14

КЕЙТ

Ресторан, в который меня привозит Джереми, находится рядом с Центральным парком, и помимо уютного зала имеет небольшую уютную террасу с видом на зеленые кроны деревьев. Тихо играет музыка, везде декоративный плющ и разноцветные фонарики. Мы садимся за угловой столик и делаем заказ. У меня нет необходимости поддерживать беседу, Джереми как раз начал свой рассказ о поездке к друзьям в Австралию, поэтому я только слушаю, воруя из небольшой плетеной корзинки хлебные палочки и макая их в ароматное оливковое масло, настоянное на травах.

Рассказ у моего спутника получается увлекательным, я даже смеюсь, когда он описывает свой визит в частный заповедник с кенгуру, где ему пришлось удирать от какой-то подозрительно дружелюбной самочки.

И вроде бы вечер прекрасен. Рядом со мной успешный и симпатичный мужчина, который ненавязчиво развлекает и ухаживает. Приятная беседа, благоухающее фруктами красное вино и изысканные блюда французской кухни, но…

Мне не хватает Дэна. Мысли то и дело возвращаются к событиям сегодняшнего вечера, я до сих пор чувствую прикосновение его рук с своим плечам. И понимаю, что если бы не появление Джереми, меня бы поцеловали.

А я не смогла бы противиться, потому что притяжение между мной и Коупом не только нервирует, но и выбивает почву из-под ног, заставляя не задумываться о последствиях.

Ситуация с Коди научила меня многому. Но самое важное, что я поняла — нельзя обманывать людей для создания собственного комфорта. Поэтому в конце ужина я мягко улыбаюсь Джереми и решительно отказываюсь от прогулки по парку, предпочитая вернуться домой. Он не виноват в том, что не Дэн и уж точно не заслуживает выполнять роль заменителя того, по ком ноет мое сердце.

К моему удивлению, Джереми лишь понимающе улыбается:

— Это из-за Коупа, да?

— В каком смысле?

— Он пришел в ярость, когда я пригласил тебя на свидание.

Привычно выдаю заготовленную отмазку:

— У Дэна есть девушка.

— Угу. Вот только он никогда не смотрел на Элен так, как смотрит на тебя. Ребята, вам явно нужно быть вместе. Пожениться и воспитывать ребенка, без оглядки на бывших и нынешних.

Джереми предлагает подвезти меня до дома, но я принимаю решение доехать на такси. Благодарно целую его в щеку и тепло прощаюсь, надеясь, что он не затаит на меня обиду.

По пути замечаю яркую вывеску популярно кондитерской и прошу водителя подождать. Покупаю несколько пирожных, рассчитывая ими задобрить Элен. Вряд ли ее порадовала перспектива просидеть субботний вечер с чужим ребенком.

Когда такси останавливается перед домом и я выхожу, расплатившись за поездку, с недоумением оглядываю темные окна. Открываю входную дверь, слышу тихий гомон ведущих вечерних новостей, который доносится из гостиной.

Там я вижу Дэна. Растерянного, немного уставшего, с хмурой складкой между бровями.

— А где Элен? — спрашиваю, хотя и сама прекрасно знаю ответ. По его ужасному состоянию понятно, что девушка не приехала. Они поругались?

— Она не приедет, — подтверждает мои подозрения Дэн, и в его глазах я вижу невысказанный вопрос. Наверное, ему интересно, как прошло мое свидание и почему я вернулась так быстро. Вот только отвечать я не стану, нельзя. Нельзя.

— Что-то случилось?

— Мы расстались.

Молчу, потрясенно сжимая в руках коробку с пирожными. Новость удивляет, ошарашивает, оглушает. Потому что за ней сразу приходит чувство вины, словно я что-то сделала для того, чтобы расстроить их отношения.

Черт, конечно сделала. Вместо того, чтобы сразу провести границу между собой и Коупом, я тупо пялилась на него каждый раз, когда мы оставались наедине. Я хотела его поцелуев, его объятий, его… Хотела его. А Элен это чувствовала и злилась.

Я снова влезла в чужие отношения.

— Пойдем, чай попьем. Расскажешь, что тут произошло, пока меня не было.

Иду в сторону кухни, которая тут же озаряется ярким светом — это Дэн щелкнул выключателем, хотя я планировала включить свет над вытяжкой. Тем лучше, Кейт, никакого интимного полумрака и романтичного настроения. Съедим пирожное, выпьем чай, дам несколько советов и отправлю его домой, может, помирятся.

Не обращая внимание на то, как внутри начинает ворочаться глупая ревность, я включаю чайник и тянусь за кружками. И в этот момент талию обжигают горячие ладони, рывком поворачивая меня. Легкий толчок бедрами, и я почти сижу на прохладной столешнице, а знакомые губы, прикосновение которых я так и не забыла, целуют меня с такой страстью, что воздух сжимается в груди, словно в прессованный шар.

Платье задирается вверх, еще больше оголяя мои ноги, каждая клеточка тела напрягается, превращается в один сплошной нерв, а прикосновения чужих рук вызывают неосознанную дрожь.

Дэн на мгновение отстраняется, выпуская из оглушающего плена мои губы, и я растерянно хватаю ртом воздух, не отводя от него дурного, как у мартовской кошки взгляда. Чувствую, как длинные пальцы скользят по правой ноге вверх, ныряя под платье. Он сжимает мое бедро, цепляя резинку трусиков, и стягивая их до самых щиколоток.

И все это глядя глаза в глаза. Черные зрачки почти полностью захватили ярко-голубую радужку.

Он замирает, словно ожидая от меня сопротивления. Еще на несколько миллиметров придвигается ближе. Расстегивает молнию платья и спускает плотную ткань с плеч, оголяя мою грудь. Обхватывает каждую ладонью, подушечками больших пальцев скользит по сетке бюстгальтера, от чего соски отзываются сладкой ноющей болью, реагируя на его прикосновение и контакт с жестким кружевом.

В этот момент я не могу сдержать стона, который становится для парня сигналом. Он наклоняется и по очереди обводит каждый сосок языком, прикусывает их, ласкает губами. Ловкие пальцы быстро справляются с застежкой и ненужная деталь моего гардероба остается лежать на полу. Платье некрасивым комом сбивается на моей талии и я понимаю, что сейчас абсолютно обнажена перед Дэном. И ему чертовски нравится все, что он видит, потому что я чувствую его прикосновения везде. Он жадно шарит руками по моему телу, изредка останавливаясь на самых чувствительных местах.

Он знает мое тело наизусть, потому что помнит о тех открытиях, которые делал почти год назад, в номере дешевого отеля. Он помнит, насколько меня сводит с ума прикосновение к ногам. Помнит, какая нежная кожа на животе. Помнит, какую реакцию вызывает язык на моих ключицах.

— Кейт… — хрипло выдыхает он в какой-то момент, уткнувшись носом в мою шею. — Блядь, только не останавливай меня.

Он словно не замечает, что я со всей своей страстью отвечаю на его поцелуи, стягиваю с него рубашку и расстегиваю ремень. Пальцы касаются гладкой головки возбужденного члена, влажной от смазки и горячей, как и все его тело. Тихий стон, и Дэн толкается бедрами навстречу моей ладони, одновременно помогая мне спустить его брюки и боксеры. Я откидываюсь назад, практически ложусь на стол и бесстыдно раздвигаю ноги, позволяя ему войти в меня одним резким движением.

— Черт, — шипит он, встряхивая левой рукой, три пальца у него измазаны в креме. Тянусь к ним губами и медленно облизываю каждый, продолжая впитывать взглядом его реакцию на меня. Дыхание Дэна учащается, он следит за каждым движением языка, а его член мягко пульсирует внутри моего тела, словно продолжая увеличиваться в размерах.

Остатки крема размазываются по моей груди и уже Дэн выступает в роли дегустатора. Я делаю несколько ответных движений бедрами и мы наконец возвращаемся к тому, на чем остановились. Каждый толчок заставляет меня рассыпаться на миллиарды осколков голого и острого наслаждения. Каждый толчок выбивает громкий стон, пальцы скользят по гладкой столешнице в бесполезной попытке ухватиться и задержаться на земле еще несколько секунд.

Чувствую, как подо мной погибают пирожные, крем холодит кожу спины и ягодиц, добавляя ощущениям новый акцент, новую ноту в такой банальной, но восхитительной мелодии. Дэн рывком заставляет перевернуться меня на живот, а затем его язык скользит по позвоночнику, к ягодицам, к впадине между ними.

Я выгибаюсь, опираюсь на ладони, подставляясь под его толчки, раскрываясь еще больше. Жмурюсь, когда ладонь ложится на клитор и слегка сжимает его, подталкивая меня к пропасти.

Этой острой ласки мое тело уже не выдерживает, я шагаю навстречу оргазму, напоследок громко вскрикнув и падая грудью на остатки коробки с пирожными. Дэн ускоряет темп и спустя несколько грубых, размашистых толчков догоняет меня и замирает, сжимая мои бедра.

Наклоняется и нежно целует чувствительную кожу спины, миллионы легких поцелуев ласкают меня подобно крыльям бабочки. Помогает встать, придерживая, потому что ноги предательски дрожат и кажется, чертов крем оказался даже на полу, слишком уж скользко. Моя голова удобно прижимается к мускулистой груди, я с удовольствием замечаю, что его сердце бьется также сильно, как и мое.

— Мне нужно в душ, — наконец шепчу, пытаясь отодвинуться, но сталкиваюсь с ярым протестом. Сильные руки продолжают держать меня в крепких объятиях. — Дэн…

— Только со мной. Не хочу давать тебе возможность думать о какой-нибудь чепухе.

— Хорошо, — соглашаюсь, притворно вздохнув и пряча улыбку.

В этот же момент оказываюсь на свободе и даже могу снова дышать. Дэн окидывает меня взглядом с головы до ног, рывком срывает платье, которое до сих пор оставалось на талии, и указательным пальцем цепляет порцию крема с моего живота.

— Обожаю пирожные.

Облизнув палец, он сладко целует меня, а затем тянет в коридор, к лестнице. А я послушно иду за ним и улыбаюсь как идиотка.

Почему я не знала, что у моего счастья голубые глаза и губы с привкусом взбитых сливок?