Глава 10

АСЯ

Меня встречают тепло и радушно. Даже слишком, что весьма подозрительно.

— Привет! Супер! Наконец-то новая кровь! — блондинка с шикарной шевелюрой широко улыбается, бросает ложку и вилку, которыми что-то ожесточенно перемешивала, и бежит к нам с Русом.

Брюнетка с каре ведет себя скромнее, но тоже полностью переключается, заинтересованно рассматривает меня.

— Девочки, это Ася. Ась — это Варя и Ира, Варя жена Рафа, Ира — Ашота. Можешь им посочувствовать и поболтать. Я пока продукты выгружу, — улыбается мне нежно-нежно, отчего я растекаюсь повидлом. Ну какой же он ох.

Он за ручку отводит меня к барному стулу, усаживает и целует в макушку. Пока на моем лице расползается ничем не стираемая улыбка.

Наверное, на моем лице именно это и написано, потому что девочки начинают довольно громко умиляться и хлопать в ладоши.

Да-да-да. Это я.

— Рус, мы уже грешным делом начали думать, что ты это…ну не это, короче, а тут привел наконец-то. Нам осталось только Ибрашку пристроить.

— Варь, ну ты подсуетись и пристрой, в твоем случае найти ему пару проще.

Девчонки хихикают, и когда Рус выходит, налетают на меня.

— Итак, ты наконец-то появилась! Наш план по захвату мира близок к исполнению. Рассказывай. ВСЕ. Веришь, нет? Мы НИКОГДА не видели его с девушкой, а мы в этой веселой компании сильных мужчин очень долго, — Варя перехватывает меня за руку и лепечет-лепечет.

Начинаю понимать, что значит папино негодование, когда я начинаю языком молоть без остановки, но на фоне Вари я, конечно, немая.

— Да я влетела в его тачку, и вот она я, здравствуйте, — совершаю воображаемый реверанс, на что девочки больше не улыбаются. Только рассматривают меня как диво-дивное и чудо-чудное.

— В его новую машину, которой от силы парочка дней? Ты в… н-ее вле-тела, да? — Ира даже запинается, когда выговаривает это.

— Ну да, вот буквально недавно, — неловко улыбаюсь, уже и натянуто, потому что не очень понимаю, почему они такие перепуганные. Он же ровно отреагировал!

— Охереть, это же куча денег на колесах. А он что?

— Пригласил на свидание, и потом на еще одно и вот.

Снова улыбаюсь, и внутри так тепло становится, что даже не верится. Никогда подобного со мной не было. Хочется самой себе оплеух надавать, что ятак растеклась перед мужиком, и что это все не входит в мою парадигму жизни и те правила, что были выгравированы у меня в башке отцом.

«Ты всегда №1».

«Никакой мужик не стоит и сотой доли твоего мизинца».

«Запомни: сначала ты, потом я, потом какой-то там левый чел».

«Мужа выбирать тебе буду я, потому что я в курсе, о чем думают парни, но это не сейчас, а попозже».

«Запомни: все мужики козлы, а я хороший. Так что хорошего буду искать сам, знаю по какому образу и подобию искать».

Да и собственно, у кого еще татуха «daddy’s girl» набита? Не уверена, что многие могли бы похвастаться этим, а я могу.

— Очуметь, просто очуметь. Рассказывай о себе, мы должны понимать, кого в коллектив принимаем, сразу говорим: мы немного припизднутые, ну я уж точно, — Варя не унимается.

Нет, мне и так было ясно, кто тут более спокойный, а кто ураган.

— Я в универе учусь, ничего особенного. Самая обычная семья. А вы?

— А мы…ну я, к примеру, домохозяйка, а в прошлом массажист-реабилитолог, так что если у тебя болит спина — обращайся, — Ира берет стаканы и разливает лимонад.

Вручает один мне, второй Варе.

— Ну а я атомная война, то есть, препод в универе. А с мужем познакомилась, когда меня задержали. Приятного мало, конечно, я оказалась не виновата, но услуги Рафа пригодились. А там и он весь пригодился, — подмигивает мне и смеется заливисто.

— А я со своим познакомилась, когда его скрутило в букву зю, и меня к нему привезли домой. Голенький лежал и вопил от боли. Вот видишь, бегает…— поправляет воображаемую корону.

Смеемся все вместе. Как-то неожиданно я поняла, что с девочками находить общий язык вообще могу. Что странно! Мне всегда проще было именно с мужчинами.

— Девочки. Такой вопрос будет. Странный. Я у Руса допытывалась, а он не говорит, кем работает. Это странно, он что тоже адвокат?

Варя и Ира синхронно перестают улыбаться и переводят на меня уже другой взгляд, пугающе серьезный.

— Нет, Ась, никакой он не адвокат.