Глава 23 Трофим

Очередной звонок в постель, как называл их Трофим, внезапно оказался звуковым чатом… На связи была и Леся…

Вербера аж подкинуло из кровати. Он моментально подобрался, сориентировался и принялся вслушиваться в то, что пояснял Матвеич.

— У нас важная операция. Нужно поймать опасную банду. Грабят наших и человеческих инкассаторов. Убили очень много людей. В том числе — и полицейских. Да и оборотней положили немало… Следы заметают благодаря летающим членам банды — нэнги… Нам нужны вы оба. Олеся должна выставить им запрет на обращение, а ты, Трофим, помочь в поимке. У тебя большой опыт.

— Да, я готова… — начала было нэнги, но вербер прервал ее.

— Матвеич! Я готов на все, сам знаешь! За мной не заржавеет! Но я категорически против участия Леси! Ты хоть представляешь, как это опасно? Она едва учится летать! Еще не совсем осознает своего зверя! А после полета иной раз падает без чувств. Да и женщине в таких точках не место! Ну, согласись, подобные задания… совершенно ведь не для женщин! Другое дело аферисты, мошенники, какие-нибудь там брачные махинаторы… Но не реальные, отмороженные на всю голову убийцы! Матвеич! Ты не можешь не понимать!

— Ты поговори мне еще! — рыкнул глава ПОН.

Трофим знал: ни один из его подчиненных никогда не стал бы не то что оспаривать — просто обсуждать задания руководителя. Бессменного и лучшего на планете. Но Трофим — не работает в ПОН. Так что ему дозволены некоторые вольности. И ключевое слово тут — некоторые. Поэтому зарываться не стоит. Впрочем, сейчас Трофиму было плевать. Он даже не думал, что Матвеич способен отозвать свое поручительство — и сидеть тогда Трофиму на нарах. Ему было глубоко плевать на все… кроме безопасности Леси. Вот чем он ни за что не готов был теперь поступиться… О расплате вербер не думал. Банковал, плюнув на карты.

— И поговорю! Если надо встретимся, потолкуем как альфа с альфой! — взорвался Трофим. И Матвеич смягчился.

— Успокойся, — сказал примирительно. — Олеся будет находиться в бронированном вертолете. У преступников нет средств против подобного. Мы это знаем наверняка.

— Откуда? — взвился Трофим. Он все никак не мог успокоиться. От одной мысли, что с ней что-то случится темнело в глазах и хотелось загрызть любого, кто заставляет его пару идти на риск… Цена и последствия уже не имели значения.

— Я тебя понимаю, — спокойно произнес Матвеич, и Трофим испугался, что сейчас он скажет про пару. Ведь Леся еще не услышала признания оборотня… Да и сам Трофим пока не был уверен, что стоит нагружать ее этой информацией. Но глава ПОН воздержался от конкретики. — Мы уже проводили операцию по задержанию этой банды. Вертолеты были вне их возможностей. Они действуют на грани обращения, поэтому их данные невозможно идентифицировать человеческими средствами…

— Ну да… там нет отпечатков пальцев: подушечки гладкие, ровные. Сетчатка и прочие параметры ни с чем не совпадут. А кровь вообще странная. И группу не определить в переходный момент. Хитро́!

— Да! Не каждый так сможет. Но они навострились и пользуются. В банде три волка и три нэнги. Сделали дело — всех перебили, а потом нэнги поднимают подельников в воздух… И ищи свищи…

— Я понял…

— Я не стал бы прибегать сейчас к помощи Леси. Сам считаю, что преступники слишком опасны. Но это еще и для суда важно… Мало ведь поймать. Мы не в средних веках. Где преступников казнили без суда и следствия за подобные действия, были бы косвенные свидетельства. Нужно доказать, что они виновны! Доказать не нам — человеческим органам. И чтобы адвокаты их не отмазали. Даже если мы под запись позволили бы им положить еще людей и оборотней, все равно их лица никто потом не опознает. Ты ведь это хорошо понимаешь? На грани обращения другие черты. Они похожи, но не идентичны. Любому мало-мальски приличному юристу удастся разбить все наши обвинения в пух и прах. И преступники выйдут на свободу. Опять грабить, калечить и убивать!

— Леся может связать их кровь на грани обращения с человеческой? И совместив ее доказать, что это те самые уголовники? Так? А изменение лиц можно списать на тонкие маски, дефекты на видео и состояние аффекта у свидетелей? Убийцы, мол, показались им сущими яростными животными? Так вы это сейчас видите?

— Да. Благодаря Олесе мы получим и ту, и ту кровь. Вместе. Это единственное, чем мы можем связать бандитов в человеческой ипостаси с их состоянием в моменты преступлений. Других вариантов мы не нашли.

— А как человеческие судьи это воспримут?

— А вот тут уже дело техники. Мы сошлемся на особенные препараты, которые изменяют кровь так, что анализаторы путаются. Криминалисты подтвердят, здесь все налажено. Скажут — секретные разработки для стратегически-важных целей. Главное привязать кровь к конкретным личностям: железно и без сомнений.

— Я понял, — выдохнул Трофим. — Но вы гарантируете ей безопасность? Так?

— Да! — рявкнул Матвеич. — Я лично гарантирую ей безопасность! Или можешь меня вызвать на поединок и загрызть в свое удовольствие.

— Лады. Когда?

— Сегодня же вечером.

— Почему так скоро?

— Нам только удалось их выследить и вычислить предполагаемое место будущего нападения банды.

— Леся? — позвал Трофим.

— Да. Я пойду. Попрошу Искандера пока заниматься с Мишей без меня. Няня из него ну просто роскошная.

Она сказала это так спокойно, настолько уверенно, отчасти даже оптимистично, что вербер на секунду просто опешил. Даже слова вдруг растерял: сразу и все. Матвеич усмехнулся.

— Альфа нэнги! — заявил по связи. — Сразу чувствуется! Ты молодец, девочка!

— Ты держи слово! — напомнил ему Трофим с металлом в голосе.

— Мы за вами приедем! Ждите! — произнес Матвеич и отключился.

Трофим подорвался с постели, собирался бежать к Лесе. Убеждать ее соблюдать осторожность, инструктировать, просить не высовываться. И только схватившись за ручку двери собственной спальни, чтобы повернуть ее и выйти наружу, вспомнил, что сейчас он совершенно голый.

Вот он дает! Ну реально — эмоции совсем рассудка лишили.

Трофим усмехнулся, провел рукой по волосам, встряхнулся и двинулся в ванную, немного охладить горячую голову.

* * *

— Ма-ам… А там точно не опасно?

— Да, малыш…

— Точно-точно?

— Да, мой хороший. Езжай с дядей Искандером. А мы вернемся потом. Если что утром. Не переживай. Ложись спать.

— Нет! Я буду тебя ждать!

Трофим впервые в жизни вдруг ощутил, как глаза жжет и там образуется влага… Он даже не поняла сразу, что это такое.

Просто наблюдал раздирающую душу сцену между матерью и ребенком и внутри что-то сжималось, рвалось, ныло.

Было так… так… Он даже описать оказался не в силах.

Мальчик прижался к Лесе, обнимал ее, не хотел уходить, что-то предчувствовал. Она гладила сынишку по голове, целовала в носик… Убеждала.

Причем, так уверенно, спокойно, без малейшей дрожи или слабости в голосе. Наверное, поэтому, в итоге, Искандеру таки удалось увести Мишутку.

Трофима всего внутренне потряхивало. Он так еще никогда не переживал из-за миссии. Даже когда сам рисковал головой. А вот Леся вела себя почти хладнокровно, даром что хрупкая, нежная женщина.

И Трофим шел, чуть касался ее плечом и думал — какая же она невероятная. Впервые за их знакомство он не только умилялся нэнги как матерью и хотел как женщину — он восхищался ей как сильной, независимой личностью. Это было внове для вербера. Он даже немного оробел и не смел больше так нагло касаться ее. Лишь чуть задевал…

В машине Леся спросила:

— А почему Матвеич не прислал за нами своих?

Трофим усмехнулся.

— Оборотни Матвеича ждут в заранее условленном месте. Стандартная процедура. Для встречи выбирается какое-нибудь общественное место, откуда даже не подумаешь, что поедут на облаву. Там оставляешь машину на стоянке, пересаживаешься в авто ПОН. Без опознавательных знаков. Едешь даже не кругами — скорее ромашкой по всему городу, колесишь, кружишь… Затем медленно приближаешься к условленному месту где-то в лесу, на одной из баз ПОН. И оттуда уже вертолетами и полицейскими машинами отправляешься на операцию.

— Ого! Ничего себе…

— Ну да. А еще с момента как мы садимся в машину ПОН, нас нельзя засечь никакими радарами или же камерами.

— В смысле? Машина не будет видна на камерах? Такого же не может быть! Это фантастика!

— Может! Еще как может! Уж поверь. В последний год созданы специальные отражающие покрытия исключительно для автомобилей оборотней. Глаз видит, а камеры — нет.

— Вот это да-а-а! Я думала такое только в фантастике прочитаешь!

— Ага. Ты еще оружие наше не видела… А ты знаешь, что ученые придумали интересное объяснение обороту?

— Научное?

— Да. Будто бы это нечто вроде перехода одного вида материи в другую. Как в ядерном превращении. Когда одни элементы становятся другими. Отсюда и свечение вокруг нас во время перехода между сущностями. Вроде как энергия выделяется. А затем поглощается и это тоже меняет освещенность окружения.

— Ну это мне легче принять, чем какую-то магию…

— Огонь когда-то тоже считали магией…

Они общались так ровно, живо, словно и не ехали на опасное задание. Леся искренне интересовалась, и Трофим готов был хоть на тысячи ее вопросов отвечать без конца, без запинки.

Но неожиданно последовал вопрос, на который он не имел права отвечать, потому что обещал это Матвеичу.

— А что за инструкции тебе дали после нашего общего созвона? Я знаю, что Матвеич тебя еще раз набирал! И вы там о чем-то долго шушукались…

— Я не имею право разглашать это…

Он сказал тихо, покосился, в ожидании ее возмущений. И, наверное, начни она обижаться, дуться, требовать… кто его знает, может и поддался бы. Не имел никакого права, но… Выдержать ее обиду, ее осуждение, ее недоверие…

Однако Леся покачала головой.

— Ты только сильно собой не рискуй.

Как в воду смотрела! Задание Матвеича было отчаянным, что правда, то правда — ни отнять, ни прибавить. Но выполнить его мог только Трофим. Он не был привязан к ПОН или ОПО, не служил. Поэтому имел чуть больше простора для маневра при задержании…

Ему никто не мог предъявить иск о превышении полномочий. Ибо Трофим — вольный охотник. И мог заявить, что оказался на месте случайно, просто решил помочь инкассаторам.

Никого не убил, не покалечил до происшествия. Стало быть, закон оборотней не нарушил.

А там… гражданский он ведь и есть гражданский…

Трофим сглотнул, глядя на серьезную Лесю и произнес:

— Я постараюсь…

Она замолчала, продолжая коситься с таким видом…

Трофим наслаждался тем, что пара волнуется, переживает за его здоровье и жизнь. Ради этого стоило пойти на задание Матвеича. Вот что он для себя вынес…

Наверное, Леся поспорила бы. Но то она, а то он… Ему очень нужно было сейчас ощущать, что она за него трясется, боится…

…Возле помпезного ресторана «Экватор» как раз располагалась подземная стоянка. Трофим загнал туда внедорожник, оставил, и двинулся вдоль рядов, вычисляя авто ПОН.

Леся шла рядом молча. Деловитая, серьезная, но не напуганная.

Трофим боялся, что ближе к делу ее все-таки накроет. Но нэнги пока держалась дай боже…

Нужный бронированный внедорожник, декорированный под машину скорой помощи, Трофим нашел без особого напряга. На авто были невидимые человеческому глазу голографические метки. ПОН. Вот что мог прочесть на этой машине оборотень, имеющий чип для телепатической связи конкретного вида. Тот, что делают в лабораториях для полицейских нужд.

Леся, разумеется, ничего не заметила. Но ей этого и не требовалось.

Из машины навстречу парочке вышел вербер из ПОН. Коротко стриженный, с бритыми висками, высоким лбом и тяжелой челюстью.

— Оу! Какие люди! — притворно произнес он, раскрывая Трофиму объятия.

— Вау! Кирилл! Как жизнь, братан? Как сам? — подыграл как мог Трофим.

Об этом Лесю предупредили. Поэтому она начала изо всех сил улыбаться и «радоваться встрече». Пока выходило так себе. Впрочем, и Трофим не сильно преуспел в пантомиме.

В общем, создав декорацию, словно они давние друзья и случайно встретились, вербер из ПОН пригласил парочку в машину «сходить куда-нибудь, поболтать».

Внутри было много места и располагались вооруженные до зубов бойцы ПОН в спецжилетах. Они не только пулями не пробивались, но и плазмой не прожигались до конца. В момент взрыва или пожара создавали защитное поле из наночастиц, благодаря которому владелец почти не получал ожогов и повреждений.

Выглядели жилеты как самые обычные джинсовые с кучей карманов и молний.

Трофима и Лесю одели в такие же. Вербер, что их встретил, показал нэнги лазерный пистолет.

— Держи! Мало ли…

— Я же стрелять не умею… — слегка растерялась она.

— Тут просто все. Снимаешь с предохранителя и жмешь на курок. Вряд ли тебе понадобится. Ты ж полетишь в вертолете, с нашими. Это уж так, чисто для успокоения…

Она с сомнением разглядывала оружие, похожее на обычные человеческие пистолеты. Но все же взяла, закрепила на боку в кобуре.

Трофим нарочно сел рядом с нэнги. Думал — вдруг ей потребуется поддержка. Но она и сейчас выглядела собранной, деловитой, суровой и… совсем не напуганной. Только стала менее разговорчивой и более сосредоточенной, нацеленной.

Трофим все больше ей восхищался и все больше думал, что станет без нее делать…

От этих мыслей меньше хотелось выжить после операции. Поэтому Трофим загонял их пока куда подальше. Самоубийцам в полицейской операции — не место. Все должны рассчитывать на успех. А не бросаться на бандитов с целью погибнуть. И сами не выживут и другим навредят по самое не хочу. Хуже некуда.

Остальные бойцы ПОН — верберы, волки и один нэнги — поглядывали на Лесю с уважением. Даже они оценили ее хладнокровие и готовность к борьбе.

Наконец, машина доехала до нужного места. Очередной полигон ПОН располагался под землей, в лесу. Машина словно упала в подземелье. Все вышли на широкую площадку.

Лесю пригласил следовать за собой Кирилл, а Трофима позвали в один из бронированных внедорожников, стилизованных опять же под скорые.

Он уже собирался уйти, когда нэнги вдруг подскочила и… повисла у Трофима на шее. Тот замер, внезапно забыл — где он. Поднял пару на руки, прижал, вдохнул запах ее волос и… поплыл. Пьяный, дурной и… совершенно счастливый… В какой-то сладкой, хмельной нирване.

Как же теперь хотелось жить! Так хотелось! Всего и сразу… Вернуться. Без единой царапины вернуться со своей сложной миссии. Обнять ее… Получить такую же реакцию… И… такой же поцелуй. Да какая разница: краденный или «легальный»? Неважно!

Потому что она вдруг сама коротко, смущенно поцеловала Трофима в губы. А потом в щеку. Он прижал нэнги сильнее. Та тихо пискнула и усмехнулась:

— Вот ты… медведь…

И он засмеялся.

Было так странно перед опасным заданием, где рисковал практически каждый, вот так хихикать над собственной непосредственностью. Но у Трофима вдруг стало совсем легко на душе. Хотя логически он понимал — нэнги просто пробило на эмоции. Это нормально в такой ситуации. Тут каждого, даже поновцев пробивает.

Кто-то без конца травил анекдоты, кто-то повторял последовательность действий, кто-то читал открытки от близких… Никто не железный, ничего не попишешь.

И хорошо, что нэнги не тряслась, не психовала и не впадала в депрессию. Не пасовала всеми конечностями…

Хорошо, что вот так… Ярко, немного смущенно, страстно и решительно…

Как хорошо…

Трофим наслаждался, прикрыв глаза. И все было сейчас совершенно неважно. Погибнет ли он или же выживет. Удачной ли выдастся полицейская миссия… Даже настанет ли завтрашний день, в принципе.

Было это огромное, до странности естественное, безбрежное ощущение: она моя… Только моя сейчас, и ничья больше…

Арр… Моя…

Как бы глупо и книжно ни прозвучало. Да, Трофим тоже иной раз заглядывал в романы про оборотней. Было просто немного любопытно — какими человеческие писатели их рисуют. И некоторые оказывались очень недалеки от истины.

Вот это вот затертое: «Арр… Моя» было настолько четким и метким. Как выстрел в упор, в самое яблочко.

Трофим просто не мог остановиться. Не мог прекратить обнимать ее… Вдыхать ее запах, пропитываться… в том числе и тем, как Леся отвечала на его крепкие объятия… Жалась к нему, терлась о щеку…

Он бы не пришел в себя еще долго, если бы Кирилл не окликнул нэнги.

— Олеся! Нам надо лететь!

И добавил:

— Трофим, у вас тоже время…

Леся отстранилась, и верберу пришлось ее отпустить.

Именно пришлось, иначе не выразишься.

Он вздохнул и двинулся к нужной машине.

Внутри все горело, жар разливался по конечностям. Некстати пекло в паху и хотелось плюнуть на все. Поймать ее, забрать, забрать ее сына…

И уехать куда-нибудь далеко. Только он, Леся и Миша…

…У самой машины вербер оглянулся, чтобы увидеть, как Леся садится в вертолет, и тот исчезает в открывшемся на поверхности земли люке…

Внутри внедорожника ждали знакомые оперативники ПОН и это немного облегчило расставание. Трофим не виделся с парнями с полгода. И был искренне рад снова встретиться. Как и тому, что все живы, здоровы и относительно целы. Пара шрамов лишь украшает настоящего мужчину и альфа-оборотня. Наверное, поэтому ни одному из двусущих в голову бы не пришло свести их. Хотя человеческие технологии позволяли. Вот тут люди ушли дальше двусущих…