Глава 2

Дана

Когда я прибыла на территорию особняка, там уже творился полнейший переполох и это можно было заметить даже не заходя внутрь. О, боги, и что же там Тори натворила? На этот раз охранник меня пропустил без расспросов, даже приоткрыл дверь и проводил внутрь. Видимо, целый дом мужчин не знал, что делать с одним ребёнком.

— Мистер Штейн ждёт Вас, — басовитый охранник оставил меня около двери, где, видимо, творилось нечто несусветное, а потом быстро начал отступать от греха подальше. Такой громила и пасует перед малышкой?

Я раскрыла дверь и первое, что предстало пред моими глазами — это мистер Штейн. Он беспомощно смотрел на малютку и огромное количество всяких памперсов, присыпок и даже еды для малышей. Это было так мило, что я на секунду даже залюбовалась. Его голубые глаза, напоминавшие лёд, не излучали ничего, кроме вселенской скорби и усталости. Неужели он не спал всю ночь? Или…

Почувствовала, что глуповато улыбаюсь, но то, что его глаза впились в меня с мольбой о помощи, как по щелчку пальцев вывело меня из транса.

— Чудо-няня к вашим услугам, — нашла в себе хоть какие-то силы улыбнуться и в ту же секунду скинула сумку.

Маленькая Тори заливалась плачем, уже хрипя, и я заподозрила, что тут дело совсем не в том, что её отец не умеет обращаться с ребёнком. Взяв кроху на руки я немного её покачала, а потом пощупало лобик. Он оказался горячеватым, о чём я быстро сообщила папочке будущей певицы.

Он тут же куда-то дел свою усталость, буквально из воздуха достал блокнот и ручку, записал все лекарства, что необходимы были для того, чтобы сбить температуру, и со скоростью света отправился передавать список водителю, которого уже оповестил по телефону о том, что необходимо будет съездить в аптеку.

Ничего страшного в состояние девчушки я не видела: где-то попала под сквозняк, вот и приболела немного. Главное, что почти сразу обнаружилось, а остальное ерунда. Но, покачивая всё ещё хныкающую малышку, я подумала, что причина может быть совсем не в простуде! Подошла к столику, нашла чистую чайную ложечку и чуть задела верхнюю десну Тори. И, как и ожидала, услышала тихий: "Бряк"!

Вернувшемуся мистеру Штейну я радостно сообщила о том, что у его красавицы режется первый зубик. Удивление на его лице выдавало полную неосведомлённость в этом вопросе. Похоже, он думал, что зубы вырастают просто так, безболезненно для ребёнка.

— А почему температура тогда? — задал он волнующий его вопрос.

Но я даже не знала, что ему ответить, поэтому просто сказала:

— У многих детей это происходит так. Это нормально. Нам остаётся только набраться терпения и ожидать, пока юная мисс Штейн "обзаведётся" полным комплектом молочных зубов.

Мужчина лишь растерянно кивнул. Он был обескуражен до крайности и передал дело в мои руки с явным облегчением. Я принялась менять малышке памперс и пеленать ее заново. Он немного постоял, наблюдая за всем этим, потом сказал:

— Когда закончите, зайдите в мой кабинет, — и добавил: — Пожалуйста.

Дверь тихо закрылась за ним, а я ненадолго застыла от удивления. Почему-то казалось, что этот сильный и уверенный в себе мужчина не привык просить. Только приказывать… Потом я захихикала, ловко заворачивая девочку в теплую пеленку. Теперь ему придется смириться, что в доме появился кто-то главнее его. Мисс Виктория Штейн будет повелевать его жизнью и его сердцем много-много лет…

Справившись, я убаюкала девочку и отправилась в кабинет Штейна. Тот сидел за столом, подперев лоб рукой. Пальцы тонули в растрепанных волосах, ворот рубашки был расстегнут, и у меня непроизвольно пересохло в горле. Какой он все-таки… Нет, здесь не подходило слово "красивый", оно ассоциировалось с конфетной наружностью слащавого мальчика-модели. Демиан был настоящим, мужественным, невероятно притягательным. В присутствии Дина у меня не слабели так ноги и не хотелось провести ладонью по его мышцам, стремясь почувствовать мощь непокорного зверя, тихо лежащего у твоих ног…

Я одернула себя. Еще чего не хватало! Размечталась. Такие, как он, не обращают внимания на простых нянек, рядом с ними должны быть холеные красотки из их круга, а не замотанная и измученная безденежьем вчерашняя студентка. Жаль, но такова жизнь.

— Вы просто волшебница, Дана, — произнес он негромким бархатным голосом, повергая меня в еще больший ступор. А как же официоз? Он уже называет меня по имени? Или это просто знак признательности. — Я очень рад, что вы теперь моя сотрудница.

Я робко улыбнулась. Мне показалось или он подчеркнул этим своим обволакивающим голосом слово "моя"? Да еще усмехнулся так хитро и понимающе, будто говорил вовсе не о работе.

— Хочу сделать вам деловое предложение. Вы переедете ко мне. Вам выделят лучшую комнату, чтобы вы были доступны круглосуточно. Конечно, на оплате это тоже отразится самым благоприятным образом.

И снова акцент на слове "доступны" и легкая улыбка, которая бы больше подошла коварному соблазнителю. Черт, мистер Штейн, мы все еще обсуждаем ребенка? Я поймала себя на том, что внизу живота набухает тугой узел, и окончательно смутилась.

Немного помялась на месте. Вместе со странным, непривычным возбуждением, внутри появилось и что-то радостное. Чёрт, почему похвала именно от этого мужчины настолько мне нужна? Если бы меня хвалил тот же Дин…

Не-а, не похвалил бы. У нас с ним нет особых точек соприкосновения, а с мистером Штейном у нас один ребёнок на двоих. Звучит немного даже смешно.

Хихикнула себе под нос. Соберись, Дана! В конце концов он твой босс, а боссов и нужно воспринимать как начальников. Но всё-таки он такой уморительный, когда не знает, что делать с малышкой… Всё бы отдала, чтобы посмотреть на это ещё раз.

— Так что? — его властный голос меня словно разбудил, отвлёк от мыслей. Правильно. Нечего мечтать на работе.

Я снова посмотрела на него, отмечая как та рубашка на нём сидит. Наверное, на работе все женщины его и у него определённо есть девушка. Или…

— Дана? — взывал ко мне снова. Ох. этот мужчина не даёт мне соображать.

— Я согласна! — кивнула ему и улыбнулась. Работать двадцать четыре на семь с ребёнком, помочь ему, увидеть то, как у него режутся зубки, сопровождать каждую секунду. Как это вдохновляет!

— Хорошо, тогда можете заняться переездом. Когда привезёте свои вещи, я покажу Вам, где Вы будете жить.

— Всё ясно, — если бы кто знал, как я счастлива, а!

Уже хотела спуститься вприпрыжку с лестницы, но мистер Штейн снова окликнул меня. Я обернулась к нему снова и на секунду мне показалось, что он запечатлел на мне свой взгляд на мгновение больше, чем это подобало бы шефу и его работнице.

— Вот ещё что. Скоро я уезжаю. Естественно, Тори я не смогу взять с собой. Поэтому Вы остаётесь с ней один на один. Вы будете с ней целыми сутками. И я настаиваю на том, чтобы рядом с вами постоянно находилась охрана. Девочка мне дорога, неизвестно, что задумают мои враги.

— Обязательно прислушаюсь к вашей просьбе, — кивнула, хотя и не понимала, зачем с охраной? Неужели, все вокруг знают, что это — дочь Демиана Штейна? К тому же, шкаф в чёрном костюме или без него, но с мышцами диаметра больше моей головы, явно привлечёт больше внимания, чем любой другой объект.

— Это не просьба, — он пугающе улыбнулся, словно волк оголив зубы. — Это приказ.

— Х… Хорошо, — немного заикалась, но ничего. В ту же секунду попрощалась с мистером Штейном и сбежала по лестнице. Там, когда уже миновала его дом и наконец-то дошла до остановки, своим громогласным "ура!" распугала всех пассажиров…

Демиан

Чёрт! Мне так не хотелось именно сейчас уезжать, но я был рад, что моя детка будет в хороших руках. Конечно, Дана была для нас чужой, но девочка прикипела к ней с первых мгновений. И я решил, что Дана Рейн — идеальная кандидатура на роль няни для моей дочери.

Если бы не малышка Тори, мне бы не пришлось выплывать из своего постоянного запоя, в рекордные сроки въезжать в дом, где мы жили с Райаном холостой жизнью "до Сандры, оказавшейся Кассандрой". Я просто понадеялся, что брат будет не против того, что я захапал себе нашу берлогу. Потому что ребёнку нужны нормальные условия и хорошая защита.

И, как апогей безумия, мне пришлось вернуться на работу. Мистер Штейн молча подписал бумагу о моем восстановлении. Единственная загвоздка — папаша "отнял" у меня мою должность финдеректора. И нанял… На место Райана. Вот это взъярило меня настолько, что тогда я хотел вложиться в его офис на самом последнем этаже и набить морду этому эгоистичному ублюдку, посмевшему променять нас на суккубу.

Но я сдержался, понимая, что работа мне нужна, и желательно недалеко от дома, чтобы всегда быть рядом с моей малышкой. Удивительно, я в один момент стал папашей мелкой крикуньи. И если бы не Дана, давно бы повесился, не в силах слышать постоянные крики несчастного ребёнка, которому достался такой нерадивый родитель. Ну, Нана. Сучка, твоей смерти я тебе точно не прощу.

Я хлопнул по столу ладонью, чувствуя, как обаятельная в своей непосредственности няня покинула дом. Я разумно не вставал из-за стола все время нашей беседы, потому что в штанах все уже было каменным. До такой степени возбуждения меня доводила только сука Кассандра, женщина, в которую я влюбился, и которая посмела уйти к моему отцу. Подумать только, эта лживая тварь — моя мачеха.

Но все мысли о Кассандре выбили воспоминания о Дане. Как она мило краснела от моих намёков, а тонкий сладкий аромат её возбуждения… Я прикрыл глаза, воспроизводя его в памяти, и улыбнулся. Заполучить этот нежный цветочек будет очень интересно. Думаю, детка будет не против, если её няня и её папа будут немного ближе, чем начальник и подчиненная, а вот как не против буду я… Я не стал сдерживать довольную улыбку во всю ширь лица. Приеду из командировки и заполучу эту трепетную феечку.

Я набрал номер телефона кузины. Алесса ответила не сразу, специально испытывала моё терпение. Наконец в динамике послышалось её недовольное "Алло".

— Алесса, я знаю, что тебе не доставляет удовольствие со мной общаться, из-за того, что было, — я старался, чтобы голос был ровным и не срывался в едва слышное рычание.

В ответ мне раздалась красноречивая тишина, и я все-таки тихо рыкнул в трубку.

— Хорошо, ты была права и я идиот, потому что не слушал тебя на счёт Сандры, — признание далось мне не легко, но я знал, как это необходимо, — прости меня, Лесс.

— Что ты хотел, Дейм? — в её голосе послышались довольные нотки.

— Пригляди за моим домом и моей няней.

— Няней? Зачем тебе няня, Штейн? — она на секунду замолчала. — Твою мать, ну ты и встрял, папаша. От кого?

— Нана, — сказал сквозь зубы, скрывать не было смысла. — Мне недавно позвонили из органов опеки и обрадовали. Теперь радую тебя — ты тётка очаровательной Виктория Штейн. Сегодня я улетаю, можешь пожить в нашем с Райаном доме. До встречи.

Она что-то крикнула, не желая заканчивать разговор, но я быстро повесил трубку и поднялся из-за стола, чтобы поскорее оказаться в ванной и помочь себе руками. Искать бабу для секса у меня совсем не было времени.