Выпороть тебя недостаточно

Я боюсь даже предположить, чем может закончится прогулка с лютующим Лихом. Желтоватый свет уличного фонаря частично высвечивает поджатые губы за опущенным на глаза капюшоном. Несмотря на видимое спокойствие, по тому какими грубыми рывками он тащит меня к подворотне, можно смело предположить — пощады ждать глупо. Если не физически, то морально нагнёт так, что эхо в голове потом ещё долго не стихнет.

Темнота пугает меня с самого детства, а густой пропитанный запахом кошачьей мочи полумрак каменной арки и непредсказуемость действий Матвея только подливают горючего в разгорающийся пожар моей паники.

В зад такие прогулки — решаю про себя и со всей дури втыкаю острый каблук сапога в носок его левой кроссовки.

Звучно втянув воздух сквозь крепко стиснутые зубы, Лихо яростно впечатывает меня собой в бугристую стену.

— Да что с тобой не так? — глухо цедит он, находясь так близко, что я вздрагиваю от жара прерывистого выдоха на своей щеке. — За что ты меня так шпыняешь, а, Вера? Только не заливай, что дело в сестре, ты пыталась жалить ещё до того как всё закрутилось. Что такое, сладкая? Гордость душит, что осчастливила голодранца?

Я нечленораздельно мычу, безуспешно пытаясь вытолкать языком варежку. Кажется ещё немного и пересохшее нёбо покроется трещинами.

— Чем ты думала, подкидывая мне батины часы? Теперь в ваш дом мне путь закрыт — молодец, но, как видишь, мир не ограничивается четырьмя стенами. Ты за порог и вот он я — здрасте! Захочу — прощу, захочу — оприходую прямо здесь в подворотне. И ты промолчишь. Промолчишь, не мотай головой, мы оба знаем. А затем будешь втайне ждать следующего раза потому что твоей тщеславной душонке льстит, как мне от тебя крышу сносит. Я же вижу, не спорь. Прислушайся к себе, что ты чувствуешь, Вера?

Я чувствую своё безумно быстрое сердцебиение, мятную свежесть его жвачки и нестерпимый холод камня, вгрызающийся в спину даже через дублёнку. Ну, может быть ещё неуместный восторг, вызванный прозвучавшим признанием. Взрослая давно уже девушка, а всё равно ведусь как ребёнок на барбариску.

— М-м-м… Как же всё-таки кайфово, когда ты молчишь! — Лихо обхватывает ладонью мой подбородок, просовывая свободную руку между стеной и моими лопатками, отчего холод уступает непрошенным воспоминаниям о рельефе его мышц под ворохом мешковатой одежды. — Может в наказание отрезать тебе язык? — он усиливает нажим пальцев, вынуждая меня встать на носочки, и аккуратно вынимает скомканную варежку. — Будешь кричать, верну обратно.

— Какого чёрта ты себе позволяешь?! — хриплю, морщась при каждом слове. Рот будто обработали наждачкой, что не мешает голове кружится от близости его губ. — Я откровенно предупредила, что пойду на всё. Вини свою самоуверенность, не меня.

— А я сказал сбавить гонор. Тоже не просто так.

Глаза Матвея — две щёлочки в рассеянном мареве зимнего рассвета. Я не могу видеть их выражения, но взгляд этот колючий ощущаю всем телом.

— Лизку ты не получишь, будь уверен.

— Окей, назови причину. Произвол? Распущенность? Или, может, признаешь уже, что жалеешь об упущенном шансе как-нибудь повторить? — он делает акцент на последнем предположении, вызывая нервный спазм в грудной клетке. — Почему ты наутро сбежала, а, Вера?

Почему, почему… потому что остаться хотелось до чёртиков. Потому что абсурдно искать счастье в отношениях с ветреным хулиганом. Да какие к чёрту отношения, когда он даже для интрижки несерьёзен?! Утопия это, а не шанс.

Пытаюсь отстраниться, избегая соприкосновения наших губ, до которого остались считанные миллиметры, но Лихо упрямо прижимает меня к себе. И вот уже непонятно кто в кого вжимается. Самообладание летит прахом, пульс на пределе, а его колено нагло проскальзывает между моих ослабших ног, лишая равновесия.

— Молчишь? — он коротко улыбается мне в краешек рта, и в этом едва осязаемом прикосновении страсти больше, чем в самом крепком поцелуе. Я бы и дальше цеплялась за него не дыша, если б Матвей не продолжил в присущей себе развязной манере. — Хорошо. Отлично. Ты так проштрафилась, что выпороть тебя недостаточно. Сделаем так: если не хочешь нажить себе проблемы, временно будешь моей девушкой вместо сестры. Немой и покладистой.

Бредовость этого заявления просто в голове не укладывается. Обалдеть, как у него всё просто! Сандали-то не слетят, так на ходу переобуваться?