Глава 2

Полукровка помолчал, глядя в сплетенные над могилами черные ветви деревьев, и тихо продолжил:

— Тёмные драконы — это не отдельный вид. Хотя, когда их было много, можно было и так их назвать… В действительности тёмные драконы — это те, кто привязал свою магию и силу к единственному спутнику, дав ему вечную клятву верности. Они пришли к нам из другого мира вместе с горсткой своих людей — тёмных магов. У каждого тёмного — свой дракон. Они обрели силы во много раз превышающие силы обычного дракона. Но заплатили за это свободой.

Раймир вздохнул, пожав плечами:

— Так говорят легенды.

— А на самом деле?

— На самом деле всё так и было, — серьезный и печальный взгляд, — но мы почти ничего не знаем о первых темных драконах. Их потомки же унаследовали исключительную магическую силу своих предков. А ещё — абсолютную верность своим избранникам.

— Вот как.

Звучит, как лебединая песня. Значит, есть и другие миры. И другие расы. В сердце поселилось странное звенящее чувство, что всё не случайно. А потом я подняла голову — и замерла. Прямо на сплетении черных ветвей над могилой сиял ярко-золотистый ключ. Протяни руку — и коснешься.

Я протянула. Ключ упал в ладонь, щекоча её магией. Я ощущала его силу. Понимала, что она очень поможет мне в этом мире, но.

— Я оставлю его здесь, — прозвучало эхом.

Обернулась — Раймир держал свой меч-ключ на вытянутых руках.

— Отсюда нельзя уйти, не почтив память. Но ничего более достойного в дар у меня просто нет.

— Согласна, — откликнулась тихо.

В той же полной тишине мы опустились перед могилами на колени.

Не знаю, что шептал Раймир, а я обращалась к древнему дракону.

— Дай мне немного храбрости, прошу. Если ты действительно пришел сюда из другого мира. Ты — или твои предки — то должен понимать, как нелегко к нему привыкнуть. Драконы… они странные. От них можно иногда сойти с ума. Надменные, гордые, самодовольные. Но есть ведь и хорошие черты. Всё, как у людей. Почти. Не знаю, что делать с этой парностью, не верю в неё! Любовь по приказу — это просто тяга. Страсть. На этом не построить счастье.

— Я не знаю его, а он — меня. Мы чужие. Только спорим и ссоримся. Но. знаешь, если он действительно погибнет из-за меня — никогда не смогу этого себе простить. То, что с ним случилось — ужасно. Мерзко. Отвратительно. Такого не должно быть. Я бы хотела, чтобы он стал стал. полноценным. Саламандром. Пусть подавятся все, кто над ним издевался. и издевается. Не хочу, чтобы с ним случилось что-то по-настоящему плохое, — пробормотала тихо. Наверное, я всё-таки не в своем уме. Только он.

Что? Заинтересовал меня? Смутил? Разозлил? Я сама не могла разобраться в том коктейле чувств, который испытывала к Аргату Асайши. Ясно одно — этот ящер со всей чешуей умудрился подлезть под самое сердце. Когда только?

Я стояла на коленях перед старой могилой — и говорила, говорила, говорила — обо всём на свете. Как будто здесь лежал мой отец, и я точно знала — там, на Небе, он слышит меня, вот сейчас улыбнется, погладит по щеке — и обнимет крепко-крепко.

Я положила ключ на плиту, вытирая слёзы, и почти не удивилась, когда он замерцал и исчез. Следом исчез и ключ Раймира.

Мы переглянулись. Ну что, пора звать на помощь?

Но. нет.

Мы не успели ещё подняться — а ноги уже свело от стылости — когда пространство вокруг вдруг полыхнуло ярко-синим.