Глава девятая

Кто бы ему сказал, зачем он согласился идти на днюху к Дэну. Наверное, это было стратегическое решение. С Таси станется улизнуть туда в одиночку, а этого он допустить не мог. Лучше уж под его присмотром. Дэн определенно что-то задумал, и пусть он осуществляет свой план у него на глазах, а не придумывает что-то другое.

Тася возилась с детьми, и от ее ладони пахло молоком. Лесь не предполагал, что такой невинный поцелуй может стать таким сладким. И она не возражала. Означало ли это, что у него появилась надежда?

Лесь любовался Тасей целый день. Ее неприступность делала ее еще желаннее. Хорошо, что теперь она его не отталкивала. Замечательно, что не обиделась из-за скандала, который устроили Янины родители. Конечно, в нем была и его вина. Мог бы и раньше разорвать эти ненужные отношения, мог бы выслушать Яну. Но что теперь сожалеть? Он не забыл сказать спасибо отцу, вставшему на Тасину защиту. Правда, тот ответил, что решает его проблемы в последний раз.

Тасе понравился сюрприз. Лесь почти не сомневался в этом, но боялся, что она начнет ругаться. Удовольствие недешевое, а она так щепетильно относится к деньгам… К счастью, пронесло.

— Лесь… Ле-е-есь… — причитала Тася в полном восторге. — Это то, о чем я думаю? Она твоя? В смысле, ваша?

— Нет, конечно. Арендовал. Пойдем? У нас не очень много времени, скоро стемнеет.

И все же без маленького выговора не обошлось.

— Ты меня купил с потрохами, — пожаловалась Тася. — Я не смогу отказаться от такого сюрприза. Но пусть это будет самый дорогой твой подарок, хорошо? И единственный.

— Нет, я не могу тебе этого обещать, — честно ответил Лесь.

— Вредина!

Они поднялись на яхту, стоящую у причала, познакомились с капитаном и командой. Лесь не стал выпендриваться и демонстрировать навыки вождения. Они были, но весьма скромные. Зачем рисковать в открытом море, если проще насладиться прогулкой и уделить все свое внимание прекрасной девушке?

Тася старалась вести себя скромно и тихо, но у нее плохо получалось. Она скакала козочкой, следуя за капитаном во время экскурсии по судну, задавала кучу вопросов и клянчила «постоять у штурвала». Лесь только посмеивался про себя и радовался, что угодил с подарком.

Морская болезнь у Таси? Фе! Она продолжала носиться по палубе, наотрез отказываясь заходить в салон, и ничего не боялась. Потом облюбовала себе местечко на носу и стояла, вцепившись в релинг и подставив лицо ветру. И капитана, рыжего сурового крепкого дядьку, она уболтала, тот дал ей подержаться за штурвал. Кажется, Тася даже попискивала от восторга.

А потом все же успокоилась. И на стайку дельфинов они смотрели вместе. Лесь стоял совсем рядом, за ее спиной, и любовался не дельфинами, а Тасиным затылком, вдыхая слегка сладковатый запах ее шампуня. Духами Тася не пользовалась. А еще от нее пахло морем, солнцем и ветром.

Солнце уже клонилось к закату, когда капитан остановил яхту и сказал, что можно купаться. Тася переоделась в салоне и скользнула в теплую воду. Лесь наблюдал за ней с яхты, он не был фанатом плавания.

Тася двигалась красиво, движения четкие, будто отточенные. Он вспомнил о том, что она занималась фигурным катанием, и в голове зародился новый план.

Стемнело быстро. Здесь всегда так, рано и сразу, никаких сумерек. Они сели ужинать на второй палубе, под открытым небом. Яхта медленно дрейфовала вдоль берега. Тася умиротворенно уплетала салат. Лесь наслаждался покоем и тишиной.

— Мы останемся здесь на ночь? — спросила Тася после ужина.

— Нет, вернемся домой. А ты хотела бы?

— Хотела бы я ночевать в море под звездным небом? — засмеялась она. — Да, пожалуй.

— Давай спустимся вниз, ты замерзла, — предложил Лесь, заметив, как она ежится от прохладного ветра.

— Не хочу упустить ни минуты этой прогулки, — призналась Тася. — Навряд ли когда-нибудь такое повторится.

«Хоть каждый день, пока мы здесь. И каждый раз, когда будем сюда возвращаться», — хотел сказать Лесь, но промолчал. Тася не воспримет его всерьез. Вместо этого он сходил вниз, принес плед и накинул его Тасе на плечи.

— Спасибо…

— Это всего лишь плед.

— Спасибо, — упрямо качнула головой Тася.

Кажется, она благодарила за прогулку.

Звезды на небе сияли, как огромные драгоценные камни.

— Упала! — воскликнула Тася, показывая на небо. — Ты видел? Звезда упала. Сейчас август, время звездопада.

— Нет, не заметил. Это не звезды, это…

— …метеоры, я знаю. Но звезды падают романтичнее, чем метеоры сгорают в атмосфере. И можно загадать желание.

— Ты загадала?

— Да.

— Какое?

— Секрет. Иначе оно не сбудется. Смотри на небо, лови свою звезду.

Они сидели рядом. Лесь ощущал Тасин теплый бок, но не решался даже обнять ее за плечи.

— Ой, еще одна! Увидел, загадал?

— Да, загадал, — ответил он.

И, наклонившись, поцеловал ее. Невинный поцелуй: он коснулся губ легче, чем перышко. Внутри все замерло от страха. Тася могла и по физиономии съездить, и оттолкнуть. А она даже не пошевелилась и, только когда он отстранился, произнесла тихо-тихо:

— Не надо.

— Прости, я…

— Ты спешишь, Лесь. Как будто это кросс, и тебе нужно прибежать первым. Куда ты так торопишься?

— Я теряю голову, когда ты рядом, — признался он. — Я боюсь, что ты исчезнешь, растворишься без следа. Я не хочу тебя терять.

— Для этого тебе не нужно ни с кем соревноваться.

Ее слова обжигали. Она словно знала о пари, словно говорила ему, что он — победитель. Больше нет никакого пари, нет никакого соревнования. «Только об этом никто, кроме тебя, не знает», — мрачно напомнил себе Лесь.

— А Дэн? — пошутил он.

— Ну-у-у… Не зна-а-аю… — протянула Тася. — Если он будет петь под моим окном каждый вечер колыбельные, то, может быть…

— Издеваешься, — догадался Лесь и рассмеялся.

— Есть немного, — согласилась она. — Нельзя же всерьез о Дэне.

— А о нас? О нас можно?

— Слишком быстро, Лесь. — Тася зябко повела плечом. — Ты торопишься.

— Та-а-ася… — почти простонал он, прикрывая глаза. — Тася, как мне доказать тебе, что мои намерения серьезны?

— Никак. Тебе не нужно ничего доказывать. Просто будь собой.

— Быть собой? — он растерялся. — А кто я сейчас?

— Ты уверен, что хочешь услышать?

— Да, я уверен.

— Ладно. Сейчас ты избалованный родителями мальчик. Бездельник, лентяй и прожигатель жизни. Давай будем честными, Лесь, хорошо? Даже этот подарок ты сделал мне не на свои деньги, а на папины.

Он молчал, переваривая услышанное. Надежда? Шансы? Ничего у него нет. Тася не изменила о нем мнения, просто стала вежливее и приветливее. Как же неприятно, что она видит его таким…

— Ты права, все так и есть, — выдохнул он. — Бездельник, лентяй…

— Ты не услышал главного, — перебила его Тася. — Вспомни, что я сказала до этого.

— Будь собой? Ты считаешь… я не такой, каким ты меня описала?

— Я видела другого человека. Заботливого. Внимательного. Доброго. Справедливого. Мужественного…

Тася легонько дотронулась до пластыря, за которым скрывался шрам над бровью. Лесь дернулся, но потом поймал ее руку и поцеловал пальцы.

— Я понял тебя, — сказал он. — Не спешить и быть тем, кто я есть. Верно?

— Пожалуй, — улыбнулась она.

— Только не исчезай…

— Не исчезну.

Тася сама прильнула к его боку, вынуждая обнять ее за плечи. Лесь бережно прижал ее к себе.

Яхта возвращалась к причалу.

Зачем Тася сказала правду? Знала же, каждое слово — как пощечина по его самолюбию. Ей не хотелось обижать Леся. Мало ли что она о нем думает? Как говорят, им вместе детей не крестить. А еще говорят, кто не без греха…

Чем она лучше? И ее содержат родители, она зарабатывает совсем немножко, на мороженое и шоколадки только и хватает. А еще у нее куча других недостатков. Например, самоуверенность. Что стоило прислушаться к родительским советам? Так нет же, «я лучше знаю, я с ним давно встречаюсь». Это все Максим не идет из головы. После драки он больше ее не беспокоил. Родители тоже не жаловались, у них все в порядке. И кто ей помог? Лесь. А она его… по морде… пусть и словами…

А еще Тася ветреная… легкомысленная… Как это правильно назвать? Только что собиралась выйти замуж за одного, и уже заглядывается на другого. Непостоянная? Нет, с Максом все ясно, конечно. Но если бы не это, смогла бы она устоять перед Лесем? Этого ей никогда не узнать.

Как можно обжечься на одном богатеньком мальчике и тут же прыгнуть в объятия другого? Заместительная терапия? Это подло, а по отношению к Лесю еще и несправедливо.

Тася загадала желание на падающую звезду — разобраться в своих чувствах. Ей хотелось понять, отчего Лесь на нее запал. Внешность? Ладно, она не уродлива, но есть девчонки и покрасивее. Богатств нет, статуса нет, даже профессии еще нет — обычная студентка. Максиму была нужна московская прописка, а Лесю что нужно? Выходило, что ничего. Развлекается от скуки? Непохоже.

Собственные чувства не поддавались анализу. Тася не отвечала на прикосновения и поцелуи только потому, что сдерживала себя. Сдерживала из последних сил. Придуманное заклинание уже плохо помогало.

С прогулки они вернулись поздно. Тася задремала уже в машине и сразу ушла к себе, мужественно пожелав Лесю спокойной ночи. А потом ворочалась в пустой постели, мечтая о том, чтобы Лесь оказался сыном какого-нибудь врача или учителя. Все было бы гораздо проще, если бы между ними не существовало социальной разницы. Она обвиняла во всех грехах Леся, а сама что в нем нашла? Правду же сказала — лентяй, бездельник… Соблазнилась деньгами? Как все сложно…

А Лесь молодец, хоть и обиделся, но виду не подал. Понял, о чем она сказала. Тася надеялась, что понял. Интересно, а какое желание загадал он?

От утреннего купания она отказалась, чтобы хоть немного выспаться. А когда спустилась вниз к завтраку, то обнаружила за столом только Леся и Ларису. Брат и сестра о чем-то весело болтали, и Тася пожалела, что помешала им.

— Я только узнать, какие будут распоряжения, — смущенно сказала она, поздоровавшись.

— Тася, садись с нами завтракать, — пригласила ее Лариса.

— Нет-нет, я…

Лесь уже подскочил, пододвинул ей стул, а потом сам сбегал на кухню за чистой тарелкой и прибором.

— Никаких распоряжений, — сообщила тем временем Лариса. — Родители уехали в Сочи, вместе с Викой. Развлекать ее будут. А я осталась с Мишенькой. После твоих советов он спокойный стал, почти и не плачет, и я отдохнула. Так что вы с Лесем совершенно свободны.

Они с Лесем… Тася уткнулась в тарелку, в которой волшебным образом появились ленивые вареники со сметаной. Не иначе, как Лесь ухаживает.

— Лариса, может, все же…

— Не может, — перебила ее она. — В доме полно прислуги, тишина и покой. Поезжайте куда-нибудь или идите на пляж.

— Я не знаю, какие планы у Леся, а я…

— Давай съездим в горы, ты же хотела.

Похоже, все уже решили за нее. И отказываться глупо, никаких других планов у нее нет, да и в горы она собиралась, факт.

— Лесь, а свози ее лучше к водопадам, — предложила Лара. — Помнишь, там до поселка…

— Ага, я помню, — подхватил Лесь. — А, Тася? Тебе понравится, там туристическая тропа, но несложная, и очень красиво. Тридцать три водопада.

— Да, хорошо.

И вот чего она дуется? А потому что не встречается с Лесем! Только Лариса, похоже, думает иначе. И Лесь ведет себя так, как будто Тася — его собственность.

— Ладно, с вами хорошо, но пойду-ка я с Мишенькой погуляю, пока не так жарко. На пляж сходим…

— Так давайте я с вами, — вскинулась Тася. — Посижу с ним, а вы искупаетесь в море.

— А мы с ним вместе и искупаемся, — засмеялась Лариса. — Тася, отдыхай.

— Лара, может, правда? Давай я с тобой схожу, — сказал Лесь.

— Да отстаньте вы от меня! Я хочу побыть с сыном. Все, закрыли тему.

И она ушла.

Тася ковыряла вареники, заставляя себя есть. Лесь молчал. На веранде появилась женщина, вероятно, помощница Анны Ильиничны, спросила, можно ли убирать со стола. Тася поняла, что даже не знает ее имени. Быстро она… привыкает к роскоши.

— Да, пожалуйста, — ответила она. — Я больше ничего не буду, только кофе выпью.

— Ладно, я понял, к водопадам не едем, — вздохнул Лесь. — В горы, видимо, тоже. Мне лучше уйти?

— Это твой дом, — напомнила Тася. — И я тебя никуда не гоню.

— Ты поняла, о чем я… Да и я… понял. Хорошего тебе дня, Тася. — Он поднялся и вышел во двор, но потом вернулся, словно вспомнил что-то. — Прости, я забыл уточнить. Вечером все в силе? Ты не сказала, во сколько начало.

Тася так расстроилась, когда Лесь решил уйти, что не сразу поняла, о чем он спрашивает.

— Ка… какое начало? — выдавила она.

— День рождения. Или ты передумала?

— Я забыла… Я еще даже не писала, что мы придем.

— Так мы идем или нет?

— Нет, наверное… Ты же не хотел. Теперь и я… не хочу…

Она сидела, уставившись в чашку, чтобы не смотреть на Леся.

— Хорошо, как скажешь.

Лесь снова вышел во двор, но никуда не ушел и не уехал, скрылся в гараже. Тася повздыхала над кофе, допила его и отправилась следом за ним.

Он копался в багажнике кабриолета — то ли что-то искал, то ли вычищал мусор.

— Лесь, я не твоя девушка, — произнесла Тася.

— Я в курсе, — буркнул он, не поворачивая головы. — Спасибо, что напоминаешь мне об этом несколько раз в день.

— Спасибо, что все решаешь за меня! — выпалила она.

— Тась, я ничего не решал. — Лесь вынырнул из багажника и вытер руки какой-то тряпкой. — Я не знал, что родители уедут в Сочи. Я не знал, что Ларе захочется уединения. Я думал, ты обрадуешься возможности съездить в горы, как ты хотела, потому и предложил. Про водопады вспомнила Лара. Единственное, мне все же хватило ума понять, что за последние дни я тебе надоел хуже горькой редьки. Я понял, я ушел.

Разве не этого она хотела? Не об этом мечтала? Лесь, Лесь, Лесь… Всегда и везде — Лесь. Лесь, который ей не нужен. Лесь, который ее раздражает. Лентяй и бездельник. Все, она ему больше не нужна?

В глазах щипало, горло сжал тугой обруч. Она не плакала, когда Макс ее бросил, не заплачет и сейчас. Кто бы еще объяснил, отчего эти слезы! Логика, ау! Вместо радости — горькое разочарование. Лесь еще не поцеловал ее толком, а уже бросил. И хорошо… И пожалуйста!

— Я думала, ты другой… — мстительно сказала она и направилась к выходу.

Зачем?! Зачем она это произнесла…

Слезы брызнули из глаз, хорошо, что успела отвернуться. Дышать катастрофически нечем: если вздохнуть поглубже, Лесь услышит всхлип, а этого никак нельзя допустить.

— Тася… — Лесь схватил ее за руку, разворачивая к себе.

Поздно. Он все увидел.

Позорище!

Губы дрожат, в глазах все расплывается. Это последствия стресса, точно. И еще пмс, как пить дать. Вырваться и убежать. Убежать и спрятаться. Спрятаться подальше и больше никогда, никогда…

— Та-а-ася…

Она обмякла в теплых объятиях, как дурочка. Давно не плакала вот так, содрогаясь от рыданий, со всхлипами и переливами.

— Тася, милая, не надо… Тасенька… Прости меня, пожалуйста… Тася…

Слезы перешли в истерику с икотой, а Лесь не мог оставить Тасю, чтобы сбегать за водой. И позвать никого не мог, видимо, помнил о том, как она стесняется своих слез. И тогда он ее поцеловал.

Этот поцелуй не был нежным и ласковым. Он был грубым, настойчивым и властным. Лесь не позволял Тасе вырваться, да она и не пыталась — вытаращилась на него в испуге, а икоту и слезы сняло, как рукой. Временное помешательство закончилось. Теперь Тася готова была провалиться сквозь землю от стыда.

— Ты просто устала, — сказал Лесь. — Слишком много скопилось. Не вини себя.

Тася перевела дыхание и прижалась щекой к его плечу, обняла, скрещивая руки на пояснице.

— Ты — дурак, — пожаловалась она. — Нельзя приручать, а потом бросать.

— Ты же не зверушка, — напомнил Лесь.

— Правильно. Все значительно хуже. Я — девушка. А еще ты отвратительно целуешься.

— Эй! — возмутился Лесь. — Ты не дала мне шанса показать, на что я способен!

— Ну… попробуй еще раз.

Зачем… зачем… зачем…

Зачем она это говорит? Зачем она это делает?

Лесь целовался волшебно. Тася чувствовала на его губах привкус своих слез. Он заставлял ее терять голову — снова и снова, пока она не запросила пощады.

— Я беру свои слова обратно, — прошептала она, едва переводя дыхание. — Ты способен зацеловать девушку насмерть.

— Я способен и на большее…

Она увидела в его глазах желание и испугалась.

— Даже не думай! И вообще… ты хотел показать мне водопады? Поехали!

— Эти поцелуи ничего не значат, — строго сказала Тася, усаживаясь в машину.

— Ты уверена? — неосторожно фыркнул Лесь.

— Да. Это… лекарство от истерики, понятно?

— Как скажешь…

Гордая и неприступная Тася не сдавалась ни при каких обстоятельствах. Ее поведение и раздражало, и обижало, и… доставляло удовольствие. Да, Лесю нравилась ее независимость. Он встречался с разными девушками, но завоевать их было так же просто, как отнять конфету у ребенка. Это пари проиграли бы оба — и он, и Дэн. Лесю несказанно повезло, что Тася позволила себя поцеловать.

— Ты прости, — сказала она чуть позже. — Я сегодня встала не в настроении. И все выглядело так, как будто ты специально все устроил, а я не люблю, когда за меня решают.

— Но ты же поверила, что я не специально?

— Да, иначе мы сейчас не ехали бы к водопадам. Прости, Лесь.

— Я уже сказал, не стоит себя винить. — Лесь поглядывал на навигатор, в эти края он давно не выбирался. — А что там с Дэном? Не передумала?

Он предпочел бы побыстрее узнать о коварном плане соперника. В том, что коварный план есть, Лесь не сомневался. День рождения — удобный повод. А если они не пойдут, и Дэн отловит Тасю, когда рядом не будет его, Леся? Так рисковать нельзя.

— Он уже несколько смс прислал, — призналась она. — А я до сих пор не ответила. Он приглашает к семи. Мы успеем вернуться?

— Мы успеем вернуться, искупаться в море и отдохнуть, — пообещал Лесь. — Напиши ему.

— А подарок?

— Дома.

— Дай угадаю… — Тася прищурилась и уже знакомо улыбнулась. — Алкоголь?

— И что? Между прочим, прекрасный коллекционный арманьяк. Тася, расслабься, это хороший подарок.

— Поверю на слово. Я ему позвоню.

Лесь не успел возразить, она уже набрала номер телефона.

— Да, я. Привет, Дэн. С днем рождения. Извини, раньше не могла ответить. Да, придем, вместе. Скинешь адрес? Хорошо. Где я? У Леся в машине. Нет, сегодня у меня выходной. М-м-м… В горах. А откуда я знаю, где? Нет, я не могу дать телефон Лесю, он за рулем, а тут дорога опасная. Дэн, увидимся вечером, пока.

Какая же Тася умница! Не захотела говорить, куда они поехали.

— Все. — Она закинула телефон в сумку. — Теперь наслаждаюсь природой, поездкой и… — Лесь заметил, как она скосила глаза в его сторону. — …обществом интересного мужчины.

Он чуть не выпустил руль. Что-то Тасю сегодня и правда заносит: то психует, то плачет, то шутит. Она же не всерьез? Бездельник и лентяй, это он хорошо запомнил. Лесь промолчал, сосредоточившись на дороге, а Тася вроде как и не ждала ответа — откинулась на спинку сидения и смотрела в сторону, на поросший лесом склон горы.

Лесь знал, что к устью реки Джегош он доберется и на своей машине, вопреки уверениям местных жителей, что туда можно доехать только на внедорожнике, но решил порадовать Тасю. В поселке Большой Кичмай они пересели на «ленд ровер» и прокатились с ветерком к началу пешего маршрута.

Дорога к водопадам красивая, Лесь засмотрелся и на долину Шахе, и на чайные плантации, и на заросли самшита, и Тасе нравились виды, это было заметно по ее воодушевленно-отрешенному лицу.

Туристический сезон еще в самом разгаре, людей у водопадов много. От парковки Лесь повел Тасю к кассе, вдоль сувенирных лавочек. По ее просьбе они зашли в одну из них, и Тася купила горный мед из каштанов и местный чай.

— Родителям отвезу, — пояснила она. — Мед они любят, будут пить с чаем.

Лесь не возражал, только отобрал у нее пакет с покупками, чтобы нести его самому. Потом сфотографировал ее у деревянной фигурки совы на входе. А потом они оказались в сказке.

С обеих сторон вдоль русла реки — деревянные настилы. Тропа вела то вверх, то вниз а иногда между ними встречались мостики-перемычки, без перил. Вокруг — дивной красоты деревья, полностью покрытые густым сочным мхом. К счастью, недавно в горах был ливень, и река не выглядела пересохшей, как всегда бывает летом. Самый высокий водопад — первый. Тася долго смотрела на него, не в силах отвести взгляд.

Они медленно шли по тропе, река уходила вниз, один каскад сменял другой. Лесь не заметил, когда взял Тасю за руку.

— Здесь все такое… настоящее, — сказала она, когда настил оборвался у очередного водопада. — Чувствуешь, какой воздух?

— Ага, — согласился Лесь. — Вкусный.

— Точно, вкусный, — рассмеялась она. — Смотри, тропа идет дальше вниз.

— Там все… дикое. И ноги переломать можно.

— Пойдем хоть чуточку посмотрим?

И как устоять, когда Тася просит?

— При одном условии, — лукаво улыбнулся Лесь. — Сто поцелуев принцессы.

— Ой, только не говори, что ты смотрел этот фильм!

— А почему нет? Я и сказку Андерсена читал, и фильм «Принцесса на горошине» видел.

— Ладно-о-о… — протянула Тася. — Тогда согласна, только хватит с тебя одного поцелуя.

— Десять.

— Три!

— Хорошо, пять.

— Кто тебя учил торговаться с девушками?!

Они спустились ниже. Тут было безлюдно, и Лесь поцеловал Тасю, не веря своей удаче.

— Один, — выдохнул он, когда им стало не хватать воздуха.

Тася обвила его шею руками и потянулась за вторым поцелуем. После третьего они смотрели друг на друга шальным взглядом и тяжело дышали.

— По-моему, надо остановиться, — пробормотала Тася.

— Согласен, — кивнул Лесь. — Два поцелуя будешь должна.

— Нахал… — фыркнула она.

Возвращались еще медленнее, чем спускались. Во-первых, приходилось карабкаться вверх, во-вторых, Тася постоянно останавливалась, чтобы сделать фото.

— Спасибо, что привез меня сюда, — поблагодарила она, когда они поднялись. — Невероятная красота.

— Весной тут еще красивее, — сказал Лесь. — Воды в реке больше, водопады шумные, сильные, а людей мало. Хочешь, приедем сюда весной?

— В другой жизни, — засмеялась Тася. — Спорим, что весной ты обо мне и не вспомнишь.

— Я тебя никогда не забуду, — тихо ответил Лесь и пошел вперед.

И чем он заслужил такое обращение? Он не ангел, и верность — это не про него. Но Тасе откуда об этом знать? Ее он не предавал, он с ней честен с самого начала… Почти… Да какая разница, какие у него были намерения! Он же не сделал ей ничего плохого. И не собирается.

Тася догнала его и преградила дорогу, забежав вперед.

— Лесь, ты — дурак, — печально произнесла она. — Я же просто… защищаюсь…

— От меня? — вскинулся он.

— От очередного разочарования. Заметно, что мне везло с мужчинами? Год, Лесь! Я год встречалась с Максом и ничего не замечала. Если бы не эта поездка, я вышла бы за него замуж. Ты хочешь, чтобы теперь я поверила тебе на слово? На пятый день знакомства?

— У меня такое чувство, что мы знакомы всю жизнь. Неужели только пять дней?

— А у меня такое чувство, будто я сошла с ума…

— Тася, пойдем, я покажу тебе тюльпановое дерево.

Еще одна местная достопримечательность, о которой Лесь так вовремя вспомнил. Отвлечь от грустных мыслей — все, что он мог сделать для Таси. Никаким его обещаниям она сейчас не поверит.

Тюльпановое дерево, или лириодендрон, было огорожено цепями, что не помешало туристам облепить широкий ствол со всех сторон.

— А весной оно цветет, и цветки похожи на тюльпаны, — сообщил Лесь, и Тася одарила его тяжелым взглядом.

Ах, да… Он снова о весне.

— Иди туда, я тебя сфотографирую, — предложил он. — Пока туристы схлынули. А то как автобус очередной приедет…

— Лесь, а тут можно где-нибудь перекусить? — смущенно спросила Тася, когда они шли обратно. — И пить хочется.

Он вспомнил, что Тася мало ела за завтраком, и обругал себя за невнимательность.

— Тут есть хорошее кафе. Сходим?

— Дорогое?

— Тихое, и с хорошей кухней! Тася, когда ты со мной, ты не будешь за себя платить, поняла?

Лесь действительно рассердился. Сколько можно!

— А за тебя всегда будет платить твой папа?

Все правильно, ничего хорошего в ответ от Таси не услышишь. Она то позволяет себя целовать, то наотмашь бьет словами.

— Не твое дело, — ответил он грубо.

Тася фыркнула и полезла в сумку за телефоном.

— Дэн? — услышал он. — А ты очень занят? Можешь забрать меня…

Лесь выхватил у нее телефон и оборвал вызов.

— Отдай немедленно.

Тасе сейчас могла бы позавидовать Снежная Королева — столько льда и безразличия было в ее голосе.

— Отдам. Когда вернемся. — Лесь выключил телефон и сунул его в карман. — Ты приехала сюда со мной, и вернешься тоже со мной.

Тася не полезла в драку, не стала отнимать телефон. Поджала губы, развернулась и пошла в сторону парковки.

— Тася! — Никакой реакции. Пришлось догонять. — Тася, ты хотела поесть.

— Обойдусь.

— Давай хоть воду купим.

— Обойдусь.

— Тася, да покупай ее сама, если тебе это так принципиально. Только прекрати! Пожалуйста…

Она резко остановилась, и Лесь заметил, что в ее глазах блестят слезы. Кошмар какой-то! Второй раз за день? Для Таси, которая никогда не плачет? Да еще в людном месте?

— Мне нельзя указывать. Но прости меня за слова о твоем отце, я все еще защищаюсь. Я боюсь, что в один прекрасный момент все это окажется ненастоящим. Я боюсь, понимаешь?

Лесь вытащил из кармана телефон и отдал его Тасе.

— Звони, если хочешь. Прости. Как ты там говоришь? Ты не моя девушка.

Если она позвонит и позовет Дэна, Лесь просто будет рядом. Он поедет следом за ними, он не оставит Тасю. Но она права, нельзя указывать ей, что делать.

Тася убрала телефон в сумку и спросила:

— Где можно купить воду?

Конечно, ни в какое кафе она не пошла, но Лесь больше и не настаивал. Купила воду в бутылке и пару сладких булочек, одну протянула ему. Он хотел отказаться, но потом взял. Черт его знает, может, для нее это важно, когда и она может угощать. Булки съели, пока шли к парковке, запивая водой из одной бутылки, но ни о чем больше не разговаривали.

И только когда машина Леся свернула на знакомую улицу, Тася попросила его притормозить.

— Спасибо за замечательную прогулку, — произнесла она. — Мне, правда, очень понравилось. И прости за мои… срывы. Видимо, это последствия, я переоценила свои силы. Мне хотелось бы побыть одной, если твои еще не вернулись. Хорошо?

— Даже если вернулись, я тебя заменю, — ответил Лесь. — Побудь, конечно. А вечером?..

— А вечером идем, куда договаривались, — вздохнула Тася. — Отказываться теперь неудобно.

Лесь кивнул и тронулся с места.

— Лесь… Ты не сердись, я обычно веду себя нормально.

— Все в порядке. И вообще, ты мне еще два поцелуя должна.

Тася закатила глаза и, наконец-то, улыбнулась.