8

Ос Водный, первый советник князя Предгорья, широкими шагами шёл по коридорам здания Совета. За ним следовало трое его секретарей, главный из которых, каменный дракон До, морально готовился к очередной инъекции радости: диалоги Оса с Главой Совета Старейшин на его памяти никогда не проходили легко, а текущая ситуация с международным скандалом и вовсе обещала всем участникам море удовольствия (при условии, что они мазохисты, разумеется). Дополнительной плохой новостью была неминуемая встреча с Чо Оранжевым, доверенным помощником Алого Старейшины: враждуя не меньше своих хозяев, эти двое выносили друг мозг с выдумкой, подвывертом и чуть ли не оркестрами.

— Господин Ос, — расплылся Чо в улыбке такой приторной, что впору подавиться сахаром, — Я доложу о вашем приходе.

— Буду вам неизъяснимо благодарен, — отозвался водный дракон меланхолично, с любопытством разглядывая лепнины над головой оранжевого. Того ощутимо перекосило: Ос Водный умел взбесить с первой секунды знакомства, сказав своим флегматичным голосом одну-две вежливые фразы. Как ему это удавалось, не понимал никто, но особенно сногсшибательно дипломатия княжеского наставника действовала на огненных драконов, не склонных обычно к разного рода политесам и расшаркиваниям.

Между тем, Чо распахнул-таки дверь кабинета и сообщил с откровенным избытком пафоса:

— Старейшина готов принять вас!

— О, какая честь, — Ос был верен себе, — Я польщен. Позволите?

Алый Старейшина восседал, как всегда, на своем высоченном кресле, будто на троне, с порога подавляя потенциального гостя массой и величием: дракон огня недр был массивным, высоченным и широкоплечим, его черты лица казались высеченными из камня, а по волосам, рассыпавшимся на плечи сотней косиц, то и дело пробегал огонь. На фоне его Ос, высокий, но худощавый и какой-то текучий, смотрелся не слишком выигрышно. Впрочем, разумеется, это впечатление было обманчивым — в драконьем обличьи Водный был, пожалуй, несколько опасней Алого, и их последние, по счастью, случившиеся три века назад разборки стоили Княжьему Граду поразительно масштабными разрушениями, полностью изменившими не только местную архитектуру, но и ландшафт.

— Господин первый советник, — протянул Алый, — Рад, что вы нашли время встретиться со мной.

— Как же иначе, почтенный Старейшина? Денно и нощно мои думы лишь о вашей благости, — пропел Ос.

— Тронут, — ласково улыбнулся Алый, — Если я ещё жив, то исключительно вашими молитвами!

Секретарь До мрачно отметил, что в этот раз начальство как-то особенно резво разошлось. Судя по настороженному взгляду Чо, эта скотина тоже прикидывает, не стоит ли отбежать заранее подальше, если дискуссия меж вежливыми политическими мужами плавно перейдёт в схватку двух разъяренных монстров?

— Секретарь До, если у нас все так замечательно, почему бы вам с этим милым вежливым молодым драконом, чьего имени я, к сожалению, не помню, не обсудить пока поправки к законопроектам, чтобы мы с почтенным Старейшиной потом обсудили ваши выводы предметно? — промурлыкал между тем Ос водный.

— Да, Чо, — хмыкнул Алый Старейшина, — Жду результаты минут через двадцать, и будь, пожалуйста, строг: соблюдение традиций при проведении ритуальных празднеств — вопрос исключительно важный.

Секретари на мгновение переглянулись, очевидно, силясь испепелить друг друга взглядами, а после покинули кабинет, оставив влиятельнейших драконов страны наедине.

***

Как только за секретарями захлопнулась дверь, Ос вольготно развалился на кресле для посетителей и флегматично сообщил:

— Право, мне немножко жаль бедных детей: надо нам быть с ними помягче. Так похожи на нас в молодости!

— Ты им льстишь, — хмыкнул Алый, — Мы не были такими дураками.

— О, кто кому ещё льстит! Просто поверь, мы были куда хуже, — ухмыльнулся воспоминаниям Водный, — Впрочем, неважное в сторону: зачем ты звал меня?

— Да вот, тоже решил предметно озаботиться здравием, твоим и княжеским. Веришь, думаю об этом денно и нощно!

Ос вежливо улыбнулся, морально готовясь к неприятностям: в последний раз, когда Алые драконы серьёзно задумались о княжеском здравии, по государству пронеслась та самая недоброй памяти смута, унесшая жизни родителей Тира.

— От столь тяжелых мыслей может и заболеть голова, — мягко сказал Ос, — Быть может, я смог бы подыскать лекарство?

— Пожалуй, — ощерился Алый, — Например, ты мог бы держать своего подопечного князёнка на коротком поводке, раз уж выбился на старости лет в теневые правители. До меня доходят дикие слухи, якобы он зачем-то изображал подавальщика в трактире. И это не говоря уже о том, что все отчего-то убеждены, будто на подписании договора Тир Бирюзовый будет присутствовать с будущей княгиней! Вот просвети меня, господин первый советник князя: у Предгорья что, действительно появилась правительница? А то Совет Старейшин недоумевает, как же это эпохальное событие проскользнуло мимо нас? Прямо дивные дела!

Ос снова вежливо улыбнулся и мысленно возблагодарил умничку-Ара и его воздушных вестников, благодаря которым первый советник знал о ситуации побольше, чем вечный соперник, и успел-таки принять некоторые меры.

— Разумеется, почтенная госпожа Ирейн, которую князь встретил в путешествии, ещё не княгиня. Однако, полагаю, что рано или поздно станет ею — истинными парами не разбрасываются.

У Главы Совета слегка вытянулось лицо, и Ос засчитал себе очко в их небольшой игре.

— И ты сообщаешь мне об этом только сейчас?

— Хотел дождаться более официальной обстановки, к которой у вашего сборища старых блюстителей традиций есть некая нездравая страсть, — мягко сказал Водный дракон, — В любом случае, истинность не скорректируешь.

— Я правильно понимаю, что эта так называемая пара — человек?

— Да, — коротко отозвался первый советник, готовясь к неизбежному.

— Тогда у нас нет никакой проблемы! Князь не обязан признавать её, имеет смысл дождаться другой более-менее совместимой пары.

— Не всем повезло, как тебе, — возразил Ос спокойно, — То, что у тебя было две вполне совместимые пары, не значит, что другим везёт так же.

Алый едва заметно поджал губы — о своей первой совместимой паре он не любил упоминать, а по второй горевал и по сей день; Ос был прекрасно осведомлен об этих обстоятельствах, хоть использовал это знание редко и осторожно.

— Совет не примет этого, — отрезал Алый, — Князь не присутствовал на достаточном количестве смотрин среди драконов, увы! Романтичной сказке из бульварного романа не состояться. И это к лучшему, Ос. Если ты подумаешь…

— Ошибаешься, — меланхолично отозвался Ос, — Официальное подтверждение того, что князь участвовал в пяти смотринах, было изъято из архивов дома Совета ещё вчера — его, видишь ли, организаторы вписывают почетным гостем вне зависимости от того, присутстввует ли он на самом деле. Бумаги уже у меня, выправить их не получится, так что, если у почтенных Старейшин будут претензии — ты знаешь не хуже меня адрес, по котором им следует пойти. Им там всегда рады.

Алый побарабанил пальцами по столу и неожиданно ухмыльнулся:

— Это ты сейчас о своем кабинете говоришь?

— Разумеется, — кивнул Ос, — А ты о чём подумал? А если серьёзно, то подумай сам: Тир перехватал всех знатных дракониц Предгорья, но никакого эффекта, кроме нескольких искр, это не принесло. В этих обстоятельствах, возможность иметь наследников важнее личности княгини. Дети от истинной пары гарантированно будут могущественными драконами. При этом, она чужда нашим подковерным интригам, что тоже хорошо. Понимаю, ты, возможно, рассчитывал на кого-то своего, но — увы.

Алый прищурился, и глаза его полыхнули облесками расплавленной лавы.

— Я готов принять эти аргументы, — сказал он ровно, — Но учти: если эта девка опозорит Предгорье перед всем миром, я лично возглавлю следующую смуту.

— Услышано, почтенный Старейшина, — усмехнулся Ос. Именно этот момент и выбрал кто-то из секретарей, чтобы осторожно постучать в дверь.

— Ну? — Старейшина бросил на врага любопытный взгляд.

— Ящик пыльцовой настойки времен Маб на моего.

Очи Алого полыхнули азартом.

— Принято! — сообщил он, а после махнул рукой, убирая полог тишины, и гаркнул:

— Войдите!

— Простите, господин советник, — бедняга До глядел на Оса и искренним сожалением, — Мне не удалось отстоять тот закон о придворных торжествах!

Водному осталось только вздохнуть: его секретарь был замечательным драконом, но довольно юным — какие-то восемьсот лет, смех один! — и, как многие каменные, излишне прямолинейным. Что самое обидное, не скажешь же ему: "Я специально составил такой документ, чтобы старина Рик выиграл спор, получил свою коллекционную выпивку и почувствовал себя победителем, а не проигравшим — самолюбие ближайших врагов нужно беречь". К сожалению, выразиться таким вот образом советник не мог, потому осталось лишь ободряюще улыбнуться До и прочувственно сказать:

— Не огорчайтесь, секретарь До, вы отлично поработали, просто Совет Старейшин порой бывает несколько… критичен. Полагаю, премию вы вполне заслужили — за потраченные нервы. Не спорьте! И будьте добры, вызовите ко мне…

И вот тут Ос запнулся. Совершенно очевидно, что к будущей княгине нужно приставить какую-нибудь доверенную госпожу, которая поможет подготовиться к съезду и достойно там сопроводить. Только вот кого? Водный даже на миг растерялся. В ближайшем княжеском окружении было две подходящие кандидатуры: Аки Белая и Ми Ледяная. Первая была лучшим вариантом: идеальное воспитание, вкус, дипломатичность и холодно-острый, отточенный как клинок ум, каким мало кто из молодняка мог похвастаться. Однако, тут была серьёзная проблема: Аки была первой любовью Тира, достаточно серьёзным увлечением, которое князь долго не мог перебороть. Да, у неё уже была пара, чувства остались в прошлом, только вот весь опыт общения с женщинами мягко намекал Осу, что сразу же сводить бывшую возлюбленную с будущей женой — идея не самая разумная.

Оставалась Ми, благо та к Тиру никогда не проявляла ни капли интереса и выросла на глазах у Оса, пользуясь его безусловным доверием. Однако, тут тоже была некая проблема: девушка была аристократкой до мозга костей, и с низшими слоями общества, в отличии от своего брата, никаких дел не имела. Можно ли было рассчитывать, что драконица не только легко сможет найти общий язык с человечкой, но и заслужит её доверие?

Ос сам себе отрицательно покачал головой — разумеется, на это ставить не стоило. Между тем, ему нужен был кто-то свой подле княгини, надежный и преданный, могущий при необходимости и внушить правильные мысли, и прикрыть от кинжала убийцы — не стоит забывать, люди хрупки.

Водный на миг задумался, не приставить ли к княгине Раоку — фейри, ближайшую соратницу Иса. Эта девушка все равно отправилась на север: Глава Безопасности направил именно её решать вопрос с излишне умной нянечкой, если понадобится, то — механическим путём по принципу нет человека, нет и нерешённых вопросов. Сама по себе идея оставить Раоку подле княгини была недурна, из того, что Ос успел узнать об этой феечке, она была слепо преданна Ису и умерла бы ради него, ни на секнду не задумавшись. Однако, из-за дурной репутации расы в целом приставлять копаньонкой к будущей княгине одну из них — не вариант. Но тогда… Ос мысленно перебрал всех женщин, которым доверял (не то чтобы большой список), и вдруг почувствовал себя идиотом: разумеется, как ему сразу в голову-то не пришло?

— Господин Ос?..

— Да, об этом — пригласи ко мне, будь добр, мою матушку.

— Да, конечно!

Ос кивнул и мысленно пообещал себе при первой же возможности отправить водного вестника Элене. Эти две женщины были, на его вкус, идеальными кандидатурами.

***

Вечером, купая Вету и по привычке отвлекая её яркими игрушками, Ирейн прокручивала в голове все случившиеся за этот день разговоры — пожалуй, впечатлений было немного чересчур для одной маленькой трактирщицы. Сознание отчаянно не желало признавать, что все это происходит именно с ним, и все пыталось подыскать оправдания вроде того, что это все розыгрыш или какой-то спектакль. Ей даже грешным делом приходило в голову, что это могут быть происки бывшего супружника и его семейки, но идею тут же приходилось откинуть за несостоятельностью: пожалуй, чтобы нанять в актёры Ара, Тира и этого Воонтэ, понадобились бы такие деньжиши, за которые не то что вторую пристройку — ещё пару трактиров построить можно. И вот тут реальность, цитируя Лиз, подносила писю к носу: было похоже на то, что все это по-настоящему, и Ирейн в добровольно-принудительном порядке собирается куда-то забрать дракон.

Князь драконов.

Ну полное же безумие! А как же трактир? Вета? Он вроде бы упоминал, что и дочку тоже украдёт, но что помешает потом передумать? Как ни крути, редко какие мужчины будут всерьёз заботиться о чужом ребёнке, а тут — целый дракон… К слову, об этом!

— Так, доча, а ну вылазь! Щас мы тебя вытрем и пойдём смотреть на дракона!

— Гуи-гуи! Лять!

— Я просто буду верить, что ты имеешь в виду "летать" или "гулять", — пробормотала Ирейн, натягивая на дочь платье, — Хотя, зная Фло, не удивлюсь вот вообще ничему…

— А покажи своего дракона! — попросила Ирейн, влетая на первый этаж. Ар-Казначей, меланхолично прихлёбывавший в этот момент её лучший эль — проверить, чтобы этот жлоб заплатил! — подозрительно закашлялся. Тир перевёл глаза с Ирейн на Вету и обратно, лицо его при этом приобрело какое-то сложночитаемое выражение.

— Эм… Ирейн, не все, что рассказывают о драконах люди, правда, ты ведь понимаешь? — начал князь осторожно, но Ирейн только отмахнулась.

— Превращаться в крылатое зубастое нечто умеешь?

— Да, разумеется.

— Вот и превратись, а ещё лучше — оба свой оборот покажите. А мы с Ветой посмотрим!

Тир как-то странно напргся и вроде как даже глянул на друга довольно раздраженно.

— Я покажу тебе дракона, а Ар уже уходит, — отрезал князь.

— Вот так всегда, мне дракона не показывают, — пожаловался Казначей, — Я там комнату на втором этаже занял, пойду, посплю с горя. Ваши княжеские светлости, моё почтение.

— Погоди, — нахмурилась Ирейн, — Но на втором этаже не было свободных номеров!

— Будем считать, что я нижайше попросил и мне освободили парочку-троечку. Засим откланиваюсь!

— Кон? Гуи-гуи! — сказала Вета ему вслед.

— Не, этот нам показал не дракона, а наше место, — буркнула Ирейн, покачивая дочь, — Вот не повезёт какой-то девице с этим счастьечком… Так что там с превращением?

Тир вздохнул и сообщил:

— Здесь не смогу — разнесу все в щепи, так что придётся выйти на улицу.

— То есть, драконы не умеют регулировать габариты под свои хотелки?

— Такие, как я — нет! — ответил как-то слегка обиженно князь, но Ирейн было не до его странных реакций: у неё, можно сказать, гора с плеч упала. Нет, ханжой она не была, конечно, но все же бывали на свете некоторые вещи, о которых трактирщица предпочитала знать лишь теоретически, полагая идею "В жизни надо попробовать все" несостоятельной по многим пунктам и противоречащей выживанию.

Между тем, когда они вышли-таки на улицу, до Ирейн с запозданием дошла вторая истина: мало шансов, что соседи не заметят громадную драконью тушу, а такой известности трактирщица вот точно не хотела. Осмотревшись по сторонам, она задумчиво уточнила:

— Слушай, а в улиточной пристройке ты вдруг что поместишься? А то очень уж не хочется шоу устраивать…

— Думаю, да, — отозвался дракон, — Просто крылья и хвост поджать придётся. Идём!

И Ирейн почти уже показалось, что дальше их мероприятие пройдёт без препятствий, но тут раздался глас — не то чтобы свыше, но эффект произвёл примерно тот же.

— А кого это ты тащишь в мою пристройку? Что, уже замену мне нашла?

Вот уж чего у бывшего было не отнять, так это ошеломительной способности всегда находиться не в то время и не в том месте; если Ирейн роняла бутерброд, он всегда падал маслом супругу на штаны, даже если до того он околачивался в другом конце комнаты. На фоне этого трактирщица всерьёз полагала, что Вурду следует провериться на магические способности — объяснить эту ерунду можно было либо проклятием, либо неким зловредным магическим даром, никак иначе.

Тир между тем напрягся, да ощутимо так, что у Ирейн по коже табун неких неведомых жучков пробежал, будто где-то рядом искрят магические молнии.

— Не видишь, я занята? — отрубила она, пытаясь на глаз оценить содержание крови в алкоголе бывшего, — Потом поговорим!

— Вижу, как и кем ты занята! А я, как дурак, мириться пришёл… ради дочки, думаю… а ты!

Ирейн скосила глаза на застывшего статуей дракона, за спиной которого как-то совсем не по вечернему сгущались тени, и мысленно помолилась: не то за сохранность пристройки, не то за мужний упокой. Однако, белых траурных одежд у Ирейн в запасе не имелось, калачи печь на помин было лениво, да и вообще она не понимала идеи некоторых баб в стиле "ужо он меня обидел, так пущай сдохнет, гнида". Трактирщица вполне обоснованно полагала, что самостоятельно в это самое сомнительное счастье вляпалась, а что у кого-то что-то не срослось — дела преимущественно житейские и неправому все равно аукнутся. К тому же, Вурда было по-человечески жаль: пусть у них не вышло, но когда-то Ирейн безумно любила его той самой, первой любовью, от которой, как известно, приёма нет. И пусть былая красота супруга из-за обильных возлияний расплылась и стерлась, как дымка, пусть мысли его путались, но созерцать его убийство в режиме реального времени трактирщица была не готова от слова совсем.

— На-ка подержи! — именно с этими словами она сунула дракону в руки Вету. Будучи откровенной, готовилась в любой момент выхватить и бежать, но рассчет оправдался: угрожающая тень за спиной Тира тут же заколыхалась, растворяясь, а сам он явно перешёл в режим типичного ужаса мужчины, которому без подготовки дали подержать крохотного ребёнка.

— А ты, — продолжила Ирейн уже бывшему, — Хочешь поболтать? Пошли-ка пройдёмся!

Пьяная придурь, однако, была непобедима:

— Уводишь? Так и знай, я дочку какому-то твоему хахалю не оставлю! Но как же быстро мне замену нашла! Что сказать? Бабы! Права была мама, а я, дурак… Может, дочь и не моя вовсе!

— Верно, — вклинился вдруг в монолог холодный, злющий голос, в котором Ирейн даже сходу не узнала обычный весёлый гомон Тира, — Она моя. На этом можешь быть свободен!

— Вон оно как! — ощерился Вурд, — Значит, ты действительно мне изменяла! А я-то думал, с чего это ты стала неласкова… Правы, правы были бабы, а я не верил… Так вот какая она, твоя любовь! А как за мной бегала, типа жить без меня не могла… Тьху!

Ирейн открыла рот, чтобы возразить и оправдаться, но тут же захлопнула. Смысл? И потом, пусть лучше Вету считают дочерью дракона, чем идиота. Какой-никакой, а плюс, как говорится!

— Ты, — между тем начал бывший, обращаясь к князю, — Это с тобой, значит, она мне рога наставляла? Опусти ребёнка, бить тебя буду!

— Уверен? — сардонически вопросил Тир, и глаза его изменились, обретая узкий зрачок и сияние, не свойственное роду человеческому. Бывший остолбенел и даже, кажется, слегка протрезвел, а князь вдруг продолжил — да ласково так, доверительно:

— Давай я расскажу тебе, что будет, если ты сейчас не уйдёшь? Я тогда действительно отведу Вету с Ирейн в дом и закрою их там, потому что им этого не стоит видеть, а потом вернусь к тебе. И ты не умрешь, по крайней мере, не сразу, потому что я — добрый. Сначала я сломаю тебе ручки и ножки, превращусь в дракона и поиграю в гусеничку.

— Чка? — вопросила Вета, и князь усмехнулся:

— Да-да, драконья игра такая, довольно веселая. Бабочка из тебя не получится — нет крылышек, тут не повезло, что ты не фейри…

— Ты псих? — вопросил Вурд настороженно. Пьяный азарт в нём явственно вытеснялся инстинктом самосохранения.

— Я — дракон, — безмятежно сообщил Тир, позволив волне красивых бирюзовых чешуек пробежаться по лицу, — Все ещё хочешь оскорблять Ирейн или бить меня? Сделай глупость, порадуй меня! Я люблю играть с насекомыми…

— Пошли вы! — мужественно прокричал Вурд, удаляясь вдаль на всей возможной скорости.

Между ними повисло молчание: Вета посчитала, что на костюме князя много интересных блестяшек, Тир с любопытством наблюдал за её деятельностью, а Ирейн просто пыталась отыскать в неких астральных закромах дар речи.

— Ты ведь пошутил? — спросила она, наконец.

— А?.. — князь оторвался от созерцания девочки и пару раз моргнул, — Насчет чего?

— Насчет… гусенички?

Виноватое выражение, промелькнувшее на лице князя, сказало Ирейн чуть больше, чем серьёзное:

— Да, конечно! Ну что, мои прекрасные дамы, мы идём смотреть на дракона?..