Глава 48

АСЯ

ТРИ ДНЯ СПУСТЯ

Я ляпнула ему про кольцо и думала, что он прямо там опустится на одно колено и скажет мне «выходи за меня», а потом меня вдруг осеняет, что это меня скорее бы взбесило, ведь я бы очень хотела красиво. Но он не сделал ни красиво, ни некрасиво. А потом меня догоняет мысль, что я была бы рада всему, если это в конечном итоге касается только Титова.

Я передала бумаги отцу в тот же вечер, помчалась на машине и буквально вломилась домой к родителям в пене.

Дальше я только нервно бросила:

— Это мне передал Титов, так и запиши себе где-нибудь на лбу, что он тебе очень помогает!

И вот уже пару дней отец мне не звонит и не пишет, но я думаю, будь документы филькиной грамотой, он бы непременно мне об этом сказал, просто чтобы лишний раз макнуть Титова в грязь. А если молчит, то это его по итогу спасет. И нас с Русом тоже. Нас в особенности, ведь тогда отец точно поймет, что у нас все серьезно.

Если Рус даже собственной работой рискнул ради меня и моего отца.

Все три дня я первая не писала Титову, не давала о себе знать, зато он писал каждый день. И хоть я и отвечала односложно, лед все равно тронулся.

Хотя бы потому, что я вернулась к нему домой, несмотря на то, что Илья следовал за мной по пятам. Разумеется, на территорию ЖК его не пустили, и тогда я получила лавину СМС о том, что так никто не делает и у него точно будут проблемы.

Но мне вообще все равно.

Мне главное, что я засыпаю и просыпаюсь в кровати у Титова, и что я чувствую его аромат на своей коже.

И пусть между нами состоится разговор, он будет явно не только приятным, но и болезненным, я точно знаю, что мы со всем справимся.

Но сегодняшнее утро явно начинается немного с других вещей. А именно с крика на лестничной площадке, протяжного женского писка и какого-то стука нечто тяжелого о пол.

Я закутываюсь в халат Руса и топаю к двери. Мне хватает ровно трех секунд, чтобы уяснить что к чему.

Дергаю замок, тяну ручку на себя и вылетаю на лестничную площадку, готова рвать и метать.

Вася вся в слезах отбивается от какого-то мудака в белой майке и черных джинсах. Огромный шкаф, но я тоже ведь не дюймовочка.

— Пошел к черту, мудак! Пошел к черту и не трогай меня! Я полицию вызову, я заяву на тебя напишу!!

Он прижимает Васю к стенке и подпирает собой, перехватив еще и руки, чтобы она не отбивалась от него.

— Заяву на то, что я тебя в губы поцеловал? С языком? Ну пиши-пиши, тебе напомнить, кто мой батя? Ну Так чисто по приколу…—он ржет, а я уже лечу выписывать ноунейму пиздюлей.

— А ну свалил отсюда! — кулаками размахиваю так и сяк, вжарив его под ребра так, что он аж застонал. Да, там мышцы литые, и пацан явно в качалке днюет и ночует.

— Ася! Не трогай его, вызови лучше полицию, — верещит Вася, но меня хер остановишь. Разгон от болонки до питбуля три секунды без фальш-стартов.

— Ты еще кто? Я девочек не бью, но ты так и просишься, — оборачивается он, и я немедля прописываю ему трехочковый прямо в харю.

— Ася! Руку сломаешь!

Мудак успевает застонать от боли, потому что я тоже не плюшками баловалась, когда меня батя на самооборону водил.

— Ты дурная, что ли? Что ты творишь⁈ — обращается он уже ко мне, хватаясь за морду.

— Че за чмо?

— Да так, один неандерталец, не понимающий слова «нет»! — кричит она и запахивает домашний пушистый халат. До этого было видно короткие шорты и обтягивающую маечку. Словно она только из кровати выбралась.

Этот дурак ее что, украсть хотел⁈ Серьезно⁈

— Пшел вон отсюда! Надо вызвать охрану, — закрываю Ваську собой, готовая отражать нападение, но пацан передо мной вроде даже как-то дружелюбно настроен, посмеивается с моей стойки.

— Карате?

— Тхэквондо, так что топай отсюда.

— Я, кстати, Паша. Удар у тебя ничего такой. И я не сделал бы ей больно. Вась, ты не дури, ладно? Не дури, потому что я никуда не уеду. Не в этот раз, — обращается он уже к ней, когда я слышу шум со стороны лифтов. Это точно охранники, и да, спустя пару мгновений мы слышим мужские голоса.

— Где он?

— Вон он! Лови! Нарушитель на территории! — на этаже двое в форме бегут за тем самым Пашей, который стремглав несется вниз, подмигивая на с потрясенной Васе.

— Какого…черта тут происходит? — бубню себе под нос, а Вася начинает всхлипывать.

— А ты что тут делаешь? Ты вернулась к Русу? — мямлит она, заматываясь в халат плотнее.

— Да, типа того. Помирились.

— А со мной ты помириться не хочешь? — стирает с лица слезы, — у меня вообще-то день Рождения был, ты не поздравила.

— Вась, прости, я не знала, да и честно… мне было немного не до того, все так спонтанно, — обнимаю ее и легоньько похлопываю по спине.

— Пойдем ко мне? Отпразднуем вдвоем, а то я даже отпраздновать из-за него не смогла.

— И ты мне заодно расскажешь, какого черта тут приключилось, и чего этот качок на тебя накинулся, и самое главное, почему ты сопротивлялась? Он ничего такой вроде. Нагловат, но на морду лица пойдет. Наглых я вот люблю например, я сама наглая. А вы, кстати, даже внешне немного похожи.

— Ой, Ася, он такой…

— Ты бежала от него, что ли?

— Да…

— Ладно, расскажи мне все по порядку! — возвращаюсь в квартиру и хватаю ключи, быстро закрываю дверь и прямо в пижаме топаю к Васе, которая расклеилась окончательно уже. Прижимается спиной к стене и спрашивает меня:

— А если его задержали? Я такая дура, зачем я вызвала охрану.

— Ты мышцы видела? Даже если и словили, то явно нестрашно ему будет.

Вася всхлипывает и с такой болью в голосе шепчет:

— Видела.

Мне все сразу становится ясно по поводу нее и этого Паши.

Что там все очень непросто и явно не весело.

Зато точно не скучно.