26 глава

Форас и Тео завтракали в клубе «Аурум». Это было излюбленное место всей мужской половины знати Инферно. Женщин сюда не пускали. По крайней мере, приличных благовоспитанных леди.

Только девушек специфического поведения. И только в определенные дни.

Хозяин «Аурума», четвертый верховный демон барон Мартан, зорко следил, чтобы все было пристойно.

Интерьер мужского клуба был выдержан в темно-коричневых, благородных шоколадных цветах, поражая своей сдержанной роскошью.

— Да уж, друг мой, твой разрыв с баронессой Вариен понаделал шума в обществе, — усмехнулся Тео. — Все были уверены, что на Самайн ты придешь рука об руку с ней. Я слышал, наш великий герцог Астарот недоволен — до бала осталось совсем немного времени.

Форас сделал глоток из бокала затемненного хрусталя, и ничего не сказал. Он уже давно определился, с кем хочет пойти на Самайн.

С темноволосой леди, чей образ преследует его во сне и наяву.

И она будет его.

Чего бы ему это не стоило!

— Да, кстати, насчет твоей красотки с эликсирами… — весело сказал Теодор. — Я думал, меня удивить сложно. Но леди Катажине это удалось. Она заставила меня снять вывеску своего магазина! Ты вообще себе это представляешь? Меня! Признаюсь, я и сам немного запал на эти дивные фиалковые глаза! Я заходил к ней, ты уж извини. Уж больно было любопытно посмотреть на ту, что поразила холодное сердце темного герцога.

— Разве я просил тебя к ней заходить? Она тебе что, племенная кобыла, чтоб на нее смотреть?

Глаза темного герцога полыхнули гневом. Форас вскинул руку, сам до конца не понимая, что делает. Темная мощная магия готова была хлынуть из его ладони, чтоб захлестнуть горло лучшего друга и, подобно удавке, подтянуть его к потолку.

— Но-но, полегче, друг мой, — Тео опасливо отодвинул свой стул. — Ревность — очень интересное чувство, но ревновать понравившуюся девицу к лучшему друг — моветон. Я уже понял, что мне нельзя приближаться к Катажине Лэверти и на десять метров! Но как ты остановишь баронета Грегори Педера? По слухам, их с Катажиной помолвка — дело решенное. Может, сама красотка и не захотела бы выйти замуж за этого принеприятного типа Пудрета, но ее патронесса тетя настаивает на этом союзе.

— Неужели ты думаешь, что какой-то Педер, и вообще кто-либо остановит меня на пути к тому, чего я хочу? — Форас опустил руку и расслабленно откинулся в кресле. — Не просто хочу, страстно желаю и не представляю, как я раньше жил без этого.

— Эвона, как тебя разбирает. Впервые вижу темного герцога Фораса Дантелиона таким! — воскликнул Тео и задумчиво добавил. — Впрочем, я тебя понимаю. В ней есть что-то такое… Что-то особенное, чего нет в других девушках… Даже в той же самой баронессе Вариен. Она вся, как на ладони, открытая книга, хотя и принадлежит к более знатному роду и занимает более высокое положение в обществе. В фиалковых же глазах леди Лэверти заключена какая-то загадка.

Пока Тео рассуждал, к Форасу бесшумно приблизился его секретарь Нортон, и негромко сказал ему на ухо:

— Ваша Светлость, вам будет небезынтересно узнать, что волнующая вас особа сегодня ранним утром была задержана при попытке ограбления. В этом деле сейчас разбирается полиция…

— Где? — спросил Форас только одно, давая Тео знак замолчать.

— Особняк метра Грануса, — ответил сообразительный секретарь и спросил, — Прикажете подавать экипаж?

Форас кивнул и поднялся:

— Ты совершенно прав, Тео. Эта девушка определенно самая загадочная из всех, кого я знаю. Ни одна из знакомых мне леди не решилась бы на ограбление ростовщика.

— Катажина решила обставить старого паука Гарнуса? — восхитился одиннадцатый демон. — Передай ей, что я от нее в восторге! Как жаль, что ее поймали! Впрочем… Для тебя это счастливое обстоятельство, друг мой. Очевидно, что у девушки возникнут разногласия с полицией. Бедняжка, наверное, сейчас рыдает, заламывая руки. А тут явишься ты и решишь все ее проблемы. Леди неравнодушны к подобному. Считай, что Катиж Лэверти уже упала в твои объятия.

Форас представил Катажину в своих объятиях, и его кинуло в жар. Да, он выручит ее из рук полиции, а потом…

Красавицы обычно бывают благодарными своим спасителям. И он знает, как ей выразить свою благодарность наилучшим образом.

— Я вам еще раз повторяю! Не нужны были мне никакие богатства этого вашего Грануса. Я пришла за моим котом, которого он сегодня бессовестно утащил, а потом мучил!

Я изо всех сил пыталась доказать свою правоту, но суровый полицейский начальник, по виду необыкновенно похожий на бульдога, в сотый раз заявил свое:

— Вы проникли в жилище мэтра Грануса, чтобы его ограбить. Вам грозит серьезный срок, леди.

— Если я хотела его ограбить, почему тогда унесла только кота?

— Этот кот очень ценной породы, господин полицейский, — ввернул гадский ростовщик. — Я забрал его сегодня в качестве взноса по векселю леди, который она не смогла оплатить деньгами! Хотел выставить животину на продажу, уж и покупателя сыскал, но уж больно она приглянулась моим деточкам — Автандилу и малышке Бесарионе. А я ведь своих деточек больше всего люблю, я — хороший, заботливый и любящий отец.

— Отдайте метру Гранусу кота, — велел Бульдог.

— И думать не смейте! — возмутилась я. — Это противозаконно! У меня было время до крайнего срока выплаты по векселю. Я покажу бумаги!

— Я имел на это право, — прокудахтал ростовщик. — В законе сказано, что при угрозе возникновения пагубных астральных явлений, я могу потребовать уплаты раньше оговоренного срока. А как раз позавчера Меркурий вошел в свою ретроградную фазу, что, я боюсь, крайне нежелательно скажется на моих делах. Я действовал в рамках недавно принятого закона. А она — нет! Бессовестная грабительница! Она проникла ко мне! Пшикнула в лицо моим слугам какой-то вонючей гадостью! Она перепугала моих детей!

— Ваши дети сами кого хочешь перепугают! — не осталась в долгу я. — И вообще, в каком еще законе? Несите конституцию, пусть покажет эту статью! Ретроградный Меркурий ему помешал, ага!

Полицейский Бульдог, очевидно, не отличался особой сообразительностью и незамутненностью, поэтому склонялся к версии Грануса. И скомандовал своим сподручным:

— Заберите у леди кота. И в отделение ее. Ай-яй-яй, как не стыдно, благородная леди, и ступила на темную тропу грабежа.

— Только попробуйте! — с угрозой сказала я и крепко прижала к себе перепуганного Дарси, который только ширял вокруг своими апельсиновыми глазами.

От стресса котик утратил свою разговорчивость. Хотя, наверное, так подавляюще на него действовал этот гадский зеленый ошейник, который я не могла снять.

— Что здесь происходит?

Вот уж кого я точно НЕ ОЖИДАЛА увидеть на лужайке рядом с домом Грануса в это безрадостное пасмурное утро, так верховного демона Фораса Данталиона.