19

Всё повторилось. Было так же сладко и нестерпимо приятно, как и в первый раз. Только теперь я знала, чем закончится его ласка, ждала касаний и даже предвкушала…

Мы уснули вместе, на одной кровати.

Ночью стыдно мне не было. Мне было хорошо. Но стоило наступить утру, как чувство стыда обрушилось на меня лавиной, едва первые лучи солнца коснулись наших подушек.

Я открыла глаза и повернула голову. Мир спал рядом. Красивое лицо, расслабленное и спокойное. Боже мой, со мной в постели впервые спит мужчина! И не просто мужчина, а Ланской… Это же ни в сказке сказать, ни пером описать…

Он продолжал мирно спать, словно имел на это право, в моей постели — ну да, постель его. Но сейчас тут сплю я, а значит, она моя! Будто делает это каждый день — развалился себе с комфортом. В смысле, спит со мной каждый день в одной постели! То, что постель и так его, не имеется в виду…

Я же предпочла не оставаться здесь и не дожидаться его пробуждения. Просто не знала, как встречусь с его серыми глазами после того, что позволила. Особенно стыд вызывали воспоминания, как я позволяла ему ласкать себя моей рукой…

Ощутила, как щёки заливает румянец. Кинула на него робкий взгляд, будто он мог видеть, что я наблюдаю за ним и разглядываю сонного.

Красивое тело и лицо, идеальные мышцы, непослушные темные волосы и длинные ресницы…

Какие мы разные с тобой, Мирослав. Ты засранец и мажор, ты любишь секс и умеешь им заниматься, любимчик девушек, они даже космы готовы драть мне из-за тебя… А я совсем другая. В сексе опыта — ноль, отношений не было, и гвардия парней за мной не бегает. До сих пор не понимаю, что между нами может быть общего и как мы оказались с ним под одной крышей?

Осторожно вылезла из-под одеяла, собрала с пола свою одежду — боже мой, докатилась! — и тихонько вышла за дверь.

Сходила в душ, переоделась в чистое — слава богу, на сушилке как раз висели мои вещи. Не хотелось нарушать сон Мира. Да и встречаться с ним мне тоже не хочется пока, хотя, конечно, этого момента всё равно не избежать.

От скуки сварила кофе и пожарила яичницу на двоих. Не то чтобы мне вдруг хотелось поухаживать за Мирославом, но как-то неприлично готовить только на себя и не делиться, если в квартире находится кто-то ещё.

— Ого, как вкусно пахнет! — услышала я за своей спиной и вздрогнула от неожиданности.

Обернулась и встретилась с серыми глазами Ланского. Он тоже уже явно побывал в душе — на его голой груди блестели капельки воды. И я, конечно же, залипла. Чёрт сексуальный! Специально ведь меня соблазняет с первого дня моего тут пребывания! Так бы и слизала эту каплю, что бежала по его крепкой груди…

— Сегодня твоя очередь говорить эту фразу? — улыбнулась я, когда взяла себя в руки и вернулась к яичнице.

— Ага, — улыбнулся он и подошёл со спины. Перегнулся через меня и снял крышку со сковородки одной рукой, а другой прижал меня к себе. В его трусах явно снова было неспокойно… Член упёрся в моё бедро. — О, глазунья! Ещё и с колбаской.

Дыхание вдруг перехватило. Виной тому стала его близость или упирающийся в меня член, точно не знаю, но дышать вдруг стало тяжело.

— Мир, — пихнула я его в бок. — Ну мокрый же…

— Уже нет… — сказал он мне на ухо и мягко подцепил зубами мочку.

— Мир! — попыталась увернуться я, чувствуя, как по спине снова бегает табун мурашек. — Прекрати баловство. Собираться надо. Садись за стол. Яичница готова.

— Ну вот, — вздохнул он и отпустил меня из своих лап медведя. — Не могла еще чуть-чуть пожариться…

Он сел за стол, а я, пытаясь перебороть странную «ватность» в теле, принялась накладывать по тарелкам нехитрый завтрак.

— Кофе будешь?

— А ты уже сварила?

— Да.

— Вот блин, опередила.

— В смысле?

— Хотел тебе устроить кофе в постель.

— Серьёзно? — заулыбалась я как дурочка.

— Серьёзно. Мне хотелось, чтобы это утро стало для тебя добрым.

Блин, а ведь приятно. Ничего не могла поделать со своей улыбкой.

— Ну, раз я не успел, то наливай свой кофе, — сказал он.

Я поставила две чашки на стол и села рядом. В другой ситуации я бы, наверное, и кусочка не смогла бы съесть, но после нескольких оргазмов голод испытывала нереальный. Интересно, всегда так?

— У тебя во сколько первая пара? — спросил он.

— В половине десятого.

— У меня раньше.

— Тогда ты езжай, я доеду на автобусе.

— Долго ехать.

— Ну и ничего, я привычная.

— Смотри сама. Но назад заберу тебя. Только у меня тренировка сегодня. Вечером развлекать тебя не смогу.

— Ничего, я сама развлекусь.

— Сериал будешь смотреть?

— Ага. Кстати, планшет тебе вернуть? Там и гигабайты еще остались.

— Да пусть пока у тебя. Мне он без надобности, или вон — ноутбук ещё валяется неприкаянный. Только вай-фай включи. Я тебе пароль дам.

— Ладно, как скажешь. Если не нужен, я на нем сериал буду смотреть.

— Смотри.

Мы говорили с ним, словно живём вместе уже не первый месяц. Странное ощущение. Мне даже не с каждой подругой так легко и весело было, а тут парень. С парнем может быть весело? Удивительное дело.

— Спасибо, — сказал Мир, доев всё до последней крошечки. — Очень вкусно.

— А на ужин что приготовить сегодня? — спросила я. — Твою картошку вчера мы знатно потрепали, и теперь моя очередь тебя угощать.

— А ты хочешь что-то приготовить? — в его глазах появился иной интерес.

Интерес к пище! Мужчины… Так и хотелось цокнуть языком и закатить глаза.

— Да, — ответила я. — Иначе бы не предлагала.

— А умеешь? — изогнул он бровь. — Или мне потом придётся новую плиту покупать?

Ну как же под подколов? Это будет не Ланской, и вообще — день прожит зря, если Мир меня не подколол ни разу!

— Умею, — улыбнулась я ехидно и показала ему язык. — Пришлось научиться. Мы же…

Чуть не ляпнула про Ежову, про то, как мы жили вместе и готовила не только она одна. Но так не хотелось сейчас упоминать бывшую подругу, что вовремя осеклась.

— Я же жила сама, без родителей, целый год, — договорила я. — Научилась.

— Не откажусь… — улыбнулся Мир. — И выбери сама, что именно. Я всему рад, если это не пельмени!

Я в ответ рассмеялась. Холостяцкая жизнь и пельмени — почти синонимы.

— Тогда подумаю, что можно. Ты позволишь пользоваться плитой и так далее? Всё-таки чужая кухня.

— Да брось, тут всё твоё, Ди, — подмигнул он мне. — Тем более, что я очень хочу нормальный человеческий ужин.

— Тогда договорились, — улыбнулась я в ответ.

Чёрт возьми, я всё время улыбаюсь Ланскому. Что-нибудь можно с этим уже сделать?

— Номер твой подвязан к карте? — спросил Мир, доставая телефон.

— Да, а что?

— Денег переведу на продукты.

— О… — смутилась я. — Да пока не надо. Там со стипендии осталось ещё. Немного.

— Ди, — вздохнул Мир, тыкая по кнопкам. Мой телефон завибрировал, оповещая о том, что баланс моей карты пополнен как минимум на пять ужинов с мясом и овощами. — Ты знаешь, сколько я жру?

Зависла. Интересный вопрос и его постановка.

— Нет. Не знаю.

— До хрена, — ответил он с плутоватой улыбкой. — Я сожру всю твою стипендию за ужин. Так что бери, не выделывайся, и побольше мяса!

***

После завтрака Мир собирался выходить из дома и причесывался в коридоре. Я провожала его.

— Ты всегда так старательно делаешь причёску? — спросила я, скрывая смех.

— Да. А что? Некрасиво?

— Красиво.

— Ну и всё.

— Просто я меньше трачу времени на волосы.

Он посмотрел на меня.

— Так у тебя длинные волосы, тебе и так красиво. Кстати…

Он снял комплект ключей с крючка.

— На, твой будет, пока ты здесь.

Я забрала связку из его рук.

— Спасибо.

— Ага.

— Так странно, ты даёшь мне ключи от своей квартиры… — высказала я мысли вслух.

Серые глаза остановились на моём лице.

— Честно сказать, и я себе такое с трудом бы представил еще пару месяцев назад. Но с тобой мне оказалось комфортно под одной крышей. Весело и нескучно вечерами. Я даже задумывался о…

И Мир осёкся.

— О чём? — подняла я брови вверх, одолеваемая любопытством.

— Потом скажу. Я опаздываю, — сказал он, хмуро поглядывая на наручные часы.

— Пока.

— Пока, — ответил он и сгрёб меня в объятия.

Я прижалась на пару мгновений к его плечу и закрыла глаза. Так хорошо, тепло и безопасно. Такое ощущение, словно в объятиях Ланского любые беды перенесутся легче… Опасное чувство… "Диана влюбилась как дура в мажора, который и не мажор оказался, и верить ему тем более нельзя ни в коем случае!", называется.

— Не хочется расставаться, — сказал он мне, вдыхая запах моих волос.

— Мы увидимся в институте, — ответила я.

— Там я не могу подойти и обнять тебя как мне хочется.

— Всё равно все уже знают… Меня тогда в больнице девчонки запытали, чуть новое заболевание от их вопросов не словила — воспаление мозга.

— Да не в том дело, — ухмыльнулся он и в его глазах заплясали дьяволята.

— А в чём? — спросила я, хотя, впрочем, и сама догадывалась, что сейчас будет речь о сексе или о чём — то связанно с ним.

— В том, что когда я тебя обнимаю, то хочу немедленно раздеть и сделать так….

— Как? — изогнула я бровь, провоцируя его.

Мир молча отодвинул в сторону мою майку, опустил лямку и ткань ее вниз, обнажая мою грудь, и припал губами к соску.

Тело словно разряд тока пронзил. Я натянулась струной и резко выдохнула. Захотелось закрыть глаза. Оттолкнуть. Нет, пусть продолжает… Но он так опоздает… Боже, пусть еще так сделает…

— Ты опоздаешь… — сказала я сквозь стоны и вплетая пальцы в его непослушные волосы.

— Да чёрт с ними… — ответил он хрипло, сжимая меня её крепче и припечатывая меня спиной к стене. — Я хочу тебя.

— Нет, — надавила я ему на грудь руками, словно очнувшись. — Остановись!

Если мы сейчас продолжим, то точно зайдем слишком далеко. Его член снова упирался в моё бедро, к которому он прижимался и совершал мягкие поступательные движения. Ощущать его ласку на себе очень приятно, но мне бы не хотелось пересекать эту границу.

Ланской оторвался от моей груди и уставился на меня.

— Ты торопишься, Мир… — произнесла негромко я, пряча глаза за ресницами.

— Извини… — сказал он, отходя на шаг от меня. — Ты права, конечно…

Мы замолчали и смотрели друг на друга.

— Почему с тобой всё так сложно, Ди? — в сердцах высказал он.

— Извини, я не могу быть другой, — ответила я. — Я не Ежова, чтобы так легко на всё согласится.

— И слава богу, — ответил Мир и ещё раз поправил прическу. Потом сморщился и поправил джинсы на месте, где всё вздыбилось. — Блядь… Ди, ты меня убиваешь просто. Буду ходить теперь со стояком.

— Ну прости, — пожала я плечами.

— Мучаешь меня. Недотрога.

— Найди себе другую девушку.

— Ну щас прям. Я тебя хочу. Я поехал.

Он вышел и захлопнул дверь, а я стояла еще несколько мгновений напротив двери и улыбалась, закусив губу. Если бы ты, Мир, знал, как я сама хочу тебя… Внизу живот а уже всё заныло в предвкушении ласки… И бёлье ощутимо влажное, придётся заменить.

Но я боюсь.

Ужасно боюсь стать просто игрушкой и капризом избалованного мажора.

***

После пар мы созвонились. Точнее, я сама набрала его номер.

— Да, — ответил он.

— Я освободилась, — говорила я в трубку. — Можно ехать за продуктами в магазин и домой.

— Ди, нас оставляют ещё на факультатив, — ответил он. — Тебе придётся либо ждать меня, либо добираться самой.

— А, ну ладно, — ответила я. — Не переживай, я сама доеду.

— И извини, продукты тоже не смогу купить. Я сразу после факультатива на тренировку.

— Да ладно, я сама куплю. Я видела возле дома супермаркет.

— Ну хорошо, — сказал он. — Ты только не набирай много. Не стоит ради меня тащить тяжёлые пакеты.

— Ты заботишься обо мне? — задала я вопрос.

— Да. А не должен? — спросил он так, словно как раз для него это естественно.

— Не знаю…

— Ты моя девочка, Ди, — сказал он.

Я просто улыбнулась про себя, не зная, что сказать.

— И хоть ты мне не даёшь пока что…

— Мир! — тут же пресекла я.

А он заржал в трубку.

— Ладно-ладно, — ответил он. — Никто нас не слышит, не переживай. И я шучу!

— Шутник, блин. Пошлятины ты кусок, а не шутник!

— Но яйца уже реально звенят, Ди. По тебе.

— Ой, иди ты!

Я повесила трубку. А саму смех разбирал, пока я шла на автобусную остановку.

Ну вот не придурок он?

Снова затрезвонил мобильный. Не глядя приняла вызов:

— Ну что у тебя ещё звенит по мне? — спросила я со смехом.

— Дочь, — услышала я голос матери. — Ты это кому сказала?

Отняла телефон от уха и глянула на экран. Мама. Мысленно закатила глаза. Ну что я за дура такая? Как можно было это сказать матери? Нетрудно ведь догадаться, что и у кого может звенеть по девушке…

Чёрт. Вляпалась! Моя мать — Шерлок в юбке, эта точно догадается.

— Да это подруге, мам, — сказала я с непринуждённостью в голосе. — Привет, кстати! Не видела, что это ты. Думала, Надя звонит.

— Привет-привет. Надя

— Ну да. Я же сейчас с ней живу.

— И что же у неё звенит по тебе? — строго спросила родительница.

— Будильник, — ответила я и поморщилась.

Ну какая же тупая отмазка вышла!

— У тебя парень появился, Дианочка? — нарочно ласково спросила мама, чтобы не спугнуть пугливую особь женского пола Диану.

— С чего ты взяла?

— Потому что твоя мама не в лесу живёт, и прекрасно знает, что и у кого может звенеть…

— Что? — изобразила я из себя непонимание.

— Ты сама знаешь.

— Нет.

— Знаешь.

— Я не понимаю, о чём ты, мам.

— У парней кое-где звенит, когда они очень хотят затащить девушку в постель, использовать её и бросить!

Ну началось… Мама поняла, что речь о парне, и отмазаться теперь будет непросто. Но не поняла, что Надя и есть парень, с которым я как бы и живу. Если бы мои родители узнали об этом, обоих бы хватил инфаркт.

— Мам, я всё помню.

— Если у тебя появился мальчик, ты должна познакомить его с папой. Если папа одобрит сыграем свадьбу. Ты же знаешь.

— Мама, да никто у меня не появился, — вздохнула я.

— Смотри мне, Диана, — сказала она. — Если узнаем, что ты с кем-то… Отдала кому-то свою девственность, какому-то смазливому мажору и сопляку…

— Ма, мне уже есть восемнадцать!

— Да ребёнок ты еще! — воскликнула она. — Глупая маленькая девочка. Мальчики молодые, злые… Гормоны играют, хотят секса. А женитсья не хотят, ещё и ребёночка заделают… Поиграется и бросит, а у тебя жизнь испорчена будет. Не вздумай. Не поддавайся. Береги себя для мужа.

Я даже зависла. Она предполагает только или действительно поняла что-то? Материнское сердце словно чувствует, что я сейчас на перепутье, и меня искушает тот самый мажор, которого она и описала…

— Мам, я помню, — собралась я с силами и ответила. — Я ничего такого не делаю. И парня у меня нет. Тем более, мажора… Ты же знаешь, я их не люблю.

— Смотри, девочка моя, — назидательно повторила мама. — Я, кстати, что звоню-то: мы нашли деньги. Заняли у соседки. Ищи комнату, Диана. На квартиру не хватит, а комнату вполне можно снять.

Как? Уже? Я так торопила время, хотела, чтобы родители поскорее нашли деньги чтобы я смогла снять себе жильё, а теперь мне грустно. Я не хочу уходить от Ланского?

Кажется, я всё же сошла с ума. Наверное, единственный способ всё же не совершить ошибку — как можно скорее съехать. От искушения подальше…

— Хорошо, спасибо, — ответила я.

— Ты там что — не рада, что ли? — продолжила подозревать меня мама.

— Рада, конечно, — ответила я. — Мне просто неудобно, что так вышло. Пришлось вам искать деньги так срочно, занимать даже для меня…

— Ничего страшного, милая, — сказала мама уже мягче. — Мы же всё для тебя. Ты только уж нас не подведи.

Повесила трубу и вздохнула. Ну и что теперь с этим всем делать?