаботе чего делал? — спросила Варя.

— Спасал мир, — ответил я. — Немножко.

— Ух ты! — отреагировала Вера. — А нас возьмешь в следующий лаз?

— Обязательно. Как подрастете.

Мы подъехали к дому. Я припарковался, выключил двигатель и вдруг замер.

У калитки, на скамейке, сидел человек. Пожилой мужчина в потертом пальто, с небольшим чемоданом у ног. Он смотрел на дом с каким-то странным выражением лица. То ли с тоской, то ли с надеждой.

Я вышел из машины. Девочки выскочили следом.

— Пап, а кто это? — спросила Вера.

— Не знаю, доча. Сейчас узнаем.

Мужчина поднялся и сделал шаг к нам. Я всмотрелся в его лицо и почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Андрюша, — сказал он хрипло. — Сынок… Я вернулся.