12

Не оборачиваясь, пошла гордой походкой вперёд. Чувствовала, как он смотрит вслед, а потом выезжает на дорогу. Конечно, такие короли пешком не ходят и в булочную ездят исключительно на такси, если машина сломается, и оставшиеся сто метров до учебного корпуса Ланской проедет. Когда машина поравнялась со мной, идущей по тротуару вдоль дороги, я подпрыгнула. Этот идиот нажал на клаксон, который у него оказался просто потрясающе громким! Я погрозила ему кулаком, а он ухмыльнулся и проехал мимо. Ну как можно жить в одном доме с этой наглой, хоть и красивой, мордой?

Первой парой была психология. Заняла своё привычное место и грустно посмотрела на пустующий стул возле себя. Непривычно без Ежовой.

— О, привет, — услышала я и увидела, как рядом вместо изящной Татьяны уселся Антонов, человек-глыба.

Антонов часто одаривал меня своим вниманием, но пока безрезультатно. Я вздохнула. Отсутствие Ежовой рядом сильно облегчило ему задачу найти подход ко мне.

— Привет, — буркнула я и сделала вид, что читаю что-то в телефоне.

— А где твоя подруга? Чего она опаздывает? — спросил одногруппник, краем глаза посматривая в экран моего телефона.

Ничего тут нет для тебя, пупсик! Я читаю такие паблики, что ты сдохнешь от скуки. Сейчас смотрела кулинарный. Хочу сегодня приготовить что-то нормальное на ужин вместо бутербродов Ланского. Желания готовить у парня явно нет, а может быть, причиной лени стали растущие не из того места руки — об этом история умалчивает. Но кухня, плита и холодильник, слава богу, у него в квартире имелись.

— Понятия не имею, — отозвалась я, продолжив изучение рецепта запеканки с мясом.

— Поссорились, что ли?

— Да.

— А почему?

— По кочану.

— Ну, Диан… — явно расстроился парень.

— Что "Диан"? — я же начинала злится.

Телефон в руке завибрировал. Встряхнула его, чтобы увидеть, кто мне пишет. Ланской. Какое-то вложение. Гиф-файл.

Не хотела улыбаться, честно. Но оно само улыбнулось… Ланской мне пишет с утра пораньше. С чего бы это? Уже соскучился, что ли? То песни, то теперь картиночки какие-то…

Интересно, что там такое? Разблокировала телефон и развернула вложение. Мои глаза округлились. Так-а-к, я больше не рада письмам Ланского. И чего тут как дура улыбалась только?!

— Вот скотина! — негромко выругалась я, привлекая к себе внимание соседей по партам.

— Что случилось? — тут же спросил Сергей. Ну как же без него-то сегодня?

Мирослав сфотографировал мой зад. Фотографию перевёл в гиф-формат или живое фото и приблизил зум камеры к самым булочкам! При ходьбе и почему-то в замедленной съёмке они колыхались… А когда я подпрыгнула, видимо, в тот момент, когда он мне сигналил, булочки заколыхались совсем неистово…

Подпись к фото гласила:

"У тебя просто охренительная попка, Синеглазка. Прости, не мог с тобой не поделиться впечатлениями!"

— Зараза такая…

— Что там такое-то? Что ты читаешь? — парень сунул нос к моему телефону, который я тут же спрятала.

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, — почти гавкнула я на него.

— Молодые люди на четвёртом ряду, — одёрнула нас строгая преподавательница, которой мы мешали вести занятие своей болтовнёй. — Что у вас случилось?

— Ничего, извините.

— Я вас удалю из аудитории, если вы будете мне мешать!

— Извините, — пробасил Серёжа.

Женщина гордо вскинула подбородок и отвернулась от нас, затем продолжила писать на большой доске мелом тезисы.

— Ты такая бываешь грубиянка, хоть и с виду красивая милашка, — пробасил близко ко мне Сергей.

О-о… На комплименты хамить мне трудно. Каждой девочке приятно из слышать. Даже от такого рыбы-прилипалы, как Серёжа. Когда я говорила, что парни не обращают внимания на меня, Серёжа был вне этого списка. Серёжа для меня не парень, он… Серёжа.

— Антонов, — ответила я. — Тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов личного характера?

— Не кажется, — пожал могучими плечами он. — Мне интересно знать, как твои дела.

Опять еле подавила тяжкий вздох. Вот она, святая простота!

— А тебе не приходило в голову, что я не хочу этим делиться с тобой?

Антонов надулся как хомяк. Я еле подавила улыбку. Мальчишки…

Меня снова отвлёк виброзвук входящего сообщения. На связи Сволочь.

“Ты всё ещё ощущаешь, как я сжимаю твои ягодицы своими руками?”

“Да! И это самое мерзкое, что я когда-либо вообще ощущала в своей жизни!” — написала я и отправила абоненту Бабуин Ланской.

“Врёшь”, — пришёл однозначный ответ.

Пф-ф-ф… Ну сейчас прямо сяду и расскажу тебе всё как есть! Закрыла диалог.

— Доброе утро, студенты! — в аудитории зазвучал зычный голос преподавательницы психологии. — Начинаем занятие. И тема на сегодня…

— Извините, можно войти? Я опоздала, — прервал её не менее зычный голос моей бывшей подруги и соседки по квартире Ежовой.

— Уважаемая, пара уже двадцать минут идёт! — возмутилась преподавательница.

— Извините, я просто проспала.

— Фамилия? — строго поправила очки на носу "психологиня".

— Ежова. Татьяна, — ответила девушка.

— Хорошо, я отмечу.

— А войти-то можно?

— Нет, дорогая моя, — встала в позу женщина. — По правилам этикета опоздать можно только на пять минут, но лучше этого не делать. Вы превысили норму в четыре раза. А потому в аудиторию вы не заходите и получаете прогул.

— Значит, нельзя?

— А вы догадливая. Идите, спите дальше. Надеюсь, вам приснится, каким путём вы теперь у меня получите зачет.

Ежова фыркнула, грозно откинула свои белые длинные волосы за плечи, развернулась и ушла, бахнув как следует дверью.

Преподаватель снова замолчала на время, да и вся аудитория притихла. Это уже настоящее хамство со стороны Ежовой. Что с ней приключилось? Она никогда так себя не вела, но сейчас переходит все рамки. Ей словно всё равно на то, что происходит вокруг. Так можно доиграться и дохлопаться дверьми до отчисления. Да, мне должно быть это неважно, ведь вчера Таня мне стала чужой. Но всё же…

Очередное сообщение помешало мне дальше беспокоиться за судьбу Татьяны. Закатила глаза. Опять ОН. Что же ему неймётся-то?

Но любопытство, конечно, взяло верх надо мной. Открыла сообщение.

“А я вот до сих ощущаю своей кожей тебя… Твоё тепло. Твой запах. Ты очень вкусно пахнешь. Сладкий миндаль и свежий цитрус… Мои руки пахнут тобой. Бесподобное ощущение, если честно.”

Растерялась даже. Мне нравилось это сообщение. Я приятно пахну? Он правда так считает? А пахну действительно так: с миндалём у меня гель для душа, а цитрус — туалетная вода. Надо же, как всё тонко уловил…

Периодами до конца пары невольно улыбалась своим мыслям, вспоминая слова Мира…

После психологии шла сдвоенная пара у Иваныча. Он любил начинать занятие с разминки. Мы приходили заранее, переодевались в форму для хореографии и ждали прихода Его Величества. Как и всегда, важной походкой он вплыл к нам и занял своё место за режиссёрско-преподавательским столом.

— Добрый день, господа студенты!

— Здравствуйте, Михаил Иванович.

— Встаём и, как обычно, начинаем разминку.

Сначала мы просто ходим, постепенно набирая бег. Все бежали, бежала и я, как почувствовала, что запнулась о чью-то ногу и начала терять равновесие. Подставы не ожидала и растянулась на кафельном полу, неловко врезавшись в него виском и скулой. Боль пронзила голову. Я сжалась в комок, приложила ладонь к ушибленному месту и пыталась унять вспышку боли. Картинка перед глазами плыла.

— М-м… — стонала я себе в руки.

— Отойдите все! — раздался надо мной голос преподавателя, звучащий откуда-то издалека. — Девочка, ты как?

Он приподнял меня с пола. Голова гудела и кружилась. Кажется, я неплохо ей приложилась.

— Не знаю… — честно ответила я.

— Голова кружится? Сколько пальцев?

Я сосредоточилась на пальцах преподавателя.

— Три. Но голова кружится.

— Так, знаешь что, — засуетился Михаил Иванович. — Давай-ка мы тебя пока положим на лавочку. Дайте подушку какую-то и несите её на лавку. У неё кровь на виске. Оботрите её, что ли… Только осторожно.

Парни перенесли меня на скамью, стоявшую в отдалении, подложив под голову маленькую подушку. Одна из девчонок вызвалась на подмогу. Влажной салфеткой аккуратно промокнула мой висок и лоб.

— Сейчас приедет врач.

— Может быть, не стоит? — слабо запротестовала я. — Я нормально…

— Лежи! — грозно сказал преподаватель. — У тебя лоб разбит, ты о чём вообще говоришь? Пусть врач тебя осмотрит, я за тебя отвечаю. И если нужна госпитализация при подозрении на сотрясение мозга, ты туда поедешь и будешь находиться на стационаре столько, сколько скажут врачи, ясно тебе? Ты мне здоровая нужна ещё.

— Хорошо…

— Удар головой вышел хорошим, — произнёс врач скорой помощи после осмотра. — Тут можно даже уголовное дело завести. Придётся тебе поехать с нами.

В учебном классе повисла тишина. Девочки переглядывались друг с другом, преподаватель явно побледнел. Никто не ожидал столь серьёзного поворота.

— Документы с собой? — Только паспорт. — Нужен весь пакет. Кто-то может привезти тебе документы в больницу?

Мир.

— Да. — Тогда сейчас заполню данные, и поедем. Тебя толкнули? — Нет, — спрятала я глаза и покачала головой. — Я упала сама. Зацепилась за что-то… — Ну, сама так сама, — хмыкнул доктор. — Дело твоё. Но поехать в больницу рекомендую. Тебя осмотрят невролог и травматолог. Даже так я вижу, что небольшое сотрясение мозга имеется, и тебе всё равно придётся открыть больничный лист. Пропустить занятие ты так и так вынуждена будешь, если тебе, конечно, дорого твоё здоровье.

— Она поедет, — вклинился Михаил Иванович. — Собирайся, Поплавская. Поедешь и будешь выполнять все предписания врачей! Ты поняла? — Поняла.

Голова гудела, начинало подташнивать. Кажется, мне в самом деле стоит поехать и показаться специалисту. Быстро и бесплатно это возможно только через скорую помощь.

— И если тебе скажут лежать, Диана, даже после выписки, — продолжал наставления встревоженный педагог, — ты будешь лежать, а не бегать по торговым центрам, перепутав больничный с каникулами! — Что вы… Не буду, — покачала я головой, и она закружилась. Я ухватилась рукой за чьё-то плечо, чтобы не потерять равновесия. — Ой… — Так, — нахмурился ещё больше Михаил Иванович. — Помогите Диане одеться, девочки. И пусть едет с богом!

Спустя минут десять я уже ехала в машине скорой помощи. Я набрала номер Мирослава. Он ведь тоже на занятиях, может и не ответить, да и не факт, что из-за меня он сорвётся с пар. Пошли длинные гудки. На шестом он скинул вызов и написал смс:

"Чего названиваешь? Пиши. Я на паре".

Читать было больно, даже самый тусклый свет экрана бил по глазам.

"Я еду в больницу. Мне нужна твоя помощь," — ответила я ему.

Через минуту телефон в руке завибрировал. Мир перезвонил мне.

— Да, — вяло отозвалась я. — Диана, ты как? Где ты? — тут же стал задавать вопросы он. — Что случилось? — Еду на скорой, в пятую, — стала рассказывать я. — Я упала во время занятия на кафель. Ударилась головой, врачи думают, что у меня сотрясение. Настаивают на госпитализации и осмотре специалистов, но мне не хватает документов. Только паспорт с собой, а нужны еще полис и СНИЛС… — Понятно, — хмуро отозвался он. — Делай всё, что говорят врачи. Где твои документы дома лежат? — В сумке, я их не достала ещё… Тебе придётся порыться в моих вещах, извини. Там все вещи до сих пор в сумке. — Хорошо. Я привезу. Жди. — Спасибо тебе, Мир, — сказала я ему. — Лишь бы с тобой всё хорошо было, Ди.

Он отсоединился. На душе так тепло стало, несмотря на довольно невесёлую ситуацию. Я невольно улыбалась. Парни никогда так обо мне не заботились раньше. Ланской, козёл и мажор, готов бросить все дела и мчаться мне на помощь. И эта последняя фраза… Она оказалась для меня совершенно неожиданной. Такие вещи не говорят для галочки. Значит, ему в самом деле не всё равно, что с моим здоровьем. А почему?

Додумать эту мысль я не успела, потому что машина скорой помощи въехала на территорию больничного учреждения, и мне настала пора выходить из машины.

— Документы когда привезут? — спросили меня в приёмном покое. — Скоро, — ответила я. По телу разливалась всё больше усталость. Я привалилась к дверному косяку. — Уже выехали. Минут чрез сорок-пятьдесят привезут. — А точно все документы есть? А то только платное размещение тогда, — поинтересовалась медсестра. — Точно есть. — Ладно, — окинула она меня таким взглядом, словно у неё были сомнения в том, что все необходимые документы у меня имеются. А мне так хотелось просто лечь уже. Боль в месте ушиба притупилась, но стала противной и ноющей, да и вообще голова всё сильнее гудела. — Разместим тебя пока что. Но если до вечера не привезут — либо платное тогда размещение, либо выписываем.

Да уж, наша самая лучшая в мире бесплатная медицина… Такое ощущение, что если у меня при смерти с собой вдруг не окажется бумажек, а заплатить я буду не в состоянии, то меня просто бросят умирать!

Меня проводили в палату, выдали постельное бельё.

— Минут через сорок придёт врач, — сказала медсестра. — Пока отдыхайте.

Кое-как я застелила себе кровать и улеглась в футболке и джинсах на покрывало. Кажется, мне еще и вещи понадобятся. И снова придётся обращаться за этим к Мирославу. Ведь я живу с ним, и вещи мои находятся у него в квартире. Но если мысль, как он будет собирать мне майки и домашние штаны, ещё воспринималась вполне нормально, то необходимость привезти мне сменное бельё и туалетную бумагу всё же смущала… Но выбора у меня нет. Поэтому плевала я на эти мысли. Мне нужны вещи, и Ланской может мне их привезти, он наверняка как раз едет домой. Значит, я его попрошу. Не человек он, что ли, неужели не поймёт? Взяла себя в руки и набрала его номер.

— Да, — довольно быстро ответил мне Мир. — Ты уже едешь? — спросила я его. — Да, Диан. Чё, уже спрашивают их? Тебя приняли?

Голос парня звучал довольно обеспокоенно. Мне снова стало приятно.

— Да, но я обещала, что к вечеру они будут. И тогда меня отправили в палату. Ты же привезёшь документы к вечеру? — Конечно, я сейчас их привезу, как найду дома. — Значит, ещё не доехал? — Нет пока. Рулю вот. — Мир, мне просто ещё вещи нужны… Я пока не знаю, на сколько я тут останусь. Мне даже спать не в чем… — Я привезу, не переживай, — заверил Ланской. — Но я на слух не запомню. Ты можешь список написать в смс? — Да, напишу. — Ага. Давай. Буду ждать.

Звонок завершился.