15

ДЭН

Я открываю глаза и несколько мгновений любуюсь спящей под боком Кейт. Расслабленная, с рассыпанными по подушке волосами, обнимающая мою руку и прижимающаяся к ней щекой. Уютная, домашняя и безумно красивая. Во всех смыслах моя.

Воспоминания прошлой ночи вихрем проносятся перед глазами, и я довольно улыбаюсь. Несмотря на прошедший год, мы с Кейт не изменились. Такие же жадные и откровенные ласки, такой же мгновенный отклик на любое прикосновение. Кремовое безумие на кухне, расслабление и плавность под упругими струями в душе и настоящая сладость здесь, в спальне.

Касаюсь ее щеки и отвожу с лица прядь волос. Вырисовываю подушечками пальцев узоры на нежной коже плеч, постепенно, миллиметр за миллиметром опускаясь к груди, скрытой тканью тонкого одеяла. Убираю мешающую преграду, одновременно наклоняясь, чтобы поцеловать в уголок губ, слегка подразнив девушку языком.

Кейт протестующе мычит и даже пытается оттолкнуть меня, а затем открывает глаза и в ту же секунду улыбается.

— Доброе утро, — шепчу на ухо, проводя языком по ушной раковине и уделяя особое внимание пульсирующей венке над ключицей.

— Ага, — выдыхает она, обнимая меня за плечи и притягивая ближе. Затем ее рука ныряет под одеяло, скользит по моей груди и животу и обхватывает напряженный ствол, просто жаждущий ее особенного внимания.

Рыкнув от удовольствия, целую мягкие губы, отбрасывая одеяло в сторону и нависая над ней. Кейт толкается бедрами, словно подгоняя меня, но в этот самый момент из детской доносится плач нашего сына и я разочарованно падаю на постель. Не только я требую от нее внимания в это утро.

Девушка торопливо накидывает халат и идет к Харви, пока я пытаюсь усмирить свое либидо. Принимаю решение охладиться под душем. Окей, потерплю до обеда, когда приедет Дафна и заберет сына на прогулку.

Когда я, облаченный лишь в полотенце на бедрах, заглядываю в детскую, Кейт уже переодела малыша и даже закончила его кормить. Отбираю довольного жизнью ребенка, отпуская ее искупаться. Включаю мобиль, позволяя веселой песенке нарушить утреннюю тишину в комнате и с удовольствием ношу сына по комнате, рассказывая ему всякую чепуху, словно он способен меня понимать.

Кейт, как и я, не стала заморачиваться с одеждой и тоже обмоталась полотенцем, присоединившись к нам минут через пятнадцать. Целую ее в щеку и тут же трусь подбородком об плечо, заглядывая в глаза:

— Не жалеешь?

Она тепло улыбается:

— Наоборот, кажется, что вот сейчас все правильно. Правда, мне немного стыдно перед Элен. Она оказалась права, когда говорила, что я тебя соблазню.

— Глупости, — фыркаю, укладывая Харви в кроватку и вкладывая в цепкую ручку мягкую погремушку. — Отношения с Элен были моей ошибкой, рано или поздно они закончились бы в любом случае. Ты здесь не причем. В любом случае, я прослежу, чтобы у нее было все хорошо и дам время на неспешные сборы.

Подхожу к девушке и обнимаю, с наслаждением вдыхая запах ее кожи. Господи, какое же это классное ощущение покоя! Кейт правильно сказала, что именно сейчас все правильно. Наверное, мне стоило расстаться с Элен в тот же момент, когда я встретился с Кейт взглядом в том кафе.

— Меня волнует другое, — неспешно перевожу разговор в другое русло, попутно осыпая все лицо Кейт мелкими поцелуями, намеренно избегая губ, потому что понимаю — сорвусь в эту же секунду, а травмировать психику сына столь откровенным зрелищем я не хочу.

— Что именно? — Кейт тянется ко мне с поцелуем, но мне удается отделаться быстрым чмоком и весело рассмеяться на ее недовольную мордашку.

— Когда мы поженимся?

Хрупкая фигурка в моих объятиях заметно вздрагивает и напрягается. Кейт растерянно смотрит, явно ожидая моих следующих слов и что-то мне подсказывает, что услышать ей хочется стандартное «Шучу, шучу».

Вот только я серьезен как никогда.

Она понимает, что добавить мне нечего и переспрашивает:

— Поженимся?

— Именно.

Я не знаю, какой именно реакции ждал, но ее испуг меня значительно напрягает. Мягко провожу ладонями по ее спине и плечам, пытаясь снять с нее это нелепое оцепенение.

— Ты сейчас серьезно?

— Не вижу смысла тянуть. У нас общий ребенок, Кейт.

— Но… — она закусывает губу и отворачивается, одновременно делая несколько шагов назад, уворачиваясь от моих рук. — Мы же знаем друг друга совсем ничего.

— Не кажется ли тебе, что длительность отношений до брака не всегда влияет на его успешность? — насмешливо щурюсь, пряча таким образом свои опасения. Кажется, я действительно поторопился.

— Дело не в длительности отношений.

Кейт поправляет узел полотенца и садится в кресло. Смотрит она при этом в пол, не желая встречаться со мной взглядом.

— А в чем?

— В чувствах, Дэн.

Я сажусь перед ней на корточки и мягко заключаю ее ладони в свои.

— Эй, я похож на парня, который просто так потянет девушку к алтарю? Да еще полгода назад я и мысли подобной не допускал, обещая всем свадьбу не раньше моих сорока.

— Дэн, я уже пыталась выйти замуж из чувства вины и долга. Ничего хорошего из этого не получилось, сам знаешь. И ты правильно заметил — у нас общий ребенок. А если у нас не получится счастливой семьи именно из-за того, что мы друг друга совсем не знаем? И я хочу быть любимой женщиной. Любимой.

— Но ты уже…

Звонок в дверь спасает меня от еще одной ошибки. Мы оба не двигаемся с места, зная, что Линда откроет, она уже наверняка проснулась. Я встаю и отхожу к окну, понимая, что только что чуть не признался в любви в самый неподходящий для этого момент. Я не импульсивный подросток и должен осознавать, что прошлая ночь не гарантирует совместного счастливого будущего. Лучше действительно узнать друг друга, разобраться в наших отношениях, а потом уже вернуться к этому разговору с разумным, взрослым подходом. Хотя бы ради сына.

— Миссис Коуп, я сказала нет! — раздается снизу разгневанный голос Линды. — Остановитесь!

Срываюсь с места и несусь к лестнице, замирая на верхней ступеньке. Внизу вижу покрасневшую от злости работницу и свою мать, как всегда одетую с иголочки и сжимающую в руках сложенные листы бумаги. Начинаю спускаться вниз, но что-то заставляет меня остановиться. Оборачиваюсь на взволнованную Кейт, остановившуюся на лестничной площадке.

Мама медленно переводит свой взгляд с меня на девушку, отмечая наш одинаковый наряд из полотенец. Ее губы искривляет надменная улыбка:

— Какое мерзкое зрелище. Сын, я всегда думала, что у тебя есть вкус на женщин.

— А мне казалось, что тебе не чуждо понятие приличий. Я просил тебя не появляться здесь без приглашения.

— И я тоже обозначила свое нежелание видеть вас в своем доме, — спокойно добавляет девушка.

— Этот дом не твой, дорогуша, — едкий комментарий матери, наверное, должен был поставить на место Кейт, но девушка только хмыкает и спускается, встав на одну ступеньку со мной.

— Мистер Коуп, простите, я пыталась ей объяснить, но… — если наш внешний вид как-то и смутил Линду, то она не подала виду. Настоящий профессионал, определенно стоит выписать ей премию.

— Все в порядке. Можете накрывать на стол, мы с Кейт скоро придем завтракать. Вот только проводим нашу незваную гостью до машины. — Провожаю взглядом удалившуюся в сторону кухни женщину и обращаюсь к матери. — И да, мама, ты не права. Этот дом принадлежит Кейт. Вернее, он оформлен на моего сына, но Кейт по праву опекуна имеет право распоряжаться здесь абсолютно всем.

— Твоего сына!

— Ты купил этот дом?

Два удивленных возгласа невольно заставляют меня улыбнуться. Поворачиваюсь к Кейт и киваю:

— Да, с первого дня этот дом — собственность Харви. Я же обещал заботиться о нем.

— Да ты слышишь себя вообще? — мамин визг больно бьет по ушам, я даже приседаю от неожиданности. Никогда не замечал за ней столь впечатляющих вокальных данных. — Какой сын? Эта мерзавка обвела тебя вокруг пальца, а ты и рад этому!

— Прекрати орать, — холодно обрываю этот пассаж, все еще надеясь на благоразумие женщины, которая меня родила.

— Элен рыдает и собирает вещи! Ты бросил ее ради дешевой девки, с которой когда-то переспал на пьяную голову! А теперь она вертит тобой и манипулирует, заставляя воспитывать чужого ребенка!

Мама поднимается к нам и чуть ли не швыряет мне в лицо бумажки, которые до этого держала в руках.

— Полюбуйся!

Спокойно разворачиваю лист и пробегаю глазами по тексту. В самом низу — выделенное жирным заключение, которое заставляет меня вздрогнуть: «Вероятность отцовства составляет 0,1 процента».

Чувствую, как по позвоночнику словно острые иглы прошлись. В висках начинает стучать, а перед глазами застыла эта цифра. 0,1. Харви не мой сын.

Сразу огромное количество вопросов вспыхивают внутри, обжигая своим ядом. Кейт меня обманула? Или не знала? Или не знала изначально, а потом продолжала лгать?

Нет, она на такое не способна. Скорее всего, и для нее эта новость станет потрясением.

Девушка протягивает руку, чтобы взять лист, но я не двигаюсь, глядя на ее спокойное лицо. И внезапно понимаю — мне плевать. Даже если Кейт ошиблась в моем отцовстве и я несколько месяцев любил не своего сына… Я просто не могу отключить свою привязанность к нему, и плевать на набор ДНК.

Потому что я люблю не только его, но и Кейт. Пусть чувства только зарождаются, но они уже достаточно крепки для того, чтобы понять — ребенок любимой женщины не может быть чужим.

Я отдаю Кейт результаты теста и не отвожу взгляд от ее лица, пока она читает текст. Но последовавшая через несколько секунд реакция удивляет и меня, и мою мать. Кейт садится на ступеньку и начинает смеяться, отбрасывая бумажку в сторону.

— И тебе хватает наглости так себя вести? — практически шипит мама, пытаясь дотянуться до девушки с попыткой вцепиться в ей волосы, не иначе. Я осторожно пресекаю ее жест и закрываю Кейт собой.

— Даже если эта бумажка не лжет, мне плевать.

Мама ошарашенно округляет глаза, хватаясь за сердце:

— Ты сошел с ума, не иначе. Даниэль, одумайся, тобой пользуются! Я не позволю этой проходимке и дальше манипулировать своим сыном!

— Я достаточно умен, чтобы понимать, кто и как мной пользуется. Кейт к таким людям я отнести не могу. А теперь покинь дом и больше никогда сюда не заявляйся! Это нелепое похищение детской пустышки — отвратительный и мерзкий поступок. Если ты хочешь и дальше общаться хотя бы со мной, то прекрати лезть туда, куда не просят!

— Боже, Дэн, — слышу я затихающий смех Кейт. Она встает, вытирая тыльной стороной ладони пару слезинок. — Поздравляю, твоя мама заплатила несколько тысяч долларов, чтобы выяснить, что Эмили — не твоя дочь.

Я хмурюсь, мама бледнеет, а Кейт продолжает улыбаться, наблюдая за нашей реакцией. Быстро пожимает плечами и поясняет:

— Эми пыталась понять, почему Харви отказывается от дорогой и по всем параметрам качественной соски, ну и… протестировала ее.

И снова заливистый хохот, после которого Кейт неторопливо поднимается наверх. Я пытаюсь переварить новую информацию, а мама подхватывает с пола листок и с отвращением кивает в ту сторону, куда ушла девушка.

— И ты поверишь в эту нелепую чушь? Когда ты утратил способность мыслить разумно? Еще не поздно выгнать эту девку на улицу и попросить прощения у Элен, бедняжка места себе не находит!

— Мы с Элен расстались окончательно. И я снова прошу тебя перестать лезть в мою личную жизнь. Мама, мне очень сложно сейчас сдерживаться и не грубить тебе, поэтому выполни мою просьбу и уезжай.

— Ты в точности как твой отец.

Эта фраза звучит как оскорбление и настоящее проклятье, но я нахожу в себе силы не вестись на провокацию и не усугублять конфликт. Просто беру ее за руку и заставляю спуститься вниз, подталкивая к входной двери.

— Возьмите, — доносится сзади. Кейт подходит к нам и протягивает соску в пакетике. — Клянусь, ее не облизывал никто кроме Харви. Вы ведь не успокоитесь, пока не убедитесь в том, что он ваш внук.

Мама сжимает губы, но пакет забирает, а затем с высоко поднятой головой выходит на улицу. Я закрываю за ней дверь и облегченно выдыхаю. Смотрю на улыбающуюся Кейт:

— Зачем?

— Потому что мне надело дергаться каждый раз, когда она обвиняет меня в обмане. Пусть уже получит доказательства и катится к черту. — Охает, прикрывая ладошкой рот, и виновато смотрит в пол. — Прости, нельзя так говорить, она же твоя мать.

— Все в порядке. Вся эта ситуация действительно отвратительна и ты имеешь право на выражения и похуже.

Обнимаю, уткнувшись носом в благоухающую шампунем макушку, и с наслаждением закрываю глаза. С души словно камень упал. И вовсе не потому, что этот жест со стороны Кейт доказывает мое отцовство, а потому что понимаю, что подобное решение действительно избавит нас от множества проблем.

— Ты действительно не отказался бы от Харви? — глухо спрашивает Кейт, пряча лицо у меня на груди.

— Именно.

— Но ведь…

— Вы оба для меня — самое дорогое, что есть в моей жизни, Кейт.

Она замирает, поднимает глаза и я вижу в них слезы. Улыбаюсь, бережно вытирая слезинки, и целую в кончик носа. Она даже не представляет, насколько мне необходимо их с Харви присутствие и как сильно я люблю свою семью.

— Замуж все равно не пойду.

— Я умею уговаривать.