Глава 19

 Мгновение я колебалась. Разговор Мелани с неизвестным парнем меня заинтересовал. Что такого утешительного он может ей сказать? Внутри все сжалось от нехорошего предчувствия.

Но поймать крольчиху было важнее. Поэтому я сняла шарф и расправила его в руках. А после медленно двинулась в сторону Кукухи.

Сначала она не шевелилась. Только наблюдала за мной, склонив голову набок. Я тихо позвала:

– Кукуха, Кукушенька… Хорошая девочка, иди сюда. У меня есть морковка.

Разумеется, никакого угощения у меня не было – я собиралась на матч, а не на охоту за ушастой беглянкой. Но я надеялась, что это заставит ее хоть немного замешкаться.

Кукуха шевелила носом и разглядывала меня. Темные глаза поблескивали в свете ламп. Но стоило мне сделать еще пару шагов, как она деловито поскакала прочь.

  Помянув хозяина бездны, я бросилась следом. Крольчиха явно стала бегать медленнее. Это мой шанс. Нужно поймать ее. Ведь теперь есть риск, что в Академии ее поймает кто-то другой, и у Аделин будут проблемы.

Эта мысль подстегнула меня и придала сил. Вслед за Кукухой я влетела в переход между общежитием и академией. Крольчиха сидела на подоконнике, словно ждала меня. Наши взгляды встретились. В следующий момент Кукуха оттолкнулась задними лапами, а затем…исчезла.

Я подбежала к окну и увидела, что оно приоткрыто. Щель между рамами была невероятно узкой. Казалось невозможным, чтобы кролик туда пролез. Но Кукуха теперь бодро улепетывала по присыпанному снегом газону. Мгновение спустя она юркнула в кусты и пропала.

Из моего горла вырвался стон. Да что за невезение! И разговор интересный не дослушала, и крольчиху упустила. Что ж, если вся моя удача сегодня у Адама, то наплевать. Нужно спешить, иначе я опоздаю на матч.

К выходу я подходила с осторожностью и надеждой. Но Мелани и ее приятель к этому времени ушли. И все-таки, о чем он хотел ей сказать?

 Стадион был уже заполнен болельщиками. Воздух звенел от предвкушения зрелища. Аделин заняла мне место на трибуне, недалеко от поля. Здесь Адам сможет меня увидеть, если захочет. Руки слегка дрожали от волнения, но она старалась сохранять спокойствие. Досадная неудача с кроликом была забыта. Теперь меня волновал только матч.

Магбол – это не просто игра. Здесь магия и спорт сливаются воедино. И мне первый раз предстояло увидеть, как она проходит.

Вокруг нас болельщики кричали речевки, размахивали плакатами и пели песни поддержки. Я присоединилась к ним, и мой голос слился с общим гулом. Громче всех орали зельевары. Все старались перекричать болельщиков “Свирепых гарпий”, которые приехали в нашу академию вместе с командой.

Но тут громкая музыка, знаменующая начало соревнований, перекрыла крики на трибунах. Я с интересом наблюдала выступление команды поддержки. Девушки выдали настоящее шоу с использованием стихийной магии. Вспышки, блестки, пламя. Звонкие голоса выкрикивали приветственные речевки.

И вот команды вышли на поле. Я сразу заметила Адама. Он был сосредоточен, каждый его жест выражал решимость. В защитной форме с номером «7» он выглядел просто великолепно. Я не могла оторвать глаз от своего возлюбленного.

  Арену накрыл защитный купол, и началась игра. На гладком поле возникла полоса препятствий. Поверхность быстро изменилась – земля покрылась рытвинами, появились извилистые трещины, заполненные лавой.

Я смотрела только на Адама. И не сразу заметила, что внимание трибун приковано к другому игроку. Аделин возле меня испуганно вскрикнула, и только после этого я поняла, что какой-то парень ведет себя странно. Под неодобрительное гудение болельщиков он собирал на себя ловушку за ловушкой. Моя соседка по комнате испуганно вздыхала, прижав руки ко рту.

Адам попытался остановить этого сумасшедшего, но ничего не вышло. В какой-то момент парень упал со скалы и больше не поднялся.

– Кто это? – спросила я у Аделин, пока возле бедолаги суетились целители.

– Колдер Найт, с боевого факультета, – помедлив, пояснила она. – Не понимаю, что на него нашло. Как будто он нарочно хотел разбиться. Интересно, кем его заменят?

Я только пожала плечами.

– Запасных целая скамья. Наверное, есть кому играть вместо него.

Найта унесли с поля на носилках под речевки болельщиков. На арену вместо него выбежал другой парень, застегивая на ходу защитный шлем.

– О, это Киран Зейн! – сообщила Аделин.

А я узнала того самого парня, которого встретила у Эды Амбер. Когда ходила к ней за зельем для кролика. Наверное, ее парень. Я поискала глазами девушку. Но среди болельщиков, одетых в яркие футболки и шарфы с символами любимой команды, было сложно кого-то узнать.

Нового игрока приветствовали трибуны.

– Зейн, сделай из них фарш!

– Зейн! Мы верим в тебя!

Игра продолжилась. И я снова могла наблюдать за Адамом. Ловкий и быстрый парень выделялся на фоне плечистых защитников. Кажется, в этот момент я влюбилась в него еще сильнее! Каждый его успешный пас, каждый удар по воротам вызывал у меня восторг. Я кричала, аплодировала и махала шарфом, стараясь передать ему свою поддержку.

«Свирепые гарпии» напирали, всячески пытались подмять нашу команду. Я не знала, под каким номером играет тот самый родственник Локвиссов, но заочно не любила всех чужаков. Магия игроков переплеталась в ярких вспышках света.

Матч закончился со счетом «три-один» в пользу «Непобедимых драконов». Удивительно, что при этом я чувствовала себя совершенно счастливой и была так горда, будто лично выгрызала победу зубами на поле.

К Адаму мне удалось подойти совсем ненадолго. Парень прорвался ко мне через толпу фанаток и  отвел в какой-то закуток возле раздевалки, чтобы поцеловать.

После того как наши губы разомкнулись, он шепнул:

– Понравилась игра?

– Очень, – заверила его я. – Ты был великолепен!

– Я знал, что ты смотришь на меня, – сообщил он, целуя снова.

К несчастью, побыть вместе нам не дали – парни утащили Адама отмечать победу. А я вернулась к Аделин, и мы вместе направились в комнату.

По пути я, наконец, вспомнила про Кукуху и рассказала девушке, что ее любимица удрала наружу.

Эта весть встревожила мою соседку. Действие зелья скоро прекратится, и начнутся холода. Но ни у меня, ни у нее не было ни одной идеи, как поймать крольчиху.

 ***

В понедельник вечером доставили платье. Когда я вернулась в комнату, Аделин восседала на своей постели, обложившись свитками – приближался не только бал, но и экзамены. А на моей кровати лежал огромный сверток. Как только я развернула его, моя соседка восхищенно выдохнула и вскочила на ноги.

Я провела рукой по блестящей ткани. Серебристо-голубое платье навевало приятные воспоминания.

– Надевай, – тут же приказала подруга. – Посмотрим, как я могу его улучшить.

Я послушно натянула сверкающий наряд и покрутилась перед зеркалом. В памяти сразу всплыл вечер в оранжерее, поцелуи Адама, его горячие губы на моих плечах.

– Ну, как тебе? – спросила я у подруги.– Я думала, что это платье будет слишком… ну, знаешь, вызывающим, но теперь мне кажется, что оно идеально! Даже удивительно, что мама выбрала мне такой наряд. Она сама любит одеваться строго.

– Вызывающим? – фыркнула Аделин. – Иви, ты выглядишь потрясающе! Это платье будто создано для тебя. Ты будешь королевой бала, без сомнений. Когда ты появишься в нем рядом с Фейном, девчонки сгрызут все ногти от зависти. А что касается твоей матери… Так пора тебя замуж выдавать и на мероприятих показывать товар "лицом".

Я только насмешливо фыркнула. А затем покружилась в серебристом одеянии, воображая, как захожу в зал под руку с Адамом. О чем-то большем было даже думать страшно.

– Праздник в пятницу, – начала Аделин. – Успеем добавить блесток и магического сияния. А еще я давно хотела опробовать заклинание, от которого ты будешь рассыпать вокруг крохотные снежинки.

– А магклининг не проклянет меня за то, что им потом придется это все убирать? – улыбнулась я.

– Об этом я тоже подумала, – довольно произнесла Аделин. – После бала снежинки развеются сами, и никому не придется ничего убирать.

Я посмотрела на ее лицо и подозрительно спросила:

– А ты проверяла это? Уверена, что сработает?

– Нет, – легкомысленно ответила подруга. – Вот на тебе и проверим.

Поколебавшись, я все же согласилась. Впечатлить Адама очень хотелось. Поэтому я позволила подруге забрать платье в мастерскую, а сама села за домашние задания.

Вместе с балом подступали экзамены, поэтому мы с Адамом все больше времени проводили за учебниками, то вместе, то порознь. Несмотря на его усилия, знания по некромантии укладывались в моей голове не так хорошо, как хотелось. И вместе с радостным ожиданием праздника внутри меня зрела тревога.

В четверг вечером Адам посоветовал:

– В библиотеке есть такая книга… Старый учебник «Все о призраках» Вордсворта. Там есть раздел с главными тезисами. Тебе будет удобно повторить по нему и теорию, и практику.

В пятницу мы не учились – студенты суетились в ожидании праздничного бала. После этого все разъезжались домой на праздники. Поэтому я решила с утра зайти в библиотеку, за той самой книгой.

Госпожа Бутби была чем-то занята и только махнула рукой, указывая нужную секцию. Я осторожно ступала по узким проходам между высокими стеллажами, заполненными книгами. Воздух был пропитан запахом старой бумаги и пыли, а свет от витражных окон мягко падал на пол, создавая причудливые узоры. Я шла, слегка наклонив голову, чтобы прочитать названия на корешках. Мои пальцы скользили по старым переплетам.

Адам говорил, что найти эту книгу будет нелегко. И я уже почти отчаялась, когда заметила небольшой, потрепанный томик с выцветшими золотыми буквами на обложке.

– “Все о призраках” – прочитала я шепотом и потянулась за учебником.

Взяла его с полки, пробежала глазами по содержанию. Судя по всему, здесь и правда собрано то, что пригодится мне на экзамене. Попробую последовать совету Адама.

Мысли были заняты предстоящими экзаменами.

С помощью старшекурсника я должна получить удовлетворительные отметки. А, значит, отец оставит меня в покое. И я смогу провести каникулы так, как сама того хочу. Возможно, вместе с Адамом…

  При мысли об этом по моим губам скользнула улыбка. Нужно еще помочь Аделин и как-то поймать сбежавшую крольчиху…

Тут мое внимание привлекли девичьи голоса за соседним стеллажом. Я застыла как изваяние и затаила дыхание. Потому что в разговоре услышала свое имя. И после этого узнала голос. Одной из девушек оказалась Мелани, бывшая пассия Адама. Что она затевает на этот раз?

На цыпочках я приблизилась к повороту и замерла, навострив уши. Не стоило подслушивать, но теперь я не могла заставить себя уйти. Пальцы непроизвольно сжали книгу в руках.

– Ты уверена, что это правда? – спросил второй девичий голос, визгливый и слегка насмешливый. – Адам действительно поспорил на нее?

Сердце рухнуло вниз, а к горлу подкатил комок. Не издав ни звука, я продолжала слушать.

– Абсолютно, – довольно ответила Мелани. – Зак Кирсан мне рассказал. Там ходят нешуточные деньги. Спор был на то, что Адам сможет заставить Ламбертс влюбиться в него до бала. А затем, когда она пригласит его на Серебряный танец, он ее бросит. У всех на глазах! Представляешь, какой позор? И судя по всему, Адам уже почти выиграл.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Мое дыхание стало прерывистым, а в груди защемило. Я прижалась к стеллажу, стараясь не выдать своего присутствия.

– Ну, знаешь, – продолжала незнакомая девушка, – это даже забавно. Она ведь такая… серьезная и замкнутая. Думаешь, она действительно поверила, что он в нее влюблен?

– Уверена, это так, – усмехнулась Мелани. – Адам всегда был мастером таких игр. Помнишь, как он с Элизой поступил? Та потом месяц не могла прийти в себя.

Они обе засмеялись, и этот звук словно окатил меня ледяной водой. Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, которая пробежала по телу. Как я могла быть такой слепой? Как могла поверить его словам, его взглядам, его улыбке? Думала, что поцелуи мерзавца Фейна искренние?

– Ну, что ж, – сказала подружка Мелани, – скоро он выиграет, и все это закончится. Надеюсь, она не слишком привяжется.

– Не думаю, – ответила девушка. – Я надеюсь, что она все глаза выплачет. Это будет лучшей местью. Ведь пару месяцев все думали, что Адам бросил меня ради этой белобрысой пигалицы! Теперь настанет ее очередь позориться…

Я больше не могла это слушать. Оттолкнулась от стены и быстро пошла прочь. Было очень трудно не сорваться на бег. Но я старалась шагать размеренно, чтобы не привлекать внимания. Мысли путались, а в глазах стояли слезы.

Ноги сами вынесли меня на крыльцо. Тропинка, ведущая к кладбищу и спорткомплексу, в этот час была пуста. Моросил противный дождь. Я накинула капюшон и побрела куда глаза глядят. Холодный ветер обжигал лицо, намекая, что к вечеру оттепель сменится метелью. Я остановилась только в лесополосе между академией и учебным кладбищем, глядя на пасмурное небо и ветви деревьев.

Как я могла быть такой наивной? Как могла поверить в искренность Адама? Я же знала о его репутации… Видела, какой он. Нужно было догадаться, что такие люди не меняются. Но я видела лишь то, что хотела видеть. И жизнь преподала мне жестокий урок.

Как раненый зверь, я в прострации бродила по лесу. И только когда совсем продрогла, спохватилась и побрела обратно.

В общежитие я возвращалась в каком-то отупении. Лица людей, которые встречались по пути, тут же стирались из памяти. Какое-то время я отрешенно стояла перед входом в свою комнату. И только когда в коридоре раздались шаги, начала шарить по карманам. Заледеневшие руки все еще дрожали, поэтому ключ в замке я повернула не с первого раза.

Сбежать обратно в холодный лес захотелось сразу после того, как я переступила порог. На дверце шкафа молчаливым напоминанием о празднике висело серебристо-голубое платье. Вмешательство Аделин сделало его еще более прекрасным. Вечером я должна была в нем сиять. Ради Адама, который меня обманывал.

Я опустилась на кровать и сжала в руках подушку так крепко, что побелели костяшки пальцев. Аделин пристально посмотрела на меня и осторожно начала:

– Иви, ты выглядишь так, будто только что подверглась воздействию баньши. Что случилось?

Ответом ей было молчание. Я продолжала смотреть в пустоту. Тогда подруга села рядом и участливо положила руку мне на плечо.

– Что случилось? – настойчиво повторила она.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Мой голос дрожал, когда я начала рассказывать:

– Только что… я случайно подслушала разговор старшекурсниц. Мелани секретничала с какой-то из своих подружек и… Они стояли за стеллажом в библиотеке, и я даже не хотела слушать, но… они говорили об Адаме.

Аделин нахмурилась.

– Об Адаме? Что такого они могли говорить, чтобы ты так расстроилась?

Словно пытаясь стереть услышанное из памяти, я закрыла глаза. А когда заговорила снова, мой голос звучал обреченно.

– Они сказали, что Адам… поспорил с кем-то. Будто он поставил много денег на то, что сможет… охмурить меня. Заставит пригласить его на Серебряный танец и бросит меня на балу. При всех. Значит, всё это время его чувства не были искренними. Просто игра.

Предательские слезы покатились по моим щекам. Аделин замерла, её глаза расширились от изумления.

– Подожди, – попыталась успокоить она. – Возможно, это какая-то ошибка.Фейн, конечно, известный бабник. Но он не стал бы так поступать. Может, это просто зависть? Мелани недовольна тем, что Адам бросил ее. А теперь у вас всё складывается как нельзя лучше.

Я сжала подушку ещё сильнее и пояснила:

– Мне бы тоже хотелось в это верить, Аделин. Но они говорили так уверенно… А еще в воскресенье, перед матчем я случайно услышала начало разговора одного из парней и Мелани. Она плакала, и тот по секрету хотел сказать ей что-то утешительное. Я тогда погналась за Кукухой и не услышала продолжение разговора, но все сходится. Это не просто слухи.

Аделин встала и начала ходить по комнате. Какое-то время я молча наблюдала за ней, шмыгая носом. А затем уверенно добавила:

– Думаю, это правда. Все это время я чувствовала себя такой счастливой, Аделин… Знаешь, у нас в семье часто говорят, что характер мужчин из рода Фейн – как родовое проклятие. Только страдают от него их близкие и друзья. В какой-то момент мне показалось, что я смогла исцелить Адама от этого проклятия. Но я ошиблась. Всё это время он просто… играл со мной. А теперь… теперь я не знаю, чему верить.

Аделин снова присела рядом и взяла меня за руки.

– Слушай, мы разберёмся в этом. Я не позволю, чтобы кто-то разрушил твое счастье из-за каких-то глупых сплетен. Хочешь, я поговорю с Адамом? Прямо сейчас. Он должен объясниться.

Но я мотнула головой:

– Нет. Я просто… не пойду сегодня на бал. Останусь здесь. Если Адам и правда спорил на меня, то останется с носом и проиграет деньги.

Аделин обняла меня и с чувством произнесла:

– Ты справишься. Я всегда рядом. И помни, что ты заслуживаешь только искренности и настоящей любви. Ничего меньше.

На обед я тоже не пошла. Пролежала в комнате, глядя в стену и продолжая обнимать подушку. В сердце словно воткнули нож.

Аделин принесла мне пирожки с рыбой и какао. Но я не смогла запихнуть в себя ни кусочка, сколько она не уговаривала. От успокаивающего настоя, за которым подруга была готова бежать даже к Эде, я тоже отказалась.

Молча наблюдала за тем, как Аделин собирается на бал. А когда она ушла, я также молча отвернулась к стене и закрыла глаза. Измученный переживаниями организм, наконец, взял свое. Я тут же задремала, свернувшись клубком и поджимая босые ноги.

Разбудил меня настойчивый стук в дверь. Не знаю, сколько времени прошло – полчаса или три. Шевелиться не хотелось. Свет в комнате был погашен, поэтому я решила малодушно притвориться, что здесь никого нет. Но не тут-то было. Нежданный гость и не думал уходить. Методичный стук не давал задремать снова и вбивался в голову.

Так что через несколько минут я не выдержала. Кое-как соскребла себя с кровати, глянула на платье, которое по-прежнему висело на шкафу. Мельком посмотрела на свое отражение в зеркале. Опухшие глаза выдавали мое состояние без слов. Но в этот момент на все было плевать. Больше всего мне хотелось высказать тому придурку, который стучал, все, что я о нем думаю.

Я распахнула дверь, и язык примерз к небу. На пороге стоял Адам. И меньше всего я ждала, что он появится здесь в таком виде…